Пепел Севера. Четыре земли

Тимус хотел ей что-то сказать, но она уже направилась к знахарям.

Они обсуждали насущное. То, как все отличалось от восточных земель. Маги были обеспокоены своими запасами снадобий и ингредиентов для них. Взять с собой удалось немногое, а природа, которая должна быть другом, – здесь оказалась даже не приятелем. Ком жалоб и просьб нарастал, пока не открылись двери в зал.

Все знахари прикрыли глаза руками от света, исходящего оттуда. Зал отличался от всего замка. Он был белокаменный, а окна простирались от пола до потолка, с одного конца комнаты до другого. Свет, который отражался от блестящего снега, струился сквозь них. Знахари медленно вошли в зал.

У центральной стены стояло четыре трона. Один из них, наиболее роскошно отделанный мехом и драгоценными камнями, стоял посередине, и его занимал вэр Ингвальд. Седовласый мужчина с густой бородой и усами, что сейчас спокойно и величественно взирал на знахарей. Справа от него кресло пустовало. Следом за пустым креслом сидел старший вэрир – Хэвард. Слева от вэра восседал младший вэрир – Трюггви. Все они были собраны и сдержаны. Первым заговорил вэр.

– Рады приветствовать вас на наших землях, маги восточных земель. Я вэр северных земель – Ингвальд. Так сложилось, что мы не встречались с вами до этого момента. Расскажите нам о вашем союзе.

Эфедра вышла вперед.

– Спасибо вам за вашу доброту и понимание, вэр Ингвальд. Я Эфедра, глава союза восточных Земель.

Вэр медленно посмотрел на нее снизу вверх. Северные хорошо управляли своими чувствами, но было заметно, что он недоволен тем, кого увидел перед собой. «Совсем девчонка», – произнес он, обращаясь к сыновьям, но Эфедра все же расслышала.

– Восточный союз состоит из знахарей, и наши силы связаны с природой. Мы облагораживаем непригодные земли, занимаемся знахарством...

– Правда ли, – вэр не дал ей договорить, – что вы и природными стихиями управляете?

Эфедра замолчала. Она не хотела рассказывать о своем союзе все.

– Некоторые из нас имеют такой дар.

Вэр задумчиво посмотрел на знахарей. Будто мысль промелькнула в его глазах, и он продолжил.

– Что касается ваших благодарностей... Мы всегда рады гостям. Особенно тем, кто может принести пользу северным землям.

В зале воцарилась тишина. Эфедра услышала тихий шепот знахарей за спиной. Наверное, они удивились, словам вэра, которые были столь прямы и корыстны. Она же знала о том, что за все нужно платить. Это правило настоятельно говорил запомнить прежний глава Союза.

– Чем мы можем вам помочь в обмен на нашу жизнь на ваших землях?

– Я хочу, чтобы вы знали, дорогие знахари… – Старик провел пальцами по бороде. – Северные земли свободны от принуждения. Наши миряне здесь живут свободно, поэтому и ваши смогут найти себе занятие по душе. Что же касается тех из вас, кто владеет магией... Знахарей... Я считаю, что вы должны помочь нам. Знахарская сила была бы очень кстати в наше небезопасное время. Вы должны знать, что не только на восточные земли совершаются набеги. Вы не единственные, кто понес потери в прошлом. Я уверен, что знахари смогут помочь нашим вэрирам и их армиям, поскольку в поселении со всем справятся лекари.

Настало задумчивое молчание, которое прервала Эфедра.

– Мы можем оказать Северу помощь в войне, уважаемый вэр, но у нас тоже есть условия… – На этих словах лицо вэра исказила гримаса неподдельного удивления, но Эфедра не шла на попятную, – Вы должны обеспечить нам безопасность и возможность беспрепятственно исследовать ваши северные земли.

Эфедра знала, что ее условия были очень рискованными и даже дерзкими. Днем ранее им предоставили убежище, а сейчас она уже просичла полную свободу действий на чужой земле. С одной стороны, Эфедра понимала – цены у такой свободы не было, но с другой стороны – она не собиралась так легко соглашаться и подвергать опасности жизни знахарей.

Вэр покачал головой.

– Это невозможно, глава.

