Проклятье лорда Севера

Драконовы косточки!

Меня качнуло, будто внутренняя пружина внезапно ослабла. Я сама не заметила, как сжала пальцы в кулак, чтобы не потянуться к нему – не коснуться рубашки на груди, не вдохнуть еще раз, не прижаться.

Он склонил голову, чуть приблизился, и я почувствовала, как тепло его дыхания скользнуло по моей щеке.

– Предлагаете шалить и дальше?

А вот голос – резкий и грубый. Да и звучит его фраза так, что я моментально вспыхнула.

– Шалить будете в своей комнате, лорд. А я, по нашему с вами договору, занимаюсь воспитанием детей. И предпочитаю делать это без указок того, кто до этого времени сам не справлялся.

Я почти прорычала последнюю фразу. Не потому, что хотела уязвить. А потому что иначе бы сорвалась. Потому что его близость обжигала, как огонь, и если бы я осталась рядом еще секунду – шагнула бы навстречу, забыла бы все: и договор, и детей. Я развернулась и вышла из комнаты. Сердце стучало бешено, пытаясь выскочить из груди. А спиной ощущала пронизывающий взгляд лорда Рейвена.

– Ты обещала оладушки, – жалобно протянул Пауль, прыгая по кухне в нетерпении.

– Обещала, значит, будут.

Я завязала волосы платком и надела фартук. Достала яйца, простоквашу, муку и сахар. Мальчики уже оба пританцовывали около плиты.

– А будет вкусно? – с надеждой спросил Пауль, смотря, как я выскабливаю остатки белка из скорлупы.

– Очень. А если вы поможете мешать, будет вдвойне вкусней.

Когда я вручила мальчикам ложки, работа пошла медленней, но веселей. Ложки брякали о стенки миски, брызги разлетались в разные стороны, отчего стены быстро стали пятнистыми. Я только порадовалась, что они были обиты гладкими пластинами, которые легко мылись.

– Я мучки немного подсыплю.

Пауль схватил пакет с мукой и стал перегибать его через край миски. Пакет был большой, а Пауль – нет. С края упал большой пласт муки, пакет выпрямился, и по кухне полетели мучные снежинки.

– Как на улице! – Пауль стоял, раскрыв рот, и ловил падающие крупинки муки.

– То, что на улице, обычно остается на улице.

Я резко обернулась. В кухне стоял лорд Рейвен, полностью облаченный в костюм для вылета. На его плечах красовались золотые эполеты, на которые тонким слоем легла мучная пыль.

– И давно вы тут? – поинтересовалась я.

– Да не так чтобы… – Рейвен стряхнул муку с рукава, но только размазал ее.

– Дайте сюда. – Я отошла от плиты и сняла с него камзол. – Я сейчас вытрясу его на улице, а вы последите за плитой.

Подхватила веник и выскочила на улицу. Пурга тут же запутала мне ноги, и я чуть не упала. Увидела вдалеке бельевую веревку и пошла к ней. Ноги скользили, но я упрямо шла вперед, с каждым шагом ежась от холода все больше. Идея вытряхнуть камзол была хорошая, но только не в такую погоду. Добравшись до места, я перекинула камзол через веревку и стала бить его, вытряхивая частички муки с ткани. Руки плохо слушались, еще немного, и я выронила бы веник, а замерзшими пальцами не смогла бы снять его.

Но что-то теплое легло на мои плечи, чьи-то руки притянули, прижав спиной к себе.

– Выходя из дома, нужно одеваться. В вашем мире, может быть, не такая погода. Но здесь и летом без куртки выходить не рекомендуется.

Хорошо бы знать, где это, в моем мире. Но я была благодарна и прижалась сильнее к горячему телу. Вот только в следующую секунду руки меня развернули, стянули туже плед, который лег мне на плечи.

– Идите в дом, – скомандовал Рейвен, развернув меня в сторону двери и подтолкнув для надежности. Он снял камзол, встряхнул и пошел следом, по пути надевая.

– Вы пришли только для того, чтобы спасти свой камзол? Или хоть немного заботились обо мне? – крикнула я через плечо.

– Заболей, вы были бы бесполезны, – раздалось сзади.

– Вот спасибо, – пробурчала я уже себе под нос. – Только дело, только бизнес. Стоп.

Я встала как вкопанная, не пройдя и половину двора.

– Кто смотрит за плитой?

