Цветы родные полевые

- Вечер-вечер! – проводил его взглядом Сергей и хихикнул, видя и понимая, что тот пришелся тут не ко двору.

На улице совсем стемнело. По селу зажглись фонари. А в траве щебетали, стрекотали на все лады кузнечики, наполняя округу своими громкими переливами.

Погода была теплой и по-летнему жаркой. И даже наступление ночи, никак не убавило этой жары.

Катя управилась с делами, накормила детей и уложила их спать. А сама присела на диван и принялась читать им книжку.

Все окна и двери в доме были нараспашку, чтобы хоть как-то проветрить комнаты и сбить ту жару, что накопилась от долгого и знойного дня.

Малыши внимательно слушали сказку, глядя на мамку осоловевшими глазками и, тихонько позевывая, по очереди начали засыпать.

Амелина дождалась, когда уснут все дети, закрыла книгу, медленно встала и вышла на веранду. Там уселась за стол поудобнее, включила свой старенький ноутбук и принялась просматривать нужные темы. Работы хватало, только со временем была большая нехватка. Дети требовали внимания и заботы, и на личные нужды оставалась только ночь.

Но сегодня никак не хотелось работать. Глаза слипались от усталости. И засидевшись допоздна в очередной раз, с трудом, но Катя доделала свою работу.

Из сада тянуло свежескошенной травой и запахом спелых ранних яблок.

Катерина любила это время года, когда в саду наливались яблоки и груши. А во дворе кучками цвели георгины, мальва и календула, наполняя воздух своими душистыми ароматами.

Она встала, выключила свет и тут увидела, как у дома напротив кто-то остановился. Чиркнула зажигалка, и она разглядела лицо Буравина. Катя улыбнулась и мгновенно догадалась: «От очередной крали вернулся! А еще клянется в верности»!

А сама прошла и закрыла дверь на ключ, не желая думать о нем, прекрасно понимая, что общего будущего у них точно нет.

Глава 2. Новенький

На следующий день к обеду у дома вновь остановился председательский УАЗик.

Борис Иванович проворно вышел из машины и размашистым шагом направился к ее калитке.

Екатерина Николаевна сидела на веранде за ноутбуком, а завидев начальство, оторвалась от экрана, встала и шагнула ему навстречу.

- Катюш, выручай, - еще от калитки запричитал Соболев. – Свет отключили, столовая не работает, а рабочих кормить надо.

- А я чем могу помочь? – развела она руками и спустилась по ступенькам вниз.

- Покорми своих постояльцев, - принялся уговаривать он и подошел, стал совсем рядом. - Приготовь быстренько что-нибудь, - жалобно смотрел в ее глаза мужчина, веря и надеясь, что она ему не откажет.

- Нет, подождите! Я не могу! – мотнула она отрицательно головой. – У меня дети. А если с опеки нагрянут? А у меня тут сборище мужиков в доме?

- Да, никто не нагрянет! – убеждал ее Борис Иванович. – Приготовь в доме, а накорми их тут, под кленом. Или им все передай, а они у себя поедят.

- А что я им быстренько приготовлю?! – изумилась Амелина и посмотрела на свои наручные часы. – Время почти обед.

- Я там продукты привез. Первое обязательно, а второе на выбор. Можно макароны и сосиски. Или макароны и колбасы отварить. А на третье - чай, кофе. Катенька, это же не сложно? – умолял ее председатель, положа руку себе на грудь.

- И сколько рабочих кушать придут? – решила уточнить она, не желая кормить лишних.

- Только те, что живут в твоем доме.

- Десять человек?

- Ну, - смотрел на нее Соболев с надеждой.

- Хорошо! – соглашалась она. - Только вы мне тоже пообещайте - песка привезти. А то ребятишкам поиграть уже негде, весь песок слежался, как глина стал, лопатой не укапать. Да и все деревенские ребятишки сюда приходят. Не только для моих надо, тут всем пригодится.

- Вот любой каприз! – обрадовался он, поторапливая ее. - Только быстренько готовь уже, а то время двенадцатый час. Сейчас рабочие приедут и меня съедят.

- Несите продукты в дом.