Эфедра вопросительно посмотрела на вэра, а он продолжил:

– Для всех, кто живет здесь, есть правила. Мы хотим обезопасить людей от магии северных земель. Она дикая и необузданная. Она нападает на всех, кто не равен ей и не владеет магией Севера. Вас она может просто уничтожить, если вы окажетесь одни далеко от замка. Миряне это знают. Уверен, что вы не увидели ни единой души, когда проезжали мимо поселения ночью, – тут вэр выдержал паузу и продолжил более скрипящим и тихим голосом, – Правила равны для всех, Эфедра, поэтому я не могу согласиться с вашими условиями и разрешить выходить за пределы замка в одиночку и когда вам вздумается.

Эфедра поняла все, что он сказал. Но решила не сдаваться.

– Почтенный вэр, мы не сможем использовать нашу силу, не зная природу северных земель.

– В таком случае вы можете вернуться обратно на Восток, – резко ответил вэр.

Воздух заискрился от негодования обеих сторон разговора. Эфедра почувствовала знакомую злость, как в ее сегодняшнем сне, и посмотрела на вэра в упор. Несправедливости и унижения она стерпеть не могла. Как и того факта, что им снова придется искать убежище.

Эфедра зарделась от злости и хотела воззвать к совести вэра, но не успела ничего сказать, как раздался звучный низкий голос.

– Мы можем научить знахарей защищаться. Поняв то, как мыслит магия Севера, они смогут позволить себе больше свободы действий.

Все взгляды переметнулись на Старшего вэрира. Хэвард же смотрел на Ингвальда. Казалось, между ними шло немое противостояние. Трюггви, до этого сидевший с весьма скучающим видом, выпрямился в кресле и во все глаза наблюдал за происходящим.

– Ты уверен? – процедил сквозь зубы вэр Ингвальд, явно испытывая негодование.

Но Хэвард кивнул, настаивая. Он спокойно смотрел на вэра, но было видно как все его тело напряжено.

– Так и быть, – вэр был очень недоволен. – Но это только на твоей совести.

Хэвард слегка дернул плечом, будто последняя фраза была ему неприятна.

Эфедра услышала, как за ее спиной все начали испуганно шептаться. Когда вэр и вэриры встали, знахари уважительно поклонились северянам. Трюггви и вэр Ингвальд скрылись в дверях за тронами, Хэвард тоже пошел за ними, но задержался.

Он оглянулся и на мгновение их взгляды с Эфедрой пересеклись. Эфедра смотрела в его темные глаза, и ее обуревало множество вопросов. Что задумал старший вэрир? Почему вступился за них?

Хэвард же стоял и смотрел на нее, будто хотел, но не решался подойти.

В конце концов через несколько мгновений он ушел, ничего не сказав.

Эфедра повернулась к знахарям, но мысли ее занимал поступов сташего вэрира. Чем же ей придется заплатить за такую помощь?

Глава союза перевела взгляд на знахарей, которые все как один смотрели на нее. Они молча ждали. Эфедра тоже думала что сказать. Она могла предостеречь их, сказать, что спасет всех... Но теперь она не была уверена что справиться со всеми проблемами, хотя и очень этого хотела.

– Глава... Они заставят нас бороться с южной армией? – спросила Арника тихим голосом.

Страх в голосе подчиненной заставил Эфедру выпрямиться, и перестать сомневаться в себе хотя бы сейчас.

– Я не допущу этого. Вы не воины, вы – лекари. Я постараюсь, чтобы северяне поняли это, – сказала она, заставив ситуацию немного разрядиться.

Она увидела облегчение на лицах знахарей. Этот момент она выиграла у себя... У своего страха. Что же будет потом?

Обещания ничего не стоят, если не подкрепить их поступками. И Эфедра это прекрасно понимала.

Глава 4

– Я правильно понял: ты хочешь обучить знахарей, которые уже умеют обращаться со стихиями, боевому искусству? Ты не боишься, что твои союзники станут твоими врагами? – Трюггви не унимался. – Почему тебе всегда нужно идти поперек воли отца? И зачем ты вообще ввязался в это дело?

Хэвард стоял у своего стола. Он перебирал книги в огромной стопке, которая скопилась здесь не за одну неделю. Рядом лежала кучка вскрытых писем от доносчиков, которая уже покрылась пылью. Последнее время Хэвард пытался выведать любую информацию о готовящемся набеге южан на восточные земли, но сведения были крайне редкими и скудными.

