Притворись моим

На прощание наставник сказал мне, что ребенок и будет ключом к моему окончательному исцелению.

В кармане завибрировал телефон. Вытащив его, я принял входящий вызов от Нелли.

— Паш, ну ты где? Я весь вечер одна дома…

— Скоро буду. Засиделся с друзьями. Скачай пока какой-нибудь фильм?

— Хорошо. Только давай быстрее. Я соскучилась.

Отключившись, я убрал телефон в карман и негромко объявил:.

— Забыл сказать — я женюсь!

Кирюха резко подался вперед.

— Че?

— Женишься? — нахмурился Апостолов.

— Ага! — я усмехнулся, глядя в их удивленные лица.

— Свадьба? Снова?! — присвистнул Артем, намекая на мой первый неудачный брак.

Я в очередной раз вспомнил, как проебался, нарушив все наши договоренности — потерял от Мышки голову, а потом поступил как форменный подлец. Дебил, собственноручно все разрушивший.

Я тогда не отдавал себе отчета в происходящем. Очень смутно помнил дни после известия о кончине отца. Только ее прощальный взгляд навсегда застрял в памяти. Там плескалась такая боль… Схожая с ударом армейским ботинком между лопаток, когда падаешь навзничь и вздохнуть не можешь.

Я для нее умер. Судя по тому, что транслировали ее пустые глаза, мое предательство ощущалось именно так. Да, я ее бросил. С размаху. Бросил и не поймал.

Тогда мне казалось, что я долго не протяну, а Маше будет так легче меня отпустить. Ведь куда проще позабыть «ничтожного изменщика», нежели слабовольного душевнобольного.

Я осознанно ее отпустил, но сделал все возможное, чтобы Маша ни в чем не нуждалась. Уезжая, я на всякий случай составил завещание, где разделил все свое имущество между ней, моей, пусть и незаконной, но любимой женой, и друзьями.

До сих пор было тяжело вспоминать обо всем этом, потому что ничего не исправить. Маша видела во мне защитника, а я уничтожил все чистое и светлое, что она ко мне испытывала, разрушил ее под чистую. Потому что я и сам был разрушен.

Слабый. Сломленный. Прогнивший до основания.

Я утащил девчонку за собой на дно. Но, к счастью, она сумела выплыть.

«Спустившись с гор», я полетел на Гоа и в первый же вечер разыскал Машу в соц.сетях. Я выдохнул с облегчением, удостоверившись, что у нее все в порядке. И судя по немногочисленным, но довольно говорящим фотографиям — более чем.

Выглядела Маша прекрасно. Яркой. Вкусной. Головокружительной. Цепляющей. Ее улыбка будоражила кровь и зачаровывала. А самое главное — она была искренней. Очевидно, шла от самого сердца.

Я понял, что Маша так и не вернулась в Москву. Моя бывшая жена жила в Турции и много путешествовала, если судить по фотографиям из разных уголков земного шара.

Ай да маленькая Мышка!

Ничего общего с той забитой скромницей, которой я узнал Машу несколько лет назад.

Я почувствовал гордость и восхищение, а еще… некоторую досаду. Потому что на одном из снимков я увидел свадебную атрибутику. Эта фотография однозначно давала понять — Маша не просто в отношениях, а готовится к свадьбе. А может, уже счастлива замужем.

Эгоистично было бы надеяться, что Маша все эти годы будет меня оплакивать. Ожидаемо, она вычеркнула меня из своей жизни. И мне бы очень хотелось окончательно выкинуть Мышку из головы. Пиздец, как хотелось бы. Но… с воспоминаниями о Маше было связано самое счастливое время в моей жизни, только я слишком поздно это осознал.

Непростительно поздно.

— Расскажи хоть, кто она? Как вы познакомились?

— Возможно, вы ее знаете. Нелли Маркелова.

Мы с Нелли были давно знакомы. Вместе учились в университете, часто пересекались на тусовках, одно время даже трахались.

— Маркелова? — Апостолов недоверчиво прищурился. — Мажорка, что ли, эта?

— Да, — кивнул я, припоминая нашу случайную встречу с Нелли. — Она несколько лет жила на Гоа, «наевшись» московской тусовочной жизни.

— И тут такая встреча! — хмыкнул Кирюха.

— Я помню эту Нелли… — Артем кашлянул в кулак. — Без нее раньше не обходилась ни одна вписка.

