Не могу

Казалось, что он уже и не помнил зачем они здесь. Иван ловил томные взгляды Ани, обращал внимание на то как нервно она теребит свои прекрасные волосы, как сладко закусывает губу смущаясь под его комплиментами.

Аня кончиками пальцев коснулась ножки бокала, но пить не спешила. Она слегка склонила голову набок, разглядывая Бесова сквозь длинные ресницы.

А ведь он был чертовски неплох собой: мужественное лицо не испорченное шрамами, высокий, широкоплечий, неплохо сложен, с легким и приятным мужским шармом. Говорил уверенно, без блатняка, свойственного таким людям по роду деятельности, с той вкрадчивой хрипотцой, от которой у неопытных девушек подгибаются колени.

“Если бы не твои грязные дела и бандитские замашки, — мелькнула циничная мысль, — ты вполне мог бы свести с ума любую. Пожалуй, ночь с таким как ты может оказаться не такой уж и мерзкой. Стоп. Замолчи.”

— Подарок, говорите? — Аня слабо усмехнулась, коснувшись губами края бокала и оставив на стекле алый след помады. — А вот ваши методы знакомства, Иван Сергеевич, на подарок совсем не тянут. Ну прям совсем!

Бесов замер с бокалом у губ, удивленно приподняв бровь:

— Неужели мои орлы перегнули палку?

— Ваши… «орлы», — Аня чуть скривила чувственные губы, вложив в голос легкую, капризную обиду, от которой у мужчин обычно перехватывает дыхание, — вломились ко мне в дом, испортили мой любимый шелковый халат и едва не оставили синяков. Особенно этот ваш… Кабан. Абсолютно не умеет обращаться с женщинами. Дикарь.

Она намеренно опустила взгляд на свое декольте, словно проверяя, не осталось ли следов, и тут же заметила, как зрачки Бесова расширились, а дыхание участилось.

— Кабан — громила, работа у него такая, — хрипло произнес Иван, подавшись вперед через стол и накрывая своей тяжелой, теплой ладонью ее тонкие пальцы руки. — Но я с ним проведу воспитательную беседу. За порванный халат все компенсирую! Десятикратно! Обижать такую красоту — смертный грех!

— Ловлю вас на слове, — прошептала Аня, не отнимая руки, но чуть поведя пальцами так, чтобы ее ноготь легонько царапнул его запястье. — А то я уже подумала, что весь ваш авторитет держится только на запугивании слабых женщин.

— Я умею быть очень разным, Анечка, — вкрадчиво понизил голос Бесов, впиваясь глазами в ее губы. — С теми, кто проявляет ко мне уважение, я щедрый. И ласковый.

— Ласковый? — она тихо, кокетливо рассмеялась, откидываясь на спинку кресла. Ткань платья натянулась на груди, а разрез на бедре приоткрыл гладкую кожу. — Опасное обещание, Иван Сергеевич. Я ведь могу это проверить…

— Проверь, — Бесов провел рукой по открытому бедру, поднимаясь выше и улавливая шлейф ее гибискуса и лемонграсса. — Давай снимем номер в этом отеле, самый лучший? Прямо сейчас. Можем подняться, и я докажу, что умею не только вышибать долги, но и благодарить тех, кто мне по-настоящему дорог.

Как же это было легко! Он весь горел, желая получить ее здесь и сейчас, уверенный, что роскошный ресторан и его напор сломали молодую женщину.

Аня медленно, с легкой полуулыбкой вытянула руку из-под его ладони, оставляя между ними дистанцию:

— Не так быстро, Ванечка… К хорошему вину нужно привыкнуть, а не пить его залпом. Разве ожидание — это не самая сладкая и приятная часть зарождающихся отношений?

Глава 30

Понедельник, 21.06.2027. 09:15.

Вчера был самый безумный и опасный вечер в моей жизни. До сих пор все паникует во мне, когда вспоминаю этот ресторан. Я ведь так распалила Бесова... Но самое страшное — я и сама нормально так выпила, расслабилась и поплыла под его взглядом. Мужик так-то видный, уверенный, очень харизматичный. В какой-то момент я поймала себя на мысли, что мне даже хочется пойти с ним в этот чертов номер.

Мое тело, истосковавшееся по настоящей страсти, буквально кричало мне:

«Соглашайся, чего ты теряешь?!»