– Доверие – это то, на чем строятся отношения с союзниками. Хочешь, чтобы тебя спасли, – убеди в том, что спасешь их. На другие вопросы отвечу, только когда сочту это нужным.

Трюггви небрежно раскачивался на старом стуле. На словах Хэварда он остановился и с недоумением посмотрел на собеседника, отчего рыжеватые брови почти сомкнулись на переносице. Хэвард, не отвлекаясь от своих дел, продолжил:

– Одно могу сказать точно: восточные должны остаться у нас. А для этого придется приложить усилия.

– Ты мне не доверяешь, верно, брат? – Трюггви обратился к Хэварду с ноткой печали в голосе.

– Доверяю. – Хэвард посмотрел на брата в упор. – Но пока я не уверен сам, тебе ничего говорить не буду. Кстати… – Он стряхнул пыль со старых писем. – Мне нужен доносчик. Неважно кто: скиталец, южный безмозглый вояка. – Хэвард устремил взгляд на Трюггви и упер руки в стол.

Трюггви ухмыльнулся:

– Я достану все, что требует твоя темная душа, братец.

Хэвард кивнул, подошел к выходу и открыл дверь, всем видом показывая, что брату пора идти.

Трюггви угрюмо покосился на него, встал и медленно и лениво направился к двери.

– О твоем гостеприимстве скоро будут ходить легенды.

Хэвард закрыл за ним дверь и принялся вновь рыться в бумажках на столе.

Глава 5

Знахари пошли в столовую на первом этаже замка. У Эфедры заурчал живот, как только она почувствовала запах еды.

Взяв мясную похлебку и ароматный ломоть хлеба, Эфа села за стол, и в задумчивости уставилась на тарелку. Тимус тоже взял похлебку сел рядом с ней. Вместо того, чтобы начать трапезу, он посмотрел на Эфедру и с грустью сказал:

– Я не могу больше смотреть, как ты мучаешься. Что с тобой происходит? Это из-за перехода на Север?

Эфедра помолчала, оторвав взгляд от тарелки.

– И да, и нет. Я рада, что нас приняли на Севере. – Она посмотрела Тимусу прямо в глаза. – Мне нужно постараться сделать все, чтобы нам можно было остаться. Люди заслужили спокойную жизнь. Но...

– Что «но»? – Тимус, наконец решившись взять ложку, так и застыл.

Эфедра не могла вынести того, что из-за нее приходилось переживать и Тимусу. Она решила рассказать.

– Как только мы начали собираться на Север, меня стали посещать сны. Не сны – кошмары...

– Это странно... Тебе ведь никогда ничего не снилось. Даже во времена когда мы были детьми, ты часто говорила что завидуешь мне, когда я рассказывал о своих снах, – Отложив ложку, Тимус смотрел перед собой. – Но знаешь, мы многое пережили. А тебе каждый день приходится сталкиваться с проблемами. Я думаю, что кошмары при такой реальности – нормальная реакция.

Эфедра кивнула.

– Спасибо, что беспокоишься обо мне, – она снова посмотрела ему в глаза, но на этот раз улыбнулась.

– Ты же знаешь, что можешь рассказать мне все, что хочешь. – Он провел пальцем по ее щеке.

– Знаю.

Они начали трапезу. Несмотря на то, что Эфедра выговорилась, облегчение от этого не наступило. Вместо этого она подумала, что пора смириться с постоянным комом тревоги, застрявшим где-то в груди.

***

На следующий день Эфедра вместе с Тимусом решила побывать в поселении, чтобы проверить, все ли хорошо у мирян.

Как и говорил вэр Ингвальд, каждому нашлось занятие, каждому нашлось жилье. Эфедре рассказали, что сейчас, когда оставалась всего неделя до главного зимнего праздника северян – Эльтэйна, все жители были заняты подготовкой к нему, и не отказывались от помощи восточных. Северяне смотрели на них с удивлением и любопытством, не скрывая этого. Но все же, когда их занимали заботы, не было никакой разницы, откуда ты собственно родом. Кто-то носил сукно из дома в дом, кто-то готовил припасы, а кто-то уходил в лес по дрова. Как объясняла Батильда, вся работа должна быть закончена до праздника, с которого жизнь начинается заново.

