Узы нефритовых сердец

— Гунцзы26, что с Вами? Вам плохо?

Незнакомец открыл глаза лишь через некоторое время — затуманенный взгляд скользнул по закутанной девушке в робе прислуги.

— Ты из Цзянье? — спокойно поинтересовался раненый.

— Да, оттуда. Я служу в поместье чиновника Ци, молодой господин. Вы ранены? Нужна помощь?

— Ты всем раненым помогаешь? — сухо поинтересовался мужчина без всяких эмоций на лице. Но Ци Фэй видела боль в темных глазах.

— Стараюсь, — так же сухо в тон собеседнику отрезала Ци Фэй. — Если я могу помочь — я помогу.

— Денег хочешь выманить? — мужчина явно удивился столь резкому тону от простой служанки.

Ци Фэй усмехнулась — ну, да, мечта любой бедноты здесь. А что? Винить их не в чем — надо выживать. И вдруг девушка невольно подумала, что деньги бы ей и самой сейчас не помешали. Господин Ци свободных денег дочери, естественно, не выделял. Зачем они той, кто мира не видит?

— Гунцзы очень прямолинеен. Но у меня нет такой цели. Просто я увидела Ваше раненое плечо. На Вас напали?

— Да.

Если девушка и ждала продолжения, то она ошиблась.

— Хорошо, не говорите. Это Ваше дело. Могу чем-то помочь? А то у меня не так много времени свободного: госпожа по мне скучает, — с долей сарказма предложила Ци Фэй странному типу.

Незнакомец, казалось, задумался, недовольно оценивая вид случайной «спасительницы», а после нехотя озвучил:

— Помоги мне добраться до лекаря в городе, только самого лучшего. И надо найти постоялый двор, чтобы переночевать. Я заплачу за твою помощь, хотя наглая манера общения простой слуги чересчур вольная. Тебя стоит выпороть, а не деньгами одаривать.

Девушка раздумывала. Время по собственным внутренним часам явно поджимало, а что там происходит в поместье, она не знает. Так сильно ей еще не приходилось задерживаться. Син Шихонг сойдет с ума... Надо просто указать этому удалому вояке куда и в каком направлении ехать... Выпороть, как же... Неблагодарная сво...

Тут вдалеке, за деревьями мелькнул мужчина в черном. Этой темной вспышки на светлом фоне Ци Фэй стало достаточно, чтобы испуганно поверить — мужчину преследовали убийцы. Но почему не нападают? Или боятся показаться в открытую? Да, здесь оставаться раненому нельзя.

Решительно приблизившись, Ци Фэй склонилась немного перед мужчиной, чтобы ему удобнее было встать:

— Давайте, надо уносить ноги. Ваши преследователи не дремлют.

— Преследователи?

— Я вижу по крайней мере одного убийцу в черном даже отсюда. Поторопимся, гунцзы.

Но раненый не спешил. Он пристально вглядывался в странную невоспитанную спасительницу, пытаясь разглядеть за мили черты лица. От нетерпения и волнения девушка начала притопывать раздраженно ногой. Только тогда мужчина, наконец, среагировал и встал. Сам. Рука уверенно взяла стоявший рядом меч, не вынутый из резных кованных ножен.

— Эх, хотела, как лучше, — пробормотала смутившаяся Ци Фэй. Кажется, здешние люди даже раненые могут прыгать, бегать, ездить верхом... Незнакомец только фыркнул на эти бормотания. Но вдруг подошел и крепко обхватил рукой плечи своей нежданной помощницы.

— Я благодарен тебе, девушка. И, конечно, щедро заплачу.

— Оставьте свои золотые при себе — они еще пригодятся у лекаря. Город очень дорогой, — осадила пафосно-благородную речь Ци Фэй. — Просто скажите Ваше имя. Как к Вам обращаться?

Раненый, опираясь на девушку, твердо и осторожно подошел к своей лошади, которую Ци Фэй и не сразу заметила.

Взобравшись в седло и морщась от болевых ощущений в плече, мужчина вздохнул и неохотно представился:

— Мин Лэ Ян — генерал Ван победоносной армии Императора Тянь-ся27, — и протянув девушке руку, с силой втащил ее в седло, кое-как усадив позади себя.

У Ци Фэй от такого рывка сбилось дыхание, а раздражающая шляпа лишь мешала. Вцепившись в плотные грязные доспехи, она проклинала себя, свою невезучесть, этого «раненого» и свой язык, который оказался врагом.

Конь припустил легким галопом в направлении города.

