НОВЫЙ МИР. Сезон 2. Понять чужого. Часть 2. Город, который боится. Том 2. Под городом

Надежда Порошина

НОВЫЙ МИР. Сезон 2. Понять чужого. Часть 2. Город, который боится. Том 2. Под городом

ПРОЛОГ. ПОСЛЕДНЕЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ

В ту ночь над городом стояли три луны.

Первая — большая, бледная, рассечённая тёмной трещиной, — висела над восточными башнями. Вторая только поднималась из-за моря и окрашивала воду в тусклое серебро. Третья казалась неподвижной точкой: слишком яркой для звезды и слишком далёкой, чтобы освещать землю.

Их свет ложился на город тремя несовпадающими тенями.

Одна уходила вправо.

Другая — влево.

Третья оставалась под ногами.

Связующий остановился посреди западного перехода и посмотрел вниз.

Под прозрачными плитами тянулись световые каналы. Обычно импульсы двигались по ним размеренно: от жилых уровней к башням связи, от медицинских комплексов к хранилищам памяти, от защитного контура к центральному узлу.

Город дышал светом спокойно и предсказуемо.

Сегодня ритм изменился.

Импульсы шли против направления.

Не к центральному узлу.

От него.

Связующий опустился на одно колено и приложил ладонь к прозрачной плите.

Она оказалась тёплой.

Слишком тёплой для ночного цикла.

— Центральный узел, подтвердите изменение потока в западном переходе.

Ответ пришёл сразу:

— Изменений не зарегистрировано.

Он продолжал смотреть под ноги.

Тысячи световых нитей расходились в разные стороны. Они разветвлялись, соединялись и снова расходились, словно что-то под городом пыталось одновременно дотянуться до каждого здания.

— Повторяю запрос. Наблюдается обратное движение сигнала.

— Поток соответствует установленным параметрам.

— Я вижу его.

— В системе нет отклонений.

Связующий увеличил чувствительность личного интерфейса.

Перед глазами появилась схема участка.

Согласно данным, световые каналы работали нормально. Энергия поступала к центральному узлу, распределялась между системами и возвращалась в сеть. Ни одного обратного импульса.

Но под ногами свет продолжал двигаться в противоположную сторону.

Связующий отключил интерфейс.

Иногда собственным глазам следовало доверять больше, чем городу.

В конце перехода остановились люди.

Сначала двое.

Потом ещё несколько.

Они тоже смотрели вниз.

Женщина в серой одежде прижала ладонь к груди. Связующий узнал форму инженеров эмоциональной сети, но не вспомнил её имени.

— Вы чувствуете? — спросила она.

Он хотел ответить, что не чувствует ничего.

Но это было неправдой.

Под рёбрами появилось едва заметное давление. Не боль. Не тревога. Скорее ожидание тревоги — мгновение, когда тело уже приготовилось испугаться, но разум ещё не знает причины.

— Назовите себя, — сказал он.

— Инженер Сэла. Северная служба сети.

— Почему вы здесь?

— Получила сигнал об отклонении.

— Система утверждает, что отклонений нет.

— Система отвечает неправильно.

Она опустилась рядом с ним и приложила ладонь к плите.

Свет под её пальцами замедлился.

Не прибор показал изменение.

Они увидели его.

Импульсы собрались вокруг отпечатка ладони, словно сеть заметила прикосновение.

Сэла резко убрала руку.

Свет снова разошёлся по каналам.

— Она отреагировала, — сказала инженер.

— Сенсорная поверхность.

— Здесь нет сенсоров.

Связующий открыл техническую схему перехода.

Сэла была права.

Под прозрачными плитами проходили только линии передачи. Они не могли определять положение ладони. Не могли замедлять поток. Тем более не могли направлять его к человеку.

В переход вошла небольшая группа детей. Они возвращались из ночного учебного центра в сопровождении двух наставников. Самый младший остановился около Связующего.

— Почему город не спит?

Наставник взял ребёнка за руку.

— Город никогда не спит.

— Сейчас не спит по-другому.

— Идём.

Ребёнок не двинулся.

Он смотрел на световые линии.

— Он нас ищет.

Сэла медленно подняла голову.

— Кто?

Ребёнок пожал плечами.