Восточных вдвойне воодушевили такие мысли. Оно и ясно: у них не было болших праздников. Все торжества, существовавшие до нашествия, были забыты в веках. Миряне не знали о праздниках знахарей, и знахари тоже не были осведомлены. Эфедру всегда удивляло, что о себе и своем народе она знает меньше, чем о других. Но на это было объяснение. Огромная библиотека в Доме восточных правителей сгорела. Книги, что сохранились у прежнего главы Союза, не содержали каких-либо сведений о восточной земле. Иногда Эфедра думала могло ли быть так, что все специально решили забыть о Востоке?

Нельзя сказать, что у них совсем не было праздников. Они отмечали начало сбора урожая и его конец. Но это было больше похоже на дни отдыха, когда можно было себе позволить ничем не заниматься вовсе.

Когда Эфедра и Тимус возвращались обратно в замок, к ним почти бесшумно подъехал Трюггви.

– Ну что, восточные, как вам Север?

Тимус вопросительно посмотрел на Эфедру. Все северяне выглядели холодно и строго, но младший вэрир выделялся из общего вида своей дружелюбностью.

– Замок у вас явно побольше нашего... Примерно на четыре этажа, – ответила Эфедра, улыбнувшись.

Трюггви рассмеялся.

– Северные размеры всегда впечатляют, – он многозначительно посмотрел на них.

Тимус закатил глаза, а Эфедра рассмеялась с его недовольной физиономии.

Наконец, они приблизились к воротам замка. Трюггви шумно спешился.

– Сегодня мы начнем вас учить. Встречаемся на закате.

Младший вэрир поспешно скрылся за воротами замка, а знахари оторопели.

– Но где место встречи? – спросил Тимус.

– Я не могу вам сказать. Как и никто другой. Вы сами его найдете, – крикнул он ушел.

Эфедра надела вязаную кофту, свои самые удобные штаны из всех трех пар, что были с собой, и доходящие до колен ботинки. Новым в ее гардеробе была шуба и шапка, вещи эти были очень теплыми. Поначалу в шапке с плоским верхом Эфедре было неудобно, убор мешал ее прическе.

В восточных землях высоко ценилась практичность. Когда ты целый день расхаживаешь по рощам, лугам и холмам, собирая травы и выращивая новые, некогда думать о красоте. Когда лечишь людей, пострадавших от нашествия, то последнее, о чем думаешь, так это о своем внешнем виде. Свои длинные каштановые волосы Эфедра заплетала в косу, затем в узел и повязывала платком. Сейчас же все это было проделывать незачем – была шапка, поэтому девушка просто оставляла косу.

Не увидев ничего нового в отражении, Эфедра села на кровать, думая о словах младшего вэрира.

Вы сами его найдете... Как они смогут его найти, если им нельзя никуда заходить дальше замка или поселения?

Будто в ответ на беззвучные вопросы Эфедры, вдруг появился ряд сиреневых огоньков. Они подрагивали над полом, словно ловили потоки воздуха. Эфедра открыла дверь и увидела, что свет чередой огней движется ровно по коридору и уходит на лестницу.

Следуя за ними, девушка спустилась на второй этаж и позвала всех знахарей. Тимус подошел к ней и шепотом спросил:

– Что случилось?

– А ты их не видишь? – она указала на огоньки.

– Кого не вижу? – Тимус посмотрел на то место, куда она показала.

Видимо, огоньки предназначались только ее взору.

– Как и сказал вэрир, мы сейчас сами найдем место встречи с ним.

Знахари проследовали к другому выходу из замка. Дверь открылась с противным затяжным скрипом. Они вышли с обратной стороныво двор. Казалось когда-то здесь был зимний сад, ветви мертвых кустарников торчали из-под снежных колпаков. От двери вдоль сада шла тропинка, по которой они и направились дальше.

Заходя вглубь леса, Эфедра опять почувствовала, что на них смотрят. Вновь это было ощущение чужого присутствия. Знахари зашли недалеко от замка, когда услышали звон, крики и смех.

В итоге знахари вышли на большое снежное поле, на котором столпилось множество людей. Огоньки испарились. Мужчины, в одинаковых черных и зеленых плащах с меховой отделкой, стояли, повернувшись спинами. Толпа буйствовала и, кажется, людей полностью поглотило то, что открывалось их взгляду.

