Край Галактики. Аварийный Губернатор III

— Нам понадобится прописать правила приёма заявок, расписание рейсов, очерёдность и меры ответственности каждой из сторон для дальнейшего развития железной дороги в качестве основного транспорта в Гармонию. Потому что с сегодняшнего дня железная дорога перестала быть вашим проектом и превратилась в услугу, которой захотят пользоваться другие.

— По-моему, это звучит прекрасно.

— Я именно этого ответа и боялась, — печально вздохнула Нира.

— Что именно не так, инспектор? — насторожился я.

Майр стоял рядом и слушал с заметным интересом. И ответил он раньше, чем это сделала Нира.

— Гармония тоже быстро поймёт, что спорить о праве губернатора управлять железной дорогой несколько поздно, если её торговцы уже спрашивают расписание.

Нира перевела на него взгляд и жёстко произнесла:

— Совет прекрасно способен одновременно пользоваться железной дорогой и оспаривать право губернатора ею управлять. Политическая практика такие противоречия выдерживает без каких-либо трудностей.

— Поэтому я и предпочитаю работать с документами, а не с представлениями о справедливости, — снова ушёл в идеальную вежливость Майр.

— Я бы на вашем месте пока не увлекалась, — не оставила его без ответа с намёком Нира.

Я наблюдал за ними и думал, что Майр действительно не только умён, но и обладает талантом, на моей планете повсеместно называемым ушлостью. То есть умением найти, куда влезть, где вовремя похвалить и когда куда переметнуться ради собственной выгоды. Даже его нынешнее положение для молодого серва без денег и сильного клана за спиной уже само по себе говорило о многом. Майр не пытался изображать бескорыстие. Ему нужна была карьера, мне — доверенный лубасири внутри города, который понимает местное право и готов работать.

К вечеру поток любопытных у ограждения иссяк практически полностью, остались только работники вокзала, городская охрана и те, кто действительно был связан с грузом. Свет стал мягче, тени от старых зданий вытянулись поперёк путей. «Паровоз» собирались оставить у платформы до утра, чтобы закончить работу без спешки, а рота гвардейцев оставалась его охранять.

Рима держалась до самого вечера значительно лучше, чем я ожидал.

Она ещё раз сходила со мной к локомотиву, показала купленные отцу перчатки Унцу и попыталась выяснить у Этони, считается ли сегодняшняя поездка боевой. Лейтенант думал дольше обычного и ответил, что до тех пор, пока по бронепоезду никто не стреляет, он предпочитает считать рейс обычным.

Уснула она прямо в кабине ещё до того, как окончательно стемнело. Вроде бы вот только что ещё сидела, прижав к себе свёрток с подарком, и вот уже уронила голову на сложенную куртку и перестала реагировать на разговоры. Я накрыл её своим плащом, осторожно забрал перчатки, чтобы она не смяла упаковку, и вышел наружу.

На платформе было непривычно спокойно. Несколько работников заканчивали дела возле грузовых вагонов, гвардейцы сменялись на постах, вдалеке слышались разговоры припозднившихся местных.

Майр уже ушёл разбираться с каким-то запросом Совета. Зато Хасс Тарв оставался на вокзале и, судя по всему, вообще не собирался сегодня домой.

Нира сидела на скамье возле служебного помещения и сосредоченно смотрела на плашет. Я устроился рядом и несколько секунд молча разглядывал бронепоезд.

Нира дочитала строку, убрала стилус и только тогда повернулась ко мне.

— Вы всё-таки устали за сегодняшний день?

Даже сейчас, когда мы вроде бы остались одни, она всё ещё держала этот официальный стиль общения, который меня так раздражал. Просто на всякий случай, и это было правильно.

— Сильнее, чем рассчитывал, инспектор. Хотя вроде бы сегодня меня даже ни разу не попытались убить…

— Полезный опыт, попробуйте хотя бы понемногу к нему привыкнуть, — беззлобно съязвила Нира.

— Сомневаюсь, что у меня получится, — вздохнул я.

Мы ещё некоторое время посидели молча. С платформы бронепоезд выглядел длиннее, чем из лагеря. Возможно, просто потому, что здесь вокруг него было больше свободного места и чужих зданий.

— Всё-таки шестьсот лет — серьёзная цифра, — произнёс я.

