Очищение. Возмездие

Оторвав трясущиеся руки от трибуны, вице-президент нервно дернул головой, с видимым усилием свернул листок с посланием к нации, попытался засунуть его во внутренний карман пиджака, но не смог попасть под лацкан из-за сильного тремора. Резко развернувшись, он вышел из зала под крики журналистов, пытавшихся получить объяснения.

– Он тоже болен, – сказал Ригс в трубку.

– Похоже на то, – ответила Джейн.

– Давай всех к машине. Мы выдвигаемся.

– Куда?

– Найди на карте ближайшую больницу. Мне нужно поговорить с кем-нибудь из докторов.

Посмотрев еще с минуту на экран телевизора, он понял, что новой информации не будет, собрал сумку и вышел к парковке. Его сопровождающие уже собрались у внедорожника. Перед ними на коленях стоял бомжеватого вида мужик с руками, заведенными за голову. Один из ребят Джейн держал его под прицелом пистолета.

– Что происходит? – спросил Ригс.

– Этот мудак хотел взломать багажник. Поцарапал замок, сука, – Джейн несильно пнула его ногой. Бомж упал и, скуля, пополз под машину. – Блин, вытяни его оттуда, – приказала она одному из бойцов.

Охранник схватил бездомного за ногу и оттащил от внедорожника.

– Все равно нам всем конец, – огрызнулся тот. – Слышали, что сказал президент? Антихрист явился из преисподней.

– Его бы сдать в полицию, но там остался один дежурный, – сказала Джейн, забираясь на заднее сидение. – Офис шерифа тоже весь на выезде. Да и правонарушение мелкое. Пусть живет пока.

– Зря он это, – недовольно покачал головой Ригс, забравшись на заднее сидение.

– Конечно, зря. Мы ведь и тайзером7 могли его пощекотать.

– Я не про бомжа, я про президента.

– А… это. Вы заметили. Похоже, он был не в себе. Показывали крупным планом без рук. Голова дергается, глаза бешеные. Несет всякую чушь.

– Вице выглядел получше, но руки тоже тряслись, – Ригс посмотрел в окно и попросил водителя. – Ну-ка притормози. Что там происходит?

– Там крупный торговый центр. Похоже, народ ломанулся запасаться продуктами.

С трассы было заметно, что вся парковка перед моллом8 была забита автомобилями и людьми. У дверей образовалась толпа. Те, кто хотел попасть внутрь, не давали выйти тем, кто уже набил свои тележки. Это и создало столпотворение. Сбоку от этой колышущейся орущей массы беспомощно сверкала мигалка полицейской машины. Самих полицейских нигде не было видно. Судя по тому, что машины все прибывали, ситуация вскоре могла выйти из-под контроля, тогда толпа просто разнесет торговый центр.

Внедорожник продолжил движение по трассе дальше в сторону города и вскоре свернул на съезд под знак, указывающий направление к Реабилитационному центру Орландо. На подъезде к больнице уткнулись в глухую пробку. До нее оставался еще километр, но проехать было невозможно. Дорога была плотно забита автомобилями с больными или зараженными.

– Мертво, – прокомментировала Джейн. – Мы туда хрен доберемся. Нужно разворачиваться, пока нас не заблокировали сзади.

– Возвращаемся на трассу, – согласился Ригс.

– Зачем вам была больница? Ведь ясно, что там не будет мест.

– Думал поговорить с врачами. У меня сын не может двигаться самостоятельно. Хотел спросить, что можно сделать, чтобы облегчить симптомы.

– Спросили бы меня. Я бы рассказала.

– Ты еще и медик?

– Не медик. Но знаю, что ваш сын обречен. Судя по вашему описанию, ему остался месяц, если повезет, два. Единственный способ облегчить мучения – это наркота, инвалидное кресло и постоянная сиделка, чтобы кормила и убирала за ним. Так было с нашим финансистом. Хороший дядька был. Он один из первых схватил заразу месяца два назад. Тогда еще и врачей, и мест в поликлиниках было достаточно. Так вот, доктора неделю продержали его в больнице, потом выпустили. Сказали, шансов нет, но страдания облегчить можно. Нужны инвалидное кресло, сиделка и постоянные инъекции опиатов.

– Какой ему поставили диагноз?

– Вирусное поражение нервной системы или что-то похожее. Но было ощущение, что врачи знали, что это. Им настрого запретили ставить реальные диагнозы. Через два месяца, когда бедняга стал превращаться в овощ, он в один из моментов просветления пустил себе пулю в рот. Руки тряслись, он не попал в мозг. Пуля прошла через лицевую кость и вышла около уха. Он еще мучился пару часов, пока не истек кровью.