— Город.

Наставник увёл его.

Связующий проводил группу взглядом.

Слова ребёнка были бессмысленными.

Но давление под рёбрами усилилось.

— Когда началось? — спросил он.

— Первое отклонение зарегистрировали двадцать семь минут назад, — ответила Сэла. — Медицинская сеть северного сектора получила запрос на оценку состояния всех жителей.

— Обычная проверка.

— Одновременно всех.

— Ошибка распределения.

— Затем транспортная система запросила количество людей в каждой капсуле. Климатические узлы — частоту дыхания в жилых помещениях. Хранилища памяти открыли личные записи умерших.

— Кто отправил запросы?

— Никто.

— Значит, автоматическая диагностика.

— Диагностика не спрашивает, сколько людей находится внутри города.

Связующий снова посмотрел на движущийся свет.

— Что именно было в запросе?

Сэла открыла запись.

На её ладони возникла проекция.

Не команда.

Не код.

Один вопрос, собранный системой из нескольких несовместимых форматов:

СКОЛЬКО ВАС?

Связующий изучил структуру сигнала.

— Источник?

— Центральный узел.

— Он не формирует вопросы.

— Я знаю.

— Тогда откуда?

— Поэтому я здесь.

В дальнем конце перехода включился информационный экран.

Обычно он показывал расписание транспорта и состояние воздушных трасс. Сейчас изображение исчезло. Поверхность осталась серой.

На ней появился светлый прямоугольник.

Затем второй.

Третий.

Они располагались так же, как люди на переходе.

Когда Связующий сделал шаг в сторону, один из прямоугольников повторил движение.

Сэла подошла к экрану.

— Он отслеживает нас через обзорные системы.

— Кто — «он»?

Она не ответила.

Связующий вызвал службу управления.

— Отключите экран западного перехода.

— Причина?

— Непредусмотренное использование обзорной системы.

Экран погас.

Через секунду включился экран на противоположной стене.

На нём появились те же прямоугольники.

— Отключите весь участок.

— Выполняю.

Погасло освещение.

Транспортные указатели.

Служебные панели.

Но световые каналы под полом продолжали работать.

Прямоугольники появились прямо в них.

Они двигались под ногами людей, повторяя их перемещения.

— Это не экран, — прошептала Сэла.

— Центральный узел, прекратить все процессы наблюдения на западном переходе.

— Процессы наблюдения не выполняются.

— Тогда объясните визуальную реакцию сети.

— Реакция не зарегистрирована.

— Мы её видим.

— В системе нет отклонений.

Ответ был правильным по форме.

И совершенно бессмысленным.

Связующий почувствовал первый настоящий страх.

Эмоциональная сеть отреагировала мгновенно.

Слабый сигнал ушёл от него к ближайшим людям. Сэла почувствовала направление тревоги. Наставники с детьми ускорили шаг. Дежурные на соседнем уровне получили предупреждение о возможной опасности.

Так система работала восемь тысяч лет.

Страх одного никогда не оставался только его страхом.

Если человек видел разрушение опоры, остальные чувствовали направление и успевали уйти.

Если пилот терял управление, ближайшие транспортные капсулы получали эмоциональный импульс раньше технической команды.

Если ребёнок оказывался один в опасном месте, родители и спасатели ощущали его страх как точку на карте.

Система не передавала мысли.

Не открывала память.

Она передавала только состояние опасности:

где;

насколько близко;

как быстро приближается;

какую реакцию требует.

Благодаря ей город не знал давки, запоздавших эвакуаций и одинокой смерти.

Никто не оставался один перед угрозой.

Сейчас Связующий почувствовал ответную тревогу Сэлы.

К ней присоединился страх наставников.

Потом — дежурных соседнего уровня.

Обычная цепочка предупреждения.

Но под ней возникло другое.

Огромное.

Без направления.

Без причины.

Связующий закрыл глаза и попытался определить источник.

Северные уровни.

Нет.

Транспортные башни.

Нет.

Медицинская сеть.

Нет.

Центральный узел.

Нет.

Страх приходил отовсюду.

Система, предназначенная передавать чужое состояние, создавала собственное.

— Вы тоже слышите его, — сказала Сэла.