Нира медленно кивнула, не сводя внимания с состава.

— Я об этом тоже не знала, в документах по дороге такой справки не было.

— И хорошо, потому что если бы знала заранее, наверняка заставила бы меня подготовить речь.

— Заставила хотя бы не шутить первые тридцать секунд после прибытия, — позволила себе улыбнуться она.

— Тогда точно хорошо, что не знала.

Нира опустила планшет на колени.

— Рима запомнит сегодняшний день. Детям из шахтёрских общин редко выпадает шанс побывать в столице.

Я кивнул в сторону кабины.

— Стоило сюда доехать даже ради одного этого.

Разговор прервал подошедший Унц.

— Губернатор, после вопроса начальника вокзала я предварительно проверил ограничения для регулярного движения по линии. Полный расчёт потребует данных после завершения рейса, но один фактор уже очевиден.

— Какой именно фактор ты имеешь в виду?

— Речь идёт прежде всего об энергии. При регулярном движении железная дорога будет потреблять существенно больше, а администрация уже снабжает лагерь, плавильню, водяное хозяйство и другие действующие объекты. Если увеличить число рейсов, придётся либо наращивать внешние поставки, либо искать собственный дополнительный источник.

Я невольно поморщился, и Нира заметила мою реакцию раньше, чем я успел сформулировать возражение.

— Внешние поставки можно попытаться согласовать с Гармонией, — сказала она. — По крайней мере, на первое время. После сегодняшнего рейса у города появился свой интерес к поддержанию дороги.

Я снова оглядел бронепоезд от локомотива до хвостовой платформы. Утром мы только собирались доказать, что состав вообще дойдёт до Гармонии, а сейчас сидели и обсуждали, как организовать регулярные перевозки.

— Унц, после возвращения составь полный расчёт, — приказал я. — Сколько энергии у нас уходит сейчас, сколько добавит регулярное движение, и что из этого мы сможем обеспечить без Гармонии.

Унц чуть повернул сенсорный блок.

— Задачу принял в полном объёме. Под словами «без Гармонии» следует понимать отсутствие закупок энергии и иных энергоресурсов у структур города?

— Именно. Даже удивлён, что ты спросил. А вообще, знаешь… Сделай два варианта, с закупками и без. Сравним.

Нира посмотрела на меня.

— Я знала, что спокойствия нам не видать. Пойдёмте к Риме, ваше превосходительство. Здесь стало немного прохладно.

Мы вернулись к «Паровозу», а в кабине нас встретила заспанная и растрёпанная Рима. Она недоверчиво покосилась на Ниру.

— Вы успели ещё какуб-то работу придумать, да?

— Просто обсуждали следующие рейсы, — объяснила инспектор. — Начальник вокзала уже хочет знать расписание, о котором мы ещё даже не задумывались.

Сон с Римы сошёл почти мгновенно.

— То есть, скоро поезд поедет сюда ещё раз?

Вопрос получился настолько ожидаемым, что я невольно рассмеялся.

— Давай сначала до дома доедем, ладно?

Рима вспомнила прежний разговор и сразу прищурилась.

— Только не говори, что до следующего рейса далеко.

Нира улыбнулась. Я хмыкнул:

— После сегодняшнего дня я вообще предпочёл бы быть осторожнее со сроками. Не хотелось бы делать интервал в ещё одни шестьсот лет.

Она удовлетворённо кивнула, забралась обратно на своё место и устроила подарок Коррену рядом, чтобы снова не уснуть на нём. Нира села напротив, а я остался возле Римы.

До отправления домой оставалась целая ночь, и впервые за эти сутки, да и вообще за продолжительное время мне никуда не надо было спешить.

Я устроился поудобнее на своём сиденье и некоторое время просто слушал голоса с платформы и тихое сопение девочки рядом. После всего, что обычно происходило с моими хорошими планами на Пачук-9, такой конец дня меня вполне устраивал.

Глава 3. Резиденция губернатора

Оставить меня в покое хотя бы на несколько часов судьба, разумеется, не смогла. Едва только я кое-как устроился на сиденье и прикрыл глаза, как услышал робкий стук в дверь кабины. Вскочил, обвёл взглядом сонных Ниру и Риму.

Стук повторился.

— Полагаю, если бы это было покушение, то убийца вряд стал бы стучать, — заметила Нира.

