Её Темнейшество ищет мужа, вампирам просьба не беспокоить!

— Меч выбрал в мужья вампира? — тихо рассмеялся Емельян.

— Он ей нужен для обряда. Черного-черного обряда, — повторила, округлив глаза. — С остальными жертвами она не добивается результата.

— Откуда ты всё это знаешь? — подал голос Артемий и я почувствовала усиление напора гипноза.

— Я работаю в дворцовой конюшне Китежа, — я понятия не имела, как должен говорить человек под воздействием вампирских чар, но старалась выглядеть заторможенной и поменьше моргать. — Правитель Мракьян разговаривал об этом с Соколом и не заметил меня…

— Поспи немного, — мягко произнёс Емельян и я послушно прикрыла глаза. — Нас отправили на убой для артефакта?

— Не нас, — заявил будущий князь.

— План менять не будем, — судя по голосу, Емельян усмехнулся. — Нужно разобраться… и ты перестарался с внушением. Не уверен, что девушка теперь самостоятельно встать сможет.

— Нам есть какое-то дело до местной официантки? — с брезгливостью произнёс Артемий.

Теперь понятно, с чьей стороны шёл усиленный гипноз.

— Нет, конечно, — ответил ему Емельян. — Но не хорошо гадить там, где живёшь. Придётся её проводить.

— Ну, раз ты просишь…

— Я сам её провожу, — не дал он ему договорить. — А вы постарайтесь разузнать ещё что-нибудь. Аккуратно, — добавил он чуть тише, и я снова ощутила ненавязчивое воздействие. — Открой глаза, красавица. Ты устала. Я провожу тебя домой.

— Да, я устала, — прошептала я, мысленно усмехнувшись.

Не думала, что однажды наступит тот день, когда я поменяюсь местами с теми, на кого воздействую. А тут, надо же, слово в слово.

5

Емельян. Вампир, который ещё не знает, как попал!

***

Поднявшись на ноги, я подошёл к девушке и подал ей руку, помогая встать со стула.

— Пойдём со мной, — попросил, отслеживая её состояние.

Артемию не следовало так грубо на неё воздействовать. Бедняжка дня два будет отходить от вмешательства, мучаясь от головной боли. Не то, чтобы мне было какое-то дело до местных, просто…

Наверное, за всю свою жизнь я не встречал настолько пронзительного и чистого взгляда. А в сочетании с ярко-красной копной волос, девушка просто не могла не приковывать внимание. И это, учитывая простоту и нравы местных, не могло меня не заинтриговать.

Сколько женщин я видел за свою жизнь?

Сотни? Тысячи? Образно, можно сказать и так.

Но что-то именно в этой официантке цепляло. Заставляло переживать за неё. Или это местный воздух так на меня действует? Кто знает…

— Где ты живёшь? — прошептал я, придерживая сонно прикрывшую глаза красавицу.

— Где я живу, — повторила она, заставляя меня зло посмотреть на Артемия.

Его сегодня точно ждёт выговор.

— Да, — развернув девушку к себе, я повторил вопрос: — Где ты живёшь?

На секунду мне показалось, что она каким-то образом сбросила с себя воздействие. Слишком осмысленным стало выражения её лица. И азарт, промелькнувший в глазах…

Но это было невозможно! И следующие её слова подтвердили, что у меня просто разыгралось воображение.

— На чердаке, — выдохнула она, немного растягивая гласные.

— На чердаке, — повторил я за ней, скептично посмотрев на потолок. — Ну… идём.

Придерживая красавицу за талию, я помог ей подняться по лестнице на второй этаж. Пока мы шли по коридору, её так шатало, что я с трудом подавил желание взять её на руки, облегчив путь.

Хорошо, что вовремя вспомнил, кто я. Как и то, кто она. И что как бы не было сильно мимолетное желание, то, что нормально в моём мире, в этом может стать трагедией. Не для меня, разумеется. Для девушки.

— Ты живёшь с родителями? — поинтересовался я, когда мы приблизились к покрытой комьями грязи и паутины лестнице, ведущей на чердак.

Выглядела она так, словно на неё никто не ступал годами.

— Я живу одна, — монотонно отозвалась официантка.

— И родители разрешают? — нахмурившись, я следил, чтобы девушка не споткнулась, переставляя ножки по ступеням.

— Я сирота, — безэмоционально ответила красавица, когда я с усилием распахнул перед ней скрипучую дверь.

— Ни х… а тут… любопытно, — протянул я, не сдержав ругательство.