— Все в прошлом. Нелька, как и я, нацелена на семью.

— Серьезно? Она теперь осознанная и просветленная? Третий глаз на заднице открылся? М? — ерничал Артем.

— Типа того.

— Вы так быстро решили пожениться? — Кирилл поморщился.

— А чего тянуть? Мне уже тридцать пять, Нелли — столько же. И ни ребенка, ни котенка. Главное, нам комфортно вместе. Да к тому же на Гоа неделя за месяц идет.

— Комфортно? — вновь с напускным неверием переспросил всем известный каблук Кирилл Воронов.

— Да. И в постели она меня устраивает. Что еще надо? — сухо ответил я.

Братья переглянулись. Ну начинается! Сколько мы успели пообщаться без этого пафосно-поучительного тона?

— А как же любовь и страсть? — глубокомысленно озадачился Артем, почесывая подбородок.

— Со страстью у нас все нормально.

Я хмыкнул, вспоминая, как спустя два года воздержания накинулся на женщину. По правде говоря, мне тогда было плевать, кого… хоть резиновую бабу, лишь бы дырка была.

На Тибете, чтобы попасть к наставнику, мне пришлось отказаться от большинства радостей мирской жизни. В том числе и от секса. Потому что слишком много в моей жизни было грязи. Случайные связи. Полная бездуховность. Невозможно очистить душу, не очистив тело.

— Ну что ж… Надеемся, в этот раз у тебя все сложится, — как-то безрадостно подвел черту в нашем разговоре Артем.

POV Мария Мышкина

Москва

Я сидела в кресле в своем кабинете. Теплое, яркое июльское солнце заглядывало в окно.

Шла третья неделя, как я вернулась в Москву — как бы я ни пыталась, избежать этой поездки не удалось. Слишком много накопилось дел, которые требовали моего присутствия.

Да и бабушка наконец согласилась поехать в Турцию. Мы с ней договорились, что, когда я закончу здесь все дела, вместе вернемся в Стамбул, а оттуда махнем на море — как раз начнется бархатный сезон, жара немного спадет, и отдыхать будет комфортно.

В перспективе мы с мамой планировали, что бабушка переедет жить к нам, потому что в России ее больше ничего не держало.

Весной не стало нашего «семейного дизайнера» Аллы Степановны. Жизнерадостная старушка ушла так же играюче, как и жила. Вечером они с моей бабусей отмечали очередную коллекцию непризнанного модельера, а с утра Алла Степановна не проснулась… Собственно, это событие и стало поворотным, полностью перезагрузив наши отношения с бабушкой.

Так уж вышло, что два года мы с бабушкой почти не общались. Нет, я, разумеется, несколько раз в неделю отправляла ей дежурные сообщения, чтобы удостовериться, что с ней все в порядке, но дальше этого не шло.

Узнав, что они с Аллой Степановной приняли подачку Левицкого, перебрались из поселка в новую столичную квартиру, да еще и направо и налево сорили его деньгами, я расценила это как предательство.

Но после смерти закадычной подружки бабушка сильно сдала, и пришло время забыть старые обиды. Тем более, я планировала вернуть квартиру дарителю, просто пока руки не доходили заняться этим.

Экран моего телефона засветился.

Бабуся: уснула, моя девочка…

Следом шла фотография Поли.

Доча поджала губки, умильно сложив ручки под щекой. Меня затопило такой безумной теплотой, что я не смогла сдержать улыбку, адресуя поцелуйчик экрану телефона.

Доченька. Полюшка. Моя душа.

Я мысленно перенеслась в то время, когда один мир рухнул, а другой я еще не успела построить.

Переехав к маме в Турцию, я чувствовала себя растением, которое безжалостно выдернули из земли и пересадили в другое место, — у меня никак не получалось там прижиться.

Происходящее походило на удар молнии, когда на небе ни облачка и вдруг налетает ураган, сметая все на своем пути. Разочарование и душевное опустошение накрыли меня с головой. Я чувствовала себя преданной, униженной, обманутой, уязвимой. Я не понимала, как жить дальше.

А потом я узнала, что жду ребенка.

Никогда не забуду то утро, когда, спустя несколько недель задержки и все усиливающейся тошноты, я наконец догадалась сопоставить все симптомы и сделала тест.