Я пожал плечами и пошёл открывать. Но на всякий случай взял в руку револьвер.

Перед дверью оказался молодой лубасири в форме посыльного. При виде оружия в моей руке он чуть отступил, но в целом сохранил вид достойного посланника, которым очень хотел казаться.

— Губернатор Лисов? — уточнил он и, дождавшись кивка, заученно протараторил. — Вы приглашены на завтрашнее заседание Совета, которое состоится во дворце Совета ровно в полдень. Могу узнать, вы придёте?

Я растерянно обернулся на Ниру.

Заспанная инспектор едва заметно кивнула. Но я и сам понимал, что, хоть задержка на целый день и ломала полностью все мои планы по возвращению, отказываться было бы глупо. Уверен, меня приглашают на Совет не просто так. Скорее всего, снова попытаются продавить и обвинить в превышении полномочий. Но если я не явлюсь, они всё равно это сделают. Вот только спорить с их аргументами будет некому.

Да и у меня есть кое-какие вопросы, которые я хотел бы Совету задать.

— Я… — начал я, но быстро поправился. — Мы с инспектором Вейл прибудем на Совет.

— Благодарю за ответ, ваше превосходительство, — с важным видом кивнул посыльный. — Я передам его немедля…

И начал пятиться, едва заметно косясь на револьвер, который я так и не убрал обратно в кобуру. Но уйти не успел.

— Скажите, уважемый… — окликнула его Нира. — Губернаторская резиденция ведь поддерживается в состоянии готовности в любой момент принять губернатора, верно?

Губернаторская резиденция? В голове щелкнуло — а ведь действительно, мне выделяли роскошное здание под резиденцию. Просто я уже успел забыть про это место, куда меня с помпой и шиком заселили сразу по прибытии, и которое, по факту, было просто красивой клеткой, из которой губернатору было невозможно заниматься своими прямыми обязанностями. И из которой я и сбежал в Пустоши уже больше года назад. О чём пока ни разу не пожалел, кстати.

Я почему-то был уверен, что эта резиденция уже занята кем-нибудь другим, но вопрос Ниры заставил меня задуматься о том, что, наверное, не просто так все называли её именно губернаторской. Жаль, тогда я даже не удосужился проверить её статус — мне было откровенно не до того. А теперь, похоже, это уже и не нужно.

— Разумеется, — важно подтвердил посыльный. — Резиденция готова принять губернатора в любой момент и на любой срок.

Нира посмотрела на меня.

— Ваше превосходительство, поскольку на заседание Совета следует являться в приличном виде, я предлагаю переночевать в вашей резиденции. Боюсь, что в кабине «Паровоза» мы не сможем привести себя в порядок в достаточной степени.

У меня от резиденции сохранилось неприятное впечатление из-за того, что я чувствовал себя, как та самая птица в золотой клетке. Но сейчас Нира была права. Нам придётся отправиться туда.

Я связался с Этони. Лейтенант выслушал меня и долго думать не стал:

— Без охраны я вас не отпущу. Половина роты охраны состава отправится с вами для обеспечения безопасности. Местным я вас не доверю. И пусть делают, что хотят, и возмущения свои засунут куда подальше.

— А как же поезд? — не понял я.

— Вокзал ночью находится под охраной, так что второй полуроты хватит даже с избытком.

Спорить я не стал. Нира уже договаривалась с посыльным о том, как мою губернаторскую особу доставить в резиденцию вместе с аж половиной роты. Посыльный не особо довольно что-то ей отвечал, но Нира оставалась непреклонна и сыпала юридическими терминами. Мне оставалось только кивать в поддержку и делать вид, что я понимаю этот бюрократический язык не хуже инспектора.

Приёма против Ниры Вейл у посыльного не оказалось, поэтому скоро для меня, Ниры и Римы вызвали комфортный служебный флаер, а Этони и гвардейцев пообещали доставить на грузовых платформах.

Рима всё это время стояла между нами со свёртком под мышкой и слушала разговор с таким видом, будто больше всего её интересовало только одно — когда уже взрослые закончат болтать и куда-нибудь поедут. После дня на вокзале и прогулки по Гармонии она должна была валиться с ног, но интерес к городу не давал ей успокоиться.

— А до резиденции долго ехать? — спросила она, когда мы садились во флаер, и перехватила свёрток с подарком поудобнее. — А какая она? Большая?