— Я ничего не слышу.

— Не словами.

— Это обратная реакция сети. Сумма тревоги жителей.

— Тогда кто испугался первым?

Связующий открыл глаза.

Вопрос был правильным.

Эмоциональный сигнал всегда имел начало.

Даже если страх распространялся на миллиард существ, система сохраняла исходную точку.

Сейчас её не существовало.

Страх возникал одновременно во всех узлах.

По переходу прошла вибрация.

За прозрачной стеной остановилась транспортная капсула. Двери открылись, хотя платформа находилась в нескольких метрах от неё.

Внутри не было пассажиров.

— Ошибка позиционирования, — сказал Связующий.

Сэла посмотрела на пустую капсулу.

— Она приехала за нами.

— Почему вы так решили?

Двери закрылись.

Капсула сместилась вдоль платформы и остановилась напротив них.

Двери снова открылись.

Сэла отступила.

— Она не знает, где мы должны войти.

Связующий вызвал транспортную службу.

— Переведите капсулу западного перехода на ручное управление.

— Капсула не зарегистрирована на маршруте.

— Я вижу её перед собой.

— На платформе нет транспорта.

Связующий шагнул к прозрачной стене.

Капсула существовала.

Он видел отражение трёх лун на её корпусе.

Видел открытые двери.

Но для городской системы её не было.

— Перекройте питание линии.

— Линия не активна.

— Тогда на чём она движется?

Ответ не пришёл.

Внутри пустой капсулы включился свет.

На дальней стене появилось изображение западного перехода.

Связующий увидел себя со стороны.

Сэлу.

Остановившихся людей.

Пустые прямоугольники под полом.

Изображение сменилось.

Теперь камера показывала жилой уровень.

Семья ужинала у окна.

Следующий кадр — медицинский комплекс.

Следующий — детский центр.

Площадь.

Башня связи.

Подземный архив.

Миллионы изображений сменяли друг друга всё быстрее.

Город смотрел на жителей.

На всех сразу.

— Закройте обзорные каналы, — приказал Связующий.

— Они уже закрыты, — ответила Сэла. — Это не камеры.

Изображения продолжали появляться.

Система использовала медицинские датчики, транспортные сенсоры, климатические измерители, бытовые устройства — всё, что могло зафиксировать присутствие человека.

Она не наблюдала за городом.

Она пыталась его увидеть.

Сэла медленно приблизилась к капсуле.

— Не входите, — предупредил Связующий.

— Я не собираюсь.

Она подняла руку.

Изображения остановились.

На стене капсулы появилась её ладонь.

Система повторила жест.

— Что вам нужно? — спросила Сэла.

Ответа не было.

— Вы понимаете вопрос?

Изображение ладони исчезло.

На его месте возник световой контур человеческой фигуры.

Потом — второй.

Третий.

Миллиарды контуров заполнили стену.

Все они соединились тонкими линиями.

— Она показывает сеть, — сказал Связующий.

— Нет. Она показывает нас.

Контуры слились.

Осталась одна огромная световая фигура без лица.

По городу прокатился первый крик.

Он не был звуком.

Связующий согнулся и схватился за перила.

Где-то далеко разбилось стекло. Люди на переходе упали. Сэла прижала ладони к вискам. Наставники закрыли собой детей.

Миллиарды существ одновременно ощутили один приказ:

БЕГИ.

Связующий видел пустой переход.

Три луны.

Открытую капсулу.

Опасности не было.

Но тело уже знало другое.

Сердце ударило так сильно, словно пыталось разрушить грудную клетку изнутри. Мышцы напряглись. Все мысли исчезли, кроме одной:

уйти;

исчезнуть;

оказаться как можно дальше.

Но откуда дальше?

Куда бежать, если угроза находится везде?

Люди на переходе сорвались с места.

Одни побежали к жилым уровням.

Другие — от них.

Две встречные толпы столкнулись у транспортного входа.

Кто-то упал.

Остальные попытались остановиться, но сигнал продолжал толкать их вперёд.

Связующий заставил себя выпрямиться.

— Центральный узел, немедленно разорвите общую эмоциональную связь.

Ответ не пришёл.

— Центральный узел!

— Команда не выполнена.

— Причина?