Чердак выглядел интересно. Пыль, паутина, кипы вещей. Дырявый матрас посреди помещения с замусоленным покрывалом. Битая посуда в углу. Дыра в крыше. Ах да, гнездо на покосившемся столе. Судя по скелету внутри – не жилое.

— Дом, милый дом, — если бы не заторможенность речи и пустой сонный взгляд, я бы решил, что красавица издевается надо мной.

— Действительно, милый, — отозвался я, развернув девушку к себе лицом. — Может тебе денег дать?

— Благодарствую, добрый господин, — с заминкой произнесла она, сонно хлопая длиннющими ресницами и… да. Попыталась отвесить мне поклон. Земной, как говорится.

— Стой, — улыбнулся я, приобнимая девушку за талию и не давая ей исполнить задуманное. — Да, отходить от этого ты будешь долго. Как тебя зовут?

— Клавка, — протянула она, смотря чётко мне на переносицу.

— Клавка, — повторил за ней, поморщившись.

Имя ей совершенно не подходило.

Стройная, изящная, беззащитная. При этом такая яркая…

Нет, она кто угодно, но точно не Клавка. Чем только думали её родители, так называя дочь?

Хотя, тут в почете Марфы, Прасковьи, Лукерьи и подобные имена. Нашёл, чему удивиться.

— Ложись спать, Клавка, — приказал я, чуть направляя её силой и с неохотой убирая руки от девичьей талии.

Оторвать взгляд от её губ тоже получилось не сразу.

Всё же, есть что-то в естественной красоте… особенное. Это же не размалёванные девицы, прошедшие десятки операций…

И кого я пытаюсь обмануть?

Клавка, не смотря на не понравившееся мне имя, затмила бы своей красотой всех известных мне женщин. Смотря на то, как она подходит к матрасу и ложится на него прямо в одежде, поднимая столп пыли, у меня даже возникло глупое желание забрать её с собой. Когда всё закончится.

К счастью, эти мысли я быстро выкинул из головы, достав из кармана несколько золотых и… положил их на пол. Будем считать это платой за сведения.

Не став больше задерживаться, я спустился на первый этаж. Нужно было разобраться с ритуалами, в которых фигурирует кровь вампиров. Кто знает, на что способен артефакт, случайно заполучивший себе человеческое тело. И кто знает, как далеко он может зайти в своих экспериментах.

Мне изначально не понравилось стремление отца обосноваться в этом мире. Сколько тысячелетий мы изгнаны? И вполне неплохо устроились. Согласен, когда солнечный свет не причиняет дискомфорта – это приятно. Как и отсутствие жажды. Первые несколько часов после перемещения, я никак не мог к этому привыкнуть.

Но… минусы перекрывали плюсы.

Мир без технологий. Без наработанных связей. С другими нравами. Порядками. Обычаями. Магией, в конце концов! Здесь наши возможности превращаются в… обыденность. Овчинка явно не стоила выделки.

Но отец упорно настаивал на нашем возвращении. Даже ухватился за отбор женихов для артефакта, предлагая тех, кого не жалко. А получая отказ за отказом, отправил меня, понимая, что сыну князя в участии отказать не смогут.

И как бы не вышло, что это всё было спланировано заранее…

То, что отец считает подарком судьбы, не обернулось бы нашим крахом.

Да, определённо нужно разобраться во всём этом, разложив полученные сведения по «полочкам».

Вот только вместо того, чтобы вернуться за стол, я свернул на кухню, заставив поваров замереть и сосредоточить на мне испуганные взгляды.

— Дамы, — ослепительно улыбнувшись, я прикрыл за собой дверь, осматривая женщин в засаленных фартуках. — А не могли бы вы мне рассказать про свою официантку. Клавку, кажется. Пожалуйста, — видя их ступор, я направил немного силы, помогая нашему разговору начаться.

6

Прикрывшись отводом глаз, я бесшумно вышла за вампиром, боясь, что он сможет заметить. Если не меня, то изменения магического фона… но, мы спустились вниз, а моё инкогнито так и не было раскрыто.

И это было прекрасно! Значит я не ошиблась в выводах про уровень чар клыкастых. Он был ниже среднего. Гораздо ниже среднего…

Не удивлюсь, если ментальные внушения – это всё, на что вампиры в принципе были способны. С другой стороны, для того мира, в котором они обитают – этого более чем достаточно! И что им там не сидится? Нужно побольше разузнать про способности клыкастых. И про то, как они меняются, находясь здесь.