Борис Иванович махнул рукой водителю, и тот мигом вышел из машины. Молодой человек принялся торопливо доставать из салона коробки с продуктами и носить все на веранду. Затем сообщил, что принес все, и удалился.

А Соболев на радостях пообещал:

- Песок будет после обеда!

- Не забудьте! – напомнила ему Амелина и сразу же включилась в работу.

Она поставила на газ сразу четыре кастрюли и вышла на веранду. А сама тут же принялась чистить картошку и овощи, и работа закипела полным ходом. Катя понимала, если варить суп с мясом, то это будет долго. И она решила, что первое будет на скорую руку и с тушенкой, и сразу открыла две банки. Потом порезала колбасу и бросила ее в воду, а заодно почистила от оболочки сосиски и добавила их туда же, прекрасно осознавая, что, возможно, кто-то не любит то или другое.

Вскоре из дома потянуло запахом вкусного обеда.

Женщина решила накормить всех на улице. Под окном у самой веранды стоял большой стол, где они частенько собирались с ребятишками и устраивали игры. Там они вместе читали книги, рисовали, лепили из пластилина и делали поделки на свежем воздухе, чтобы не разводить дома бардака.

Рабочие приехали вовремя. На столе уже стоял салат и порезанный хлеб, а Катя вынесла кастрюлю с супом и принялась разливать его по тарелкам.

- Руки мыть, - почти приказала она водителям, которые толпились вокруг стола. – Рукомойник там. Там же и полотенце с мылом.

- У меня чистые, - показал ей свои мощные ладони Рощин и первым присел к столу.

Остальные рабочие прошли и принялись плескаться у рукомойника. У дома было шумно. А Семенов громко рассказал очередной анекдот:

- Маленький племянник угощает тетушку: «Тетя, скушайте эту конфету». – «Спасибо, милый»! – «Вкусно»? – «Очень». – «Странно, а собака и кошка ее все время выплевывали».

По всему двору пронесся звучный хохот. Но уже тут же все потянулись обратно и так же с шумом расселись за стол.

- Вот это супец! – принялся нахваливать ее стряпню Буравин. – Вот бы мне такую жену, чтобы так вкусно готовила.

А сам не сводил с Катерины глаз, все еще веря и надеясь, что все у них сладится.

- Ты ещё даже не попробовал его! – строго взглянула на него Катя.

- Рощин уплетает за обе щеки, а он как кот, только вкусное любит, - вставил свое слово Михаил. – Любит пеночки слизывать.

Воздух разразился громким хохотом, и все мигом устремили свой взгляд на Николая.

- Правда вкусно! – поведал тот, продолжая доедать первое.

И только новенький сидел молча и словно думал свои думы. Его совсем не интересовало, о чем говорили водители. Будто и не тут он был мыслями, а витал в другом мире - никому неведанном.

Екатерина подала ему тарелку с первым и пожелала:

- Приятного аппетита.

- Спасибо, - только и выговорил Авдеев.

- Вот сметана, вот майонез, - предлагала она на выбор.

- Я возьму, - ответил он, не глядя на нее.

А сам уставился в свою тарелку и принялся медленно есть суп.

- А что у нас на второе? – полюбопытствовал Новиков.

- На второе у нас колбаса отварная с макаронами, – сообщила хозяйка. - Извините, готовить было некогда, все на скорую руку. Можно сосиски. Кто и что любит, говорите. Тут еще салаты. На третье - чай и кофе с булочками из магазина. Сразу признаюсь, печь времени не было.

- Катюш, а пирогов напечешь? – смотрел на нее жалобными глазами Оськин. – Не сейчас, потом. Так пирожков домашних хочется!

- Напеку, - пообещала она и взялась разливать кипяток по бокалам.

Новенький молча съел борщ и так же беззвучно принял от неё тарелку со вторым блюдом.

Все как-то посмотрели на него с сочувствием, но никто не проронил ни слова в его адрес, ни единой насмешки, ни единого упрека.

Высокий и худощавый, с большими выразительными карими глазами, но такими грустными и даже печальными, он сидел и словно ничего не слышал. Будто все, что происходило вокруг, его совсем не касалось и не интересовало. И было видно, что он жил в своём миру и в своих воспоминаниях, таких далеких и не совсем хороших.

