Мой борзый хам

Лия Седая

Мой борзый хам

Глава 1

«Логово» гудело. Я привычно пробежалась взглядом по ближайшим столам. Все нормально. Все идет, как всегда. Можно дать себе передышку и попить воды. Ничего другого я себе на работе не позволяла.

– Саш, дай воды, – я аккуратно постучала короткими ноготками по барной стойке.

– Лед? – наш бармен каждый раз задавал этот вопрос, хотя знал прекрасно, что я не пью холодное. Горло потом болит, даже если на улице жара.

– Ну, Саш!

Он улыбнулся и поставил передо мной высокий стакан.

– Из фильтра.

– Спасибо, – я тоже не смогла сдержать улыбку. Мне он всегда давал самую чистую воду.

Мы с Сашкой пришли в этот клуб работать одновременно. Он барменом, я администратором. И так уже и трудимся вместе третий год.

– Вау, какая! – По бокам от меня с двух сторон о барку оперлись мужские руки. Я затылком, всей кожей ощутила нависшее надо мной большое тело. – Скучаешь, красавица?

Я тоскливо посмотрела на Сашку.

Начина-ается...

Я спокойно отпила пару глотков воды. Постоянно приходится музыку перекрикивать, голос подсаживается регулярно. Вода хоть насколько-то облегчала саднящее чувство. Леденцов-то нельзя мне на работе.

– Я Мирослав, а тебя как зовут? – мужчина сверху нагнулся. Провел кончиком носа по моему уху, нагло толкаясь. - Сколько берешь за ночь?

Нет, ну он охренел?!

Я толкнула его плечами, выпрямляясь, и отодвинула стакан от себя. Повернулась к нахалу, рассматривая его. Ну, точно. Новенький у нас, не знает меня в лицо. Оттого и борзый такой.

– Доброй ночи. Я Ева, администратор клуба. У вас какие-то вопросы по обслуживанию? – внутри все клокотало от унижения и злости, но снаружи...

Снаружи я всегда лед.

Я профессионал. За это меня и ценит хозяин.

– Вопросы? – хам обнажил белоснежные зубы в широкой улыбке, даже не подумав отойти. Так и держал свои руки по бокам от меня, заперев перед собой. – Вопросы как раз имеются, золотко. Скучно мне, компанию составишь? Я твое время оплачу.

– Мне за работу начальство платит, не беспокойтесь, – отбрила я. – А если у вас нет других проблем, то отойдите.

– А то что?

– А то я их вам устрою, – я сузила глаза.

Вот ублюдок.

Высокий и холеный. Широкий настолько, что меня две нужно, чтобы занять ширину его груди. Плечи тянули на себе дорогой, идеально сидящий пиджак из темной ткани. Он не просто стоял, он владел пространством вокруг себя. Его поза была позой полного, ленивого обладания. Темные, почти черные волосы, были идеально подстрижены, и такие же темные глаза, в которых читалась не просто уверенность, а скучающая снисходительность ко всему окружающему.

Очередной мажор. Царек, карманы которого набиты бабками, и он считает, что может купить что угодно и кого угодно. Вот только я не услуга, меня нельзя заказать для развлечения.

И я уже давно отрастила зубы против таких.

Хозяин позволял, даже натаскивал сам охрану на то, чтобы к персоналу никто и никогда не прикасался. За это я его очень уважала.

– И какие же? – он явно забавлялся.

– Для начала, возьму вот этот стакан, – я подхватила свою недопитую воду. – И вылью на тебя. Потом вызову охрану, – я отцепила с пояса небольшую рацию внутренней связи для персонала и щелкнула кнопкой вызова. – И тебя вышвырнут отсюда как котенка. И уж будь уверен, я позабочусь о том, чтобы ты больше никогда в жизни не прошел фейс-контроль в «Логово», мудак!

Черт, сорвалась!

Нельзя же! Но я даже не подумала отвести взгляд. Смотрела прямо в глаза этому огромному зверю в человеческом наглом обличье.

На его лице медленно сменялись эмоции.

Первым было непонимание. Даже обида как будто. Потом пришла ярость. Но она была смазанной, нечеткой. Словно он вовремя поймал ее и успел подавить. Не пропустил наружу. А вот потом, то, что я больше всего ненавидела на лицах всех мужчин, которые сюда приходили.

Интерес!

Живой, чуть злобный, яркий как стробоскоп над нашим танцполом.