Емельян тем временем успел спуститься на первый этаж. Вот только вместо того, чтобы вернуться к своим сородичам, зачем-то свернул на кухню. Я с трудом успела проскочить следом перед тем, как он плотно закрыл за собой дверь.

— Дамы, — до одури напугав поварих, Емельян замер с ослепительной улыбкой на губах. — А не могли бы вы мне рассказать про свою официантку. Клавку, кажется. Пожалуйста.

Усмехнувшись его вопросу, я скрестила на груди руки, наслаждаясь зрелищем. Даже интересно стало, что ему нужно от бедной сиротки. Неужели что-то заподозрил?..

— Клавка. Клавдия? Что вы можете про неё рассказать? — задал Емельян следующий вопрос, сдобрив его ментальным воздействием, направленным на работников кухни.

— Клавка? Сиротка наша? — переспросила повариха, вытерев руки об когда-то белоснежный передник. — С пелёнок её знаю. Работящая. Она цветами на площади торгует, да конюшни правителя драит. Иногда нам подсобляет. Хорошая девка. Только невезучая больно.

— Так замуж пора! — вторила ей одна из помощниц. — Дома не мужичонка, ни котёнка. Вот и витает в облаках. А так-то оно так. Работы девка не боится.

— Так бы у неё котёнок, — подала голос третья женщина. — Его же корова придавила, когда околела.

— И правильно, что придавила! — заявила первая помощница. — Он же хозяйскую рыбу сожрал, паразит! Клавка ужин стряпать собиралась, а он – хвать! И дёру! Тьфу, окаянный…

Я едва заметно выдохнула. История в разумах женщин прижилась. Правда, мне нужно было быть чуть внимательнее к деталям. Учту на будущее.

— Жаль, что потерю кормилицы Клавка так сильно переживает. У меня тётка в коровнике работает. Пристроила бы девку. А так, — повариха махнула рукой.

— Кормилицу? — переспросил Емельян. — Мать, то есть?

— Корову! — хором ответили ему женщины, затем слово вновь взяла повариха. — В нашей жизни без кормилицы никуда. Это и молоко свежее, и масло.

— И творог, и сметана, — вторила ей помощница. — Без кормилицы никак.

— Вот и мается Клавка, за любую работу хватаясь.

— Замуж ей надо. С мужиком оно спокойней будет.

— Да, без мужа и до беды не далеко, — согласилась повариха.

Я лишь скрипнула зубами. Сговорились они все, что ли? Что совет, что… местные.

Замуж мне надо.

А вот не надо!

— Мне всё ясно, — протянул Емельян, выдавив из себя улыбку. — Спасибо, дамы. Не смею больше отвлекать.

Перестав на них воздействовать, клыкастый направился к двери, не подозревая о том, что я практически дышу ему в затылок.

— Ты долго, — с явным облегчением выдохнул блондин, заметив приближение своего друга. — Всё в порядке?

— Если не считать местные дикие нравы… да, всё в порядке, — отозвался Емельян, присаживаясь за стол. — Нужно связаться с отцом. Не нравится мне всё это.

— Мы можем просто вернуться домой, — подал голос третий вампир. Артемий, кажется. И смотрел он почему-то на Емельяна, а не на Ника, которого мне представили как сына князя. — Твой отец вспыльчив, но отходчив. Тем более, когда ты расскажешь ему про…

— Мы остаёмся, — заявил Емельян. — Ты завтра примешь участие в отборе, — он улыбнулся Нику. — В лицо нас всё равно никто не знает. Я не могу себе позволить так бездарно тратить своё время. А ты, — он перевёл взгляд на Артемия. — Постараешься разузнать о пропавших людях.

— Мне всё больше не нравится эта затея, — покачал головой блондин.

— Это не затея. Это приказ, — холодно произнёс Емельян и… его друзья послушно склонили головы.

Интересно. Очень интересно.

Разговорчивый клыкастик не просто член свиты. Он сын князя. Решивший подкинуть мне вместо себя самозванца.

Что ж.

В эту игру можно играть вдвоём. Главное всё правильно спланировать.

Ещё немного постояв у стола, но не услышав ничего полезного, я прокралась к лестнице и поднялась на второй этаж. Перемещаться рядом с вампирами не решилась. Мало ли, их скудных способностей хватит для того, чтобы почувствовать Черный Огонь? Сомнительно, конечно, но… лучше перестраховаться.