Провожая двоих путников острым холодным взглядом из-за деревьев, мужчина в черном отдал кому-то предупреждающий знак рукой и усмехнулся. Это слишком легко...

Игра света

Лекарь Фань Дувэй сегодня проснулся не в духе. Убеленный возрастными сединами мужчина целую ночь ворочался из-за того, что рассказал этот негодный ленивый мальчишка, его помощник, о злостном, бесчестном конкуренте Фань Дувэя — лекаре Сюн.

Этот выскочка-стрючок с редкими зубами громко хвастался своим повышением на всю округу. Вчера в богатом ресторане, разомлев от количества выпитого вина, этот мерзкий старикашка кричал о том, что он точно теперь обскачет всех своих коллег и уедет служить прямо в императорский дворец! Видишь ли, он вывел сыпь у одной из наложниц Императора, которая приезжала сюда посетить родню и храм! Тьфу! Старый дурак!

Фань Дувэй не мог успокоиться — из-за мелкой сыпи этот никчемный дуралей получает такое повышение?! Где справедливость? Неужели Небеса совсем от него отвернулись?

Он с раздражением распихивал завернутые травы и настойки по полочкам в своей лавке, которая также служила и приемной для посетителей. Позади лавки имелась довольно обширная пристройка дома самого лекаря и операционной. Дело близилось к вечеру, но, как назло, в лавке сегодня побывали лишь «три калеки», купив какие-то чайные и лечебные сборы. Нет... Надо срочно отправиться на поклонение и попытаться задобрить Небеса...

Лекарь так был занят спором самим с собой, что не заметил, как к нему в лавку ввалились двое: женщина в поношенном платье служанки и в запыленной шляпе поддерживала за плечи высокого, статного молодого мужчину, который шел медленно, но был бледен и явно нездоров. Фань Дувэй пришел в себя, когда посетительница с облегченным выдохом усадила своего спутника на широкую лавку, предназначенную для первичных осмотров. Усадила — это мягко сказано, скорее, свалила, как тяжелый мешок с рисом. Лицо девушки скрывала вуаль на потрепанной крестьянской шляпе.

Первое, что бросилось в глаза лекарю — рана на плече, замотанная какой-то грязной тряпкой. Какой кошмар! Это было чудо, что солдат жив! Вот дуралеи, даже не соображают, чем рану надо перевязывать. Раздражение хозяина лавки очень быстро росло. «Вояки», — презрительно про себя скривился лекарь.

Лицо мужчины было серым от слоя пыли, как и доспехи. Мелкие порезы уже подживали и покрылись коркой, но по лихорадочному блеску в глазах раненого становилось понятно, что либо пошло заражение, либо у солдата лихорадка, вызванная не утихающей болью.

— Вы лекарь? — властно задал вопрос странный посетитель. Никаких любезностей или приветствий. Только давящее высокомерие. Солдафон.

— Лекарь Фань Дувэй, к Вашим услугам, гунцзы.

— Вытащи стрелу из меня. И дай какое-нибудь варево, чтобы сбить жар, — незнакомец говорил отрывисто и грубо. Каждое слово, как будто, давалось ему с трудом, но он упорно не показывал своей слабости. Даже просьба о помощи звучала как приказ.

Фань Дувэй невольно восхитился — судя по состоянию этого мужчины, он потеряет сознание уже при развязывании этой тряпки на плече. С него градом катился пот. Но солдат есть солдат. Все грубые чурбаны.

Лекарь, прихватив инструменты, приблизился к раненому. Он осторожно подцепил грязную тряпку и стал снимать ее с плеча. Раненый лишь стиснул зубы и, казалось, задержал дыхание.

Открывшаяся картина в итоге едва не заставила потерять сознание молчавшую до этого Ци Фэй. Рана была и не сильно страшной, но торчавший обломок сломанной стрелы из нее создавал жуткое впечатление. И Ци Фэй, будучи далеко не неженкой, с трудом сглотнула вязкую слюну страха. В горле моментально пересохло, а ноги вдруг стали ощущаться ватными. И где-то внутри все еще теплилась глупая слабая надежда, что сейчас кто-то позади вдруг закричит: "Стоп, снято".

— Мне нужна твоя помощь, девушка, — деловито сказал седовласый господин, не глядя на нее — все внимание оставалось поглощено рассматриванием ранения. — Мы уложим его на тот стол, — кивком указал лекарь куда-то в темную глубину лавки. — Ты подержишь нашего друга, пока я вытащу наконечник. Это болезненно, не хочу, чтобы он дергался и навредил себе.