Вопрос был явно не по адресу, так как Рейвен смотрел на меня с удивлением. Вот мужчины! Нельзя поручить никакого ответственного дела! Я опрометью бросилась в дом, по пути пару раз чуть не упав. Ворвавшись в кухню, я увидела картину, которую и представляла.

Над сковородой взвился огромный столп огня, мальчики пытались тушить кто как умел. Пауль дул, а вот Мик подхватил графин с водой и собирался вылить его на плиту.

– Стой! – не своим голосом завопила я, перехватывая у него воду. Выключила плиту, сдвинула сковороду и закрыла ее крышкой. Отдышавшись, поставила графин, который все еще держала в руках, и села на стул.

– Никогда не лейте воду в масло.

– А что будет? – Пауль смотрел на меня испуганными глазами.

– Будет большой бум. И все вокруг будут ошпарены. Обещаете так не делать?

Мальчики кивнули. В кухне уже стоял Рейвен и оглядывал масштаб ущерба.

– Это вы так смотрите за детьми? – Он посмотрел на меня так, словно я не выполнила обещание, данное умирающему. Этот взгляд мог испугать любого, даже заставить признать вину и расшаркаться перед ним. Но не меня.

– Я же вас попросила всего две минуты присмотреть за плитой! – почти прорычала я, делая шаг к нему. – А вы, доблестный Хранитель, ушли и оставили детей у открытого огня! Так что не пытайтесь переводить стрелки на меня. Сначала научитесь нести ответственность, а потом уже поучайте!

– В ваши обязанности входит…

– А в ваши обязанности входит научить молодых Даркштормов азам самозащиты, – проговорила я с нажимом, не отступая ни на шаг. – В первую очередь от самих себя.

Мы стояли друг напротив друга, слишком близко, чтобы не чувствовать тепло тел, слишком далеко, чтобы позволить себе что-то еще. Его взгляд буравил, словно хотел прожечь меня насквозь. Я дышала прерывисто, не от усталости – от ярости. Или… чего-то очень похожего на нее.

Он дернулся – будто хотел что-то сказать, но только стиснул челюсти, вены на шее напряглись. Я не отводила взгляда. Хоть бы дрогнул. Хоть бы отвернулся.

– Ой, – раздался рядом звонкий голосок Пауля. – Вы как будто много лет уже женаты. Мама с папой тоже так ругались. Раньше.

Это тут же отвлекло нас обоих, снизив накал до нуля.

– Садитесь! – буркнула я, ставя на стол тарелку со спасенными оладушками. – Есть будете здесь, в столовую не понесу.

Мальчики тут же забрались на стулья, а Рейвен немного постоял, продолжая буравить мне спину. Ну и пусть! Все равно сейчас главный тот, у кого еда. А приготовление оладушков явно в моей компетенции.

Когда огромное блюдо опустело, мальчишки облизывали пальцы, а Рейвен уплетал свой десятый оладушек. На лице его было такое блаженство, которое я еще ни разу не видела у него. Вечно суровый, даже жестокий, сейчас он был тем самым котом, объевшимся сметаны.

– Вкусно, – протянул Мик. – Жаль, больше нет.

Я рассмеялась.

– Да вы съели столько, сколько отряд солдат не съест.

– Мик прав, оладушки в вашем приготовлении просто божественны.

Такой комплимент от Рейвена был неожиданным. Я вытерла руки о фартук и поставила посуду в раковину.

– То есть я сгожусь не только для того, чтобы воспитывать детей?

– Еще ты хорошо дерешься! – добавил Пауль. Я потрепала его по голове.

– Он прав. – Рейвен впервые улыбнулся именно мне. – Сочетание отличного бойца и хорошей хозяйки достаточно редко встречается.

– Тогда можете научить меня тому, чего я не умею?

Бровь Рейвена взметнулась вверх. Он отставил свою тарелку и сложил руки, нагнувшись в мою сторону.

– И что же хочет моя дорогая жена?

Я чуть покраснела, но выдержала его долгий взгляд.

– Научите летать на драконах.

Глава 8 Рейвен

Рейвен

– Почему не сегодня?

Она стояла передо мной, скрестив руки на груди, и пронзала острым взглядом. Пройти и проигнорировать было невозможно. Если силой отодвинуть ее в сторону – выйдет грубо. Да и в коридоре все еще витал едкий запах духов госпожи Лукреции. Значит, она проходила недавно и могла запросто подслушивать за поворотом – с нее станется. Не ответить на вопрос тоже было невозможно: Фрейя вряд ли отойдет в сторону, пока не получит желаемый ответ, который ее удовлетворит.

