Пангея

— И что же мы намерены делать? — спросил Лукас.

— План делает вывод, — продолжил Энгель, — что единственным способом вести длительную войну, снабжать продовольствием войска и кормить наши семьи дома будет экспроприация запасов на завоёванных территориях.

— А когда мы отберём продовольствие у покорённого населения, что будут есть эти люди? — спросил Хайнц.

— Согласно плану, в первые два года оккупации следует ожидать острого дефицита продовольствия у местных жителей, — объяснил Энгель, — пока численность населения естественным образом не сократится примерно на треть. Через два года война закончится, и мы сможем восстановить сельское хозяйство до уровня, который позволит прокормить всех.

— Похоже на искусственно устроенный голод, — заметил Хайнц.

— Да, поэтому его и называют «Планом голода», — улыбнулся Энгель. — В первые два года оккупации мы постараемся отобрать прогрессивно мыслящих людей и тех, кто может пригодиться нам для ускорения технического прогресса. Разумеется, религиозные люди, далёкие от науки и техники, будут нам мало полезны, и их пайки значительно сократят.

— Разумеется, — задумчиво ответил Хайнц.

Глава 6

Генерал Джон Кейси сидел в своём кабинете на военной базе к югу от Нью-Йорка. Он изучал разведывательные донесения, подробно описывавшие перемещения вооружённых сил Федерации на севере Канады. Стояла середина июня, в городе дни были особенно жаркими, но здесь, на территории военного комплекса, лёгкий северный ветерок приносил немного свежего воздуха. Из окна было видно, как слегка покачиваются на ветру несколько деревьев, недавно посаженных возле армейских казарм.

Ранее в тот день Джон получил два сообщения от сотрудников военной разведки, работавших за океаном. Первое пришло из европейского посольства в Китае, второе — от агента в Верховном командовании Федерации. Оба сообщали, что через несколько дней вооружённые силы Федерации собираются вторгнуться в Соединённые Штаты с севера Канады. Оба агента даже назвали одно и то же точное название операции: «Пангея» — в честь гигантского материка, существовавшего триста миллионов лет назад и со временем распавшегося на современные континенты. Джон предположил, что название подразумевает воссоединение материков — несомненно, начиная с Северной Америки.

Однако этих разведданных оказалось недостаточно, чтобы убедить Маклина: вооружённым силам США необходимо готовиться к обороне северных границ страны. В последние дни генерал Кейси раз за разом предъявлял доказательства и выводы, пытаясь убедить Маклина, что пора привести все части в высшую степень боевой готовности и приготовиться к неминуемому нападению. Но Маклин думал иначе. Сегодня утром он отверг последние донесения военной разведки.

— Генерал Кейси, мне кажется нелепым, что столь вдумчивый военачальник верит всей этой дезинформации, которой нас пичкают диверсанты из Китая, — сказал Маклин; лицо его выражало абсолютную уверенность. — Если мы усилим войска вдоль северной границы, европейцы воспримут это как признак нашей враждебности. Вы ведь это знаете!

Маклин немного помолчал, не сводя с Джона глаз.

— Мы не должны плясать под дудку провокаторов и реагировать на подобные донесения, — сказал Маклин. — В конце концов, европейское посольство всё ещё открыто, не так ли? Даже их военный атташе здесь, в Нью-Йорке. Если хотите, мы можем попросить его ответить на ваши вопросы о перемещениях войск Федерации в Арктике. Но, пожалуйста, занимайтесь своим делом, генерал. Мы назначили вас главой Высшего командования не для того, чтобы вы потакали беспочвенным домыслам.

Заниматься своим делом, подумал Джон. Моя жизнь — это моё дело. Я им живу и дышу. Ложусь спать — и даже во сне думаю о работе. Я делаю свою работу так, как, по моему убеждению, её следует делать. Но перешагнуть через этого упрямого, самоуверенного идиота он не мог. Все попытки убедить Маклина оказались тщетными. Тот не поверит правде, пока не станет слишком поздно.