Амелина поняла, что, скорее всего, у этого мужчины не все гладко в жизни.

- Катюш, а что ты вечером делаешь? – спросил её Буравин.

- Миш, ты прекрасно знаешь, чем я занимаюсь вечером. Вернется моя банда из садика, и все дела в сторону.

- И как ты с ними справляешься? – вставил свое слово Рощин.

- Они у меня послушные, – похвасталась она. - Там председатель песок пообещал мне привезти. Может, кто напомнит ему? А то ребятишкам совсем негде поиграться. Весь прошлогодний растащили и утоптали.

- Я сам привезу, - вызвался на доброе дело Буравин.

- Ты же сенаж возишь, - напомнила ему Катя.

- Сказал, что привезу, значит привезу! – уверял ее мужчина.

- Только знай, расплачиваться с тобой будет Соболев! - ответила она весело, и все громко засмеялись.

- И в кино с тобой председатель сходит! - уже подкалывал его Семенов.

- А что, он мужик видный! – смеялся Оськин, поглядывая на Михаила.

- Да ладно! - отмахнулся от них Буравин. – Я не за плату, а так, ребятишкам.

- Знаем мы и видим, - улыбался, глядя на него Семенов, - какие ребятишки тебе нравятся!

Амелина улыбнулась, глядя на него. Но все знали, что дальше этого разговора ничего не пойдет. Женщина она была молодая, но серьезная, в обиду себя не давала, по пустякам не растрачивала. Никто из рабочих не мог сказать про нее ни одного худого слова. Ни с кем не замечена, нелюбимого и женатого не приветила, и всем дала понять, что ее сердечко молчит, и в калитку к ней ломиться совсем не стоит.

Шофёры отобедали, встали и начали медленно расходиться из-за стола. Мужчины поблагодарили хозяйку за вкусный обед и дружно отошли в сторону, чтобы посидеть в тенечке под большим и пушистым кленом. Кто-то уселся на лавку. Кто улегся тут же на траву, намереваясь устроить себе перекур с дремотой. Другие курили чуть в стороне, не желая портить воздух другим.

Солнце нещадно палило все живое, и даже в тени было очень жарко.

Катя ушла к себе на веранду и включила вентилятор, намереваясь, хоть как-то охладиться в такой знойный день. Да и после приготовления обеда, дом нагрелся еще больше, и на кухне особенно нечем было дышать.

И только Авдеев остался за столом и принялся медленно собирать за всеми тарелки и ложки.

Катерина вернулась, чтобы убрать за рабочими, и с ходу спросила:

- Что вы делаете?

- Помогу вам, – ответил он сухо и продолжал складывать тарелки в стопочку. - Вы и так устаете. Ребятишек сколько у вас. С ними тоже хлопот много.

- Я с ними совсем не устаю, - попыталась разговорить его Катя. – Мне с ними весело и интересно.

Она начала проворно собирать ложки и вилки и складывать их в таз.

- Все равно, - взглянул на нее мужчина.

- Спасибо, - поблагодарила она и заглянула в его глаза.

Он ничего не ответил, только взял стопку тарелок и понес их к веранде. Там остановился, подождал ее, а хозяйка подошла и попросила:

- Несите всё на кухню и поставьте в раковину.

А сама вошла следом за ним и подсказала, куда именно надо идти.

Авдеев прошел, поставил посуду в раковину, сразу включил воду и принялся ее мыть.

- Я помою, - смотрела на него Катя, пытаясь понять, что он за человек.

- Я люблю мыть посуду, - ответил он, глядя на нее грустным взглядом.

- Хорошо, - согласилась она и вышла из дома.

Женщина вернулась обратно к столу, чтобы забрать кастрюли и убрать остатки еды со стола.

Она протерла тряпкой стол, хотела взять кастрюли, но рядом мигом выросла высокая фигура Буравина. Он вызвался помочь отнести все в дом, ничего не сказал, а только подхватил все кастрюли разом и пошел по ступенькам наверх.

- Ревнует! – усмехнулся Рощин. – Катерина, смотри, а то Сашку сейчас не поздоровится! – в шутку предупредил ее мужчина.