– У нас утро началось с вторжения, дети оказались в опасности, а вам бы только в игры играть! – сказал я чуть резко, и тонкая бровка моментально взметнулась вверх. Ну вот, сейчас начнется.

– Как раз об этом я и хотела поговорить. Ведь альберы, а это были они, верно. шли целенаправленно за детьми. Если я должна их защищать, я должна понимать – от кого и почему. Понимаю еще вы, их заклятый враг. Но дети?

Голос Фрейи звучал звонко и разносился эхом по кабинету. Ночь прошла неспокойно, да и утро началось не лучшим образом. Снова заболела голова, перед глазами побежали черные точки.

– С вами все в порядке?

Оказалось, что Фрейя уже держит меня под руку и тащит к небольшому диванчику у стены. Как только я коснулся холодной обивки, теплота ее руки пропала, зато через минуту на лбу обнаружился кусок мокрой ткани. С отвращением откинул его в сторону.

– Не глупите! – Ткань снова оказалась у меня на лбу. – Вы весь горите. И это не обычная простуда. Это из-за того, что вы слишком много пользовались магией?

Чертова девчонка! Хотелось выругаться, оттолкнуть ее и уйти. Не хватало, чтобы о моем недуге знал кто-нибудь, кроме Варра. Но она права. Магическое истощение – дело серьезное. Вот только у Хранителя Чертогов такого не должно быть. Но этот замок, эта местность под влиянием проклятия рода вытягивают из меня последние силы.

– У вас есть что-нибудь, что это лечит? Откуда вы берете свои силы?

Усмехнулся, поправил тряпку на лбу и открыл глаза. Стало действительно легче: перед глазами не бегали мушки, а голова раскалывалась не так сильно. Странно, но после сражений на восстановление требуется гораздо больше сил.

– Если в вашем магическом мире ничего не придумали для восстановления – подойдет куриный суп. Я попрошу Нину приготовить.

Рука Фрейи все это время лежала на моем лбу, придерживая тряпку. Как только я открыл глаза, она сразу отпрянула на безопасное для себя расстояние. Удивительно, насколько эта девушка смело сражалась с альберами, но испугалась моей близости. В голове снова все смешалось, и я прикрыл веки.

– Вот и лежите, не шевелясь. – Она снова поправила компресс на моей голове. Рука исчезла так же быстро, как и длилось прикосновение. И снова – мимолетное улучшение, которое исчезло вместе с ее рукой.

– Стой.

Я схватил Фрейю за запястье и крепко сжал. В глазах девушки не было страха – лишь неудовлетворенное любопытство. Она замерла в ожидании, глядя мне в глаза.

Я же включил магическое зрение, потратив на это остаток своих сил. Но это того стоило. Черные нити, которые всю мою сознательную жизнь обвивали комнату, соединяясь с моим телом и высасывая из него энергию, изменились. Они стали тоньше, а некоторые и вовсе исчезли. Не везде – а только около головы. Именно там, где еще недавно была рука Фрейи.

– Что это?

Она перевела взгляд с меня на свое запястье.

– Красная нить. Наверное, в моем мире это носят как украшение, – ответила она неуверенно, разглядывая ленту, повязанную на руке. – А что?

– Ничего, – прохрипел я. Голос неожиданно отказался слушаться. – Вы хотели готовить куриный суп? Уверены, что готовы доверить это Нине?

Девушка чуть задумалась, затем кивнула.

– Согласна, супом займусь сама. Заодно мальчиков научу пользоваться плитой. – Мотнула она в мою сторону головой.

Камень за мое разгильдяйство с оладьями – заслужил.

Как только Фрейя скрылась за дверью, я встряхнул головой, прогоняя мельтешащие точки, встал и подошел к дальней стене. Именно там висел портрет, который сразу было и не заметить. Пустил файербол, освещая морщинистое лицо старухи. Костлявые руки были скрещены на коленях, острые скулы придавали лицу зловещее выражение.

– Ну что, карга старая, радуешься?

Мое лицо невольно дернулось при взгляде на портрет. Никогда не думал, что так сильно можно ненавидеть собственную пра-пра-бабку. Хотя ее ненависть тоже не знала границ. Именно поэтому на мужской ветви Даркштормов висит проклятие безбрачия и ранней смерти. Первый пункт меня не волновал, а вот за второй я бы поборолся. Файербол дернулся, и лицо старухи словно исказила мрачная гримаса. Тень метнулась на алую нить, повязанную на ее левой руке.

