Верен Те, кого помнят

Илья почувствовал, как внутри поднимается напряжение.

— Что ты чувствуешь?

Она наклонилась вперёд.

— Как будто… меня здесь легче стереть.

Илья взял её за руку.

— Тогда мы не будем давать этому случиться.

Лея посмотрела на него.

— Ты не понимаешь. Это не зависит только от тебя.

— Тогда от чего?

Она не ответила. И это молчание было хуже любого ответа. Илья и Марта устроились за столом. Илья сразу достал блокнот, ручку, телефон. Всё — перед собой. Чётко. Контролируемо.

— Продолжаем, — сказал он. — Нам нужно понять, что именно происходит.

Марта уже открыла ноутбук.

— Я записываю.

Лея сидела напротив. Её взгляд был сосредоточенным, но в нём появилась усталость.

— Это не просто исчезновение, — сказал Илья. — Это процесс удаления.

— Да, — тихо ответила она.

— Тогда должен быть источник.

Лея медленно покачала головой.

— Это не «кто-то».

— Тогда что?

Она посмотрела на него.

— Это система.

Илья нахмурился.

— Какая система?

— Я не знаю, — сказала она. — Но я чувствую её.

— Где?

— Везде.

Марта подняла взгляд.

— Это не ответ.

— Это единственный, который у меня есть, — тихо сказала Лея.

Марта повернула ноутбук экраном к стене.

— Тогда сначала то, что ты видела сама. Не объяснение.

Лея смотрела на чашку. Её обе руки лежали вокруг неё, но пальцы почти не соприкасались с керамикой.

— Я помню лестницу, — сказала она. — Длинную. С площадкой и окном. На окне было закрашено нижнее стекло. Ещё папки. Люди говорили тихо, потому что там нельзя шуметь.

— Библиотека? — спросил Илья.

— Не подсказывай, — остановила Марта.

Лея подняла глаза и неожиданно благодарно посмотрела на неё.

— Если ты скажешь, что это библиотека, я могу начать помнить библиотеку. А я не уверена.

Она осторожно передвинула чашку. Под ней осталось тёмное влажное кольцо.

— Там нужно было что-то сравнивать. Два листа. Я помню, что была уверена: перепутали порядок. Я попросила другой экземпляр. Мне сказали, что другого нет. Но я же держала его накануне.

Илья хотел спросить, где она работала. В кафе она уже пыталась ответить. Он прикусил губу и промолчал.

— На одном листе было больше строк? — спросила Марта.

Лея отстранилась, будто вопрос попал в больное место.

— Я не знаю. Я помню промежуток. Между строками. Там должно было быть что-то ещё. Я сказала об этом вслух.

На кухне перестал гудеть холодильник. Это был обычный щелчок реле, но Лея сразу замолчала. Илья посмотрел на окно, на дверь, на лампу над столом. Тишина вдруг собралась вокруг них, хотя за стеклом ещё проезжали машины.

— Не надо дальше, если трудно, — сказала Марта.

Лея некоторое время не двигалась. Потом закрыла лицо ладонями.

— Я не знаю, что я сделала, — произнесла она. — Я даже не знаю, почему это стоило всего остального.

Илья почувствовал знакомое профессиональное желание облечь случившееся в понятную последовательность: увидела, сообщила, стала помехой. Но между этими словами пока не было ничего, кроме чужого страха. Он написал в блокноте: «Лестница. Закрашенное стекло. Два листа». Подчеркнул, что это обрывки воспоминания, и закрыл страницу, чтобы не заставлять Лею смотреть на неё. Илья сжал ручку.

— Хорошо. Тогда другой вопрос. Почему именно ты?

Лея опустила взгляд.

— Потому что я увидела.

— Что?

Она замолчала. Илья почувствовал, как внутри что-то напряглось.

— Лея.

Она подняла глаза.

— Я не могу это сказать.

— Почему?

— Потому что это ускорит.

Марта тихо выдохнула.

— Значит, есть информация, которая опаснее, чем просто память.

Лея кивнула.

— Да.

Илья откинулся на спинку стула.

— Тогда мы уже слишком близко.

— Да, — повторила Лея.

Теперь страх в её голосе уже нельзя было скрыть. Марта поднялась из-за стола. Свет в кухне был жёлтым, слабым, но ровным; экран ноутбука продолжал отсвечивать на стене.