В тот же день Маклин и генерал Кейси встретились с военным атташе Федерации. Джон уже несколько раз виделся с ним. Посланник часто бывал в Нью-Йорке, посещал правительственные учреждения и штаб-квартиру «Нравственного единства». С Маклином у него были хорошие отношения. США и Федерация даже пытались организовать некую программу военных обменов, хотя она так толком и не заработала.

Этот человек был спокоен, как туман летним утром. По его лицу ничего нельзя было прочесть. Увеличение европейского военного контингента в Арктике атташе объяснил тем, что Федерация готовится начать учения: отрабатывать оборонительные манёвры на случай нападения из Сибири через сухопутную перемычку, некогда бывшую дном Берингова пролива.

— Эти учения никоим образом не направлены на то, чтобы угрожать Соединённым Штатам, — сказал он.

Джон не поверил. Именно это и должен был сказать человек, скрывавший настоящий план вторжения. Он вернулся в свой кабинет и вновь перечитал все разведывательные донесения, пытаясь найти неопровержимое доказательство подлинных намерений армии Федерации.

Зазвонил коммуникатор Джона. Он ответил.

— Генерал Кейси слушает, — сказал Джон.

— Генерал, это майор Томас, — произнёс голос. — Вы просили позвонить, если мы заметим что-нибудь подозрительное возле посольства Федерации.

— Да, — сказал генерал Кейси. — Что происходит?

— Похоже, они эвакуируются, — сказал майор Томас. — Посмотрите видеотрансляцию.

Джон включил экран. Он увидел ряд машин, выстроившихся возле европейского посольства в Вашингтоне. Сотрудники посольства и их семьи организованно садились в транспортные фургоны, туда же грузили вещи. Судя по всему, на завершение эвакуации им требовался всего час, а затем ещё несколько часов — чтобы пересечь Атлантику. Джон был уверен: и эвакуации они найдут объяснение.

— Спасибо, майор, — сказал генерал Кейси. — Продолжайте наблюдение.

Джон распорядился отправить донесение Маклину.

Затем поступил следующий звонок — на этот раз из порта Нью-Йорка. Порт, расположенный примерно в ста тридцати милях от города, был оживлённым узлом беспилотного грузового судоходства и базой ВМС США. В рамках программы военных обменов там стояли и два эсминца флота Федерации. Армейский агент сообщил по телефону, что все европейские военные корабли только что вышли из порта и, по-видимому, некоторые европейские беспилотные грузовые суда тоже получили команду выйти в открытое море. Через несколько минут Джон узнал, что то же самое произошло в портах Майами и Северной Каролины.

Генерал Кейси позвонил в космопорт имени Джона Кеннеди и связался напрямую с диспетчерами воздушного и космического движения. Выяснилось, что за последние пятнадцать минут взлетело множество суборбитальных аппаратов, зафрахтованных европейским правительством или принадлежавших ему. Диспетчеры нервничали и пребывали в растерянности. Генеральный директор космопорта тоже был на взводе. Он только что узнал, что подобное происходит и в других крупных космопортах восточного побережья. Несколько европейских суборбитальных аппаратов ещё оставались на стартовых площадках, но уже готовились к взлёту.

— Задержать их отправление? — спросил директор космопорта имени Кеннеди.

Только если хотите, чтобы ваш полицейский отряд перебила спецохрана Федерации, подумал Джон. — Это плохая идея. Я пришлю своих людей, они их задержат.

Джон закончил разговор. Он приказал направить в космопорт имени Кеннеди воинское подразделение, поставив задачу задержать все рейсы в Европу. Отдавая этот приказ, он понимал: страна начинает военную операцию на собственной территории. Он попытался осмыслить последние события.

До полномасштабного нападения оставалось, вероятно, лишь несколько часов. Сейчас было девятнадцать ноль-ноль, значит, оно начнётся либо сегодня ночью, либо завтра рано утром. Наши части окажутся не готовы. В первые часы вторжения погибнут десятки тысяч.

Джон связался с оперативной разведкой.

— Наведите один из наших спутников на виллу европейского военного атташе на Лонг-Айленде, — распорядился Джон. — Да, я знаю, что это против правил. Это приказ. Ответственность я беру на себя. Перезвоните, как только всё будет готово.

