Академия Пяти Крыльев: Испытание полнолунием

— Подловила. Снова, — тихо, почти интимно произнёс он, делая шаг ко мне и заставляя меня невольно напрячься. — Твой зверь спит, Брейв, но характер у тебя чисто волчий. Ты не просто защищаешься. Ты ждёшь, пока противник посчитает себя победителем, чтобы ударить в спину.

Он закинул свой полуторник на плечо, и его взгляд стал пугающе проницательным.

— Но самое интересное не это. Что произошло минуту назад? От тебя пахнуло... настоящей силой. На долю секунды.

Вопрос повис в воздухе, плотный и осязаемый, как предгрозовой воздух. Эрик подошёл ещё ближе, так, что я снова почувствовала его тепло и запах хвои. Он явно что-то почувствовал. Моя спящая волчица оставила свой след, и золотой мальчик Лунной Долины теперь не отступит, пока не докопается до истины.

Я с трудом удержала маску безразличия, хотя внутри всё перевернулось. По спине пробежал холодок. Неужели он действительно уловил то мимолётное движение моей спящей волчицы? Оборотни стаи Найтов славились своим невероятно острым чутьём, но чтобы почувствовать зверя, который даже не совершил первый оборот...

— Тебе показалось, Найт, — отрезала я, упрямо опуская тренировочный меч к земле и делая шаг назад, чтобы разорвать эту удушающую близость. — Это была просто хорошая северная техника. Нас учат вкладывать всю массу в удар, когда противник раскрывается. Никакой магии.

Эрик не двинулся с места, но его взгляд продолжал медленно сканировать моё лицо, словно он пытался прочесть мысли. Ухмылка сошла с его губ, уступив место какому-то мрачному, глубокому сосредоточению. Он явно не поверил ни единому моему слову.

— Техника, значит? — тихо, с опасным недоверием протянул он. — Ну-ну. Списывай это на свои северные сказки, Брейв. Но учти: моё чутьё меня ещё ни разу не подводило. От тебя веет бурей, которая вот-вот сорвётся с цепи. И я очень хочу посмотреть, что останется от твоей спеси, когда это случится.

Он резко развернулся и точным движением забросил свой деревянный полуторник обратно на стойку. Оружие со стуком встало в пазы.

— На сегодня закончили. Ты выдержала время и даже умудрилась не опозорить боевой факультет перед самой собой. Свободна, — бросил он через плечо, возвращая себе привычный, небрежный тон куратора. — Иди приводи себя в порядок. Через час у нас первая общая лекция по тактике у Валериана. И если ты там уснёшь после нашей «разминки» — декан лично устроит тебе весёлую жизнь, и я пальцем не шевельну, чтобы помочь.

Я проводила его взглядом, чувствуя, как адреналин после боя медленно уступает место привычной усталости. Пальцы, сжимавшие рукоять, до сих пор подрагивали, а плечо, куда пришёлся удар эфеса, настойчиво напоминало о себе тупой болью.

Но на душе было странно легко. Я смогла. Я уложила его на лопатки на глазах у всего этого туманного плаца, пусть нас никто и не видел. Это была моя маленькая, но очень важная победа в нашей затянувшейся войне.

Вернувшись в общежитие, я наконец-то дошла до душа. Горячая вода смыла остатки утреннего тумана, пот и въевшуюся лазаретную мазь, приятно расслабляя натруженные мышцы. Переодевшись в чистую чёрную форму боевого факультета, я аккуратно заплела серебристо-белые волосы и взглянула на себя в зеркало. В серых глазах отражалось то самое упрямство, которое так бесило Эрика.

«Пусть ищет ответы, — подумала я, вспоминая серебряный взгляд волчицы из своего сна. — Скоро он всё увидит сам».

Когда я вошла в аудиторию тактики, комната уже была забита первокурсниками. Шум стоял невообразимый, но стоило мне переступить порог, как несколько парней с задних рядов притихли, бросая на меня косые взгляды. Слухи о моём зачислении на боевой факультет и вчерашнем выходе из Запретного леса уже успели разлететься по Академии.

Я заняла свободное место у окна, подальше от всех. Но стоило мне разложить тетради, как двери аудитории снова распахнулись, и внутрь вошёл Валериан, а следом за ним — старшекурсники-кураторы.

Эрик шёл первым. Его янтарный взгляд мгновенно, словно по навигатору, нашёл меня в толпе. Он едва заметно прищурился, проходя мимо моей парты к местам у стены, и в этот момент я поняла, что эта лекция будет очень долгой. Наша игра только набирала обороты.