Но мозги все-таки победили. Я вовремя дала по тормозам. Чудом смогла соскочить, сделав невинные глазки и включив недотрогу: мол, я не такая, после первой же встречи прыгать в постель к мужчине не умею. Скажу честно: думала вспылит, прямо там за локоть схватит и потащит силой — он же привык брать все, что захочет. А вышло наоборот! Я похоже его реально зацепила. Оказывается получать добычу не так интересно, как добиваться! Интересный конечно вывод, который я смогла сделать лишь в двадцать девять лет!

Он лично посадил меня в машину со своим водителем, довез до самого подъезда и только жарко, жадно поцеловал на прощание у двери, прижав к себе так, что я уже собиралась передумать и вернуться в “Рэдиссон”. Прошептал на ухо: «Раз первая встреча для тебя табу, значит, вторая будет очень скоро». И отпустил.

Пока все идет по моему плану. Ой... шаги в коридоре. Кто-то идет к моему кабинету.

* * *

Аня торопливо захлопнула крышку ноутбука и глубоко вздохнула, принимая рабочее выражение лица. Через секунду ручка повернулась, и дверь распахнулась без стука.

На пороге стояла Марина. Как всегда — при полном параде, на шпильках, в чересчур обтягивающей юбке, но ее лицо выражало крайнюю степень растерянности и плохо скрываемой зависти.

— Аня, ты вообще в курсе, что там творится? — с порога сказала она, даже не поздоровавшись. — Тебя курьер на ресепшене требует. Лично в руки расписаться просит.

— Меня? — Аня искренне нахмурилась. — Какой курьер? Документы из суда?

— Ага, документы… Иди сама посмотри! — фыркнула Марина, скрестив руки на груди. — Там во всем холле работу парализовало.

Аня поднялась из-за стола, одернула темно-серую юбку-карандаш, поправила манжеты своей рубашки и вышла вслед за секретаршей в общий коридор. Уже на подходе к зоне ресепшена в нос ударил сладкий цветочный аромат. Слышались приглушенные смешки, восторженные охи и шепотки коллег.

Выйдя в просторный светлый холл, Аня буквально охренела.

Стойка ресепшена, стеклянные журнальные столики, диваны для клиентов и даже часть пола у окна были заставлены цветами. Это был не один букет и даже не два. Огромные охапки сортовых роз всех мыслимых оттенков — от нежно-кремовых до темно- бордовых, почти черных. Корзины с белоснежными лилиями, источающими очень сильный запах, воздушные шапки пышных розовых пионов, авторские сборные композиции в шляпных коробках. Настоящий ботанический сад посреди строгой юридической фирмы.

Вокруг уже собралась добрая половина всех сотрудников. Девчонки из бухгалтерского и корпоративного отделов крутились вокруг цветов, фотографируя букеты на телефоны и делая завистливые селфи. Даже мужчины — высунулись из своих кабинетов с кружками кофе, с любопытством разглядывая невиданное оживление.

Посреди этого великолепия переминался с ноги на ногу вспотевший паренек-курьер с планшетом для накладных в руках.

— Соколова Анна Алексеевна? — с надеждой в голосе спросил он, завидев ее.

— Да, это я, — тихо выдавила Аня, чувствуя, как щеки заливает предательский румянец.

— Слава богу! Распишитесь вот здесь, пожалуйста. Мы на двух фургонах это добро везли, еле подняли на этаж, — парень протянул ей стилус. — Доставка полностью оплачена.

Аня машинально черканула подпись на экране. Из самого пышного, центрального букета темно-алых роз торчал конвертик из золотой бумаги. Поймав на себе десятки любопытных взглядов коллег, Аня подошла ближе и достала карточку. Открыла.

Внутри всего две строчки:

«Не знал, какие цветы ты любишь, поэтому купил все, что продавались. Жду звонка. Иван».

Аня была в глубоком шоке. Бесов. Черт побери, он с ума сошел! Притащить этот цветочный разврат прямо на работу!

— А у нас что здесь, филиал Рижского рынка открылся? — раздался за спиной тяжелый, холодный голос, от звука которого все замолчали и замерли, ожидая, что сейчас будет скандал.

Толпа сотрудников мгновенно расступилась. В зону ресепшена вошел Андрей Титов. Как всегда при параде, по-деловому одетый. В руках папка с документами. Взгляд серых глаз метал такие искры, что температура в помещении упала на десяток градусов.