Наступило короткое затишье. Подразделение, отправленное в космопорт имени Кеннеди, не успело задержать дипломатические рейсы в Европу. Но несколько оставшихся европейских коммерческих рейсов военные задержали, не встретив сопротивления. На экране появилось спутниковое изображение виллы военного атташе Федерации: ничего подозрительного. На секунду Джон даже подумал, что, возможно, слишком остро реагирует.

Через три часа позвонил Маклин.

— Я получил ваше сообщение об отъезде сотрудников европейского посольства, — сказал Маклин. — Мы уже об этом говорили, и я повторю ещё раз. По-моему, вы создаёте проблему на пустом месте. Они сообщили мне об этом несколько недель назад: отъезд связан с каким-то правительственным мероприятием, запланированным уже давно. Почему вы сочли эту запись настолько важной, что решили прислать её мне, генерал? У вас есть другое правдоподобное объяснение?

— Господин Маклин, они эвакуируют посольство, готовясь к войне, — твёрдо сказал генерал Кейси. — К этому времени они уже приземлились в Европе. Я ожидаю, что арктические дивизии Федерации в любой момент начнут наступление через наши северные границы.

— А их военный представитель? — спросил Маклин. — Он тоже уехал?

— Сейчас проверю. — Кейси взглянул на спутниковую видеотрансляцию. — Как я и думал.

— Что ещё? — нетерпеливо спросил Маклин.

— Позвольте показать вам, господин Маклин, — сказал Джон и перенаправил в штаб-квартиру «Нравственного единства» видеотрансляцию с виллы военного представителя на Лонг-Айленде.

Картина на заднем дворе виллы разительно отличалась от спокойствия, царившего там всего несколько минут назад. Из шахты на территории виллы готовилась к старту баллистическая суборбитальная транспортная ракета. Кейси и Маклин смотрели прямую трансляцию и видели, как из главного здания по лужайке бегут несколько человек, неся что-то похожее на стопки компьютеров.

— Они тоже эвакуируются? — спросил Маклин; теперь его голос слегка дрожал.

Джон не успел ответить. На экране поднялся столб дыма. Ракета оторвалась от земли и начала набирать высоту.

Несколько секунд Маклин молча наблюдал за поднимающейся ракетой. Она медленно набрала около тысячи футов, затем наклонилась и переключилась с небольших стартовых двигателей на основную реактивную тягу. Через несколько секунд она исчезла из поля зрения спутниковой камеры, улетая на северо-восток.

— Вы можете приехать в штаб-квартиру, генерал Кейси? — сказал Маклин. — И попробуйте позвонить военному атташе. Может быть, он ещё здесь.

— Да, сэр, — ответил Джон. — Буду через двадцать минут. А пока прошу вашего разрешения привести все наши части в Арктике в повышенную боевую готовность.

Маклин ничего не ответил.

— Сэр, нам нужно привести части в боевую готовность сейчас, — настаивал Джон.

— Высшее командование сможет принять это решение, когда вы приедете, — ответил Маклин и прервал связь.

Генерал Кейси велел помощнику звонить европейскому представителю каждую минуту, пока не удастся получить хоть какой-нибудь ответ. Кроме того, он приказал отправить к нему на виллу разведывательную группу. Затем сел в вертолёт и полетел в город.

Пролетая над равнинами южной части Нью-Йорка, он смотрел на поток машин на шоссе, ведущих к космопорту имени Кеннеди. Вдали самолёты взлетали и заходили на посадку. Он думал о людях, летевших в этих самолётах и ехавших в этих машинах. Он знал, что за последние десятилетия общество стало циничным и перестало доверять правительству. Многие ненавидели «Нравственное единство». Найдут ли они причину вступить в борьбу с самым грозным противником, с каким когда-либо сталкивалась эта страна? Что нужно сказать этим людям, чтобы они поверили: в грядущей войне стоит отдать жизнь? Ведь эта война лишь защитит господство христианской элиты.