— Может, включить что-нибудь? — спросил Илья. — Музыку?

Лея пожала плечами. Он запустил старую радиозапись. Из динамика заговорил ведущий, бодро перечисляя дорожные заторы. Голос заполнил кухню, и на несколько мгновений Илья почувствовал, что квартира опять принадлежит ему. Потом он перестал понимать слова. Он слышал интонацию, различал согласные, мог сказать, где ведущий делает паузу. Но фразы больше не соединялись. Илья повернул громкость, наклонился к динамику. Ведущий будто продолжал говорить на языке, который Илья знал всю жизнь и только что забыл.

— Ты понимаешь? — спросил он Марту.

Она прислушалась.

— Говорит про мост. Про ремонт… Нет. Подожди.

Лея резко выпрямилась.

— Выключи.

Он выключил. Тишина стала заметнее, но по крайней мере в ней больше не было чужого голоса, притворявшегося знакомым. Марта записала время. Когда она произнесла цифры вслух, Илья увидел, как Лея повернула к ней голову. Живой голос ещё доходил.

— Значит, не любой звук помогает, — сказал он.

— Это потом, — ответила Марта. — Илья, посмотри на неё.

На краю столешницы лежала тень от руки Леи. Она стала светлее остальной тени. Илья видел под ней рисунок ламината, мелкие серые волокна, которые должны были скрываться в темноте. Лея прижала ладонь к столу. Дерево тихо стукнуло под костяшками её пальцев. Илья открыл рот, чтобы спросить, и в последний момент вспомнил обещание слушать прежде, чем продолжать. Свет в комнате на секунду дрогнул. Илья сразу поднял голову.

— Ты это видела? — спросил он.

Марта кивнула.

— Да.

Лея замерла.

— Оно здесь.

Тишина в комнате стала плотной. Слишком плотной.

— Что значит «оно»? — тихо спросил Илья.

Лея не ответила сразу. Она смотрела в одну точку — чуть в сторону, как будто там что-то было.

— Оно наблюдает, — сказала она.

Илья медленно встал.

— Где?

— Не знаю.

Марта закрыла ноутбук.

— Это уже не просто теория.

Свет снова дрогнул. На этот раз сильнее. Илья почувствовал, как в груди резко сжалось.

— Лея.

Она не отрывала взгляда от пустоты.

— Оно не хочет, чтобы я говорила.

— Тогда говори, — сказал Илья.

Она резко повернулась к нему.

— Ты не понимаешь!

В её голосе была паника.

— Если я скажу — меня не станет.

Илья сделал шаг к ней.

— Тогда не говори.

Она смотрела на него. И в этот момент её контур снова стал менее чётким. Быстро. Слишком быстро.

— Илья… — прошептала она.

Он схватил её за плечи.

— Смотри на меня.

Она попыталась сфокусироваться.

— Я здесь.

— Да, — сказал он. — Ты здесь.

Он сжал её сильнее.

— Слушай мой голос.

Марта уже писала что-то в блокноте, быстро, почти судорожно.

— Контакт усилился, — пробормотала она. — Реакция ускорилась.

— Лея! — Илья не отпускал её.

Она закрыла глаза.

— Мне тяжело…

— Оставайся.

— Я пытаюсь…

Её голос стал тише. Слабее. Илья почувствовал, как внутри поднимается страх. Настоящий.

— Не уходи.

Она открыла глаза.

— Я не хочу…

И в этот момент свет погас. Полностью. Комната погрузилась в темноту. Илья почувствовал, как её тело в его руках стало… легче. Слишком.

— Лея?!

Тишина была густой, давящей.

— Лея!

Он на ощупь искал её. Пусто. Сердце билось так громко, что заглушало всё.

— Чёрт!

Где-то рядом зажёгся экран телефона. Марта. Слабый свет. Илья обернулся. Рядом стояла только Марта. Леи не было.

— Нет… — тихо сказал он.

Марта смотрела на него.

— Она исчезла.

Илья не двигался. Затем резко выдохнул.

— Нет.

Он подошёл к столу, схватил блокнот. Открыл. Слова были.

«Лея».

Он провёл пальцем по строке.

— Она здесь.

Марта нахмурилась.

— Это не значит…