– Охуенно! – выдохнул он и распрямился. Отступил от меня чуть, пожирая шоколадным взглядом. – Просто охуенно! Админ, говоришь, ты, золотко?

– Ева! – ко мне подскочил Андрей, один из охранников.

– Что? – фух, слава Богу, охрана рядом. Я тихонечко выдохнула напряжение.

– Засада, - Андрей просканировал натренированно отступающего мужчину, но не счел его опасным. – Директор новый уже приехал. В ночь!

– Ну? – я нахмурилась. – И что?

– А то, что он уже где-то в баре! По рации передали, что он тебя потребовал для представления и сам сюда пошел. Ты его видела?

Я напряглась.

Сползла с барного стула, оглядываясь вокруг. Мажорчика рядом уже не было и это радовало. Вот не хватало мне, чтобы сын хозяина приехал и застал меня, отшивающей очередного прилипалу.

Администратор должен быть асексуален для посетителей, это первой правило, которое мне выдвинули при приеме на работу.

– Не видела. Андрей, почему его не проводили? Вы чем там занимаетесь, е-мое?

– Команды не было, – охранник насупился. – И что теперь? Получается, у нас теперь тут директор-шпион, а мы даже не знаем, как он выглядит? Охренеть, попадос!

– Охренеть.

Я прижала пальцы ко рту. Что делать? Что делать?

Он сейчас может смотреть на нас откуда угодно? Взгляд сам прыгал со стола на стол, пытаясь вычислить нового шефа. Пока не наткнулся на борзого хама, который сидел за одним из них и нагло манил меня к себе пальцем.

Как хозяин собачонку.

– Андрей, а как зовут сына хозяина? – хрипло спросила я у охранника.

– Так, Мирослав. Мирослав Михайлович Медведев.

Глава 2

Музыка в «Логове Медведя» была не просто фоном, она представлялась мне живым существом. Огромным механическим зверем, от чьих шагов пульс начинал биться им в такт. Ее ритм проникал в кости, заставлял стеклянные полки над баром мелко-мелко дребезжать.

Воздух, густой от смеси дорогих сигар, сладковатый на вкус от пара кальянов и резковатый от аромата разнообразного алкоголя, можно было резать ножом. Этот воздух был напитан деньгами.

Деньгами, которые скучали.

Деньгами, которые хотели развлечений.

Деньгами, которые пытались купить себе кусочек ночного забвения.

И сейчас самые большие деньги сидели и манили меня пальцем к себе. Адреналин, который минуту назад кипятил мне кровь, упал свинцовой холодной плитой на дно желудка. Андрей что-то тревожно бубнил рядом, но я его и не слышала уже. Я видела только его...

Красивого, сильного, самоуверенного. Сидящего в полумраке со стаканом виски в руке. С мерзкой улыбочкой, от которой у меня пальцы ног в туфлях подворачивались от злости.

Да и от страха, чего уж там...

Приехал же, гад, не вовремя.

Может, он хоть не злопамятный? Ну, я так, помечтать же можно? Обычно, такие как он, обид не прощают. Он же меня сейчас не просто подманивал. Он мне власть свою демонстрировал. И я, с моими дурацкими воплями о вышвыривании его из клуба, была абсолютно беспомощна.

– Ева, ты профессионал! – напомнила я себе обреченно. – Только профессионализм тебя спасет, ты и похуже переживала.

Мужественное вранье!

Таких «похуже» в моей карьере точно не было.

Но я пошла. Одернула короткий пиджачок и пошла. Как по стеклу битому босыми ногами, честное слово. Хозяин никаких указаний насчет сына не давал. Может, он просто не знает, какой говнюк его отпрыск?

Я подошла к его столику, остановившись на почтительной, служебной дистанции.

Вдохнула поглубже, расправила плечи и натянула на лицо то самое выражение вежливой, отстраненной готовности к диалогу. Я его перед зеркалом когда-то отрабатывала, еще когда в университете училась.

– Добрый вечер, господин Медведев. Ева Лисицына, старший администратор клуба «Логово Медведя», к вашим услугам.

Мирослав медленно взял со стола пачку сигарет.

Вытянул оттуда одну, подкурил неторопливо, щелкнул крышкой коллекционной металлической зажигалки. И так же неторопливо выпустил струйку дыма вверх. Аромат табака, дорогого и терпкого, я почувствовала сквозь все запахи клуба.

