Живой дневник

– Потому что она мне мешает!

– Это жульничество!

– Это стратегия!

Лена спустилась. На полу была разложена дедова самодельная игра в слова.

– Мам, рассуди, – сказал Максим.

– Что случилось?

– Она скинула карточку «ъ».

– Я её не скинула. Я передвинула.

– На пол.

– Случайно.

– Ногой.

Соня посмотрела на Лену.

– Он зануда.

– Она преступница.

Лена неожиданно села рядом.

– Давайте правила.

– Ты играешь? – удивился Максим.

– А что?

– Ничего. Просто...

Он не договорил. И правильно.

Они играли сорок минут. Максим спорил о каждом слове. Соня придумывала несуществующие. Лена поймала себя на том, что смеётся.

Потом – что уже десять минут не смотрела на ящик.

И немедленно посмотрела. Серый. Закрытый. На месте.

Она разозлилась на себя.

– Твоя очередь, – сказал Максим.

– Вижу.

Лена взяла карточку. На ней была буква «К».

– Кориандр.

– Что?! – возмутился Максим. – Это нечестно.

– Почему?

– Потому что взрослое слово.

– Есть возрастной ценз на слова?

Соня хихикнула.

– Записывай, – сказала Лена.

Максим записал.

Мир не рухнул. Пока.

Глава 15. Стирка

Лена

Стиральная машина сломалась на шестой день.

– Стираем вечером, – сказал Андрей.

– А сейчас?

– Руками.

Лена посмотрела на гору белья.

– Нет.

Через двадцать минут она стирала. Соня полоскала. Максим развешивал. Андрей чинил розетку, которая ни в чём не была виновата.

– Так нельзя вешать футболки, – сказала Лена.

Максим посмотрел.

– Они висят.

– Вытянутся.

– Они уже взрослые. Пусть сами решают.

– Перевесь.

Он демонстративно вздохнул.

Соня тихо сказала:

– Мам, ты правда думаешь, что если футболка высохнет неправильно, случится что-то страшное?

Лена застыла с мокрой простынёй в руках.

– Нет.

– Тогда пусть.

– Она испортится.

– Это футболка Максима.

Максим поднял руку.

– Я готов рискнуть.

Они оба смотрели на неё. Лена почувствовала себя смешной. И злой.

– Делайте что хотите.

Бросила простыню в таз. Вода плеснула на ноги.

– Мам, – сказала Соня.

– Что?

– Ты обиделась?

– Нет.

– Врёшь.

– Почему вы все решили, что можете меня анализировать?

Соня отступила. Максим перестал улыбаться. Лена увидела их лица и сразу пожалела.

– Извините.

Никто не ответил.

Она взяла простыню. Полоскала слишком резко.

Андрей подошёл позже, когда дети ушли развешивать бельё за домом.

– Ты устала.

– Не говори очевидное.

– Хорошо.

– И это тоже не говори.

Он сел на перевёрнутое ведро.

– Что случилось?

– Ничего.

– Лен.

Она выжимала ткань.

– Я не умею жить, когда всё не под контролем.

Фраза вышла сама. Андрей посмотрел.

– Это я заметил.

– Спасибо.

– Ты сама сказала.

– Я не просила соглашаться.

Он улыбнулся. Лена тоже, против воли.

– Бесишь.

– Взаимно.

Он ушёл. Лена осталась с мокрой простынёй.

Вечером она записала в дневник:

Сегодня сорвалась на детей. Из-за футболок. Кажется, я схожу с ума.

Потом подумала и добавила:

Андрей сказал, что это он заметил. Давно. Он не спросил, что со мной. Он просто знал.

Глава 16. Монополия

Максим

Дождь не сдавался и на следующий день. После обеда Максим понял, что если ещё час будет смотреть в потолок, начнёт разговаривать с мебелью. Он полез в дедов шкаф.

Шашки. Лото. Карты. «Монополия» в коробке, пережившей несколько поколений детей.

– Кто играет?

Соня лежала на диване с книгой. Страница не переворачивалась минут десять.

– Я.

Папа стоял у окна.

– Я тоже.

Мама мешала суп.

– Я потом.

– Нет, – сказал Максим. – Ты судья.

– Почему судья?

– Чтобы папа не жульничал.

– Я не жульничаю.

– Ты в прошлый раз сдвинул фишку на одно поле.

– Это было лет восемь назад.

– Но было.

Соня подняла руку.

– Свидетель подтверждает.

Папа посмотрел на неё.

– Тебе тогда было девять.

– Тем более. Травма детства.

Лена выключила плиту.

– Хорошо. Но если вы начнёте орать, я ухожу.

Через двадцать минут орали все.

Папа доказывал, что можно строить дом после обмена. Мама читала правила. Соня считала деньги трижды.

– Зачем? – спросил Максим.

– Хочу знать, сколько.

– Ты только что считала.

– И что?

Он пожал плечами.

Игра пошла быстрее. Папа попал на улицу Сони.

– Семьсот, – сказала она.

– Грабёж.

– Рынок.

– Вся в мать.

– А что я? – спросила Лена.

– Ты тоже грабишь.

– Я тебя кормлю.

– За мои же деньги.

Максим смеялся. Соня тоже. Настоящее – с открытым ртом, запрокинув голову.

На секунду Максим увидел фотографию в коридоре. Красная шапка. Тот же смех.

Рядом с доской стояла миска с печеньем. Соня взяла одно, не глядя. Потом второе. Потом третье.

Максим не заметил бы, если бы она вдруг не замерла. Рука остановилась над миской. Лицо изменилось. Всего на секунду.

– Твоя очередь, – сказал он.

– А?

– Кубики.

– Да.

Она бросила. Шесть. Передвинула фишку. Но уже не смеялась.

Игра закончилась через час. Соня выиграла.

– Реванш? – спросил папа.

– Нет.

Она быстро поднялась.

– Я наверх.

– Сонь, суп, – сказала мама.

– Потом.

Лена открыла рот. Папа тихо сказал:

– Пусть.