— Ты сомневаешься в моей выдержке, старик? — презрительно скривился раненый мужчина.

— Этот скромный лекарь просто удивляется тому, что Вы еще живы, уважаемый. Народ здесь слышал, наш Император одержал полную победу...

Раненый впервые за все время усмехнулся. На сером от пыли лице вдруг каким-то внутренним светом загорелись глаза:

— Сокрушительную. Мы разбили этих лисиц в их же логове! Казна обогатится. Народ нашего государства будет теперь жить в мире. Хотя бы несколько лет. Север обширен, всегда найдутся желающие попытать удачу в набегах сюда.

— Именно поэтому, мой пылкий друг, ты должен помочь мне подлатать тебя. Ведь жизнь — это непредсказуемая штука. И после такого боя надо пожить всласть, как думаешь? Много вина, красивые женщины, — подмигнул вдруг лекарь пристально глядящему на него заметно уставшему мужчине.

Когда раненого устроили на столе, Ци Фэй, очень нервничая, склонилась над странным новым знакомым и приготовилась держать руки. В этом мире ее тело гораздо слабее, какое-то изнеженное. Но это поправимо. Сейчас же недостаток силы удручал. А еще девушка отсутствовала в поместье почти целый день! Будет чудо, если все окончится без последствий. Этот раненый совершенно не походил на генерала армии, больше на простого вояку. Но, черт его знает, какие тут у них местные костюмы... Если подумать, манера обращения этого заносчивого парня была очень даже генеральской.

— Эй, — властно выдернул из мыслей голос над ухом. — Ты почти улеглась на меня!

Оценив положение своего тела, девушка лишь фыркнула:

— Для тебя же стараюсь — будь немного более благодарным!

Ци Фэй хотела добавить еще что-нибудь язвительное, но осеклась, встречаясь с пронзительными почти черными от боли глазами. Этот мужчина невероятно силен! Почему в ее времени такие не водились? Даже не смотря на грязь, он оставался волнующе привлекателен. Ци Фэй невольно улыбнулась своим мыслям, не переставая разглядывать раненого, который, в свою очередь, тоже не сводил с нее глаз. Только в этот момент девушка поняла, что машинально сняла свою мили, покрывавшую ее голову и оставлявшую неясными размытые черты. Теперь же он знал ее в лицо.

— Ты миленькая, — последнее, что успел сказать мужчина, когда Фань Дувэй, наконец, ухватившись за торчавший наконечник, выдернул полностью сломанную стрелу из раны.

Ци Фэй навалилась почти всем телом, удерживая дернувшегося с полузадушенным криком мужчину. Из раны хлынула черная кровь. Лекарь суетливо начал прочищать ее. Солдат под ней тяжело и поверхностно дышал, со лба и по шее градом катился пот, но... Он был в сознании! Просто невероятно! Лекарь, по-видимому, тоже разделял ее удивление.

— Какой необычный организм! Просто невероятно. Уникальный человек — истинный солдат. Он выдержал такую боль и остался в сознании, — памятуя о свободном и неформальном общении между этими двумя, он предположил, что они близки. — Девушка, это твой возлюбленный вернулся?

— Нет, — сипло выдавила Ци Фэй. Голос отказывался произносить звуки членораздельно.

— Ее для этого надо хотя бы привести в порядок. Я с такими неряхами и рядом не встану, — прошептал слабым голосом Мин Лэ Ян.

До девушки не сразу дошло, что ее оскорбили.

— Ах, ты...

— Выполняй свою часть сделки. У нас уговор, — бесцеремонно осадил ее ругань Мин Лэ Ян, не обращая внимания на полностью отсутствующую уважительную манеру разговора, принятую для слуг.

— Сегодня больной останется здесь. Этот скромный лекарь понаблюдает за его состоянием и напичкает варевом, как уважаемый господин просил. Растолку нужные таблетки, чтобы блокировать инфекцию, если она осталась в организме. Начнется ли жар... Думаю, да. Слишком долго он носил этот наконечник, не давая тем самым открыться кровотечению. Но учитывая выдержку этого воина... Если до утра с ним все будет благополучно, забирай своего красавчика, — деловито закончил Фань Дувэй. — Он может восстановиться и сам, используя лекарства и мазь для раны.

Ци Фэй резко отстранилась от своего "возлюбленного" и решительно двинулась к выходу, прихватив шляпу. Все, с нее довольно на сегодня странных приключений. Со своими бы проблемами разобраться! И денег не увидишь, и под удар всех подставишь...