Валериан прошёл к массивной кафедре в центре зала. Его тяжёлый боевой посох глухо ударил по деревянному настилу, и в ту же секунду в аудитории повисла мёртвая тишина. Студенты замерли, боясь даже вздохнуть. Драконья аура декана, плотная и горячая, как воздух над раскалённым горном, заполнила всё пространство.

— Садитесь, — отрывисто бросил он.

Гулкий шорох отодвигаемых стульев пронёсся по залу, и все застыли. Кураторы, включая Эрика, остались стоять вдоль стены. Эрик небрежно прислонился плечом к каменной кладке прямо напротив моего ряда. Руки в карманах, подбородок чуть опущен, а взгляд янтарных глаз — ленивый, но неотрывный, направленный точно на меня. Он словно продолжал тот безмолвный поединок, который мы начали на плацу.

— Первая полевая практика показала, что половина из вас не умеет ориентироваться в пространстве, а вторая половина — не способна рассчитать собственные силы, — Валериан обвёл аудиторию тяжёлым взглядом, и многие первокурсники поспешно опустили глаза. На мне его взгляд задержался на секунду дольше, оценивающе скользнув по моей ровной осанке. — Единственное, что спасло вас от лап глубинных тварей — это ваши кураторы. Но так будет не всегда. Тема сегодняшней лекции: тактика парного боя при столкновении с превосходящими силами противника в условиях ограниченной видимости.

Декан взмахнул рукой, и на огромной грифельной доске за его спиной сами собой начали чертиться светящиеся магические схемы.

— Главная ошибка новичков — попытка перетянуть одеяло на себя. В парном бою нет «я». Есть единый организм. Если один из вас атакует, второй обязан закрывать его слепую зону. Если один берёт на себя защиту, второй подстраивает свой магический поток так, чтобы усилить этот щит, а не разрушить его. Резонанс — высшая форма боевого взаимодействия.

При слове «резонанс» я почувствовала, как по коже пробежали микроскопические искорки. Я невольно перевела взгляд на Эрика. Он не шелохнулся, но я заметила, как на его шее едва заметно дёрнулась жилка. Мы оба слишком хорошо помнили, как вчера наши потоки слились у обсидианового постамента. Это было пугающе идеально.

— Найт, — внезапно прогремел голос Валериана, заставив меня вздрогнуть. — Выйди к доске.

Эрик плавно оттолкнулся от стены и размеренным, хищным шагом подошёл к кафедре. В каждом его движении сквозила уверенность вожака, который знает, что этот зал — его территория.

— Продемонстрируй базовую схему распределения нагрузки при фронтальной атаке теневого когтекрыла, — приказал декан, передавая ему длинную указку. — И объясни, почему твоя подопечная вчера едва не лишилась головы на первых минутах боя.

В аудитории раздались тихие смешки. Парни с задних рядов начали оборачиваться на меня, в их глазах читалось откровенное злорадство. Ну конечно, «белобрысая северянка» облажалась в первый же день.

Я сжала кулаки под столом, чувствуя, как к горлу подступает горячая волна раздражения. Я приготовилась к тому, что сейчас золотой мальчик Лунной Долины в красках распишет мою беспомощность перед всем курсом, чтобы окончательно растоптать мою репутацию.

Эрик повернулся к доске, перехватив указку. Лучи солнца из окна упали на его профиль, подсвечивая янтарные глаза. Он молчал пару секунд, а затем, вопреки моим ожиданиям, ровным и холодным голосом произнес:

— Брейв не лишилась головы, декан. Ошибка была в другом. Она использовала классическую северную технику уклонения, которая эффективна против крупных прямоходящих зверей Скалистого Предела, но абсолютно не учитывает рваную траекторию полета когтекрыла. Она приняла удар на себя, потому что её позиция была изолированной.

Эрик обернулся к залу, и его взгляд наткнулся на парней, которые секунду назад тихо посмеивались. Под его тяжёлым прищуром они мгновенно притихли.

— Но её реакция и скорость контратаки в ближнем бою оказались выше, чем у большинства присутствующих здесь первокурсников, — жёстко добавил он, чеканя каждое слово. — Она нанесла твари глубокий урон по незащищённому подбрюшью без поддержки магии. Её позиция была уязвимой только потому, что куратор... — он сделал паузу, и его зрачки на миг сузились, — ...замедлил с развертыванием фланговой поддержки.