– Страшная смерть, – качнул головой Ригс.

– Не дай бог, – отозвалась Джейн.

– Едем к сыну.

– Да, сэр. Но должна вам доложить: я получила сообщение от босса. Он отзывает все боеспособные команды с миссией в офис. Мы работаем под крышей шерифа Орландо. В городе чрезвычайная ситуация. Нас, скорее всего, привлекут для охраны порядка. Мы довезем вас до виллы вашего сына и будем вынуждены оставить.

– Понятно, сержант. Жаль с вами расставаться. Вы классный спец.

– Спасибо, сэр.

Внедорожник аккуратно притормозил на съезде с трассы в район, где располагалась вилла сына. В этот момент машина получила сильный удар сзади. Послышался хруст трескающегося пластика бампера. Всех в салоне вдавило в сидения.

– Мы в машине. Вы двое – контроль, – деловито скомандовала Джейн.

Охранники почти синхронно вывалились со своих сидений наружу и припали на колено с пистолетами, готовыми к стрельбе. Через секунду они двинулись к врезавшейся в них сзади машине. Еще через секунду на гарнитуру Джейн пришло сообщение: «Чисто».

Ригс и сержант вышли из внедорожника. Оказалось, в их массивный автомобиль врезался дорогой спортивный электрокар. Охранники уже помогли выбраться из объятий подушек безопасности ухоженной, прилично одетой бабульке. Та стояла, прислонившись к смятому крылу, обводя всех непонимающим взглядом.

– С вами все нормально, мэм? – спросила сержант.

– Нормально. Воды. Дайте мне воды, – нечленораздельно промычала старушка, отошла от машины и, трясясь и шатаясь на подкашивающихся ногах, поковыляла к одному из охранников.

– Эй-эй! Ну-ка назад, – прокричал тот, отступая к внедорожнику.

– Блин. Она больна. Все в машину. Убираемся отсюда, – скомандовала Джейн.

– В-о-ды, – старушка развернулась на голос сержанта и, едва переставляя неслушающиеся ноги, пошла к ней.

– Извините, мэм, – Джейн развернулась, забралась в машину, закрыла перед ее носом дверь и хлопнула водителя по плечу. – Погнали! Что стоишь.

Старушка, божий одуванчик, прижалась к стеклу лицом, не раз познавшим руку дорогого пластического хирурга. По движениям ее губ можно было понять, что она повторяет одно слово: «Воды».

Внедорожник тронулся. Старушка, потеряв опору, упала на бетон трассы и забилась в конвульсиях.

– Твою ж мать, – выругалась сержант.

– Послушай. Твой босс, полковник Хиггинс, в каком он состоянии? – спросил оперативник.

– В смысле? – взглянула на него Джейн.

– В смысле здоровья. Есть ли у него признаки болезни?

– Нет, сэр. Он, как и мы, вернулся в Штаты только в 27-м. Он здоров, сэр.

– Вот что я вам скажу. Я не знаю, что творится на остальной территории Штатов, но ситуация в Орландо выходит из-под контроля. И это только начало болезни. Дальше будет хуже. Ты видела эту бабулю? Скоро таких будут сотни тысяч. Вам не удастся восстановить порядок в городе, потому что большая часть полиции наверняка тоже больна. И офис шерифа. И офис мэра. И армия. И городские службы. Через пару недель они все потеряют способность выполнять свою работу и будут, как эта старушка. Передай полковнику мой совет. Пусть собирает всех своих здоровых ребят, вывозит из города и оборудует укрепрайон с блокпостами и прочей фигней. Только так вы сможете пережить надвигающийся хаос.

– Вы думаете, все так плохо?

– Хотелось бы верить, что все рассосется. Но вы сами видели президента и вице. Они заражены. Если эта странная болезнь накрыла большую часть Америки, через пару недель, а то и раньше, здесь начнется ад. Так и передайте боссу.

– Я передам, – кивнула Джейн. – Но я знаю ответ. Мы будем помогать офису шерифа столько, сколько сможем. Если все окончательно полетит к чертям, может быть тогда.

– Если этот момент наступит, когда еще будет связь, сбросьте мне свои координаты. Я постараюсь до вас добраться.

Внедорожник остановился у виллы сына. Еще из машины Ригс заметил, что что-то не так. Двери в дом оказались распахнуты. На дорожке были разбросаны какие-то шмотки.