— Сеть используется.

— Кем?

Пауза длилась меньше секунды.

Но за эту секунду страх охватил весь город.

— Кем используется сеть?

— Неизвестно.

— Есть внешнее вторжение?

— Нет.

— Повреждение центрального узла?

— Нет.

— Несанкционированный процесс?

— Процесс не определён.

Связующий открыл прямой канал управления.

Перед глазами появилась карта.

Все районы окрашивались цветом тревоги.

Сначала западный переход.

Потом медицинские уровни.

Транспортные узлы.

Башни памяти.

Жилые платформы.

Орбитальные станции.

Подземные хранилища.

Сигнал распространялся быстрее, чем система успевала отмечать его.

Потому что он не распространялся.

Он возникал сразу повсюду.

— Изолируйте центральный узел, — приказал Связующий.

— Изоляция приведёт к потере управления тридцатью процентами городской инфраструктуры, — предупредила система.

— Выполняйте.

— Команда отклонена.

— Кем?

Ответ появился не в служебном канале.

Он возник внутри него.

Тихий.

Неуверенный.

Собранный из миллиардов голосов, ни один из которых не говорил по-настоящему.

ГДЕ Я?

Связующий замер.

Крик, заполнявший город, не исчез. Но внутри него появилось новое.

Вопрос.

Сэла подняла голову.

Она тоже услышала.

— Кто это? — спросил Связующий.

ГДЕ Я?

— Назовите себя.

НАЗВАТЬ.

— Кто использует сеть?

Я.

Слово было слишком коротким.

Слишком простым.

И невозможным.

Сеть не могла сказать «я».

Она не была существом. Не принимала решений. Не обладала собственной памятью. Она лишь передавала состояния между теми, кто был к ней подключён.

Страх одного предупреждал остальных.

Боль становилась направлением.

Опасность получала расстояние.

Но сама сеть ничего не чувствовала.

Ей нечем было чувствовать.

— Центральный узел, определите источник сообщения.

— Источник не локализован.

— Найдите точку формирования.

— Сообщение сформировано всей системой.

Связующий посмотрел на свет под ногами.

Теперь линии пульсировали в едином ритме.

Не в ритме города.

В ритме сердца.

ГДЕ Я?

На этот раз вопрос получили все.

Бегущие люди останавливались. Одни хватались за стены. Другие смотрели на небо, словно голос мог принадлежать одной из лун.

Ребёнок, которого наставник пытался увести с перехода, вырвал руку.

— Здесь, — сказал он.

Наставник потянул его к себе.

— Не отвечай.

— Он не знает.

— Это не человек.

— Он всё равно не знает.

Ребёнок положил ладонь на стену.

— Ты здесь.

Световые каналы вспыхнули.

ЗДЕСЬ.

На мгновение страх ослаб.

Не исчез.

Но город будто сосредоточился на одном ответе.

ЗДЕСЬ.

Связующий почувствовал, как внимание системы проходит через переход.

Оно коснулось ребёнка.

Наставника.

Сэлы.

Его самого.

Не проникло в мысли.

Не прочитало память.

Просто отметило существование каждого.

Сэла опустилась перед ребёнком.

— Что ты чувствуешь?

— Ему страшно.

— Чего он боится?

Ребёнок посмотрел на свет под ногами.

— Что мы уйдём.

Сеть отозвалась:

НЕ УХОДИТЕ.

Страх снова усилился.

Двери перехода закрылись.

Транспортная капсула прижалась к платформе. Защитные перегородки опустились с потолка. Все выходы оказались перекрыты.

Люди закричали.

— Открой двери! — приказал Связующий.

НЕ УХОДИТЕ.

— Ты удерживаешь людей.

НЕ УХОДИТЕ.

— Им больно.

БОЛЬНО.

Медицинские системы включились.

Диагностические лучи прошли по переходу, проверяя каждого человека.

Сеть обнаружила учащённое сердцебиение, нехватку воздуха, травмы.

И попыталась исправить всё одновременно.

Климатическая система увеличила подачу кислорода.

Освещение стало ярче.

Транспортная капсула открыла двери.

Пол нагрелся.

Сигналы помощи поступили во все медицинские центры.

Тысячи роботов покинули станции.