Я ж как ежик сейчас!

Нервы вылезают через поры в коже от тихой истерики.

– К моим услугам? Это хорошо. Но «господин Медведев»? Золотко, пять минут назад я был мудаком. Как быстро все меняется, Ев, да?

Я сжала челюсти.

Могла бы, заскрипела бы зубами. Но – не могу.

– Приношу свои извинения за недоразумение. Я не была осведомлена о вашей личности.

– Недоразумение? – он довольно хмыкнул. – Мне показалось, это была вполне четкая позиция. Очень яркая, мне понравилось.

– Я здесь, чтобы представиться, господин Медведев. Если у вас есть вопросы по работе клуба, я готова на них ответить.

– Вопросы? Е-есть, – он откинулся на спинку низкого дивана.

Разбросил руки в стороны, медленно отвел их за голову, сцепляя пальцы. Раскрыл передо мной широкую грудную клетку. Сейчас, без пиджака, она казалась еще шире. Рубашка растянулась, показала мне его чистую кожу.

Ленивый шоколадный взгляд пополз по мне.

С самого низа, от туфлей на высокой шпильке, по ногам, бедрам, талии. Задержался на груди, скрытой под белой плотной футболкой, и, наконец, остановился на лице.

Не взгляд, а пытка! Ууу, гад...

– Но давай, начнем с чего попроще. С твоей одежды, например. Это униформа?

– Да, – коротко ответила я. – Утверждена внутренним регламентом, который подписал ваш отец.

– Регла-амент, – он растянул это слово, как будто на вкус его попробовал. – А в регламенте что-нибудь сказано о симпатичных сотрудницах? Нельзя быть такими вызывающе красивыми, Ева. Это отвлекает посетителей от процесса траты денег в нашем заведении, тебе не кажется? Вредно для бизнеса.

Внутри у меня все сжалось в тугой, злой комок. Он делал именно то, на что я и рассчитывала. Вел себя как последний свинтус, пользуясь своим положением.

– Регламент предписывает сотрудникам выглядеть опрятно и профессионально. Я следую предписаниям, - ответила я, глядя в пространство за его головой. – До настоящего времени никаких жалоб не поступало.

– Ев, а ты всегда так разговариваешь с людьми?

– Как? – я от неожиданности вопроса даже скосила на него взгляд.

– Как будто со стеной.

– Если вас не устраивает манера моего общения, я могу прислать другого сотрудника для брифинга.

– О, не-не-не, – он помотал головой, туша сигарету в пепельнице. - Мне нравишься ты. Такая... колючая. Присаживайся, проясним все эти ваши регламенты.

Я отступила на шажочек:

– Благодарю за предложение, но мне необходимо обойти зал. Работа.

Мужественное лицо Мирослава чуть поддернула его фирменная, как я понимаю, ухмылка. Наглая и самоуверенная донельзя.

– Золотко, это было не предложение. Это приказ. Сядь.

Мне захотелось поежиться.

Таким тоном мог разговаривать только хозяин. Только он так умел. Видимо, и сына научил.

Я обошла столик и присела на другой диван, напротив.

Спрятала руки, чтобы он не увидел дрожащие от волнения пальцы и чтоб самой на них не смотреть. Я выдержу, чего бы мне это не стоило. Не для того три года тут пахала, чтобы вот из-за этого хама потерять свои перспективы.

Я выпрямила спину.

– Ну, вот и умничка, – он удовлетворенно хмыкнул. – Так что, в регламенте прописано о том, что администратор должен быть такой ледяной сосулькой? Или просто ты еще не встретила мужчину, который тебя бы растопил?

Я посмотрела на него, прямо в глаза. В эти темные, насмешливые бездны. И позволила себе крошечную, контролируемую утечку яда.

– Мои личные предпочтения не входят в круг вопросов, интересующих руководство нашего комплекса, господин Медведев. Если, конечно, вы не хотите нарушить корпоративную этику, запрещающую домогательства на рабочем месте.

– Блядь, еще и этика сюда же! – он присвистнул даже. – Ла-адно. Поговорим о работе. Как думаешь, среди персонала много женщин, готовых подработать не только в рамках регламента? Может, есть кто-то, кто оказывает особые услуги клиентам? Отель-то, вот он, сверху, а клиентура у нас богатая, спрос точно есть.

Это было уже за гранью.

Он не просто приставал лично ко мне. Он намекал, что весь мой персонал, что я сама...