— Привратник! — рявкнула я, как только оказалась в тронном зале.

— Да, Ваше Темнейшество, — слуга появился спустя несколько секунд, заинтригованно поглядывая на меня из-под глубоко опущенного капюшона.

— Собери мне русалок. Всех, кто допущен к Чёрному лесу. Горыныча, — присев на трон, я привычно закинула ногу на ногу. — Соловья и Финиста, — продолжила перечислять, прекрасно помня, что любовь этих двоих к всевозможным аферам, с годами никуда не делась. — И парочку леших. На своё усмотрение.

— Цель собрания? — уточнил Привратник.

— Скажи, что Её Бессмертие решила немного пошалить. Им понравится. Обещаю.

7

— Почему я? — шептала Алёна, устроившись на самом краешке моего трона.

— Потому что ты блондинка, — хихикнула я, скрываясь под отводом глаз, привычно устроившись на массивном черном подлокотнике, испытывая нечто схожее с ностальгией.

Сколько раз я так устраивалась рядом с Бессмертными? Сколько раз оставалась для всех невидимой? Слишком много, чтобы была возможность посчитать и озвучить точную цифру.

Да и говорить мне сейчас нужно было с осторожностью. Отвод глаз не даёт звукоизоляцию.

— И как я на это согласилась? — продолжала горевать русалка, нервно поправляя волосы.

— Потому что любишь авантюры и… терпеть не можешь вампиров, — шепнула я ей, с улыбкой осматривая собравшихся в тронном зале гостей.

Никого лишнего здесь не было. Лишь те, кого мы посвятили в детали нашей авантюры.

— Вампиров я никогда в глаза не видела! — заявила Алёна, вынуждая меня шикнуть в её сторону. Намёк она мой поняла и продолжила говорить на грани слышимости: — Но ненавижу тех, кто не следит за своим языком.

— Идут, — выдохнула я, хватая русалочку за плечи и заставляя её сесть глубже и более вальяжно. — Ногу на ногу! Руки вот сюда! Улыбнись… зачем ты скалишься? Хотя… нормально!

— Нас раскусят, — пискнула Алёна, продолжая безумно улыбаться.

— Сомневаюсь, — усмехнувшись, я похлопала её по плечу и сосредоточила внимание на парадных дверях.

Самым сложным в нашей затеи было утаить всё от членов Совета. Политика, чтоб её. Это же какое оскорбление правящей семье кровососов – русалка вместо заявленной невесты. И пусть клыкастые первыми решили меня обмануть… скандала избежать всё равно бы не вышло.

Поэтому, пришлось пойти на хитрость.

На крошечный обман. Я просто заявила, что излишняя суета и столпотворение людей на отборах, мешает мне толком рассмотреть женихов, не говоря о чем-то большем.

Поверили мне? Не уверена.

Но разрешение сделать отбор закрытым, я получила. И даже расстроилась, когда ко мне приставили сыновей Сокола (что сами изъявили желание стать наблюдателями). Соловей и Финист сейчас с ухмылками наблюдали за входом в зал. Ожидали представления. И оно вот-вот должно было начаться.

Да. Пока всё шло по плану.

Зал был наполнен русалками, прислужницами, лешими и иллюзиями, чуть накаченными тьмой. Надеюсь, вампирчики не смогут отличить фальшивок от живых людей. Ну, а если смогут, скажем, что это духи болот.

И вообще, какая им разница, кто пришёл на смотрины для бесчувственной железяки?

— Не поняла, — едва слышно возмутилась, когда через распахнутые двери в зал вошли лишь два вампира.

Ник, которого Привратник тут же представил всем, как единственного сына Князя и будущего правителя. И Артемий, что с каменным лицом изображал верного охранника принца.

Остановившись метрах в пяти от трона, оба с опаской смотрели на улыбающуюся Алёну.

— Добро пожаловать! — заявила им русалка, после чего громко рассмеялась.

Меня, как и вампиров, передёрнуло.

— Прислужница, — отойдя на пару шагов от трона, я отдала приказ: — Найди Емельяна. Проследи. Доложи.

Одна из девушек, бесшумно отделившись от гостей, подошла к окну и обернувшись вороной, взмыла в высоту.

— Мы… рады быть здесь, — произнёс Ник, как только смех Алёны стих и тронный зал погрузился в пугающую тишину.