— Подожди, — властно остановил тихий голос. — Завтра придешь и снимешь мне хороший номер на постоялом дворе.

— А если не приду? — раздраженно развернулась Ци Фэй.

Мужчина, на удивление, не выглядел обессиленным или слабым. Он все также излучал уверенность, словно всегда контролировал ситуацию. Просто уставший, измученный. Сердце невольно как-то тоскливо сжалось. Никогда за все свои двадцать с небольшим лет Ци Фэй не встречала в своем веке таких сильных и удивительных мужчин. С одной стороны — восхищенный интерес, с другой — надо бы держаться подальше. Женщин здесь вряд ли считали полноценными личностями. Особенно такой грубый солдат, который даже разговаривал приказами. Он ведь был молод, но уже командовал армией! В руках чувствовалась сила, в словах — высокомерие, но основа была несгибаемой.

Ци Фэй с удивлением поймала себя на мысли, что ждет его ответа.

— Придешь. Деньги всем нужны, — уверенно подытожил Мин Лэ Ян, совершенно правильно уловив ее мотивы. — И да, спасибо тебе за помощь, — добавил он вдруг тихо и гораздо мягче.

В этот самый момент девушка, пристально следя за эмоциями на лице раненого, невольно заметила, что темные до этого глаза мужчины словно посветлели. А может, это была лишь игра света.

Лимит везения

Удобно расположившись в своей комнатке, которая уже больше не казалась девушке шикарными хоромами — к хорошему быстро привыкаешь — Ци Фэй спешно и совершенно невоспитанно уплетала уже вторую чашку риса с маринованными овощами, попутно запивая бульоном с небольшим кусочком свинины и тофу. Она настолько проголодалась, что, казалось, съела бы сейчас еще чашек пять. Почему у них в доме такие мышиные порции?!

Син Шихонг лишь испуганно смотрела на это, не в силах скрыть удивленный взгляд, — девушки так не едят. Весь день страх и волнение за госпожу, которая отправилась на свою уже ставшую привычной прогулку, не покидали юную служанку. Син Шихонг даже представить не могла, что та настолько задержится. А когда ворота в поместье охранники закрыли на ночь, страх девушки за свою госпожу достиг апогея. Могло случиться, что угодно: напали, ограбили, заблудилась или, еще хуже, причинили вред28.

Но нынешняя дочь чиновника Ци Мейли не переставала удивлять. Она не просто не растерялась перед закрытыми воротами, она обошла поместье, пройдя к задней стене, и просто ловко перелезла через нее по разросшемуся и крепкому плющу, которым украшали стены богатые дома. Тихо проскользнув в темноте к своему флигелю, девушка долго виновато гладила по голове рыдающую от облегчения Син Шихонг. Да, такие вылазки дорого обходятся им обеим. Но главное, что, видимо, Небеса все еще благоволят к ним, не давая лишним глазам увидеть такой маскарад. Ци Фэй понимала, что время поджимает. Хорошо еще, что мать была постоянно при главной жене господина Ци, выполняя роль почти личной служанки, и времени на дочь у женщины практически не оставалось. Да и не о чем было говорить с той, которая живет в своем закрытом ото всех мире. По просьбе госпожи, Син Шихонг не стала докладывать о чудесном исцелении.

Служанка была приставлена к больной госпоже несколько лет назад. Ци Мэйли очень долго привыкала к девушке. Но неужели изначально хозяйка имела такой вольный и резкий характер? Она была прямолинейна и бесстрашна. А те авантюры, в которые Ци Мейли втягивала и ее, Син Шихонг, дорого обходились нервной системе всего боящейся девушки.

Ци Фэй, откинувшись на мягкие подушки, отодвинула от себя столик с пустыми чашками и с урчанием погладила себя по полному животику. Самым страшным для девушки всегда был голод. И с ним она сталкивалась в своей прошлой жизни довольно часто. Ци Фэй задумалась об оставленном у лекаря новом знакомом — Мин Лэ Яне. Если мужчина, назвавшийся генералом, отблагодарит ее по-человечески, то у девушки будет наличность в кармане. Обидно, что у нее нет никаких прикладных навыков. Она не умела вышивать или шить, танцевать, у нее не было ораторского дара, да и мастером пера она тоже не была. Единственное, готовила неплохо, не хватало практики и денег на продукты, приходилось питаться кое-как тем, что было. Она могла лишь сводить баланс, но кто доверит здесь такой вопрос женщине, да еще и с такой репутацией?