По аудитории прошёл удивлённый шёпот. Я ошарашенно смотрела на Найта, не веря собственным ушам. Он... защищал меня? Взял часть вины на себя перед самим Валерианом?

Валериан хмыкнул, прищурив свой драконий глаз. На его лице со шрамом не отразилось ни единой эмоции, но в глубине взгляда промелькнуло опасное одобрение.

— Самокритично, Найт. Рад видеть, что статус лучшего бойца курса не ослепил твой тактический анализ. Продолжай схему.

Эрик повернулся к доске и начал чертить линии потоков, а я сидела, чувствуя, как внутри всё сильнее закручивается тугая спираль непонимания. Зачем он это сделал? На плацу он обещал мне ад, а здесь, перед всем факультетом, не дал выставить меня слабачкой.

Моя спящая волчица в этот момент снова слабо, едва ощутимо потянулась внутри, словно тихонько царапнула когтями изнутри рёбер. Вопросов становилось всё больше. И я знала, что как только эта лекция закончится, я заставлю Эрика Найта объяснить мне правила этой странной игры, которую он затеял.

Когда лекция наконец закончилась, и Валериан, собрав свои бумаги, первым покинул аудиторию, зал взорвался шуршанием сумок и гулом голосов. Первокурсники потянулись к выходу, по пути бросая на меня уже совсем другие взгляды — ухмылочки сменились настороженным любопытством. Слова Эрика о том, что пришлая девчонка без магии смогла ранить глубинного когтекрыла, явно заставили их пересмотреть свои выводы.

Я не спешила. Намеренно медленно собирала тетради в сумку, краем глаза наблюдая за кураторами у стены. Эрик о чём-то коротко переговаривался с парнями со своего курса, но стоило мне застегнуть замок сумки и подняться, как он прервал разговор на полуслове. Сказав что-то напарникам, отчего те понимающе хмыкнули, Найт направился к выходу из аудитории, подстраивая свой шаг так, чтобы выйти в коридор ровно в тот момент, когда я поравняюсь с дверями.

Коридор боевого факультета встретил нас прохладой и шумом. Я шла чуть поодаль, дожидаясь, пока толпа студентов немного рассеется у поворота к жилому крылу. Когда мы остались в относительно пустом пролёте между массивными готическими окнами, я ускорила шаг и преградила ему дорогу.

— Найт, постой, — негромко, но твёрдо окликнула я его.

Эрик остановился. Он медленно повернулся, закинув одну руку в карман форменных брюк, и сверху вниз посмотрел на меня. Солнечный свет из витражного окна падал на его тёмные волосы, отливающие синевой, и окрашивал янтарные глаза в цвет горячего мёда.

— Что-то не так, Брейв? — лениво поинтересовался он, приподняв бровь. — Ребра снова разболелись после тактики?

— С моими рёбрами всё в порядке, — я сделала шаг вперёд, заставляя его убрать эту свою небрежную маску. — Зачем ты это сделал? В аудитории, перед Валерианом и всем курсом.

Эрик слегка наклонил голову набок, притворяясь, что не понимает, о чём речь.

— Сделал что? Провёл тактический разбор вчерашней ошибки? Это моя обязанность как куратора.

— Не паясничай, Эрик, — я назвала его по имени, и его зрачки мгновенно сузились, реагируя на эту резкую смену дистанции. — Ты мог выставить меня полной дурой. Сказать, что я запаниковала, подставилась, что у меня нет магии и я балласт на твоей шее. Все именно этого и ждали. Твои дружки из Лунной Долины спали и видели, как ты растопчешь северянку. А ты вместо этого взял часть вины на себя.

Эрик молчал несколько секунд. Его ленивая полуулыбка медленно растаяла. Он сделал шаг ко мне — так близко, что я снова уловила этот тонкий, будоражащий шлейф грозового озона, от которого внутри слабой дрожью отозвался мой скрытый зверь. Найт опустил взгляд к моим глазам, и его голос стал на порядок тише и жестче:

— Я сказал правду, Брейв. Тактически ты сработала чисто для своего уровня. А врать Валериану — себе дороже, он дракон, он видит ложь по движению воздуха.

Он на мгновение замолчал, а затем его пальцы перехватили лямку моей сумки на плече, слегка потянув на себя, отчего мне пришлось сделать мимолётный шаг навстречу.

