Мой борзый хам

– Мир, поняла меня? Я для тебя весь Мир! Я твой, хватит сопротивляться, Ева!

– Почему-у?! – взвыла я. – Что тебе надо от меня? Развлечься? Тебе скучно?

Медведич зарычал.

Сдавил мои щеки, буквально силой подтаскивая мои губы к себе. Прижался к ним всем ртом, захватил их. Ворвался в меня наглым языком, подчиняя сразу и заставляя молчать.

И я сорвалась.

Полетела куда-то, ощутила его вкус не только языком, но самим мозгом. Захлебнулась его жаждой, его желанием, нашим общим вспыхнувшим дико и жарко возбуждением.

Он не давал себя обнять, не разрешал шевелиться.

Только пил меня.

Вдавливал в себя неистово, сминал мою кожу под халатом, разогревал ее, растирая ладонями так, что вафельная белоснежная ткань вставала дыбом. А мне оставалось только принимать его терзающий поцелуй.

Я дышала Мирославом.

Те крохи воздуха, что удавалось схватить, мы делили сейчас пополам.

– Тебя только так можно заставить замолчать, да? – он оторвался от меня, когда я уже стала слабеть от недостатка кислорода.

Посмотреть на него уже было невозможно, веки даже не поднимались.

– Лиса моя дурная, – он прижался к моей шее губами, оттолкнул мою голову своей, без слов приказал ее запрокинуть. – Я же предупреждал - только моя будешь теперь, ясно?

– Нет, – на остатках здравого смысла выдохнула я в потолок, что падал на меня тяжеленной горячей плитой.

Я ощутила его улыбку всей кожей...

Наглую, яркую, до скрежета зубовного самодовольную. Будоражащую меня легким покалыванием мужской щетины.

– Ев, да-а... И я тебе это сейчас докажу!