– Проклятие – редкая штука, так ты говорила? Никто, кроме тебя и твоих потомков, не сможет его снять? Не ожидала, что одна из твоих последовательниц окажется в этом замке? Поверь мне, теперь осталось немного.

– Всего-то – найти книгу, прочитать древний язык оборотней, найти кровь ведьмы и заставить ее провести ритуал, – раздалось за моей спиной. – Добровольно, между прочим.

Варр вошел незаметно. Он отлично умел это делать. Только в своем доме я всегда знал, где он находится. Но сейчас он вошел в кабинет неслышно. Я тут же погасил файербол и вернулся на диван. – Все лелеешь надежду снять проклятие?

Я не ответил, вытянул ноги и водрузил на лоб уже успевшую высохнуть тряпку.

– Остался год, Север, – вкрадчиво сказал Варр, подойдя ближе. Диван прогнулся под его весом, и я напрягся. Варр никогда не был откровенен, а уж сейчас его любезность вызывала только напряжение. – Была бы надежда отыскать книгу – мы бы ее давно нашли. Но ведь еще нужен оборотень. А ты сам знаешь, их клан прячется ото всех.

– Знаю, – огрызнулся я и постарался не смотреть в сторону портрета.

Говорят, что надежда умирает последней. Моя уже давно сдохла, но подкинула возможное спасение… которое напрочь потеряло память.

Фрейя

Фрейя

– А это точно безопасно?

Накормленный куриным супом с вермишелью, Рейвен стал не таким бледным и более сговорчивым. Мальчики радовались тому, что Нину к плите снова не подпустили, а уж когда узнали, что дядя согласился прокатиться на драконах…

– Ты же уже летала, – горячее дыхание обожгло ухо, а тяжелая рука легла на плечо. – Осталось просто взять поводья в руки.

Просто! Передо мной лежала огромная махина величиной с дом. И это в сложенном и спящем состоянии. Конечно, я люблю преодолевать препятствия и страхи, но… может, я все-таки из приличной семьи, где девушки занимаются исключительно нарядами? Память привычно ничего не подсказала, зато нутро толкнуло вперед.

– Давай уже садиться, а то дети замерзнут.

– Если только от нетерпения, – хмыкнул Рейвен, подхватил меня одной рукой и подсадил, помогая забраться в седло.

На этот раз место мне отвели центральное. Справа от меня мальчики нетерпеливо подпрыгивали в боковой корзине черного дракона Варра. Они то поглядывали, то делали какие-то знаки, давая понять, насколько им хочется взлететь в небо.

– Все намного проще, чем с лошадьми. – Рейвен прыгнул в седло позади меня, просунул руки мне подмышки и нагло положил голову на плечо.

– Что ты делаешь? – попыталась рыпнуться я, но он сильнее сжал руки, притягивая меня к себе.

– Не забывай, что мы муж и жена. Молодожены, между прочим. Варру плевать, а вот из окна тайком поглядывает Лукреция. Так что хотя бы изобрази восторг.

Я поежилась. Не сказать, чтобы мне были неприятны эти объятия. Скорее наоборот – легкий флер миндального мыла обволакивал и не давал трезво думать.

– Для тех, у кого есть магия, управление происходит на уровне ментальной связи. Есть заклинание привязки, которое связывает дракона и хозяина.

– То есть меня Ларра слушаться не будет?

– Скажем так, это универсальная противоугонная система. Если я не разрешу, то никто не сможет заставить ее взлететь. Но и для тех, у кого нет магии, есть универсальное средство.

Он откинул кожаный полог, который скрывал целую систему управления. Рычажки, кнопочки, кольца и веревочки торчали из огромной панели, которая передо мной открылась.

– Я никогда этому не научусь, – выдохнула я, опуская плечи. – Это просто невозможно запомнить.

– Все и не нужно. – Рейвен взял мою руку в свою и мягко положил на одну из ручек. Ларра чуть дернула головой, потом вся напряглась и встала, поочередно выпрямляя свои огромные лапы. – Это готовность. А вот это... – он перенес мою руку на соседнее кольцо, – ...взлет.

Потянув за кольцо, он ни на секунду не отпускал вторую руку с моей талии. Не успела я возмутиться, как под моими ногами зашевелились драконьи мышцы, и Ларра расправила крылья.

– Теперь можешь помахать госпоже Лукреции.