– Сэр, смотрите. Похоже, мародеры, – Джейн показала на соседнюю виллу.

Через невысокое ограждение из цветущего кустарника было видно, как четверо мужчин вытаскивают из соседнего дома и грузят в обшарпанный минивэн коробки, какую-то бытовую технику и тюки со шмотками. Ребята двигались резво, без всяких дерганий и прочих симптомов болезни.

– Вот дерьмо, – выругался Ригс. – Они, наверно, обчистили и дом моего сына. Я загляну внутрь. Вы постарайтесь взять одного из них. Я хочу его допросить.

– Да, сэр, – ответила сержант, вылезая из машины. – Парни, за мной. Нужно размяться.

Проводив ее взглядом, оперативник направился к дому сына. Увидев его, мохнатый песик испуганно забился под стол и недовольно зарычал. Видимо, незваные гости с ним не очень церемонились. По гостиной были разбросаны вещи. На стене одиноко торчало крепление от телевизора. Дорогая аудиоаппаратура, стоявшая рядом, исчезла. Сын лежал на диване без движения. Ригс подошел к нему и пощупал пульс на шее. Пульс был слабый, но ровный. Спит. Наверно, действие укола фентанила еще не прошло. Он посмотрел на стоящий рядом стул, на котором лежала упаковка с лекарствами и смарт сына. И то и другое исчезло.

Снаружи раздался хлопок выстрела и чьи-то истошные вопли. Оперативник накрыл сына одеялом, вышел из дома и через газон направился к соседней вилле. Там Джейн и двое ее парней на дорожке перед въездом на участок положили лицом вниз четверых мародеров. У всех руки за спиной были стянуты пластиковыми стяжками. Один, бородач, по возрасту самый старший, лежал на боку. У его ноги гравий медленно пропитывался кровью. Рядом валялось помповое ружье.

– Тот, со стволом, похоже, их главный, – Джейн несильно пнула лежащего бородача. – Чуть Барта не продырявил, сука.

Ригс присел на корточки рядом с бородачом, подобрал помповик и не церемонясь ткнул стволом в рану на ноге. Мародер истошно заорал. Оперативник подождал, пока тот успокоится, и снова ткнул стволом в рану. Бородач забился в конвульсиях и, вытаращив бешеные глаза, попытался отползти.

– Куда, – Ригс подтянул его к себе и снова приложил ствол к бедру чуть выше раны. – Я тебе задам пару вопросов. Если ответы мне понравятся, я больше не буду тебе делать больно. Если нет, – оперативник снова ткнул стволом в рану. Мародер заскулил и активно закивал головой. – Вот и хорошо. Где фентанил, который вы взяли вон в той вилле?

– В машине в сумке, – прохрипел бородач.

– Второй вопрос: почему вы не больны?

– Не знаю, – мародер снова попытался отползти. – Мы из южного гетто. Я никогда не был у врача.

– Почему не был?

– Потому что нет медицинской страховки. Потому что такие, как вы, жирные богатые твари, все подмяли под себя. За это господь вас и наказал.

– Понятно. Вы, ребята из гетто, приехали в богатый район навести здесь справедливость, – вздохнул Ригс.

Подошла Джейн и бросила перед ним раскрытую сумку. Внутри лежали пара коробок с патронами для дробовика, пластиковый пакет с лекарствами, два смартфона, пакет с драгоценностями и часами и несколько пачек наличности, перетянутых резинкой.

Подумав секунду, Ригс взял патроны, смарт сына и пакет с фентанилом.

– Что будем с ними делать? – спросила сержант.

– По мне, так их нужно кончить прямо здесь, – пожав плечами, ответил оперативник. –Они ведь чуть не пристрелили твоего парня.

– Внесудебная казнь. Мы так не можем.

– И зря. Если вы их отпустите, завтра они снова пойдут грабить. Дом хоть проверили?

– Нет там никого, – Джейн в задумчивости помяла подбородок. – Мы их сдадим шерифу. Барт, наложи этому жгут. Потом грузите всех их минивэн. Едем к офису шерифа.

– Это я оставлю себе, – Ригс положил помповик на локоть. – Мой сын был конченым ботаном. Я не знаю, есть ли у него дома оружие. А это сейчас вещь нужная.

– Оставляйте. Только я отмечу это в докладе об инциденте.

– Сержант, – Ригс встал и посмотрел ей в глаза. – Ты думаешь, дело дойдет до доклада? Просто прислушайся.