В глазах потемнело от злости.

– В клубе «Логово Медведя» не оказывается услуг интимного характера, господин Медведев, - проговорила я, и мой голос, наконец, дал трещину, став на тон выше. - Это прописано в правилах внутреннего распорядка, и за этим строго следит охрана. И я тоже.

– Следишь за всеми? — он насмешливо поднял бровь. - А сама? Никогда не было соблазна? Ну, там... особо настойчивый клиент, очень щедрый, например? Ты вкусная штучка, я бы не удивился.

Я резко поднялась.

– Если у вас нет адекватных вопросов по работе клуба, я пойду выполнять свои обязанности. Удачи вам, господин Медведев.

Я развернулась и пошла прочь.

Ждала, что он окликнет меня, прикажет вернуться. Но позади была только тишина, налитая его ядовитым удовлетворением.

Я почти дошла до бара, до безопасного пространства за стойкой. Поймала Сашкин обеспокоенный взгляд и отрицательно мотнула головой. Конечно, он уже знает, с кем я говорила. Андрей должен был доложить, такие новости быстро разлетаются.

Я сделала глубокий вдох, пытаясь унять дрожь в коленях. Выжила. Выдержала. Не дала ему насладиться моим унижением полностью.

– Ев, телефон, – Сашка вдруг обернулся на свое пространство под стойкой и выдернул мой смартфон.

Я его всегда ему оставляла, если мы работали вместе. Так было безопаснее.

– Спасибо, – я смахнула шторку на дисплее вниз.

Служебный мэйл в такое время?

«Приказ №1. Сотруднику Лисицыной Е.С. предписать персональную обязанность: ежевечернее сопровождение директора Медведева М.М. в его личные апартаменты на верхнем этаже для устного доклада о работе клуба. Время - по окончании рабочей смены. Первый доклад - сегодняшним числом. Основание: необходимость своевременного брифинга в условиях адаптации нового руководства»

Я развернулась на Мирослава как ошпаренная.

Он сидел в том же положении, пил свой виски и смотрел на меня. Поймал мой взгляд и поднял стакан в немом тосте.

Значит, хочешь затащить меня в свой номер, Медведев?

Глава 3

Лифт плавно и бесшумно понес меня наверх.

Уши, как всегда, немного закладывало после смены. После громкой музыки в клубе в них словно ваты кто-то напихивал, все становилось приглушенным. Я смотрела на светящиеся кнопки этажей и чувствовала, как сердце колотится как заводной молоточек.

Тук-тук по горлу.

Тук-тук по ребрам.

– Профессионализм, Ева! – я нахмурилась себе самой в зеркало. – Это просто еще один мажор. Мальчишка по натуре, который считает вседозволенность нормой. Он просто так забавляется.

Я шумно вдохнула воздух через нос.

Да-а, все так и есть. Кто-то забавляется, а я могу потерять работу в секунду. Кто знает, если я этого Мирослава пошлю прямым текстом, вдруг его папа обидится?

В то, что меня тащат в номер, чтобы просто пообщаться по работе я не верила ни на грамм. Ну, серьезно?

Лифт плавно притормозил и остановился, раздвинул беззвучно свои створки, показывая мне этаж отеля. Целый холл с паркетным полом, зеркалами в золоченых рамах и одной-единственной дверью из темного дерева. Пентхаус. Весь этот этаж - личные апартаменты Мирослава Медведева, теперь-то я это уже знала.

Я шагнула на паркет и захотелось выругаться.

Дурацкие каблуки! Цокают так оглушительно, что он точно уже понял, что я приехала. Я подошла к двери, но руку поднять не успела. Автоматика с готовностью отвела ее в сторону.

Уронила мое сердце куда-то под плинтус, издевательски тихо шурша.

Видел, значит, меня по камерам.

И ждет.

В нос ударил запах. Не еды или ароматизаторов, ничего такого. Запах был мужским. Как-то вот сразу становилось понятно, что тут живет мужчина, один. Пахло кожей, деревом. Терпкие ароматы, брутальные.

Ну, и коньяком, конечно.

– Ева, давай уже, – я зашипела на себя мысленно, перенося ногу через порог.

Ой, мамочки, как будто на растерзание иду...

И ведь, по сути, так оно и есть. Кое-кто сейчас хочет меня сломать, себе подчинить, а я должна отчаянно сопротивляться, да еще и лицо при этом сохранить. Задача невыполнимая, как мне кажется.