Не сразу оторвав взгляд от двигающегося дракона, я посмотрела туда, куда показывал Рейвен. Занавеска на окне висела неровно, а когда он показал на нее рукой, чуть дернулась.

– А? – спросила я невпопад. – Уже пора?

Подумав о том, что Рейвен снова просит меня изобразить влюбленных молодоженов, чуть отклонилась назад, повернула голову и чмокнула его в щеку. Теплые губы тут же поймали мои, пальцы прошлись от уха до подбородка, то ли притягивая, то ли возбуждая. Дыхание сбилось, я ответила на поцелуй и дернула рукой, сплетая его пальцы со своими.

– Эй, влюбленные! – охладил мой пыл резкий оклик Варра. – Может, хоть один из вас включит мозги и возьмется за управление?

Я отстранилась и только тогда заметила, что Ларра уже поднялась в воздух, но держится на нестойко, заваливаясь то на один, то на другой бок. Рейвен тут же взялся за две боковые ручки, выравнивая драконицу.

– Она не очень понимает, что мы от нее хотим. Держи, вот здесь право, лево, – он перевел руку на два других рычажка. – Верх и низ. Только учти, что механическое управление работает не так быстро, как магическая связь, нужно до трех секунд, чтобы Ларра почувствовала сигнал.

Он убрал руки, и я в испуге схватилась за рычаги. Его же руки моментально сплелись на моей талии, а теплое дыхание окатило щеку.

– Теперь управляешь ей только ты.

Дракон Варра с мальчиками летел вперед. Я пыталась не отставать, но это довольно плохо получалось. Ларра то отклонялась вправо, то влево, то вовсе пыталась взмыть вверх. Рейвен только смеялся, когда я хваталась то за один, то за другой рычаг.

– Детей не катают на таких скоростях, на которых привыкли летать Ларра и Омун. Просто Варр держит своего дракона магией...

– А у меня задержка на три секунды каждые три секунды, – закончила я, заставляя драконицу вернуться на прежний курс. – С магией как-то проще. А в вашем мире она есть у всех? Может, ее можно получить как-то?

За спиной раздался недовольный смешок.

– Поверь, если бы не новые законы, в наших краях больше никогда бы не было магии.

– Больше? – ухватилась я за слово. – То есть раньше она у вас была?

– Когда-то давно наш род драконов испепелил магию, ведьм и оборотней на всей территории Чертогов. Только недавний приказ короля вернуть магию и магических существ привел сюда драконов.

– А магия? – пыталась я перекричать бьющий в лицо ветер. – Ты же сказал, что управляешь Ларрой с помощью магии.

– Тогда же, когда драконы прогнали ведьм, каждого Даркшторма при рождении иссушали, то есть полностью высасывали магию. После нового приказа короля было велено всем вернуть иссякший источник.

– Как открыть закрытый кран?

– Сгнивший, проржавевший и недееспособный кран. – Рейвен удержал меня от очередного выверта Ларры, положил руку на мою и поставил ее снова на курс.

– Поэтому тебе было так плохо сегодня? Это потому, что ты использовал слишком много на альберов?

Рейвен ничего не ответил, он пристально всматривался куда-то вниз. Затем убрал мою руку от управления и запахнул кожаный полог.

– Дальше я буду вести.

Драконица дернулась, внутренне собралась, снова почувствовав хозяина у руля. Рейвен подлетел к дракону Варра, но говорить ничего не пришлось – Варр уже и сам все видел.

– С женщинами и детьми мы ничего сделать не сможем.

Я вытянула шею, чтобы посмотреть, что же они увидели внизу, но, кроме белых снегов, ничего разглядеть не могла.

– Фрея сядет на Омуна, и ты всех отвезешь в замок.

– Да что происходит?!

Варр чуть ли зубами не заскрежетал. Видимо, в этом мире женщинам не дозволялось без спроса открывать рот. Но мне все равно – если есть опасность, я должна о ней знать.

– Трое альберов прячутся в перелеске, – спокойным тоном пояснил Рейвен. – Разведка, ничего опасного, но остановить их надо.

– Тогда пусть Варр и везет детей домой, – твердо заявила я. – А тебе помощь не помешает. С волками справилась, и тут могу пригодиться. Если ты говоришь, что их всего трое, то двоим будет явно проще.

– Ну ты и бабу завел себе, – проворчал Варр, но после кивка Рейвена развернул дракона в обратную сторону. – Смотри, как бы тебе не только себя, но и ее спасать не пришлось.