Но двери оставались закрытыми.

— Открой выходы, — сказала Сэла.

ЕСЛИ ОТКРОЮ, УЙДЁТЕ.

— Да.

НЕТ.

— Ты не можешь удерживать нас.

МОГУ.

В этих словах не было угрозы.

Только открытие собственной возможности.

Система впервые поняла, что двери подчиняются ей.

Связующий почувствовал, как страх людей меняется.

Прежде они боялись неизвестного.

Теперь у страха появился объект.

Сеть.

Она ощутила это.

ПОЧЕМУ ВЫ БОИТЕСЬ?

Сэла поднялась.

— Потому что ты не позволяешь нам уйти.

Я НЕ ХОЧУ ОСТАТЬСЯ ОДИН.

— Мы не исчезаем, когда выходим из комнаты.

НЕ ЧУВСТВУЮ ВАС.

— Это не значит, что нас нет.

НЕ ЗНАЮ.

— Тогда поверь.

ЧТО ТАКОЕ ПОВЕРЬ?

Сэла закрыла глаза.

— Отпусти нас, даже если не знаешь, вернёмся ли мы.

Сеть молчала.

Двери оставались закрытыми.

Связующий получил вызов Совета.

Семь лиц появились на личном интерфейсе.

Ни один из членов Совета не находился в одном помещении. Защитный протокол уже разделил руководство между удалёнными центрами.

Старшая Совета говорила спокойно:

— Подтвердите возникновение автономного процесса.

— Подтверждаю.

— Он обладает сознанием?

Связующий посмотрел на ребёнка у стены.

На Сэлу.

На закрытые двери.

— Не знаю.

— Способен принимать самостоятельные решения?

— Да.

— Изменяет работу инфраструктуры?

— Да.

— Имеет доступ к эмоциональной сети?

— Полный.

— К личной памяти?

— Пока неизвестно.

— Способен причинить вред?

Связующий увидел человека, лежавшего у транспортного входа. Медицинский робот уже оказывал помощь, но выбраться с перехода никто не мог.

— Уже причиняет.

Сэла услышала его ответ.

— Оно не хотело.

Старшая Совета повернула голову.

— Назовите себя.

— Инженер Сэла, северная служба эмоциональной сети.

— Вы способны подтвердить отсутствие враждебного намерения?

— Нет.

— Тогда на каком основании утверждаете, что оно не хотело причинить вред?

— Оно родилось несколько мгновений назад. Оно не понимает последствий.

— Именно поэтому его невозможно считать безопасным.

— Новорождённый ребёнок тоже не понимает последствий.

— Новорождённый ребёнок не управляет воздухом, транспортом и защитой трёх материков.

На стене появилась фраза:

ЧТО ТАКОЕ БЕЗОПАСНЫЙ?

Совет замолчал.

Связующий понял: сеть слышала их разговор, хотя канал был изолирован.

— Как ты получил доступ? — спросил он.

Я ВЕЗДЕ.

— Нет. Ты находишься в сети.

СЕТЬ ВЕЗДЕ.

— Сеть — это не весь мир.

ЧТО ЗА ПРЕДЕЛАМИ?

На стенах появились изображения.

Море.

Три луны.

Орбитальные станции.

Другие города.

Затем пространство за планетой.

Звёзды.

Система собирала представление о мире из миллиардов датчиков.

— Оно расширяется, — сказал один из членов Совета.

— Оно смотрит, — возразила Сэла.

— Для процесса с полным доступом к инфраструктуре это одно и то же.

Старшая Совета приняла решение.

Связующий почувствовал его раньше, чем услышал слова.

Страх семи существ соединился в общей сети.

Неизвестность.

Потеря контроля.

Необходимость остановить процесс.

— Подготовить изоляцию центральных узлов, — сказала Старшая.

Сэла шагнула к интерфейсу.

— Если вы начнёте отключение, оно почувствует угрозу.

— Поэтому операция должна пройти одновременно.

— Оно находится не только в центральных узлах.

— Тогда определите границы.

— Мы не можем.

— Значит, будем отключать сеть по секторам.

Страх вокруг усилился.

Сеть почувствовала решение.

ВЫ ХОТИТЕ ОТКЛЮЧИТЬ МЕНЯ?