— Большая, — ответил я. — Я там несколько дней жил, когда только прилетел на планету.

— А насколько большая? — не унималась Рима.

— Ну, для одного губернатора — очень большая. Скоро сама увидишь, — пообещал я в надежде, что на этом девочка успокоится. Но нет — как Рима не старалась, новые вопросы у неё появлялись с интервалом не более десяти-пятнадцати секунд.

До резиденции мы добрались уже в полной темноте. За месяцы моего отсутствия Гармония не стала мне роднее, но теперь я хотя бы был губернатором настоящим, а не только на бумаге. А это, как ни крути, меняло многое, так что из флаера я выходил спокойно, не чувствуя никакого волнения перед возвращением в это здание.

Губернаторская резиденция занимала отдельный большой участок земли за высокой каменной оградой. От ворот к главному входу шла широкая дорожка, по обе стороны которой темнели аккуратно подстриженные кусты. Сам особняк состоял из двухэтажного центрального корпуса и двух широких крыльев. Восточное отвели под жилые и гостевые комнаты, западное соединялось со столовой, кухней и хозяйственным двором, а за центральной лестницей находился закрытый внутренний сад.

Я в своё время успел уже всем этим налюбоваться, но на Риму резиденция произвела неизгладимое впечатление. Каждую новую деталь девочка разглядывала так внимательно, словно боялась что-нибудь пропустить. А кусты и трава у неё, рождённой в Пустошах, вообще вызвали непередаваемое восхищение — в Пустошах все растения были довольно чахлые, хотя там было всё и пастбища, и рощи, но всё это не дотягивало до сочной зелени.

— Ты здесь жил один? — спросила Рима, когда мы подошли ко входу.

— Не совсем один, — начал объяснять я. — Здесь ещё есть прислуга, которая следит за садом и зданием. Но я всё равно очень быстро отсюда сбежал.

— Почему? — вопросы сыпались из Римы как из рога изобилия, и я даже поймал себя на мысли, что немного жалею о том, что взял её с собой.

С другой стороны — а как я мог ей отказать в этой просьбе? И потом, с неё бы сталось пробраться в «Паровоз» тайно. А вот это уже грозило бы ей крупными проблемами. Нет, лучше уж мы с Нирой немного потерпим её неуёмное любопытство.

— Потому что большой дом не поможет тебе стать настоящим губернатором и разобраться, почему производство стоит, шахтёры голодают, а бандиты вроде Тесака безнаказанно взымают дань, а тех, кому нечем её выплатить едят.

Это Риме оказалось понятно, и на время вопросы закончились. Девочка, открыв рот, уставилась на потолок и погружилась в разглядывание.

Двери нам открыл пожилой сухощавый лубасири с коротко подстриженными седыми волосами и в тёмной форменной одежде без знаков городской службы. Он представился дворецким резиденции и сразу обратился к Этони, который даже не подумал пропускать нас внутрь первыми.

— Я лейтенант космической пехоты ИКА Этони Бакто, — представился он. — В мои обязанности входит охрана губернатора. Мне необходимо осмотреть здание прежде, чем я смогу спокойно впустить губернатора внутрь.

— В резиденции сейчас только дежурная прислуга, лейтенант Бакто, — сообщил дворецкий негромким халдейским голосом. — Нас не предупредили, что губернатор будет ночевать в резиденции. В противном случае мы бы лучше подготовились к встрече.

— Сколько у здания входов? — начал задавать вопросы Этони.

— Парадный вход, где мы все находимся, и служебный со стороны западного хозяйственного двора. Внутренний сад со всех сторон окружён зданием, наружного выхода из него нет. Окна первого этажа запираются.

Этони выслушал, не перебивая, затем подозвал сержанта и начал распределять посты. Двое гвардейцев остались у ворот, ещё одна пара заняла главный вход. Служебный двор он приказал перекрыть отдельным постом и потребовал список всей прислуги с подтверждением личности. Остальных гвардейцев начали размещать внутри так, чтобы они могли одновременно следить и за вторым этажом, и за выходами.

Дворецкий воспринял происходящее без единого возражения. Он спокойно отвечал на вопросы, показал Этони всё, что тот просил, объяснил, какие внутренние двери запираются на ночь, где хранятся ключи и у кого из прислуги есть к ним доступ, а потом сам предложил освободить две большие гостевые комнаты первого этажа под размещение гвардейцев.