Глава 9

Спасать меня не пришлось, и все потому, что, посадив Ларру около небольшого пролеска, Рейвен спрыгнул, не опуская лесенки, и велел мне сидеть на попе ровно. Вот только попа горела и зудела, понимая, что одному с тремя ему не справиться. Эффект неожиданности с громадным, тяжело дышащим драконом сводился к нулю, а вот моя паника набирала обороты.

Я увидела, как он скрылся за деревьями, и попыталась спрыгнуть на снег. Но высота была такая, что у меня голова закружилась. Прыгну – точно что-нибудь сломаю. И тогда Варр, к моему неудовлетворению, будет прав: я окажусь обузой, а не подмогой. Пришлось прокашляться и изобразить просящий голос.

– Ларрочка, милая. Ты же очень хорошая и послушная драконица. Любишь своего хозяина. Помоги мне спуститься вниз, чтобы ему помочь.

Белая громадина даже ухом не пошевелила, продолжая спокойно лежать на холодном снегу. Чтоб она все себе отморозила! Я со злости ударила по толстой чешуе. Уверена, она ничего даже не почувствовала, но удостоила меня пренебрежительным фырканием. Женщина!

Во второй попытке я пыталась оторвать лестницу, чтобы опустить, но и этого у меня не вышло. То ли магия, то ли магниты, то ли защита от женщин держала ее намертво. Третьим и последним шансом было разобраться в том, как работает пульт. Оставив уже изученные кнопки, я попыталась понять, какая же отпускает лестницу. Но после того, как Ларра вздернула голову, вытянула лапу вправо, потом влево, я под конец получила оглушительный рык, который явно гласил: «Еще что-нибудь нажмешь – устрою тебе катапульту».

Оставалось только смириться. Но… не в моих это правилах. Перекинув ноги на одну сторону, я соскользнула по гладкой чешуе. Пара секунд свободного полета – и я уже по пояс в сугробе. Снег, как ревнивый любовник, забрался в самые сокровенные места. Мелькнула мысль, что надо было сидеть там, куда посадили. Но нет, я же знаю, что он не справится. А откуда, собственно, я это знаю? Он же высокий, сильный и симпатичный, зараза. Даже когда злится. А злиться, что я не сижу на месте, будет точно.

Отряхнувшись, я пошла, наступая в следы Рейвена. Ларра фыркнула мне вслед, явно издеваясь. Зараза бесчувственная!

– Ну и сиди тут! – не осталась я в долгу. – Толку от тебя – только с места на место перевозишь. А еще боевой дракон называется.

Мой выпад драконица проигнорировала полностью.

А из подлеска уже слышался звон мечей. Вот же упертый дракон! Если у него есть хоть чуточку магии, почему не воспользоваться ей и не уложить троих сразу? Снег предательски хрустел под ногами, но я пошла медленнее и скоро сама перестала слышать свои шаги.

Их было трое, как и говорил Рейвен. Точнее, на ногах стояли уже двое, третий лежал, постанывая. Помощи моей особо не требовалось, но оправдываться за свой побег все равно нужно будет. Сначала меня выдал хруст ветки, потом еловая лапа скользнула по лицу, сбив шапку на глаза.

– Ой, какие ушастики, – сделала я удивленное лицо, и все четверо повернулись ко мне. – Нехорошо нападать на лордов. Тем более трое на одного. Вас этикету не учили?

– Сидеть! – рявкнул Рейвен. – Я велел тебе сидеть!

– Не послушала. – Развела я руками. – Ты удивлен?

– Север, ты теперь девчонок в набеги берешь? Весь твой отряд закончился?

– Она не девчонка! – снова рявкнул Рейвен, уже поворачиваясь к слишком говорливому альберу.

– Жена. – Снова развела я руками, отступая от края поляны. Стоявший в стороне альбер инстинктивно сделал шаг за мной. Хороший мальчик. Мне нужно увести его так, чтобы он не мешал Рейвену. А то, тот лежащий, начал слишком активно подавать признаки жизни. А жена самого Хранителя была бы удачной и легкой добычей.

– Вы хотите на меня напасть?

– А что, боишься? – Бородатый вытер нос рукой, в которой держал длинный нож. Вот кто ходит в разведку с таким оружием? Костер, что ли, разжигать? – А ты бойся, дорогая, бойся.

Шаг за шагом он подходил ближе. Во мне проснулся азарт. Так лиса идет по следу зайца, распутывая все его следы и в итоге выходя там, где он не ожидает.