В любом случае, пока Ци Фэй решила довести до конца вопрос с раненым военным. У прошлой Ци Мейли здесь не было знакомых или подруг, поэтому такой шанс нельзя было упускать. Ее жизненный девиз всегда гласил: надо решать проблемы по мере их поступления. Поэтому на следующий день, девушка выскользнула из поместья пораньше, надеясь управиться быстрее со странным господином и, вернувшись в стены поместья, покрасоваться на виду домашних, пока те не заметили ее долгого отсутствия.

Ци Фэй все в том же старом потрепанном платье и мили деловито ворвалась в медицинскую лавку Фань Дувэя, совершенно уйдя в свои путанные мысли, но была остановлена жесткой мужской рукой, преградившей вдруг путь. Подняв голову, Ци Фэй напоролась на острый холодный взгляд господина в военной форме, вернее, в темном плотном халате, поскольку броня была снята еще ранее. Выглядел раненый сегодня в разы лучше, хотя некоторая бледность присутствовала. Поврежденное плечо было обработано и надежно замотано чистой белой тканью.

Мужчина перед ней стоял более-менее опрятный на вид, и девушка невольно залюбовалась открывшимися чертами лица, частично скрытыми за отросшей щетиной. Темные, словно не знавшие света, волосы были аккуратно заколоты нефритовой гуань29. Сейчас раненый выглядел намного более респектабельно. Спокойный, уверенный вид выдавал в Мин Лэ Яне человека властного, который привык отдавать приказы, а не исполнять их. На вкус Ци Фэй внешность парня была грубовата, но в нем чувствовалось то самое мужское начало, которого так не хватало в инфантильных мужчинах XXI века. Перед ней стояла сила в человеческом проявлении не столько физическая, сколько внутренняя, наполнявшая все существо Ци Фэй каким-то трепетом. Выдержку и силу воли этого военного она вчера видела. И все же, генерал был еще далеко не здоров, он должен сейчас отдыхать. Однако Мин Лэ Ян выглядел так, как будто полностью готов вернуться на поле боя.

— Когда ты сменишь эти тряпки на тебе? — недовольно сморщился мужчина, разглядывая вошедшую девушку. — И сними с себя эту древнюю шляпу. Я должен видеть лицо собеседника, — он буквально сорвал с ее головы довольно потрепанную мили.

— Генерал Мин... — осеклась от возмущения Ци Фэй, решившая сегодня быть повежливее с человеком, который может дать ей денег. — Ты... Вы, как минимум, должны вести себя более сдержанно! Пусть эта служанка и низкого происхождения, но у нее тоже есть своя жизнь, в которую со своими советами Вам лучше не...

— Ты прячешься от кого-то? — сузил глаза Мин Лэ Ян.

— Эта скромная служанка пришла отвести Вас в обещанную гостиницу и выполнить наш уговор. Лучший постоялый двор в Цзянье — это Шанцзай30. Поторопимся, генерал, если Вы в состоянии туда отправиться. У этой служанки еще много дел, — Ци Фэй осматривалась по сторонам, вспоминая дорогу.

— Так стремишься от меня избавиться? Даже имени своего не назвала вчера, — мужчина хмурился и раздражался. Эта девка совершенно не понимает своего места, либо она далеко не прислуга. К последнему, кстати, он склонялся больше. Ничего, все равно все расскажет.

— Оно так важно? Через две чашки чая31наши пути разойдутся, — Мин Лэ Ян недовольно нахмурился. Эта нахалка прямо напрашивается на палки. — Кстати, Ваши преследователи не объявлялись?

— Преследователи? Все в порядке. Тебя боятся, видимо, — поддел генерал Ван, подцепив носком сапога подол изношенного платья служанки.

Ци Фэй стиснула зубы и нырнула в людской поток, так и не увидевшись с самим лекарем. Как ни странно, несмотря на ранение, мужчина не просто не отставал, но и легко лавировал среди толпы, держась рядом и совершенно не торопясь. Мин Лэ Ян еще успевал с интересом разглядывать разномастные лавки с товарами.