Глава 6

Гости протиснулись вглубь толпы, и их глазам открылось настоящее зрелище. Трюггви с боевыми топорами в обеих руках нападал на своего противника. Неожиданного противника. Девушка, держа в руках меч, ловко уворачивалась от ударов. Ее ярко-рыжие волосы лишь слегка не доставали до земли. Она была грациозна, как лесная кошка. Эфедра обернулась, окинув взглядом всех очевидцев, и остановилась на Тимусе. Порывшись в кармане, глава знахарей достала платок, улыбнулась и протянула его юноше:

– На вот, слюни вытри.

В ответ Тимус улыбнулся и слегка толкнул ее в бок, отчего та засмеялась.

Схватка продолжалась, лбы противников уже блестели от пота. Девушка сделала выпад, но удар пришелся на лезвие топоров, которые вскинул перед собой Трюггви. От силы, с которой встретились оба лезвия, ее слегка отбросило, но она не упала, а с легкостью опустившись, присела. В этот момент Трюггви сделал выпад, но рыжеволосую нельзя было недооценивать. Девушка резко увернулась, вскочила, и кончик лезвия меча пришелся прямо между ребер вэрира. Несколько сантиметров глубже – и противник был бы мертв. Они стояли, тяжело дыша. Два лезвия топора окружали шею девушки, а меч упирался в грудь Трюггви. Все присутствующие в изумлении молчали.

– Предсказуем, как всегда, – сказала рыжеволосая не без чувства собственного превосходства.

Трюггви только пожал плечами и хмыкнул.

– Не поддавайся я тебе, твои волосы давно были бы в два раза короче.

Девушка с притворством закатила глаза и цокнула языком.

Все же, убрав оружие, они удовлетворенно улыбнулись друг другу. Воительница обернулась на толпу и ее глаза заинтересованно сверкнули.

– О, а вот и гости пожаловали. Оставайтесь там, где стоите, а остальные, – она резко и отчетливо крикнула, – свободны! Постовая смена – как обычно.

Толпа с недовольными возгласами разошлась, и остались только знахари.

Трюггви подошел ближе и кивнул в сторону девушки.

– Со мной вы уже знакомы, а это Вивека, предводитель второго северного войска. Мы обучим вас основам обороны для того, чтобы вы смогли спокойно ходить по нашим лесам.

– Но отчего нам стоит обороняться? – спросила Арника, молодая знахарка.

– Не перебивай меня, девушка – Он обольстительно улыбнулся ей, отчего та сразу залилась краской.

– Если мы закончили разговоры, то можем приступать к практике. – вивека локтем толкнула вэрира, отчего тот замолчал. – Для начала вы должны разделиться на сильных и более слабых носителей магии.

– Среди нас нет сильных и слабых, – ответил ей Тимус.

– Мы можем разделиться на тех, кто лучше взаимодействует с природными силами, и тех, кто лучше справляется со знахарским делом, – ответила Эфедра.

Вивека кивнула:

– Да, так мы и поступим. Но для начала я должна сказать, а вернее, предупредить: в северных лесах есть нечто более живое, чем природа. Когда вы лечите людей – вы отдаете им часть своих магических сил. Они их не принимают, потому что не знают, как. Но магические существа – другое дело. Можно попытаться справиться с ними с помощью своей силы, но они будут питаться ею, забирать, и в итоге все будет без толку. Поэтому те из вас, кто лучше справляется со знахарским делом, на самом деле более уязвимы, чем тот, кто лишь взаимодействует с природой.

Восточные разделились на две группы. Те, кто имел дело со знахарством – Эфедра, Тимус, Инула, Арника и ее брат Ледум. Их отвел в сторону Трюггви. Других увела за собой Вивека.

– Вивека научит их боевым навыкам. Я тоже обучу вас этому, но также вам нужно будет научиться совмещать вашу магию искусство боя. Начнем с самообороны.

Трюггви объяснял, на что стоит обращать внимание, чтобы понимать слабые стороны противника. Каким бы ни было живое существо, у него всегда есть слабое место. Оказалось, что знахарям легче это определить, даже не имея физического контакта. Они чувствовали это благодаря силам собственной магии.