Слишком подзатянувшуюся тишину. Мне даже пришлось подойти к русалке и ощутимо ущипнуть её несколько раз. На первый она не отреагировала. А с последним я, кажется, переборщила…

— Ай! — оглушительно взвизгнув, Алёна вскочила с трона, потирая плечо. К счастью, она смогла быстро сориентироваться и заявила вампирам: — Ай, как я вам рада! Как рада! Аж зудит всё, как не терпится начать!

— Благодарим за оказанную честь, — растерянно отозвался Ник и, не сговариваясь с Артемием, отступил на несколько шагов назад.

Кажется, Алёна смогла их по-настоящему впечатлить. И если сначала я решила, что всё пропало, то сейчас, смотря в лица клыкастых, поняла, что всё идёт даже лучше, чем я рассчитывала.

Её Темнейшество ведь кто, на их взгляд? Железяка, ошибочно получившая тело. Что хотели, то и получили. Давай, Алёнушка. Продолжай чудить!

— Не стоит благодарностей, — махнув рукой, русалка опустилась на трон, бросив в мою сторону полный немого укора взгляд.

Точнее, хотела бросить. Я стояла чуть левее… но посыл уловила. И проигнорировала.

— Привратник? — позвала Алёна, прочистив горло. — Представь остальных женихов.

— Да, Ваше Бессмертие, — он с таким удовольствием это произнёс, что зал снова погрузился в тишину.

Кажется, не одна я получала наслаждение от нашего спектакля.

— Серый волк! — объявил слуга и под аккомпанемент скромных аплодисментов, через распахнувшиеся двери, к вампирам приближался участник третьего отбора.

Я знала, что его сюда прислала супруга Кощея. Елена обладала редким даром понимать язык животных. Но и я была сильна в своей тьме. Так что, путём долгих переговоров, Серого я на свою сторону переманить смогла. Наши договорённости были простыми. Он ничего не рассказывает Елене, а я даю ему поучаствовать в издевательствах над клыкастыми.

— Рада видеть тебя, вожак стай Черного леса! — забравшись на трон с ногами, Алёна помахала Серому ручкой.

И да, безумная улыбка снова вернулась на её лицо.

А вот вампирам было не до смеха.

— Это… оборотень? — в шоке осматривая вставшего рядом с ним Серого, спросил Ник.

— Что? Нет, — тут же отозвалась русалочка. — Это волк. Серый. Волк, — повторила она. — Следующий!

— Да, Ваше Бесстрашие, — Привратник жестами попросил гостей расступиться, освободив больше места. — Горыныч. Жених выступает сразу за троих кандидатов, по наличию голов.

В отличие от остальных, я могла себе позволить открыто улыбаться.

Правда, долго моё хорошее настроение не продлилось. Вернулась прислужница и, пока все свистели, приветствуя гордо ступающего Горыныча, отчиталась мне про Емельяна.

Несколько часов он бродил по базарной площади Китежа, ходя из одной цветочной лавки в другую, а сейчас направился в сторону дворца. Что его интересовало? Судя по тому, что он приставал к прохожим с вопросами о конюшнях – ему зачем-то понадобились лошади.

Которых он хотел накормить цветами?..

Бред какой-то.

— Да ты издеваешься! — в голос выругалась я.

Из плюсов – на мой выкрик никто не обратил внимания.

Из минусов – я поняла, что ищет Емельян.

Точнее, кого.

Меня!

8

— Мне нужно отойти, — шепнула я русалке, видя, как вытягивается её лицо. — Действуй по плану.

— Кладенец, — пискнула Алёна, заставляя вампирчиков отступить ещё на несколько шагов назад. Возможно, причина была в том, что русалка начала улыбаться в обратную сторону.

Честное слово, даже я впечатлилась её мимикой. Но быстро взяла себя в руки.

— Скоро вернусь, — шепнула я, бесшумно ступая в проход за троном и, отбежав на достаточное расстояние, призвала Черный Огонь.

И что заставило этого гадкого Емельяна искать бедную сиротку?!

Лишь бы не подозрения, что я не та, за кого себя выдавала.

— Так, успела, — оказавшись на конюшне, первым делом я выпустила заправленную в брюки рубашку, скинула с ног сапожки и забросила их в ближайшее стойло, удивляя жующее сено лошадку. — Отчаянные времена, девочка. Заберу чуть позже.

— Фр-р-р-р! — отозвалась лошадь, переступая копытами и не сводя с меня глаз.

— Так, где конюх? — начала я осматриваться, пробегая по проходу между стойлами.