Чуть склонив голову, оперативник поднял указательный палец. С нескольких направлений доносилось нервное завывание полицейских сирен. Если приложить немного воображения, эти тревожные звуки сливались в подобие пронзительной мелодии, возвещающей о конце привычного всем комфортного мира.

– Разберемся на месте. Удачи вам, сэр, – Джейн коротко кивнула и направилась к машине.

Проверив патронник помповика, оперативник зашагал к вилле сына. Обошел дом. Вышел на задний двор. С обратной от дороги стороны к вилле примыкал выходящий на озеро участок земли в полгектара. За домом располагался приличного размера бассейн и зона для барбекю. К воде спускался ухоженный газон, на котором разместились десяток декоративных пальм и несколько островков цветущих кустарников. Все аккуратно, декоративно, со вкусом. Сын был топом в крупной финтех компании, которая, судя по зарплате, его очень ценила.

В расположенном рядом с домом гараже оказалось два модных электромобиля и электромотоцикл. Ригс попытался проверить уровень заряда одной из машин, но управление осуществлялось со смарта, электромобиль никак не реагировал. Достал телефон сына. Нашел приложение, управляющее автомобилем, потыкал в иконки. Минут через десять разобрался что к чему. Поставил машину на зарядку и пошел в дом.

На первом этаже располагались огромная гостиная, кухня-столовая, игровая комната для детей и несколько хозпомещений. В одном из них он нашел пару упаковок воды, мешок собачьего корма и полку с консервами, в основном макаронами, соусами и сладкими фруктами. Оперативник покормил песика и налил ему в миску воды. Тот сразу же проникся к нему уважением и с этого момента не отставал, куда бы тот ни шел. На кухне в шкафчиках оказались несколько стеклянных банок с пастой, хлопьями, рисом и чечевицей. Еще сахар, соль, специи, кофе, чай и несколько пакетов с соками. Небогато, но пару дней продержаться можно. В холодильнике было пусто, если не считать остатков засохшей пиццы и бутылки прокисшего молока.

Довольный, что в доме есть хоть какая-то еда, Ригс поставил на плиту воду и перешел в гостиную. Диван, на котором спал сын, стоял почти посередине комнаты. Рядом – журнальный столик и пара кресел. Напротив дивана у стены находилась стойка, с которой мародеры свинтили телевизор и вынесли аудиосистему. Сзади дивана у стены – электрокамин. Перед ним еще пара кресел. По сторонам высокие открытые полки с книгами, фигурками и всякой прочей декорацией. Обведя все это недовольным взглядом, оперативник вернулся на кухню, забросил в закипевшую воду макароны и перешел в столовую. Там шкафчике он нашел, что искал. Бар. Хороший выбор дорогого бренди, ликеры, вино и пару бутылок игристого стояли в обитой бархатом нише, закрывавшейся зеркальной дверцей.

Плеснув себе полстакана бурбона, оперативник перешел в зал, уселся в кресло и достал смарт. Он вспомнил недавний разговор с Хофманом. «Ты мне нужен, сынок. Пришло время спасать Америку.» Старик и те, кто за ним стоят, явно что-то знали и даже, возможно, разработали некий план действий. А раз так, то нужно с ним все обсудить. Оставлять сына здесь было нельзя. Внуков тоже. Он возьмет их с собой, а потом переправит в безопасное место. Хотя бы в то же Чили.

Приняв решение, Ригс набрал номер Хофмана.

– Долго же ты раздумывал. Ну что, убедился. Видел, что случилось с твоим сыном?

– Видел. Мне нужны ответы, – оперативник ничуть не удивился, что бывший куратор мог отследить его передвижения. Если у него осталась даже малая доля возможностей, которыми обладал восемь лет назад, то сделать это он мог без труда.

– Нужны ответы? Приезжай. Я на другом конце континента. В Орегоне. Если скажешь да, я сброшу тебе координаты.

– Где точка невозврата?

– Вот ты въедливый, Смит. Я предупрежу где. Ты вначале получишь полную инфу о том, что здесь происходит. Потом я обрисую тебе весьма грустную перспективу будущего. На этом моменте ты сможешь свободно соскочить. Если решишь остаться, то обратной дороги не будет. Мне нужен ты и твоя Матрица. Вернее, не мне, а Америке. И даже не Америке, а американцам. Той сотне миллионов здоровых, кого еще можно спасти.

– Все так хреново?

– Максимально хреново, мистер Смит. Хреновей еще не было.