В штаб-квартире «Нравственного единства» Джон встретился с членами Высшего командования. Вокруг стола для совещаний сидели генералы Уилсон, Гомес, Морено и Браун, во главе стола — Маклин. На стену проецировались карта арктического региона и последние снимки со спутников-разведчиков. Ровный рассеянный свет заполнял комнату без окон.

— Добрый вечер, господа, — приветствовал генерал Кейси членов Высшего командования.

Маклин сидел молча. Джон посмотрел на последние спутниковые снимки на стенах командного зала, затем повернулся к собравшимся.

— Думаю, нет нужды знакомить вас с событиями дня, — сказал генерал Кейси. — Мы должны немедленно привести войска в Арктике в высшую степень боевой готовности, готовясь к вторжению с севера.

Никто не возразил. Джон посмотрел на Маклина и немного подождал, но тот никак не отреагировал.

— Связь, — обратился Джон к офицеру. — Немедленно передайте приказ: всем частям приготовиться к неминуемому нападению из Арктики. Всем подразделениям занять оборонительные позиции, поднять в воздух беспилотники и авиацию, отвести гражданский персонал, подготовить артиллерию и автономную технику. — Генерал Кейси отдал ещё несколько необходимых распоряжений и закончил диктовать приказ. Затем повернулся к остальным членам Высшего командования.

— Нужно отключить наши геолокационные спутники и увести их с нынешних позиций, — сказал Джон. — Немедленно подключайте Космическую дивизию.

Генерал Уилсон взял коммуникатор и передал распоряжение. Почти сразу вошёл офицер связи и доложил: приказ генерала Кейси передан, но его получение подтвердили лишь одиннадцать из двадцати пяти дивизий, расположенных вблизи северных границ.

— Продолжайте попытки передать приказ, — настаивал Джон. — Любыми средствами. Если нужно, отправьте самолёт с посыльным. Мне всё равно!

— Так точно, господин генерал! — ответил офицер.

Джон повернулся к Уилсону: — Мне нужно подтверждение, что наши навигационные спутники целы и переведены в режим ожидания.

— Пока подтверждена сохранность двадцати процентов спутников; им передана команда изменить положение и перейти в режим ожидания, генерал, — доложил Уилсон. — Без полного спутникового покрытия мы, возможно, не сможем наводить наши межконтинентальные баллистические ракеты.

— Будем надеяться, что у нас останется достаточно спутников, чтобы навести хоть что-нибудь. — Джон посмотрел на часы. Было почти полночь. Вероятно, сообщения не доходили до некоторых командных пунктов на севере из-за диверсий на линиях связи, но неужели повреждения и в самом деле столь масштабны? Ещё даже не было ясно, какие звенья связи пострадали: спутники, наземные кабели или радиопередатчики. Любое из этих средств связи могли повредить в ходе оставшихся незамеченными атак подразделения спецназа Федерации, действующие на американской территории.

В старину сражения начинались рано утром. Но современная боевая техника — не говоря уже о долгом арктическом лете — снимала все ограничения, связанные со световым днём. Операция могла начаться в любое время суток. Первоначальное наступление могло продолжаться двадцать четыре часа — или столько, сколько выдержат солдаты Федерации. В арктических широтах солнце ещё несколько недель не зайдёт за горизонт.

— Господа, — Морено поднял голову; лицо у него было напряжённым. — За последние двадцать четыре часа поступило тридцать восемь сообщений о нарушении нашего воздушного пространства в Арктике военными самолётами Федерации. Вчетверо больше, чем за предыдущие сутки.

— Они сбрасывают грузы? Кто-нибудь из них сбрасывал боеприпасы? — спросил генерал Кейси.

— Нет, скорее всего, это самолёты-разведчики, — ответил Морено.

— Генерал Кейси, это только что поступило, — сказал генерал Гомес и нажал несколько кнопок на панели. — Прямая трансляция с аэродрома в Арвиате.

На экране был бетонный аэродром с двумя космическими стартовыми площадками; из разрушенных ангаров клубились два столба чёрного дыма.