Зная о рисках, которым подвергается ребенок из-за неустойчивого стрессового состояния матери, я решила сделать все, чтобы скорее привести себя в порядок.

В те времена я уже онлайн работала у свадебного организатора Каролины Кросс, однако только после известия о беременности рискнула полностью открыться ей и попросить помощи. Знала, что за плечами у моей работодательницы аж четыре развода, и она одна воспитывает дочку-подростка.

Следующим вечером после нашего разговора Каролина прилетела в Турцию и увезла меня на море. Она сняла нам просторный люкс в хорошем отеле и целую неделю пыталась привести меня в чувство, а перед отъездом оставила контакты своего психолога.

Не скажу, что восстановление проходило быстро и легко. Тем не менее, я поставила себе цель в день самой долгожданной встречи быть здоровой, самодостаточной, уверенной и спокойной. Чтобы моя малышка никогда не усомнилась в том, что ее любят.

Оживать было непросто. Психолог посоветовал научиться проживать все болезненные эмоции. Ох, сколько же неотболевшего обнаружилось у меня внутри…

Я писала ругательные письма, адресованые бывшему однокласснику, бабушке, маме, Левицкому. Я писала все, что не смогла когда-то озвучить. Писала и плакала, рвала эти листы и снова писала, топая ногами и проговаривая свои эмоции вслух. Проживала горечь, злость, разочарование, страхи, старые обиды…

Маленькими порциями я научилась справляться со своими эмоциями, параллельно готовясь к рождению Полинки, ведь я поставила себе цель — ради дочери выплыть из всего этого дерьма .

Кстати, об отце Полины.

Еще находясь в Москве, я узнала от Алины и Саши, что Левицкий загремел в психушку. Что бы с ним ни происходило, мне было его совсем не жаль. Ему ведь не было жаль топтать мое слабое сердечко. Два сердечка. Как выяснилось чуть позднее.

Вскоре после того, как я перебралась к маме в Стамбул, Алина написала, что Паша уехал из страны и неизвестно, когда вернется. Тогда-то я и приняла решение сохранить новость о своей беременности в тайне. Зачем ему об этом знать? Наши отношения стали для него обузой, а тут ребенок! Мы его не планировали, и я не собиралась перекладывать свою ответственность на Левицкого. Тем более, он уехал. Пусть будет свободен, как птица в полете…

С Апостоловой и Вороновой я тоже полностью оборвала общение, к сожалению. Для возвращения гармонии в свою жизнь мне необходимо было избавиться от триггеров прошлого. А жены друзей Паши, сами того не желая, напоминали мне об одном из самых трудных периодов. Но не будем о грустном.

После предательства одного подонка моя жизнь не закончилась. Напротив! Благодаря помощи Каролины и психолога, я сумела использовать травмирующий опыт для личностного роста, самопознания и позитивной трансформации большинства сфер жизни.

Полгода назад я стала первым заместителем в свадебном агентстве Каролины Кросс. Как раз сейчас Каролина утрясала последние организационные вопросы в Стамбуле, чтобы осенью я возглавила там новый офис агентства — заграничные свадьбы сейчас очень востребованы!

Поток размышлений прервал видеозвонок Каролины.

— Машуль, срочное включение. Что там по Кочетову? Вы решили вопрос со свадебными нарядами?

Я подавила вздох.

Жених — популярный дизайнер и эко-активист — хотел быть на церемонии в костюмах собственного производства, но выглядели они, мягко скажем, странно.

— В процессе. Предложили ему уже более десяти концепций, но он все отверг. И настаивает на этих рваных костюмах!

— Рваных? — Каролина вскинула рыжую бровь.

— Ага. Там здоровенные дырки. И свисают какие-то лохмотья… Я тебе отправила фотографии.

— Погоди, открываю… — Пару секунд она молчала, после чего воскликнула: — Хоспаде, с какого бомжа это сняли? Он серьезно собрался в этом жениться?!

— Это его перформанс, чтобы привлечь внимание общества к проблеме осознанного потребления.

— Поня-я-ятно! Такой же шизик, как мой третий муж! — Каро хохотнула.

Я с трудом подавила смешок.

— Маш, я чего звоню… Этим летом нужно впихнуть еще одну свадьбу!

— Этим летом? Ты серьезно?! Да у нас уже половина зимы расписана!