— Почему никто не на рабочих местах? — поинтересовался он, обводя притихших подчиненных осуждающим взглядом. — У нас процессы в арбитраже отменили? Или сроки подачи жалоб перенесли на пару недель? Я кому зарплату плачу — юристам или зевакам на ярмарке? Быстро все по кабинетам. Живо работать!

Сотрудников как ветром сдуло. Через пять секунд в холле остались только Аня, замершая возле охапки роз с открыткой в руке, и Марина, которая злорадно переглядывалась с шефом, явно надеясь на публичную порку выскочки.

Титов медленно повернулся к Соколовой.

— Это что еще за цветочный базар в офисе, Анна Алексеевна? — произнес он, подходя ближе. Он был в ярости.

— Доставка, Андрей Иванович, — ровно ответила Аня, стараясь не страха и незаметно пряча записку в карман юбки.

— Я вижу, что не гуманитарная помощь, — Титов остановился в полушаге от нее. — Клиенты прислали? В благодарность за выигранный процесс?

— Нет. Это... личное, — робко вымолвила Аня, глядя ему прямо в глаза.

— Ах, это личное??? — разорался Андрей. — Простите пожалуйста, Анна… Значит, у нашей скромной матери семейства завелся щедрый воздыхатель? Кто этот богатый идиот, скупивший пол-Москвы ради банальной показухи?

— Андрей, прекрати. Это не имеет отношения к работе, — спокойно отвечала Аня.

Никто не смел так разговаривать с Титовым. Лицо Андрея на мгновение потемнело. Он сделал еще один короткий шаг вперед, практически прижимая Аню к цветочной корзине, так что между ними не осталось и сантиметра.

— Ошибаешься, Аня. Все, что происходит тут, в этом самом месте — это мое дело, — прошипел он так тихо, чтобы слышала только она. — Ты устраиваешь цирк на глазах у всех сотрудников. Ты привлекаешь ненужное внимание. Это недопустимо!

Аня почувствовала, как внутри закипает злость. Его тон был не просто грубым. В нем чувствовалось что-то еще — уязвленное мужское эго или может даже ревность, о которой Андрей сам не подозревал. Он ведь наверняка считал ее своей удобной помощницей, которая оказалась в сложной жизненной ситуации, которой он помогал. Может даже и на “благодарность” рассчитывал? И вдруг на горизонте нарисовался кто-то с куда более широким размахом и далекими планами.

— Андрей Иванович, держите себя в руках, — не понижая голоса, с легкой улыбкой произнесла она. — Мужчина просто красиво ухаживает. Имеет право. А мне, если вам так интересно, очень нравится такой смелый подход.

Титов замер, глядя на нее бешеными глазами. Аня не прятала глаз, не краснела и не мялась, как девчонка-стажерка в их первую встречу. Она стояла перед ним уверенная в своей привлекательности взрослая женщина, способная свести с ума любого.

— Чтобы через пятнадцать минут этого гербария здесь не было, — сквозь зубы бросил Титов, резко развернулся и ушел в кабинет. Дверь за ним захлопнулась с такой силой, что казалось она сейчас сорвется с петель и вылетит к чертовой матери!

Аня не ожидала, что все так получится ни с Бесовым, ни с Титовым. Дальнейшего плана у нее не было.

Глава 31

Остаток понедельника превратился в хождение по минному полю. Из кабинета шефа доносились лишь крики и рычания в телефонную трубку — к Титову сегодня боялись заходить все.

Цветочный базар Аня ликвидировала за десять минут. Забрать домой эту оранжерею было нереально — да и зачем? Она просто улыбнулась притихшим коллегам и махнула рукой: «Девочки, разбирайте».

Через пару минут в офисе не осталось ни одной недовольной женщины. Даже строгая Мария Петровна, главбух фирмы, утащила к себе тяжелую корзину с белыми лилиями, а оупен-спейс запестрел пионами и розами. Себе в кабинете на стол Аня поставила всего одну розу — темно-бордовую, пахнущую терпким медом и опасностью.

Ближе к обеду, когда эмоции немного улеглись, Аня решилась на звонок. Признаться честно, набрать этот номер хотелось еще утром, в ту самую секунду, когда курьер занес первые охапки. Внутри все ликовало от запретного женского превосходства, но выдать свою детскую радость было нельзя. Настоящая хищница держит паузу.

Выждав три часа, Аня достала телефон и нажала вызов. Раздался всего один гудочек и сразу ответили.