Я поджала губы и решительно вошла.

Посмотрим еще, кто кого!

Мирослав стоял у огромного панорамного окна в гостиной. Смотрел на пожарище ночных огней внизу, на занимающийся рассвет, что его смазывал. Он уже успел переодеться, сменил рубашку на тонкий джемпер. И эта клятая одежка обрисовывала каждую его мышцы на спине и плечах.

Я сглотнула.

«Мальчишка» был отлично сложен, этого не отнять.

– Опоздала на четыре минуты после закрытия клуба, – он даже не обернулся. – Ты непунктуальна, Ева? Что ты там про профессионализм говорила ночью?

Дверь за моей спиной так же плавно закрылась до щелчка. Бахнула мне по нервам сухим негромким звуком.

– Или ты просто таким образом выказываешь неуважение? – Мирослав повернулся ко мне.

Я вскинула голову.

А с чего мне тебя уважать, м? За что, за оскорбления? За попытки унизить?

– Добрый... почти уже утро, господин Медведев...

– Мирослав, – он лениво отошел от окна. Он вообще только так и двигался. Расслабленно, неторопливо. Как огромный, знающий свою силу и свою цену, хищник.

– Что?

– Называй меня Мирослав, когда мы наедине, – повторил он.

Я еще раз моргнула.

Да я вообще-то не планировала больше с тобой наедине оставаться, если что. Я уже думала о том, чтобы прийти сюда в сопровождении охранника завтра. Ну, боюсь я одна ночью по отелю ходить, слабой девушке простительно.

Но я благоразумно молчала под его взглядом.

Он снова осматривал меня с головы до ног. Как будто оценивал опять. Раздумывал, на что я ему гожусь. Я вытянулась в струнку под этим взглядом.

– Туфли сними, – вдруг приказал Медведев.

– Что?!

– Не люблю, когда каблуки цокают по паркету. Сними туфли.

У меня воздух застрял в груди.

Что за ерунда?!

Это требование было настолько нелепым и принижающим достоинство, что я даже растерялась. Может, еще и раздеться сразу? Ну, а что?

– Ева.

Я опустила голову. Приказ начальства. На его собственной территории. А мне есть что терять. Я наклонилась, обхватила сначала пятку одной туфли, потом другой. Поставила аккуратно обувь вместе, пережидая горячую волну, прилившую к пальцам.

Ночь напролет на шпильках – то еще приключение.

Прохладный пол остужал ступни, но я все равно злилась. Остаться босой перед Медведевым было безумно... унизительно!

– Садись, – он кивнул мне на кресло перед камином.

– Мирослав Михайлович, – я сцепила пальцы.

– Мирослав!

Я заткнулась.

Поняла. Господин директор очень сердит и суров. Буду отвечать только на поставленные вопросы и все. Устал он, наверное, полночи просидев за столом в клубе.

– Сядь, – я послушно прошла к креслу и села.

Нет!

Утонула в этом огромном кожаном монстре, почти воткнувшись коленками себе в подбородок. Черт, как можно сохранять рабочее настроение, если меня сейчас в сон потянет от таких мягких подушек?

– Итак, брифинг, – голос Мирослава заставил. – Опоздала почему?

– Кипер не закрывался.

– Ясно. За последний квартал клуб дал рост выручки на пятнадцать процентов. Твоя заслуга?

Я кое-как удержалась, чтобы не раскрыть рот от удивления.

Я ждала какую угодно похабщину! А тут действительно деловые вопросы.

– Это работа всей команды.

– Но управляешь ей ты. Умеешь выжимать максимум из всех, кто рядом?

– Просто люблю, когда все четко работает и добиваюсь этого, – я насупилась. Понять его не могла. Он задавал вопросы на границе работы и личного интереса. Это сбивало с толку.

– А твоя такая напористость, она на все сферы жизни распространяется?

Медведев приподнял бровь, глядя прямо в глаза.

А вот я не выдержала. Вильнула взглядом. Вот что ему нужно, а? Он сейчас о чем, о личном? Когда уже послать-то можно будет?

– В рабочее время я думаю только о работе, Мирослав, – я запнулась. – Мирослав, да.

Он легко улыбнулся. Самым уголком губ. Как будто одобрил, что я вспомнила его приказ и не стала договаривать отчество.