— Два слова — неограниченный бюджет! — Каролина загадочно прищурилась. — И утроенная премия! Говорю же, бюджет не ограничен! Есть где разгуляться! — Она подмигнула. — Я уверена, ты что-нибудь придумаешь.

— Хорошо, впихнем, — после небольшой паузы вздохнула я. — Отдам их Диларе.

— Дилара новенькая, а у нас там сверхбюджет! Кроме того, невеста с женихом какие-то просветленные — вернулись с Гоа, раскрыв грани своего внутреннего бытия! — съязвила Каролина. — Маш, возьмешь их на себя?

— Просветленные, говоришь?

— Ага. Я даже приветствие придумала: «Дзен добрый. Добрый дзен»! — она хихикнула.

— Ну что ж. Будем просветляться…

— Кстати, дорогая, как твое свидание? — Каролина слегка понизила голос.

Я пожала плечами.

— Мы с Муратом общаемся больше по-дружески.

До моих ушей донесся раздраженный вздох Каро.

— Такой мужик! Бурак Озчивит отдыхает! Сколько можно держать его во френдзоне?

— Я и не держу, пусть все идет своим чередом. Кстати, он скоро за мной заедет — мы поедем ужинать, — прокашлявшись, я подумала о своем ухажере.

Мы с Муратом познакомились в Стамбуле во время подготовки к свадьбе его старшего брата. Он был из семьи обрусевших турков, владеющих гостиничным бизнесом и в России, и в Турции. А недавно выяснилось, что мы примерно в одно и то же время будем находиться в Москве, так что, можно сказать, сама судьба благоволила нашему общению.

— Ужин — это хорошо, — я почувствовала одобрительную интонацию в ее голосе.

— Ты так и не сказала, когда приедут эти просветленные? — спохватилась я.

В этот момент в приемной послышались голоса и шаги.

— Э-э… должны с минуты на минуту…

— Каролин, так нечестно, я уже собиралась уходить!

— Маш, неограниченный бюджет… — прошептала она словно мантру. — Пусть сразу подписывает договор! Уболтай их во что бы то ни стало!

Я закатила глаза.

— Невесту зовут Нелли Маркелова. Это все, что мне известно. Выясни подробности, а я помчалась на встречу с юристом. Завтра созвонимся. — И Каролина отключилась.

Дверь открылась, и ко мне в кабинет зашла утонченная голубоглазая блондинка в белой блузе с пышными рукавами, собранными мелкими складками, и в широких кремовых брюках. Она выглядела открытой и приветливой.

Мы обменялись дежурными фразами, а затем она достала из сумочки телефон и набрала номер.

— Паш, ты где? — Нелли закусила нижнюю губу. — Хорошо, я начну без тебя. Заканчивай свой важный разговор!

Отключившись, она растянула губы в мягкой улыбке.

— Что поделать, если мой жених — властелин мира! — она рассмеялась своей не особо удачной шутке.

Хотя, справедливости ради, большинство невест, с которыми мне доводилось работать, связывали себя узами брака с очень обеспеченными мужчинами, потому что организация свадьбы в агентстве Каролины Кросс выходила весьма накладной. А если речь шла о неограниченном бюджете, то суммы получались и вовсе астрономическими.

— Вы уже определились, какую хотите свадьбу?

— Мы с моим женихом недавно вернулись с Гоа. Этот остров имеет для нас сакральное значение, поэтому мне бы хотелось устроить свадьбу в традиционном индийском стиле. Этакий живописный уголок Индии посреди каменных джунглей!

— Звучит интересно.

— Но не псевдопародию, а действительно нечто грандиозное! Имитация Аравийского побережья… Десятки гостей в сари и курта… Сотни гирлянд из живых цветов… Воссоздать символическое дерево Баньян, у подножия которого, по легенде, Будда получил просветление. Это возможно? — с придыханием поинтересовалась Нелли.

— Конечно! — невозмутимо выдала я, делая пометки в планшете.

— Кроме того, мне бы хотелось провести несколько ведических обрядов и обменяться клятвами на древнем санскрите. У вас в агентстве есть человек, владеющий санскритом?

Я снова кивнула, натянув на лицо дежурную улыбку, ведь слоганом нашего агентства было «Для нас нет ничего невозможного».

— Мне так и сказали, что вы — лучшие в своем деле! — глаза Нелли восторженно засветились.

Я поднялась и направилась к шкафу, в котором хранились документы.