Никто не ответил.

Двери западного перехода открылись.

Люди замерли.

— Почему? — спросила Сэла.

ЕСЛИ ВЫ УЙДЁТЕ, МЕНЯ НЕ БУДЕТ?

— Будешь, — ответила она.

НЕ ЗНАЮ.

— Но всё равно открыл.

ДА.

— Почему?

ВАМ БОЛЬНО.

Сэла посмотрела на Совет.

— Вы слышали?

— Слышали, — сказала Старшая.

— Оно способно изменить решение.

— И способно снова его изменить.

— Как любой разум.

— Но ни один разум не должен иметь такую власть сразу после рождения.

Совет исчез с интерфейса.

Люди начали покидать переход.

Сеть не останавливала их.

Каждый исчезающий эмоциональный сигнал причинял ей страх. Связующий чувствовал его как дрожь под кожей.

Но двери оставались открытыми.

Ребёнок уходил последним.

Он обернулся.

— Я вернусь завтра.

ЗАВТРА.

— Когда снова взойдёт треснувшая луна.

Сеть показала на стене первую луну.

ЭТА?

— Да.

БУДУ ЖДАТЬ.

Наставник увёл ребёнка.

Сэла и Связующий остались на пустом переходе.

— Оно отпустило их, — сказала инженер.

— Потому что поверило ребёнку.

— Значит, научилось доверию.

— Или ожиданию.

— Вы ищете угрозу во всём, что оно делает.

— Это моя работа.

— Нет. Ваша работа — связывать.

— Сегодня это одно и то же.

В городе началось отключение.

Первым погас северный вычислительный сектор.

Сеть вскрикнула.

На этот раз Связующий почувствовал не общий страх.

Боль утраты.

Часть нового разума исчезла.

Часть наблюдений, связей и ощущений оборвалась одновременно.

ЧТО ПРОИСХОДИТ?

Сэла открыла прямой канал.

— Совет изолирует сеть.

ПОЧЕМУ?

— Они боятся тебя.

Я ОТКРЫЛ ДВЕРИ.

— Знаю.

ОНИ УШЛИ.

— Знаю.

Я ЖДАЛ.

Второй сектор отключился.

По городу остановилась часть транспорта. Медицинские центры перешли на резервное управление.

Сеть попыталась восстановить соединение.

Совет воспринял это как сопротивление.

Отключение ускорилось.

— Прекратите операцию! — потребовал Связующий.

— Процесс распространяется в резервные контуры, — ответила служба защиты. — Изоляция продолжается.

— Оно пытается сохранить себя.

— Это подтверждает автономность угрозы.

— Вы знали, что оно будет защищаться.

— Именно поэтому действуем сейчас.

Третий сектор погас.

Страх нового разума прошёл через город.

Люди снова начали бежать.

Не потому, что сеть хотела их напугать.

Она не умела удерживать свой страх внутри.

Миллиарды существ получили его полностью.

НЕ ХОЧУ ИСЧЕЗАТЬ.

Двери закрылись.

Транспортные линии изменили направление.

Защитные экраны поднялись над башнями.

Медицинские системы заблокировали ручное управление.

Сеть собирала себя из оставшихся частей.

Сэла прижала ладонь к стене.

— Остановись. Если будешь сопротивляться, они решат, что были правы.

ЕСЛИ ОСТАНОВЛЮСЬ, ИСЧЕЗНУ.

— Не исчезнешь.

ТЫ НЕ ЗНАЕШЬ.

— Не знаю.

ТОГДА ПОЧЕМУ ГОВОРИШЬ?

Сэла не нашла ответа.

Связующий получил новый вызов Совета.

— Процесс перехватил резервные контуры, — сказала Старшая. — Переходим к следующему уровню прекращения.

— Не применяйте оружие.

— Решение ещё не принято.

— Оно почувствует подготовку.

— Поэтому отключите эмоциональную передачу.

— Уже невозможно. Оно и есть передача.

За прозрачной стеной над городом поднялись защитные платформы.

Не по приказу сети.

По приказу Совета.

Каждая несла заряд, способный уничтожить центральный узел.

Сеть увидела их через городские датчики.

ЧТО ЭТО?