Попутно схватила чей-то фартук, что использовали, когда навоз таскали. Заметила брошенные галоши какого-то непостижимого размера и почти на бегу сунула в них ноги. Коряво заплела косу и схватив валяющийся в сене платочек, повязала его на голову. Никогда бы не подумала, что буду благодарить за забывчивость тайком милующихся на сеновале влюбленных, но сейчас была готова расцеловать ту, что забыла здесь эту цветастую тряпку!

— А вот и конюх! — обрадовалась я, услышав похрапывание. — Спи, мужик. Сегодня можно! — заявила я, по звуку найдя грузного мужчину и сдобрила его хорошей порцией тьмы.

Это лучше, чем внушать что-то.

— Так, а где кровосос? — прищурившись, я начала сканировать пространство.

Вовремя.

Емельян уже был на подходе.

Схватив в руки первое, что попалось на глаза, я распахнула ближайшее пустое стойло и застыла. Как я буду вычищать его крюком для копыт, я представляла смутно. Но, так как Емельян уже вошёл, мне ничего не оставалось, как рухнуть на колени и встав на четвереньки… да. Я начала водить крюком по настилу, надеясь, что вампирёныш так же далёк от физического труда, как и от магии.

Я почувствовала, как он приблизился ко мне. Как замер позади, наблюдая за моими действиями. Что я сделала? Правильно. Начала скрябать ещё усерднее. Даже устала немного, ожидая от вампира хоть каких-либо действий или фраз. Но кровосос упорно молчал.

Вздрогнув, я резко выпрямила спину. Этот извращенец ведь пялился всё это время на мою…

— Доброе утро, Клава, — произнёс он, подтверждая мои мысли. Точно. Пялился!

— Вы? — как могла пискнула, изобразив испуг, медленно оборачиваясь на него. — Господин, что вы…

— Емельян, — напомнил он своё имя, с улыбкой осматривая меня. Немного брезгливо осматривая. Возможно, ему не понравилась расцветка моего платка. — Можно просто по имени. Без лишнего официоза.

— Это как? — решила переспросить.

Я же Клавка. Крюком полы чищу. А он словами витиеватыми говорит. Не порядок!

— На «ты», — перефразировал он, коротко выдохнув. — Просто по имени. Хорошо?

— Хорошо, — понятливо кивнув, я добавила, подтверждая, что просьба была услышана: — Хорошо, Емеля.

И по глазам поняла, не понравилось ему это! А я что? Сам попросил. Сижу, улыбаюсь. Скромно.

Помню же, гад, как тебе моё имя не пришлось по вкусу. Так скривился, словно ругательство услышал! Хотя у самого имечко ещё то…

— Вам нужна лошадь? — невинно уточнила я, не давая ему произнести следующую фразу.

Точно же хотел попросить называть его полным именем. Только этого не будет. Смирись, Емеля.

— Нет, — мотнув головой, он усмехнулся. — Я пришёл к тебе.

— Ко мне? — удивилась я. — Зачем?

Вампир замер, словно у него не было ответа на этот вопрос. И это было хорошо. По крайней мере, подмену он не заметил. Мою личность не раскрыл.

А что касается его мотивов… разберусь.

— Что ты делаешь? — решив оставить мой вопрос без ответа, Емельян указал рукой на крюк, что я продолжала держать в руках.

— Чищу полы, — уверенно заявила я, тут же потупив взгляд.

— Этим? — опустившись на корточки, он не позволил мне спрятать за спину инвентарь, ловко перехватив мою руку за запястье и развернул к себе. — Мне казалось, что это предназначено для чистки копыт, а не полов.

— Да? — мои пальцы дрогнули и крюк выпал, пока я пыталась вытащить кисть из хватки Емельяна.

— Да, — ответил, он, переведя взгляд с места пересечения наших рук на моё лицо.

Сердце тут же ускорилось, сделав в груди непривычный кульбит.

Это что, снова воздействие? Он опять пытается меня загипнотизировать? Как вчера?

— М, — протянула я, нахмурившись. Странно, но никаких воздействий с его стороны я не чувствовала. — Голова раскалывается с утра, — нашла я объяснение своему новаторству в чистке конюшен сомнительными средствами. — Сама не понимаю, что делаю.

Сам же вчера говорил, что после их двойного гипноза мне сегодня плохо будет.

— Бывает, — наконец-то убрав от меня свою лапищу, Емельян поднялся на ноги.

Он смотрел то на меня, то отводил глаза на стойла. Обернулся на храп отдыхающего под моим воздействием конюха. Снова на меня…