— Понравился сюрприз, киса? — низкий, самоуверенный голос Бесова прозвучал прямо в ухо, с хрипотцой, от которой по коже тут же побежали мурашки.

Аня медленно выдохнула, включив свой самый ровный, прохладный тон:

— Добрый день… Иван Сергеевич. Сюрприз эффектный, не спорю. Но такие жесты — лишние.

На том конце повисла короткая тишина. Бесов явно ожидал восторженные возгласы и слова о вечной любви. Именно так всегда себя вели другие женщины, окружающие его.

— Вот как? — протянул он с ноткой обиды. — Розы уже не в моде что ли?

— Мне жаль, если ты решил, будто меня можно купить за цветы, — произнесла она, мастерски играя с ним. — Я не продаюсь, Вань. Ни за букеты, ни за рестораны. Или за что ты там обычно телок себе покупаешь?

— Эй… Притормози, маленькая, — Бесов перебил ее резко, в его голосе прорезалось настоящее волнение. Этот волк не привык оправдываться, но сейчас он не хотел потерять свою дичь. — Даже в мыслях не было тебя обидеть. Клянусь. Просто захотелось сделать приятно красивой, эффектной женщине. Без всякого подтекста. Ты хоть улыбнулась?

— Улыбнулась, — смягчила тон Аня, позволив себе загадочно закатить глаза, глядя на розу на столе. — Если тебе это так важно, то весь офис до сих пор на ушах стоит и гадает: кто же этот богач, подарившей мне все цветы Москвы? Сегодня ты сделал меня персоной для зависти номер один! Ну, а начальник хотел всех поувольнять от злости.

— Да мне плевать на твоего шефа, — хохотнул Бесов, заметно расслабляясь. — Главное, чтобы ты довольна была. Когда уже увидимся? Я… соскучился, Аня. Сегодня вечером?

— Не сегодня. И не завтра, — мягко парировала она.

— Почему это? Опять правила придумываешь? Ты по тонкому льду идешь…

— Да не кипятись ты! У меня на этой неделе выпускные госэкзамены и защита диплома. Решается моя профессия. Я на взводе, нервы ни к черту. Не дави на меня, прошу тебя...

— Да брось ты эти бумажки, — с жаром выдохнул он в трубку. — Зачем тебе корячиться в судах? Я решу любые твои вопросы. Обеспечу так, что до конца жизни ни о чем думать не будешь. У меня денег дофига же…

— Нет, — твердо оборвала Аня. — Мой диплом — это мое дело. И потом... нельзя нам сейчас встречаться.

— Это еще почему?

— Ну хотя бы потому, что между нами слишком сильно искрит, — шепотом, почти интимно протянула она, накручивая прядь волос на палец. — Если мы сейчас окажемся рядом, в этой бешеной страсти... я просто потеряю голову. А мне нужны ясные мозги на экзамене. Ты ведь опасный мужчина, Иван Сергеевич… Обожгусь — не соберешь.

В трубке послышалось тяжелое, прерывистое дыхание, перерастающее в кашель. Бесов зарычал, как голодный зверь, которому показали кусок мяса и тут же захлопнули клетку.

— Черт... Анька, что ты творишь со мной? — простонал он. — Я сейчас брошу все к чертовой матери, прыгну в тачку и приеду прямо к твоему офису.

— Не смей, — со смехом осадила его Аня. — Спугнешь меня, заплачу тебе долг мужа и больше никогда не увидишь.

— Да в жопу долг, в жопу твоего мужа…

— Терпи, охотник. Скоро ты сможешь поиметь дипломированного юриста! Я наберу тебе… Обещаю.

— Ловлю на слове, ведьма. Не дай бог обманешь, — сдался Бесов, не скрывая жадного предвкушения. — Удачи, мой будущий адвокат. Буду ждать твоего звонка, но не сильно долго… терпения может не хватить и тогда я украду тебя! Целую, киса!

Она сбросила вызов, прислонилась спиной к стулу и перевела дух. Игра шла как по нотам. А была ли это игра? И кто тут рыбка, а кто червяк? Может она уже не кошка, а мышка?

Рабочий день закончился. Офис пуст. Аня собрала сумку, закрыла свой кабинет и пошла к выходу. Проходя мимо приемной, она заметила тонкую полоску света, пробивающуюся из-под двери кабинета Титова.

Он все еще был там. Один. Без секретарши, без клиентов. В полной тишине.