— Вам нужно заполнить договор и анкету. — Я протянула нужный комплект. — После этого мы встретимся для подробного обсуждения всех деталей свадебной церемонии.

— Здорово! Я в ближайшее время пришлю вам все по электронной почте.

Покосившись на подсвеченный экран мобильного, я заметила сообщение от Мурата.

Мурат: Я подъехал! Жду тебя у входа.

М-да. Некрасиво заставлять Мурата ждать, но и выставить потенциальную клиентку за дверь тоже не вариант. Я потянулась к телефону, чтобы предупредить, что мне придется немного задержаться.

Дверь моего кабинета громко хлопнула.

— Прошу прощения. Мне пришлось задержаться.

Я повернула голову и…

Мир замер.

А потом рухнул. Снова.

Мне и в голову не могло прийти, что неожиданный удар под дых может быть таким сокрушительным и острым.

Это был…

«Что поделать, если мой жених — властелин мира!» И… отец моего ребенка!

Когда наши взгляды встретились, Левицкий сделал шаг вперед и застыл рядом с Нелли. На его лице отпечатался шок. А я смотрела и смотрела в эти серые глаза, словно загипнотизированная.

Да-да. Это был он.

Красивый до остановки дыхания. С гордо расправленными атлетическими плечами. В безукоризненно скроенном синем костюме, подчеркивающем мускулистую фигуру.

В кабинете повисла пауза, точно между вспышкой молнии и раскатом грома. Волоски на моих руках поднялись, будто в воздухе и правда проносились микроскопические разряды электричества. Все вокруг потрескивало от напряжения.

А мое слабое залатанное сердечко разваливалось на миллион кусков.

— Маша? — голос Левицкого дрогнул, а взгляд метнулся к безымянному пальцу на моей зависшей над телефоном руке, после чего вновь вернулся к лицу.

— Вы знакомы? — Нелли с подозрительно-удивленным выражением лица завертела головой.

Знакомы ли мы? Ха!

Изувеченное сердце сжалось от боли, когда до меня наконец дошел весь абсурд происходящего. Мой бывший муж… мужчина, разрушивший меня до основания… отец Польки… готовился к свадьбе с этой «просветленной» красавицей Нелли, вернувшись вместе с ней с Гоа.

— Были знакомы в прошлой жизни, — ровно пояснила я, ощущая, как в груди взрываются боеприпасы.

С каждой секундой меня все сильнее скрючивало от боли, однако, не обращая внимания на предсмертные судороги, я сумела прилепить на лицо какую-никакую улыбку.

Да! Вот так!

Мне вдруг захотелось широко и смело улыбаться, глядя ему в глаза. Потому что я знала, что прекрасно выгляжу. Готовясь к свиданию с Муратом, я нарядилась в платье из новой коллекции Алины Вороновой. И новый цвет волос — более яркий и сочный — тоже очень мне шел.

Паш, ты думал, что уничтожил Мышку? Погубил? Растоптал? Да, у тебя почти получилось. Почти. Мышка выжила! Вы-жи-ла! И вопреки всему станет счастливой!

Левицкий молчал, вгрызаясь в меня мрачнеющим взглядом. Я видела, как напряглись вены на его сжатых кулаках. Он побледнел, хищно следя за каждым моим движением.

— В прошлой жизни? — не унималась Нелли. — Паш, ну-ка объясни, — рассмеялась она, неудачно пытаясь замаскировать тревогу.

— Мы с Машей работали вместе. — На лице моего бывшего мужа — увы, я никогда не считала наш брак фиктивным, — проступили красные пятна. — Она была моей… моей помощницей.

Помощницей.

Он так пристально смотрел, будто не верил своим глазам. Не на нее смотрел, на меня. Кажется, за все это время на свою невесту он не посмотрел ни разу…

Неожиданно на губах Левицкого промелькнула та самая, как мне казалось, особенная улыбка, которую он дарил мне в особо интимные моменты нашей близости.

Мне стало тошно.

Сейчас эта улыбка выглядела как насмешка. Хлесткая пощечина по моим оголенным нервам. Горло перехватило — ни вдохнуть, ни выдохнуть. Разум метался в поисках выхода. С высоко поднятой головой, расправленными плечами я держалась из последних сил.

— Работали вместе? Ничего себе! И долго вы… работали вместе? — беспардонно вываливала вопросы Нелли.