Фань Дувэй, провожая глазами своего пациента и эту странную девушку, подкидывал в руке увесистый мешочек с золотом, которым его отблагодарил необычный раненый. Мужчина-военный, имеющий не простой чин, один, без сопровождения, в таком состоянии... И стрелу он получил явно не в бою. Важная шишка. Скорее всего, на его жизнь покушались. А костюм вояки — лишь маскировка для беспрепятственного перемещения. Пациент еще был слаб, но, самое главное, не было заражения, поскольку все примененные лекарства сбили начавшийся жар и очень помогли молчаливому и щедрому пациенту. Раненый отлежался лишь эту ночь, словно не позволяя себе до конца расслабиться. Уже с утра он был на ногах и беспокойно расхаживал туда-сюда по лавке, поглядывая на улицу, словно ожидая... А эта девица даже особо не поинтересовалась самочувствием своего подопечного, которому вчера спасала жизнь. Видимо, все же не возлюбленный.

Фань Дувэй про себя посмеялся. В любом случае, эти двое могут составить гармоничную пару. Напряжение прямо витало в воздухе и растворялось в колких, язвительных словах, которыми обменивались молодые люди. Если этот мужчина позволял простой служанке разговаривать с ним так фривольно, то, скорее всего... Фань Дувэй вздохнул. Ах, он уже так стар, но не заметить пылкого взаимодействия, все же, не мог. Лекарь мог поспорить на этот мешочек золотых, что их история только начинается.

Ци Фэй вскоре совершенно надоело, что ее знакомый тащился так, словно он пребывал на прогулке. Мужчину интересовало все: красивые заколки на прилавках, украшения из дешевых материалов в корзинке лотошника, свежие булочки — бао, источавшие дивный аромат, добротные плащи и расшитые сапоги для мужской и женской ноги. Словно он сам, как и Ци Фэй, пришел не из этого мира и теперь вовсю погружался в его разнообразие. В конце концов схватив никуда не спешащего генерала за здоровую руку, Ци Фэй с силой потащила того за собой. Странно, что Мин Лэ Ян шел покорно и молча. Но девушка, увидев вожделенную табличку с названием гостиницы в конце улицы, уже не задумываясь ни о чем, ускорила шаг...

Однако лимит везения, видимо, в этот день и в этот миг для Ци Фэй был исчерпан. Небеса предъявили счет — девушка буквально столкнулась с женщинами, выходившими из ювелирной лавки, одна из которых удивленно и громко окликнула ее:

— Мейли? Милостивый Будда, это ты? Здесь? Дочка, как же так? Неужели ты сбежала? Но как ты вышла за порог?

В первую секунду до Ци Фэй не дошло, что обращались именно к ней, ведь она не Ци Мейли. Однако вдруг похолодев, девушка перевела взгляд на трех степенных дам в дорогих нарядах: хозяйка поместья и главная жена господина Ци — Ци Сяо, его третья наложница — Тин Ланфен и ее мать — Ни Нуо! В свое время Ци Фэй несколько дней пыталась запомнить эти лица, украдкой подглядывая за ними. Вожделенная награда в виде денежного мешочка сейчас просто развеялась дымкой. Она обречена...

Не отпуская вдруг ослабшую руку, Мин Ле Ян подошел ближе к девушке, устремив свой пронзительный взор на шокированных женщин.

— Кто вы? — не церемонясь спросил он.

— Да как ты... — задохнулась от гнева госпожа Ци Сяо, всем видом демонстрируя высокомерие высокого происхождения. — Так ты соблюдаешь приличия, неучтивый щенок?

— Прошу прощения, — требовательный взгляд вдруг смягчился, и мужчина немного пафосно поклонился дамам. — Этот солдат не представился. Генерал Ван32— командующий армии великого Императора Тянь-ся33. Был ранен. В городе искал врача. Девушка пообещала помочь мне найти постоялый двор.

Все сказанное выглядело логично, разумно — не подкопаешься. Дамы немного расслабились и вторая из них — низенькая, с высоко уложенной прической и в расшитом шелковом одеянии, поверх которого накинуто теплое манто — смело выступила чуть вперед, чувственно изгибая накрашенные ярко-красным губы:

— Ах, как же неудобно все вышло... Мы растерялись, и госпожа Ци перенервничала. Прошу нас простить. Мы просто не ожидали увидеть рядом с Вами юную госпожу из нашего дома — поместья уездного чиновника Ци. Дело в том, что девушка, дочь-шу34нашего господина, давно безнадежно больна и должна сейчас находиться под присмотром в поместье. Бедняжка не в состоянии позаботиться о себе. Для нас увиденная картина стала просто ужасной неожиданностью. Это — Ни Нуо, мать молодой госпожи, — яркие губы женщины растянулись в широкой улыбке, невольным движением изящной ручки она кокетливо поправила прическу — не каждый день полоумная дочка ее супруга притаскивает за руку таких красавцев!