Аня замерла. В голове всплыли утренние колкие взгляды, его достаточно резкие слова и эта нелепая сцена перед всеми. Оставить все в таком виде казалось неправильным. Она подошла ближе и несмело постучала.

— Войдите, — глухо отозвался голос изнутри.

Аня толкнула дверь. Андрей сидел за своим столом без пиджака, рукава рубашки закатаны до локтей. Галстук лежал скомканным на краю дивана (видимо кинул его от злости). Перед ним стоял его ноутбук и ежедневник с расписание встреч. Горела настольная лампа.

Он поднял на нее взгляд. Ни слова не сказал. Просто смотрел.

— Андрей... — Аня сделала пару нерешительных шагов в кабинет. — Я хотела сказать... Прости. За все, что произошло сегодня. Я правда не хотела… Я не хотела устраивать эту показуху... Ваня сделал этот нелепый поступок, желая показать свой кошелек. Я уже сказала ему, что так настоящих женщин не завоевывают…

Она ждала чего угодно. Крика. Комментария по “ухажера”. Лекции о том “что так нельзя”. Но Титов молчал. Молчание и взгляд давили сильнее слов. Хотелось провалиться сквозь землю. “Скорее бы это молчание закончилось.”

Он медленно поднялся из-за стола. Высокий, широкоплечий, непривычно молчаливый. Не говоря ни слова, он обошел стол и направился прямо к ней. Его шаги по ковру были мягкими, уверенными. Шаг. Еще шаг. Он все ближе.

Аня не успела отступить. Андрей подошел вплотную. На секунду его серые глаза впились в ее лицо — злые, голодные, выражающее что-то неконтролируемое. Его сильные руки вдруг властно легли ей на талию, притягивая к себе рывком, выбивая воздух из груди.

— Андрей... — только и успела выдохнуть она.

Он не дал ей договорить. Он просто взял и поцеловал ее. Поцеловал как самую желанную на свете женщину. Это был поцелуй мужчины, который слишком долго сдерживал себя. Так долго, что кажется опоздал и вот-вот потеряет.

Глава 32

Понедельник, 21.06.2027. 23:45.

Как же все запуталось. Когда я начинала учиться, заниматься спортом, устраиваться на работу, думать о себе как о самостоятельной личности, а не части детей и мужа, я не думала, что все так сложится.

Я целовалась сегодня со своим начальником. Точнее не так. Сначала он меня целовал, а потом я растаяла в его руках и целовала в ответ. Вот такие дела.

Я должна была его оттолкнуть. Должна была влепить пощечину, напомнить про чертову субординацию, про его же правила конторы, а может даже про Мариночку, в конце концов

Но вместо этого руки сами выпустили сумочку и мягко легли Андрею на грудь — сначала робко, пытаясь отстраниться, но уже через пару мгновений они вцепились в его рубашку прижимая его к себе.

Мне кажется, что если бы Андрей не держал меня своими объятиями, как пушинку, я бы свалилась перед ним. Это чувство было мне не знакомо. Я не могу объяснить себе, что это было в кабинете.

Но затем в моей голове что-то щелкнуло. Что-то остановило меня и вернуло с небес на землю. Перед глазами на миг пронеслись самодовольное лицо Бесова в полумраке «Рэдиссона», его рука на ее бедре, эти чертовы розы в офисе... и конечно же дети. Дома ждут Поля и Тёма, которых надо уложить спать. Поцелуй оборвался. Я собрала волю и оттолкнула Титова, хотя признаться не хотелось.

Взгляд Андрея надо было видеть… он ничего не могу понять. Что не так, если все так. Он не отпускал. Ждал, что я скажу. Может ждал пощечины. Но я так не могла поступить.

Я робко попросила отпустить меня и отвести домой. Ну а что я еще могла сказать?

Я не могла сказать ему:

“Андрей, я встречаюсь я бандитом, которому муж задолжал кучу денег. Люди, которого прессовали меня, угрожали. Я в себя поверила. Решила, что я теперь самая сильная и ничего не боюсь. Буду любовницей этого Бесова.”

“Ах да, самое главное, я буду любовницей, потому что испытываю непреодолимое желание полностью завладеть этим опасным мужчиной. Потешить свое эго.”

Красивая правда матери троих детей? Очень!

В итоге Андрей сумел взять себя в руки, мы прошли на парковку, сели в его “Мерседес” и домчались до моего дома. Ехали в полной тишине.

