Большой подарок для миллиардера

Поворачиваться лицом к стене я конечно не стала, поэтому прижимаюсь к ней спиной. И даже вдыхаю поглубже, чтобы пропустить Артема. Вот только грудь от этого только приподнимается. А этот гад еще и делает вид, что застревает между мной и стеклянным ограждением.

— Пардон, — с улыбкой протискивается он, делая вид, что все это случайно. А то я не видела, что за его спиной еще сантиметров двадцать оставалось. Издевается, гад. Опять намекает на мою нестандартную фигуру? А чего на нее намекать? Я к нему в спальню работать иду, а не свои прелести демонстрировать.

— Ого, — выдыхаю, увидев спальню Любарского.

Она выполнена в темно-синих оттенках. Мебель из велюра подчеркивает хромированная фурнитура, а за окном шикарный вид на ночной город. Да, обалдеть. Но вот одна стена действительно пустая, хоть и выкрашена в приятный цвет.

— Что бы ты хотел? Что-то абстрактное, геометрию или природу?

— Знаешь, хочу на фоне ночного неба голубые ели под снегом.

— Ого, впечатляет. У тебя хорошая фантазия. — тут же достаю из сумки папку с бумагой и карандаш. Делаю набросок. — Взгляни, что-то вроде этого?

— Нет, совсем не так. Ели повыше. И пышнее нужно, — садится он в кресло и наблюдает за мной. Я же устраиваюсь за небольшим стеклянным столиком. Кажется, работы больше, чем я думала.

— Хорошо, — улыбнувшись, исправляю рисунок. — А теперь?

— Ммм, не совсем. Снега на ветках не достаточно. И фонари по краям добавь. Похожие на старинные, железные такие.

— Ладно, — снова исправляю набросок с учетом его пожеланий. Как говорится, любой каприз за ваши деньги. — Вот, готово.

— Ну, похоже, но не совсем. Словно не хватает чего-то.

Да он издевается? Набросок идеальный.

— Так в цвете все это заиграет, оживет, понимаешь? Лишним тоже лучше не нагружать.

— Нет, лишнего тут точно ничего нет. Подожди, — пересчитывает ели. — Их тут семь. А должно быть восемь. И вот здесь не хватает совсем маленькой, — тычет пальцем в бумагу.

Спокойно, Тоня. Все люди разные, ко всем нужен подход. Ты справишься даже с таким занудой, как Любарский. Особенно, если он обещает щедро заплатить. Дополняю композицию по его пожеланиям.

— А в цвете как посмотреть? Мне важно, чтобы оттенок совпадал с тем, который я хочу.

Ого, еще и с оттенками мучиться будем? А как же творческий процесс? Видение художника? Ну ладно, хозяин-барин.

— Без проблем, я как перенесу рисунок на планшет, пришлю тебе варианты на согласование.

Да уж, это я рано губу раскатала, что мы успеем еще и краской закупиться. Этот придира еще и оттенок каждой елки будет исправлять. Интересно, а звезды на небе пересчитывать будет?

— И лунный свет добавить не забудь. Только холодный такой, понимаешь?

— Да, не переживай, я все сделаю.

Теперь ясно, почему никто не брался за эту работу. Многим нервы дороже зарплаты. Но мне выбирать не приходится. Если выполню этот заказ, смогу разом выплатить долг соседке. Еще и останется. Ну а что, работа сложная, клиент капризный. А это тоже денег стоит. Тем более, что их у Любарского куры не клюют.

— Тонь, а ты как меня не признала-то сразу, изменился сильно? — вдруг меняет он тему нашего обсуждения.

— Ну, изменился, конечно. Ты раньше дурацкую челку носил, а сейчас нет. А еще худой был, словно тебя дома не докармливали. Сейчас так и не скажешь. Вон какие плечи широкие. Наверняка и мышцы есть.

— Челку я отрезал сразу, как только меня в другую школу перевели. Тогда и спортом занялся. Сначала футбол гонял, а потом в тяжелую атлетику ушел. Сейчас, правда, только для удовольствия в тренажерку хожу. Да и некогда, работы много.

— Футбол ты правильно бросил, это явно не твое, — смеюсь. — Помнишь, как ты окно в школе разбил прямо на уроке?

— Помню, — задумавшись, усмехается. А вот улыбка у него все та же, шкодная какая-то, прям как в детстве. — Меня тогда к директору чуть ли не за ухо отвели, родителей в школу вызвали. А все из-за одной девчонки, перед которой я решил выпендриться. А она тогда даже не посмотрела на меня.

С моего лица сползает улыбка. Я знала, что в школе ему нравилась какая-то девочка. Думаю, это Кира Миронова из нашего класса. Она уже тогда была звездой всей параллели. Симпатичная, рано оформилась. За ней не только из нашего класса мальчики бегали. Даже портфель ей носили до дома. Я же превратилась в девушку довольно поздно. Но формы быстро наверстали упущенное. Даже с лихвой, я бы сказала.

— Ну, кажется, мы все обсудили, — собираю все свои наброски со стола. — Как определимся с цветовой гаммой, можно будет закупаться красками.

— Как много времени уйдет на эту работу? — задумчиво трет подбородок.

— За каникулы управлюсь, не переживай, — встаю и иду к лестнице. Пора убираться отсюда.

Спускаюсь вниз и направляюсь к выходу.

— Да я и не переживаю. Не торопись, я отвезу.

— Нет, спасибо, я сама доберусь. У тебя работы много, ты же сам сказал. Так что, не переживай, — хватаю пуховик и собираюсь уйти.

После разговора о девушке, которая нравилась Любарскому, мне почему-то стало непосебе. Вспомнилось, как я раньше комплексовала из-за своего веса, стеснялась. А Артем только за косы дергал, да булкой дразнил. Наверное, вымещал на мне ту злость или обиду из-за другой девочки. Ну да ладно, это все просто забыть надо.

Уже на пороге меня задерживает звонок от Оли. В груди кольнуло так, что то ли за сердце хвататься, то ли за телефон. Она ведь знает, что я делом занята и не будет отвлекать меня по пустякам. Степа!

— Что случилось? — без предисловий спрашиваю, подняв трубку.

Артем внимательно смотрит на меня и следит за реакцией. А я, кажется, бледнею.

— Тонь, ты только не переживай, ладно? Со Степкой все хорошо. Но тебе нужно срочно приехать домой. У нас небольшая проблемка.

Г