— База сообщает, что на них только что напали, — сказал Гомес. — Большая часть воздушных беспилотников и два суборбитальных аппарата поражены. — Гомес пробежал глазами сведения на своём экране. — Вот ещё! — внезапно воскликнул он. — Срочное сообщение с другого аэродрома. Похоже, с севера прилетели крылатые ракеты. Наведение осуществлялось по европейской космической навигации.

— Кто-нибудь, соедините меня с послом Федерации, — приказал Джон. — Господин Маклин, прошу разрешения нанести ответный удар. Они начали конфликт, и мы должны ответить немедленно.

Маклин сидел неподвижно и, казалось, думал о чём-то другом. Генерал Кейси стоял рядом и ждал ответа.

В комнату вбежал офицер: — Посол на связи, сэр.

— Господин Маклин, — сказал генерал Кейси, — вам нужно поговорить с послом. Политикой занимаюсь не я. Я знаю, как воевать нашей армией, но любая помощь дипломатии — пусть сейчас от неё, вероятно, уже мало толку — всё же была бы очень полезна. — Джон пристально смотрел на Маклина. Остальные военачальники сидели молча. — Выведите посла на большой экран, — приказал Джон.

На экране появился аккуратно одетый посол. Маклин наконец вышел из оцепенения и поднялся со стула. Он повернулся к камере и обратился к послу.

— Господин посол, наши воинские части, расположенные в арктическом регионе, сообщают, что подверглись удару крылатых ракет Федерации… — начал он.

— Господин Маклин, — прервал его посол, — я должен передать вам официальное сообщение моего правительства.

Все в комнате замолчали. Посол поднял лист бумаги и стал зачитывать сообщение Министерства иностранных дел Федерации европейских государств. Он говорил о Договоре об арктических природных ресурсах, подписанном США и Федерацией несколько лет назад, и о том, что США не соблюдают его принципы. Он утверждал, что Америка подорвала мир, разместив свои вооружённые силы на севере Канады. Продолжающееся сотрудничество с Китаем подрывало политические преобразования, осуществляемые в Европе, — преобразования, призванные сделать возможным следующий скачок технических новшеств, который поможет спасти человеческий род от вымирания. Далее в документе утверждалось, что Америка поддерживает агентов, пропагандирующих внутри Федерации архаичные религиозные движения. США саботируют технический и культурный прогресс, от которого зависит всё человечество.

— Таким образом, — читал посол, — Соединённые Штаты нарушили договоры с Федерацией. Военное руководство Федерации полагает, что американская армия готовила вторжение на территории, подконтрольные Федерации. Это нападение подорвало бы борьбу Европы за выживание и борьбу человечества за жизнь. Поэтому президент Федерации, её верховный главнокомандующий, приказал вооружённым силам противодействовать этой угрозе всеми имеющимися в их распоряжении средствами.

Посол молча смотрел в экран, но никто в зале оперативного управления не находил слов.

— Сожалею. Дальнейших контактов со мной не будет, — сказал посол и отключился от видеоконференции.

Генерал Кейси посмотрел на Маклина. Тот не отрывал глаз от погасшего экрана, на котором посол Федерации только что сокрушил его иллюзии о мнимой дружбе между Америкой и Федерацией. Дружба двух государств, длившаяся два столетия, внезапно оборвалась. Лицо Маклина побледнело. На нём застыло полное неверие в происходящее.

— Господин Маклин! — громко сказал генерал Кейси.

Маклин, словно всё ещё потрясённый, отвернулся от экрана и посмотрел на Джона.

— Мне нужно ваше разрешение нанести ответный удар всей мощью, — заявил генерал Кейси, — при необходимости с применением водородно-ядерного оружия.

Маклин поднялся и медленно пошёл к выходу. У двери он остановился и обернулся. Он словно постарел на десять лет по сравнению с тем, каким был всего час назад; глаза пожелтели и слезились, бровь подёргивалась.

— Разрешаю полномасштабный ответный удар, — сказал он, выходя из комнаты и медленно закрывая за собой дверь.

Глава 7

— Эй, что происходит? — спросила Меган, глядя на информационный экран приборной панели, где мигало сообщение красными буквами. — Пишет, что пропал сигнал спутника.