Так проходили дни. От непривычных нагрузок мышцы знахарей начинали болеть, но все были воодушевлены новым занятием.

На очередной тренировке восточные разделились на пары, и Трюггви учил их приемам рукопашного боя. Эфедра несколько раз повалила Тимуса на снег.

– Не поддавайся мне, – сказала она, протягивая руку.

– Да ни в жизнь, – сказал он, и неожиданно потянул ее на себя. Теперь они оба валялись в снегу и тихо смеялись. Эфедра подметила, что ладонь Тимуса остается на ее талии дольше дозволенного, и девушке пришлось с улыбкой убрать его руку.

Трюггви занимался с Инулой. Последний был неразговорчив, поэтому от них слышалось только напряженное пыхтение.

Уставшие и потные, они возвращались в замок. Эфедра чувствовала себя еще более разбитой из-за постоянных кошмаров. Она часто просыпалась среди ночи в холодном поту. Иногда было сложно вернуться в реальность, и девушка подолгу сидела и смотрела в окно, обняв свои колени. Тимус видел, что Эфедра была измотана, но вопросов не задавал. Он списывал все на усталость от тренировок. Она была благодарна ему за тактичность, не желая говорить о собственном бессилии.

Однажды Эфедра, проснувшись от очередного кошмара, вышла в гостиную четвертого этажа. Здесь окно было больше, чем в ее комнате. Девушка смотрела на снежинки за окном. Можно было проследить их путь: появляясь где-то высоко в небе, они медленно летели вниз, и, достигнув земли, растворялись в полотне белого покрывала.

Этот вид ее успокаивал. Недолго думая, Эфедра подвинула кресло к окну и села, подогнув ноги под себя.

Через какое-то время она проснулась от ощущения присутствия магии рядом.

Держась одной рукой за кресло, в котором сидела Эфедра, Хэвард смотрел в окно. Девушка подумала, что он не заметил, как она проснулась, пока он не заговорил.

– Не спорю, здесь и правда красивый вид. Но вам правда удобнее спать в кресле, нежели в кровати?

– Я подвинула кресло. Хотя… здесь могут ходить слуги, – еще не совсем пробудившись от дремоты, она продолжала вяло бормотать, – Простите, если позволила себе лишнее...

– Речь не о кресле, а о вашем удобстве, – Хэвард отвел взгляд от окна и посмотрел на Эфедру, – Что вас беспокоит?

– А почему вас это беспокоит? – Эфедра сделала упор, имея ввиду Хэварда.

Хэвард посмотрел на Эфедру с интересом.

– Расценивайте это как хотите: забота о союзнике, любопытство по отношению к юной девушке... Я не прошу многого, просто поведайте мне вашей тревоге.

Эфедра опустила ноги вниз и оправила ночную сорочку. Она перестала смотреть в окно – не хотела, чтобы вэрир заметил ее зардевшиеся щеки. Девушка взглянула ему в глаза.

– Меня мучают кошмары, – произнесла она тихо и немного вымученно, будто признавая свое поражение.

Хэвард тоже смотрел на нее и уверенно ответил:

– Каждый из нас чего-то боится... А кошмары это лишь спутники страха. Но он не должен мучать Вас.

– То есть, чтобы избавиться от кошмаров, я должна избавиться от страха.

– А чтобы избавиться от страха, порой вы должны довериться тем, кто вас окружает... – Он помолчал. – Но доверять нельзя никому.

– Какой-то бессмысленный замкнутый круг. – Эфедра уже полностью проснулась – отчасти из-за негодования.

– Такова жизнь. Но выход есть всегда, просто мы не сразу его можем заметить.

На этих словах вэрир отправился в свое крыло.

– Если все же хотите спать спокойно, могу вам помочь, используя свою магию.

Эфедра не решилась бы испытать его силу на себе, даже заплати он ей.

– Спасибо, но я постараюсь справиться с этим сама.

– Хорошо. В таком случае, можете использовать кресло в своих личных целях без зазрения совести.

Эфедре показалось, что она услышала улыбку в его голосе.

Глава 7

Занятия шли своим чередом,и знахари много чему научились. Эфедра хоть и понимала, что ей не стать великой воительницей, но теперь хотя бы могла дать отпор и не чувствовала себя беспомощной на северной земле.