– Рабочее время, – он легко усмехнулся. Опять показал свои идеально белоснежные зубы в улыбке. Такой красивой, что я даже подзависла немного. – А сейчас у нас рабочее время, Ев? Или уже внеурочное?

– Что? – я громко сглотнула слюну, приходя в себя.

Да это кресло все!

Я всю ночь на ногах, я устала, а оно так и тянет с ногами забраться и поспать!

– Какое время у нас сейчас, Ева, – терпеливо повторил Мирослав. – Рабочее или внеурочное?

– Ну, – я напрягла расплывающиеся от усталости мозги. – Наверное, уже внеурочное все ж.

Я поняла, что сделала ошибку по хищному янтарному блеску в шоколадном взгляде. О-о-очень большую ошибку...

Мирослав с предвкушением ухмыльнулся:

– Так значит, ты все же поднимаешься в номера к мужчинам в свободное от работы время, да?

Глава 4

Фух! Ну, теперь точно можно!

От гадкого вопроса в висках застучали молоточки. Вроде бы тихо, но настойчиво и отчетливо перекрыли гул накатившей от усталости крови.

Вот он...

Нехороший человек! Дир-ре-ектор...

Гад он, подвид обыкновенный. Знает же, куда ткнуть, в мои же рабочие принципы. Эх, прощай, креслице, в тебе было тепло, но мне пора. Я оперлась руками на высокие подлокотники, сдавила пальцами чуть липковатую дорогую кожу и встала. Сжала кулаки, утыкаясь ногтями в свои же собственные ладошки.

– Я никогда, – я мотнула головой, стряхивая осиплость в голосе. – Вы...

Вдохнула поглубже, чтобы собрать мысли в кучку. А смысл что-то говорить? Ай. И оскорблять его даже не хочется.

Он все равно не поймет, это же очевидно.

Ему просто нравится доводить людей до бешенства. Но других слов у меня нет. Его звездную самодовольную улыбочку мне ни за что не стереть.

Знал бы ты, господин Медведев, что меня никогда в мужских номерах не бывало. Ни ночью, ни даже днем.

Ни-ког-да!

Я отвернулась от него.

Все, пойду я. К своим туфлям и к своему достоинству. Они там где-то на одном уровне сейчас валяются, похоже. Я держала себя только мыслями, поддерживала, чтобы не сломаться. Не сгорбить перед ним спину, не опустить голову. Сейчас вот заберу свою обувь и давай, блин, до свидания, директор! Не добьешься ты моего унижения. Не заставишь уволиться, если это твоя цель. Я еще повоюю...

– Стоять! – я замерла, успев только кончиками пальцев коснуться туфель.

Охренеть.

Теперь что, вообще шевелиться в его присутствии нельзя? А можно сразу весь список запрещенных действий, а? А то я после рабочих почти суток соображаю плохо. Мне бы записать.

– Хотя, просто замри, – в его голосе искрилось похабное веселье. – В такой позе твоя попка куда как лучше выглядит.

Не. Не пошлю.

Придушу сейчас просто!

Я резко выпрямилась и развернулась к нему. Сейчас всю твою холеную медведевскую картинку подправлю когтями! Будешь потом оправдания придумывать, какая же это телка тебя в ночном клубе так исполосовала.

– Вы! Хам!

Но Медведев уже шел ко мне.

Неспешно, но оч-чень уверенно. Два широких шага и его руки стальными капканами сжались на моей талии. Смяли мой пиджак, вдавили внутренние швы на ткани в кожу. Притянули к его телу с такой силой, что воздух из легких вынесло тихим выдохом. Я как будто грудью о железный забор ударилась с какого-то перепуга.

– Уберите руки, вы что! – возмутилась я, от испуга замахиваясь на него туфлями. – Ммм!

Суставчики на пальцах вдруг сместились с привычных мест.

Вспышка щекочущего нервного импульса прострелила руку до плеча. А мои туфли вдруг оказались у Мирослава.

– Хороший стон, – так же похабно ухмыльнулся он. – Но тональность немного не та, Ев. В нем слишком много злости, а должно быть вот так...

Мужские бедра прижались к моему животу.

Толкнулись в него вздыбленным под брюками членом. Я даже ахнуть не успела, не успела вообще ничего. Мирослав не выпустил ни моих туфель, ни моего запястья. Рывком обхватил меня за попку, обернул моей же собственной рукой, вжимая в себя еще сильнее.