– Сбрасывайте коры9. Я постараюсь до вас добраться. Со мной будет сын и двое внуков.

– Давай, тащи сюда свою задницу, а то пропустишь все веселье. Твоих пристроим, подлечим, не волнуйся, – проворчал Хофман и отключился.

Почти тут же пришли координаты его места. Старик зашился в самую глушь национального парка Ококо в Орегоне, на западном побережье США. Что ж, придется лететь туда. Главное – найти самолет. Хотелось верить, что в городе авиаторов это сделать будет несложно. Но прежде нужно забрать внуков из приюта.

Это все завтра. Ригс посмотрел в окно. На Орландо опускались сумерки. Со стороны центра ночное небо подсвечивалось несколькими заревами от пожаров. Этот город по праву считался не самым благополучным во Флориде. За пределами центра и окружающей его зоны дорогой коттеджной застройки располагались бедные гетто, где хозяйничали этнические банды. Теперь, когда власть пошатнулась, они наверняка решат воспользоваться ситуацией и пограбить богатые районы. Ночь обещала быть беспокойной.

Сын очнулся ближе к полуночи, выпил почти полбутылки воды, съел пару ложек макарон с соусом. Наверно, сон немного привел его в чувство. Они долго беседовали о том, что произошло. О том, что будет с Америкой. Ригс заметил, что после сна сын сохранял способность мыслить часа полтора. При этом тремор и конвульсивные подергивания стали менее выраженными. Когда состояние сына начало ухудшаться, он протянул ему руку:

– Ну-ка, давай попробуем встать.

– Зачем, – Стив взглянул на него безразличным взглядом.

– Завтра рано утром мы едем забирать твоих детей. К тому моменту я постараюсь организовать самолет. Мы должны перебраться в безопасное место.

– И бросить дом?

– Другого выхода нет. Сегодня днем я отъехал всего на пару часов, а сюда уже наведались мародеры. Посмотри, – Ригс кивнул на торчащий из стены кронштейн для телевизора.

– Херасе, – сын нервно дернул головой и облизал пересохшие губы. – И аудиосистема пропала.

– Это были бандиты из южного гетто. Они забрали твой смарт и лекарства. Еще, наверно, прошлись по верхним этажам и вынули все побрякушки и наличность. Хорошо хоть тебя оставили в живых. Могли и грохнуть ради прикола. Когда я вернулся, мародеры уже чистили соседнюю виллу. Их пришлось скрутить и отправить в офис шерифа. Так что давай, поднимай свою хилую задницу с дивана. Я хочу посмотреть, можешь ли ты стоять на ногах без посторонней помощи.

– Ладно, – он с видимым усилием сел, потом принял руку отца и, пошатываясь, поднялся на ноги.

– А ты не так плох. Ноги держат. Давай-ка сделаем пару шагов до туалета.

Морщась от боли в мышцах, Стив оперся на плечо отца и на подгибающихся ногах сделал несколько шагов.

– Вполне сносно, – покивал оперативник. – После сна и фентанила ты вполне сможешь передвигаться. Меня после литра бурбона и не так шатает.

– Почему ты это делаешь? – взглянул на него сын.

– В стране объявлено чрезвычайное положение. Правительство явно не справляется с ситуацией. Президент болен. Скорее всего, болезнь поразила большую часть населения страны, в том числе армию, полицию и коммунальные службы. Через пару недель здесь будет ад. Ты – мой сын. Я хочу отвезти тебя и детей в Орегон к своим хорошим знакомым. Там вы будете в безопасности.

– Почему ты не болен, как все?

– Я пока не знаю. Хватит вопросов. Пошли в ванную, а то от тебя воняет, как от пса после ливня.

Сам себе удивляясь, Ригс помог сыну принять душ, сменить одежду. Потом вернул на диван и вколол полдозы фентанила. Вскоре Стив погрузился в сон.

Убедившись, что все двери внизу закрыты, Ригс поднялся на второй этаж. Там находились три спальни и рабочий кабинет, который выходил на террасу, расположенную со стороны озера. Он внимательно осмотрелся, закрыл все окна и двери и вернулся на первый этаж. Налил себе стакан бурбона и набрал дежурного администратора Матрицы.

«Завтра мне нужен самолет до Орегона. Четыре пассажира.»

«Принял», – пришел ответ.

Администратор отозвался через час.