— Нель, у меня мало времени. Дома пообщаемся, — сухо отрезал ее жених, бросив беглый взгляд на часы.

— Да-да, я уже обрисовала Маше наши пожелания. Мы бы хотели начать подготовку как можно скорее! — просияла Нелли, обнимая моего бывшего мужа за талию.

Я инстинктивно опустила взгляд на ее живот, однако он выглядел абсолютно плоским. Хотя у меня месяцев до шести вообще не было живота, и даже на девятом под кофтами-оверсайз он был не особо заметен. Прибавка оказалась всего-ничего, доченька родилась миниатюрной — весом два восемьсот.

Левицкий опустил голову, уставившись в пол.

Неужели он умышленно выбрал наше агентство? Но что этим поступком он хотел мне доказать? Нет. Судя по шоку, проступившему на его лице в первые секунды, было похоже на совпадение. Жестокое. Вопиюще несправедливое. Страшное совпадение.

Свадебное агентство Каролины Кросс входило в тройку самых популярных и востребованных агентств Москвы. А после того, как моя работодательница стала пачками организовывать заграничные церемонии, вполне логично, что невеста Левицкого обратилась именно к нам.

Я вздрогнула от хлопка входной двери.

— Добрый вечер! — приветливо улыбаясь, в кабинет зашел Мурат.

Мой ухажер был высоким брюнетом атлетического телосложения. Он облачился в черные джинсы и белую футболку-поло, под которой бугрились литые мышцы.

Уверенно протягивая Левицкому руку, Мурат тихо спросил:

— Маш, ты готова?

POV Павел Левицкий

Прибавив газу, я перестроился, внимательно слушая своего помощника по телефону. И то, что я слышал, мне ой как не нравилось…

Последние полтора года компания терпела серьезные убытки. Виной тому серия ложных инвестиций, сделанных Милковым якобы от моего имени. Благотворительный фонд также не пополнялся, и большинство благотворительных программ теперь стояли на паузе. Если срочно что-то не предпринять, предприятию грозил финансовый крах, который открыл бы возможности для перекупа другими сильными игроками рынка. Каким бы ни было мое отношение к отцу, крах семейного бизнеса означал сокращение нескольких тысяч человек, что совершенно не входило в мои планы.

— Степ, пришли тогда полный отчет. Ознакомлюсь и сразу тебе наберу. — Я снизил скорость, почувствовав на себе осуждающе-обиженный взгляд Нелли.

В общем-то, ее можно было понять — после возращения в Москву она почти меня не видела. Я разрывался между многочисленными подразделениями предприятия, охреневая от накопившегося вороха проблем. Милков развалил все, что только можно было развалить, но сделал это так, что не подкопаешься. Филигранная работа. Умный мудак. Браво.

Тюнинг-центр тоже, ожидаемо, терпел убытки. Не так критично, как положение промышленной компании, но приятного мало, ведь это место всегда было моей отдушиной. Именно там я познакомился… Черт. Неважно.

До сих пор не мог привыкнуть, что ее нет в приемной. И не только там.

Нет в городе.

Нет в стране.

Она предпочла укатить на другой край земли, лишь бы только не дышать со мной одним воздухом. Что ж… Это заслуживало восхищения.

Кроме того, я знал от своего юриста, что Маша так ничего от меня и не приняла, а ее бабка несколько недель назад съехала с квартиры, что тоже наталкивало на определенные мысли.

— Па-а-а-аш… — обиженно протянула Нелли.

Я резко моргнул, «включаясь» в разговор.

— Извини, голова взрывается… Столько всего нужно сделать. — Я прищурился, осматриваясь на незнакомом пятачке, напичканном офисными зданиями. — Я думал, мы собираемся поужинать?

— Да, конечно. — Нелли улыбнулась. — Но сперва нужно заглянуть в агентство по организации свадеб. Мне с таким трудом удалось выбить для нас летнюю дату у них! Нужно скорее подписать договор, а то останемся без свадьбы…

— Агентство по организации свадеб? — Я откинулся на сиденье, не скрывая раздражения в голосе. — Зачем? Мы же планировали только роспись?

Я поморщился, стопоря себя, чтобы вновь мысленно не унестись в воспоминания. Я не собирался проходить все это снова. Организация свадьбы. Пафосная церемония с толпой ненужных людей вокруг. И полный пиздец по итогу.