— Никогда такого не видел, — Арт прочитал предупреждение. — Наверное, какой-то сбой навигационной системы. Должны скоро исправить.

Их беспилотное такси остановилось под Бруклинским мостом, неподалёку от въезда на него со стороны Манхэттена. Машина перегородила крайнюю левую полосу для беспилотного транспорта. Арт огляделся и заметил, что движение на двух из трёх остальных полос тоже остановилось. Человек в машине справа сидел с растерянным лицом и пытался нажимать кнопки на экране управления своего беспилотного такси. Двигалась только полоса для машин с ручным управлением — на две полосы правее той, где стояли Арт и Меган.

— Ты умеешь этим управлять? — Меган с надеждой посмотрела на Арта.

— Вообще-то нет. Я никогда не водил такси.

— Может, всё-таки попробуем, — серьёзно сказала Меган.

Арт огляделся. Крайний правый ряд медленно полз к Манхэттену. Сообщение на экране управления предлагало дождаться восстановления геолокационной системы.

— Который час? — спросила Меган.

— Десять минут первого, — Арт посмотрел на часы на приборной панели.

— Как думаешь, она отключилась ровно в полночь? — задумалась Меган.

— Не уверен. По-моему, мы стоим уже не меньше пятнадцати минут. Посмотри новости, может, что-нибудь случилось, — предложил он.

Меган открыла коммуникатор и просмотрела новостные сообщения. О сбое навигационной системы писали много, но объяснений случившемуся не было.

— О, вот, слушай! «По-видимому, сбой затронул не только дорожную навигацию, но и аэропорты и космопорты. Некоторые из них закрылись, воздушным судам приказано садиться на ближайшую доступную полосу», — прочитала Меган. — Похоже, я успела в самый последний момент! Космопорт имени Кеннеди наверняка закрыли из-за этого отключения.

— Никогда ни о чём подобном не слышал, — Арт взглянул на статью, которую читала Меган.

— Наверное, зря я сюда приехала, а? — небрежно бросила Меган.

Она сказала это лишь наполовину серьёзно, но Арту всё равно показалось, что она его винит. Он никогда не мог понять, о чём думает Меган.

— Мы ведь совсем недалеко от твоего дома? — спросила Меган. — Если понадобится, сможем дойти пешком, да?

— Да, совсем недалеко, — ответил Арт, глядя в тёмное ночное небо и на сверкающий под ним силуэт Манхэттена.

— Ты правда так думаешь? — спросил Арт.

— Что? — Меган сделала удивлённый вид.

— Что тебе лучше было не приезжать, — он должен был спросить, хотя понимал: такие разговоры никогда ни к чему хорошему не приводят.

— Ну хватит, — Меган отвернулась. — Не начинай.

— Ладно, я не начинаю, — сказал Арт, не глядя на Меган. — Просто иногда я не понимаю, что ты имеешь в виду.

— Мне не нравится тон этого разговора, — сказала Меган, глядя в сторону.

Арт немного подождал, но затем продолжил: — У тебя когда-нибудь бывает чувство, будто всё начинает рушиться изнутри?

— Что — всё? — спросила Меган.

— Ну, то, что ты считала настоящим, — объяснил он. — События, которые, как ты думала, произойдут; люди, которых встретишь; чувства, которые испытаешь; места, которые увидишь. Тот миг, когда понимаешь: все твои планы были лишь красивыми фантазиями и никакой опоры под ними нет, хотя ещё несколько минут назад казалось, что они вполне осуществимы.

— Слушай, чего ты от меня хочешь? — сердито сказала она. — Не я же обрушила навигационную систему.

Они огляделись. По крайней мере одно беспилотное такси тронулось — очевидно, кто-то перешёл на ручное управление.

— Мне не нравится, что происходит, — сказала Меган. — Я ещё никогда не застревала в такси без водителя. Посмотри на дорогу! Нужно что-то делать, мы не можем сидеть здесь вечно.

— Ну, можно перейти на ручное управление и поехать на этом такси, а можно пойти пешком, — рассудил Арт. — Отсюда, наверное, полчаса ходьбы. Что скажешь?