«Большой борт организовать нереально. Есть возможность купить легкомотор10. «Цессна 172». Дальность 1200 км. Вместимость четыре человека, включая пилота. Пилота не будет. Вам придется пилотировать самому. Это единственный и, скорее всего, последний вариант выбраться по воздуху из Флориды.»

«До Орегона почти четыре тысячи километров.»

«По пути я организую четыре дозаправки.»

«Самолет должен быть готов к полудню», – написал Ригс и отключился.

«Цессна» был надежным и хорошо зарекомендовавшим себя аппаратом. Он даже летал на ней лет двадцать назад. И все же нужно было освежить в памяти расположение приборов и основные элементы управления. Оперативник допил бурбон, открыл на смарте страничку производителя и принялся ее внимательно изучать.

Минут через десять оперативник закрыл глаза и представил себе кабину. Спереди слева кресло первого пилота. Рядом с ним справа место второго пилота. И там, и там штурвал. Но приборная панель и блок контроллеров только слева. Сзади два пассажирских сидения. Если ему удастся добраться до самолета, он посадит сына справа спереди в кресло второго пилота, пристегнет и даст ему снотворное. Внуков он расположит сзади.

Приборная панель – проще некуда. Прямо перед пилотом шесть основных датчиков: скорости, высоты, оборотов двигателя, угла крена при поворотах, компас и индикатор вертикальной скорости. Справа тумблеры пуска, активации топливного насоса и прерыватель электроцепи для остановки двигателя. Под ним рычажки управления дроссельной заслонкой и регулировки уровня подачи топлива в карбюратор. Все.

Включаем топливный насос, открываем дроссель, заводим двигатель, даем погреться пару минут. Проверяем тормоза и работу закрылков. Потом плавно дросселем увеличиваем тягу, снимаем тормоз и выруливаем на полосу. Добавляем обороты. Самолет начинает разгон. Когда загорится сигнал индикатора скорости взлета, плавно берем штурвал на себя – и мы в воздухе.

Довольный тем, что в памяти остались навыки пилотирования, Ригс выдохнул и упаковал смарт в нагрудный карман куртки. Встал. Прошелся по гостиной. Вышел на улицу. Зарева со стороны города поутихли, но отовсюду слышалось повизгивание полицейских сирен. Иногда с разных направлений доносилась стрельба.

Вернулся внутрь. Перетащил кресло из центра зала в сторону к боковой стене так, чтобы через панорамные окна видеть дорогу перед домом и контролировать входную дверь. Зарядил помповик. Несколько раз передернул затвор, проверяя, не клинит ли патрон на выбросе. Ствол хоть и был дешевый и изрядно поношенный, но работал исправно. Взял бутылку воды, уселся в кресло и закрыл глаза, чтобы слух освоился с фоновыми звуками ночи.

Нужно было поспать хотя бы пару часов. Завтра с рассветом выезжать в приют. Пока все спят, надо забрать детей и мигом в аэропорт Спурс-Крик. Там нужно найти «Цессну», забраться на борт, что с нетранспортабельным сыном еще та проблема, и на взлет.

Мысленно прокручивая в голове план следующего дня, Ригс погрузился в полудрему. Тело и большая часть мозга отдыхало, только слух продолжал принимать шумы неспокойной ночи, фильтровать их и сортировать по уровню опасности.

Несколько раз он открывал глаза, прислушивался, затем, сделав глоток воды, снова погружался в полудрему. Часа в три ночи на дороге напротив дома под фонарем остановилась машина. Если бы это был электромобиль, он бы не услышал. Но незваные гости приехали на старом бензиновом шевроле, да еще с пробитым глушителем.

Тряхнув головой, чтобы прогнать остатки сна, Ригс попытался через панорамные окна рассмотреть, что происходит снаружи. Трое. Из машины вышли тихо. Двери не закрывали. Двигатель не глушили. Собрались у капота голова к голове. Один достал смарт и, потыкав пальцем в экран, показал на дом сына. Скорее всего, в поисках легкой добычи они объезжали богатые дома, которые были отмечены на карте как инфицированные. Намерения у них явно были не добрые.

Вздохнув, оперативник поднялся с кресла и вдоль стены подошел к входной двери. Когда трое двинулись по дорожке ко входу в дом, он распахнул дверь и, оставаясь за косяком, выглянул наружу.

– Эй, ребята. Это частное владение. Я из полиции. В городе чрезвычайная ситуация. Еще шаг, и я нашпигую ваши животы картечью.

Трое в нерешительности остановились, переглянулись и тихо перебросились парой фраз. Крайний слева сместился назад так, что его правая рука пропала из виду.