— И запомни раз и навсегда, северянка, — прошептал он мне почти в самые губы, и в его глазах снова полыхнуло то дикое, собственническое пламя, от которого кружилась голова. — Если я захочу тебя растоптать — я сделаю это сам. Лично. На плацу или в лесу, один на один. Но я никогда не позволю стаду первокурсников пускать слюни и злорадствовать за счёт моей подопечной. Ты — моя ответственность в этой Академии. Моя. И твоя репутация сейчас напрямую связана с моей. Уяснила?

Он отпустил лямку сумки так же резко, как и перехватил, и сделал шаг назад, за секунду возвращая себе вид холодного, высокомерного наследника Альфы.

Я стояла, чувствуя, как сердце колотится где-то в районе горла. Его слова обжигали, но за этой грубой, хозяйской формулировкой оборотня я отчётливо видела другое — он не хотел, чтобы меня считали слабой. Между нами завязывался узел, который ни один из нас уже не мог просто так разрубить.

— Уяснила, Найт, — тихо, но с вызовом ответила я, поправляя сумку. — Рада, что моя репутация тебе так дорога. Смотри не запятнай её на следующей тренировке.

Эрик лишь коротко, хрипло хмыкнул, довольный тем, что я снова огрызнулась, а не отступила. Развернувшись, он зашагал по коридору в сторону кураторского крыла, оставляя меня наедине с мыслями и тем странным, вибрирующим теплом, которое его присутствие всегда оставляло у меня под кожей.

Моя волчица внутри больше не ворочалась, но я точно знала: она слушала каждое его слово. И её безмолвное согласие пугало меня больше всего.

Глава 5

Мысли об Эрике и странном поведении моего скрытого зверя не отпускали меня всю дорогу до жилого крыла. Но пустой желудок настойчиво требовал своего, и, наскоро закинув сумку в комнату, я направилась в сторону студенческой столовой. Острый голод после утреннего боя и тяжелой лекции давал о себе знать.

Я уже почти дошла до просторного арочного перехода, ведущего к обеденному залу, как вдруг из глубокой ниши за массивными колоннами донеслись глухие голоса и встревоженный, прерывистый полушёпот.

— Пожалуйста... отпустите меня. Я опаздываю на дежурство, — раздался тонкий, дрожащий девичий голос.

— Куда ты спешишь, травница? Дежурство подождёт, — ответил грубый, самоуверенный мужской голос, в котором отчётливо проскальзывали рычащие нотки оборотня. — Мы просто хотим поближе познакомиться с новой целительницей. Говорят, у ведьмочек кровь сладкая, особенно когда вы боитесь.

Я замерла у колонны и заглянула за угол. В полумраке тупика трое парней окружили невысокую, очень миловидную девушку в зелёной форме факультета исцеления. Её золотистые кудри растрепались, а в огромных испуганных глазах застыли слёзы. Судя по ауре, двое из нападавших были оборотнями, а третий — крупный, высокомерный парень с едва заметной чешуёй на скулах — драконом. Он удерживал ведьмочку за запястье, прижимая к каменной стене, пока его дружки со смехом перекрывали ей путь к спасению.

Внутри меня будто щёлкнул какой-то тумблер. Картинка из прошлого — когда меня точно так же пытались зажать в заснеженных углах Скалистого Предела, считая лёгкой добычей, — вспыхнула перед глазами. К горлу поднялась такая дикая, ослепляющая ярость, какой я не чувствовала никогда в жизни. Кровь в жилах мгновенно закипела, а ладони обожгло яростным, нечеловеческим жаром. Спящая волчица внутри меня не просто проснулась — она буквально зарычала, требуя крови.

Я не стала кричать или звать на помощь. Я пошла напролом.

— Руки убрал от неё, — мой голос прозвучал неестественно низко, с глухим, вибрирующим рыком, от которого парни инстинктивно вздрогнули и обернулись.

— О, глядите-ка, белобрысая северянка решил поиграть в спасительницу, — оскалился первый оборотень, делая шаг мне навстречу. — Ты без магии никто, Брейв...

Договорить он не успел. На такой бешеной скорости я ещё никогда не двигалась. Скользнув вперёд, я уклонилась от его ленивого выпада и с размаху впечатала кулак ему прямо в челюсть. Раздался хруст. Оборотень отлетел к стене, хватаясь за разбитое лицо, но я уже разворачивалась ко второму. Подхватив стоявшую у стены тяжелую кованую подставку для факелов, я наотмашь врезала ему по корпусу. Парень согнулся пополам, хватая ртом воздух, и повалился на колени. Отмудохала их двоих я меньше чем за десять секунд — ярость сделала мои удары сокрушительными, стирая любые блоки.