Эта готовность впечатлила меня больше всего. Предыдущий дворецкий, который работал здесь до того, как я сбежал в Пустоши, начал бы с пеной у рта доказывать, что куче солдафонов здесь не место, отчитываться о ключах он не обязан, и вообще… Кто вы такие? Я вас не знаю. Подите все вон!

— Ваши комнаты подготовлены на втором этаже, ваше превосходительство, — сообщил дворецкий, когда Этони наконец разрешил нам войти. — Ваш кабинет я оставил как есть, только распорядился прибирать его. Для инспектора Вейл приготовлена гостевая комната, а девочке можно выбрать любую свободную комнату в восточном крыле.

Рима тут же повернулась к дворецкому, забыв про всё остальное.

— Правда? Совсем любую? А их там много?

Дворецкий чуть склонил голову, словно вопрос Римы требовал такого же серьёзного ответа, как вопросы Этони.

— Свободных комнат там хватит, даже если вы передумаете целых несколько раз.

Рима посмотрела на него, потом на Ниру и, кажется, заподозрила, что над ней издеваются. В её голове никак не укладывалось, что ей действительно можно было выбрать комнату из множества, а не спать там, где скажут.

В парадном вестибюле у неё появилось ещё больше вопросов, чем было раньше. Пол под ногами был выложен светлым камнем, широкая лестница поднималась на второй этаж двумя маршами, вдоль стен стояла старая мебель, которую в Южном Отвале быстро бы разобрали на более полезный стройматериал. За распахнутыми дверями справа виднелась столовая с длинным столом, слева была гостиная, а прямо за лестницей через прозрачные створки зеленел внутренний сад.

Рима сделала несколько шагов, заметила сад и тут же забыла про свободные комнаты.

— Там действительно растут деревья?

— Растут, — подтвердила Нира, ставя свою сумку на нижнюю ступень лестницы.

— Внутри дома?

— Это не совсем дом. Этот сад… Просто он закрыт прозрачной крышей.

Рима подошла к прозрачной створке почти вплотную. За ней виднелись невысокие окультуреные деревья, аккуратные кусты и цветы, между которыми шла узкая дорожка. Вода тихо стекала по каменной стене в неглубокий декоративный водоём.

— Они всё это выращивают просто так?

Нира тоже подошла ближе и посмотрела туда, куда показывала девочка.

— В основном ради красоты. И чтобы здесь было приятно отдыхать.

Рима повернулась к ней всем корпусом.

— То есть всё это растёт просто для того, чтобы смотреть?

— Ещё там гуляют и отдыхают, — с грустной улыбкой добавила Нира.

Девочка долго рассматривала сад, а потом тихо сказала:

— У нас столько воды даже на промывку бы не дали.

Нира на секунду замолчала, и я тоже не нашёл ничего подходящего для ответа. После Южного Отвала и шахтёрских проблем декоративный водоём действительно выглядел бессмысленной и ненужной роскошью.

Рима довольно быстро отвлеклась от воды в саду и заметила открытую дверь дальше по галерее восточного крыла.

— А что находится за той дверью?

— Рима, хотя бы не убегай далеко, — окликнула её Нира, но девочка уже успела добежать до двери и остановилась на пороге.

Через секунду по галерее разнёсся её голос:

— Инспектор Вейл, идите сюда скорее! Тут воды ещё больше!

Нира прикрыла глаза и негромко выдохнула.

Мы догнали Риму уже в помещении бассейна. Я уже успел забыть, насколько нелепо богатым выглядело это место. Длинная чаша с чистой водой занимала почти весь зал, вдоль стен стояли низкие лежаки, а через высокие окна был виден внутренний сад. Воздух здесь был теплее, чем в остальной резиденции.

Рима стояла у самого края и смотрела вниз.

— Это что, запас воды?

— Это бассейн, Рима, — ответила Нира.

Рима нахмурилась, всё ещё пытаясь понять назначение огромной чаши.

— А что с ним делают?

— В нём плавают.

Рима перевела недоверчивый взгляд на Ниру, затем снова на воду.

— Что такое «плавают»?

Нира объяснила, как могла. Рима почесала щёку, задумчиво глядя на воду, и резонно спросила?