Он между прочим тоже, не объяснил мне свой поступок. Зачем он меня поцеловал? Почему именно сейчас?

Я думаю, что он считает меня удобной помощницей, которая всегда рядом. И тут кто-то оказывает знаки внимания ей и она может стать чьей-то еще. Он, как и абсолютное большинство богатых и властных мужчин, считает меня вещью. Собственностью.

Только это не так. Я могу сама решать как мне поступать. И ответственность за эти решения будут на мне.

Могу честно себе признаться, что Бесов мне реально понравился. Чем? Да хрен его знает! Он опасный, наглый, самодовольный индюк. При этом очень харизматичный и красивый, чего уж тут лукавить. Я десять лет была примерной матерью, женой, невесткой. Да кем угодно, только собой не была никогда.

Наверное, мне захотелось приключений на свою жопу.

Только это не я начала… Жизнь сама мне предложила попробовать пожить иначе. А я не сломалась и не сдалась.

Оказывается, я могу.

Глава 33

Утром Аня вспомнила, что забыла вчера оформить отпуск для сдачи экзаменов.

— Андрей, не хотела тебя утром беспокоить. Вчера… — произнесла она в трубку телефона.

— Аня, доброе утро. Мне нужно было самому извиниться, еще вчера… — начал было говорить Титов — Я не знаю, что на меня нашло. Видно трудный день был.

— Ничего страшного, я и сама хороша. Я не об этом хотела поговорить. Мне нужно сдать экзамены, для получения диплома. Надо было вчера согласовать с тобой отпуск, а я этого не сделала…

— Ой, да без вопросов! — перебил ее Андрей. — Жду тебя с дипломом в понедельник на работе. Удачи! Ты точно справишься.

— Спасибо, до встречи.

И понеслось. Повторение лекций, перечитывание записанных конспектов… Быстрые сборы детей.

Уже в полдень она сидела на скамейке в сквере перед главным корпусом университета. Только что завершилась первая письменная часть госов по теории права. Билеты попались легкие, сложностей не вызвали никаких. Только писать так много и отвечать очно было непривычно, ведь сам обучение было дистанционным.

Телефон в сумке завибрировал. На экране высветился незнакомый номер. Аня нажала на зеленую трубку и неуверенно произнесла.

— Алло?

— Не отвлекаю будущую грозу московских судов? — в трубке раздался низкий, сонный голос Бесова .

Аня невольно улыбнулась, откидываясь на деревянную спинку скамейки. Усталость как рукой сняло.

— Смотря с какой целью интересуетесь, Иван Сергеевич, — протянула она, позволив себе мягкий, вкрадчивый тон. — Ты что еще спишь, уже обед почти?

— Да какой тут сон, Ань... — Бесов хмыкнул, на фоне послышался глухой шум зажигалки и щелчок колесика. — Сижу в кабинете, бумаги смотрю, а перед глазами то красное платье с разрезом до самого неприличия. Ты надо мной издеваешься, женщина. Я третий день места себе не нахожу. Думаю: то ли сорваться и украсть тебя прямо с твоего экзамена, то ли терпеть, как примерный мальчик.

— А ты знал, что терпение украшает мужчину, Ваня, — тихо рассмеялась Аня, накручивая прядь каштановых волос на палец. — Особенно такого властного и нетерпеливого, как ты. Первую часть я только что сдала, если это тебе интересно.

— Конечно, я именно за этим и звоню. Умница ты моя, — в его голосе проскользнула такая обволакивающая нежность, что по спине Ани пробежали мелкие мурашки. — Отметим? У меня на примете есть уютный ресторанчик за городом. Закрытая веранда, лес, джаз. Никаких лишних глаз. Заберу тебя в восемь?

— Не получится, Ваня, — с легким сожалением, но твердо отказала она — Впереди уголовка и защита диплома. Если я сейчас расслаблюсь в твоем уютном ресторанчике... кто знает, чем закончится этот вечер? Ты ведь не собираешься просто кормить меня ужином, правда?

— Не собираюсь, — откровенно и без тени смущения признал Бесов, и его дыхание в трубке стало чаще. — Я хочу снять с тебя эту строгую блузку пуговица за пуговицей. Хочу целовать так, чтобы ты забыла все свои законы к чертовой матери. Ты мне снишься, понимаешь? Твои ключицы, твои губы, этот чертов запах лемонграсса.