— Зачем?

— Ну… — растерялась Нира. — Просто потому, что многим это нравится. Здесь отдыхают, плавают для удовольствия или просто разминаются.

Несколько секунд Рима молчала, после чего присела на корточки и осторожно коснулась воды пальцами. Потом опустила ладонь глубже, словно проверяла, настоящая ли она.

— И всю эту воду держат здесь только для того, чтобы в ней плавать?

Не дожидаясь ответа, Рима медленно выпрямилась, ещё раз обвела помещение взглядом и только теперь, похоже, заметила стены, потолок и окна вокруг.

— Подождите, я только сейчас поняла. Этот бассейн прямо в доме? Не на улице?

Нира рассмеялась от неожиданности, а я вдруг понял, что слышу её смех впервые с момента знакомства. На секунду я даже перестал узнавать инспектора ИКА, с которой привык спорить о приказах и протоколах.

— Прямо в доме, Рима, — пришёл я на помощь соратнице.

— Зачем?

— Чтобы губернатору не пришлось далеко ходить плавать.

Рима посмотрела на меня очень серьёзно.

— Ты сейчас точно мне врёшь.

— Только если самую капельку, — честно признался я. — Я сам ни разу этим бассейном не воспользовался.

— Рэн, не мешай ребёнку разбираться с последствиями богатой городской жизни, — остановила меня Нира и протянула Риме руку. — Пойдём, пока ты действительно не решила здесь искупаться прямо в одежде.

— А можно будет потом?

Нира вопросительно приподняла бровь.

— Если господин губернатор разрешит и Этони не объявит бассейн угрозой всепланетного масштаба, то, разумеется, можно.

— От меня разрешение у тебя уже есть, а с лейтенантом договаривайтесь самостоятельно, — хмыкнул я. — Но если его очень вежливо попросить, то он тоже разрешит.

Рима тут же выскочила в галерею, уже на ходу спрашивая, где находятся комнаты, из которых она может выбрать свою, и есть ли там тоже бассейн.

— Ванна, Рима, — поправила её Нира. — Маленький бассейн в комнате называется ванна.

Когда мы дошли до восточного крыла, Рима открыла первую же попавшуюся дверь. А через секунду я услышал её восхищённый голос:

— Инспектор Вейл, тут есть ванна! А она только моя? Или ей могут все пользоваться?

— Пока в комнате живёшь ты — только твоя, — отозвалась Нира.

— А тут ещё есть комната только для одежды! Она больше нашего с отцом жилого модуля!

— Это гардеробная, Рима.

Оставив Риму и Ниру, я вернулся к бассейну. В первый приезд резиденция раздражала меня своей бессмысленной роскошью — зачем она губернатору, к которому все относятся как к фиктивному? Сейчас Рима за десять минут заставила меня посмотреть на этот дом совсем другими глазами. Не как на золотую клетку, а как на место, где ребёнок, выросший в Южном Отвале, впервые в жизни увидел бассейн и не мог поверить, что его построили исключительно ради того, чтобы один губернатор мог в любое время поплавать. Поплавать… Пока воды не хватает всем детям его планеты, чтобы помыться… Или пить сколько захочется. Но с другой стороны… Разве может это обстоятельство помешать губернаторскому купанию?

Чудовищно, если так разобраться. То, что для меня, губернатора, является обыденностью, для девочки — едва ли не чудо. Что за несправедливость! Рима привыкла к тому, что вода — это ценность. Она даже и плавать не умеет, да и вряд ли догадывается, что такое возможно.

Глава 4. Иара Сет

Там меня и нашёл Этони. С какой-то непонятной тоской в глазах посмотрел на бассейн, но предпочёл оставить свои мысли при себе и перешёл сразу к делу.

— Резиденцию проверили настолько тщательно, насколько это возможно без полной технической группы. Посты выставлены, персонал дворецкий собрал, личности сверяем. Пока не вижу ничего подозрительного.

— А что-нибудь неявное тебя насторожило? — сам не знаю, зачем, спросил я.

Лейтенанту я доверял едва ли не как себе. Даже больше, чем себе — потому что он был профессионалом в деле охраны моей персоны. Но почему-то этот вопрос, внезапно родившись в моей голове, рванул из неё так настойчиво, что я даже не успел подумать, почему.