Она понимала, что Михаил еще тот ревнивец, но не думала, что он способен на такое. Но все же поспешила в дом, чтобы избежать любого рода конфликта.

Буравин встретил ее на веранде и сразу спросил:

- Что он там делает?

- Посуду моет, - ответила она и прошла мимо него.

Затем остановилась и ждала, что он скажет еще.

- Сам или ты попросила? – смотрел он на нее серьезным взглядом.

- Сам. А что? – поинтересовалась она.

- Да, он какой-то непонятный, - зашептал совсем тихо Михаил. - Соболев шепнул нам, что у него недавно вся семья погибла. Двое детей и жена. Он хотел того… Ну, в общем, ты поняла.

- Какой кошмар! - ужаснулась тихим голосом Катя и застыла с широко раскрытыми глазами.

- Ты только не говори ему ничего.

- Хорошо.

- А песок я тебе привезу сегодня.

- Миш, давай оставим все как есть, - сменила тему Амелина, намереваясь расставить все точки до конца.

- Нравишься ты мне, - смотрел он на нее с любовью.

- Миш, я не люблю тебя, и ты это знаешь. И хватит при всех назначать мне свидания. Я ведь могу обидеться или сказать что-то невпопад. И поверь, я могу!

- Кать, я привезу песок, а про свидание мы поговорим потом. Без свидетелей.

Он повернулся такой большой и красивый и сразу побежал вниз по ступенькам, намереваясь присоединиться к другим водителям.

- Чё он там? – услышала она с улицы голос Рощина.

- Посуду моет, - пояснил всем Михаил.

- Сам взялся? – удивился Семенов.

- Вроде бы сам.

Амелина немного постояла и отправилась в дом, чтобы посмотреть, чем занят ее помощник.

Авдеев перемыл все тарелки и домывал бокалы. Он поставил все вверх дном, отключил воду, вытер руки о полотенце, затем повернулся и сказал:

- Все.

- Спасибо вам, Саша. Мне приятно. Все одна и одна, а тут на кухне палочка-выручалочка появилась, - принялась благодарить его Катя.

- Обращайтесь, если что.

- А можно?

- Можно, - ответил он, и на его лице мелькнула чуть заметная грустная улыбка.

- Но потом, чур, не отказываться! - напомнила она и погрозилась на него своим изящным пальчиком.

Александр натянуто и нерадостно улыбнулся и пообещал:

- После работы помогу, чем смогу.

- Спасибо, я обязательно к вам обращусь.

- Можно на «ты», - предложил он.

- Хорошо, давай сразу на «ты». Так даже легче, - согласилась она.

Мужчина повернулся и отправился на улицу, а следом за ним пошла и хозяйка, намереваясь проводить своего помощника.

Водители все разошлись. И только Буравин курил под кленом, видимо, не желая доверять свою любимую женщину незнакомому ему водителю.

Завидев его, Авдеев тихо сказал:

- А у тебя надежный охранник.

Катерина бросила взгляд в сторону Михаила и с улыбкой ответила:

- Пусть охраняет. Зато никто не обидит и не пристанет.

Саша молча сошел вниз по ступенькам и так же тихо направился по тропинке к калитке. Он уверенным шагом прошел мимо Буравина. А тот косо посмотрел ему вслед и перевел взгляд на Екатерину. Затем выбросил окурок себе под ноги, мигом затушил его и заторопился к своей машине, что стояла в стороне у обочины.

Катя понаблюдала за мужчинами, легонько вздохнула и принялась убирать на веранде. В доме должно быть чисто и всегда убрано. В любой момент могут приехать с опеки, чтобы проконтролировать ее и убедиться, что детям здесь живется хорошо и комфортно.

Ближе к вечеру к дому подъехала машина, груженая песком. За рулем сидел Буравин. КамАЗ был явно не его, но Катя оценила старания прикомандированного и встретила мужчину с улыбкой.

Он въехал во двор, сдал задом прямо к изгороди, где раньше была песочница, там ссыпал все содержимое кузова на землю и резко отъехал вперед. А сам принялся медленно опускать кузов на место. Потом выпрыгнул из кабины и уверенной походкой подошел к хозяйке.

- Вот, как и обещал, принимай, - замер рядом с ней Михаил.

- Ты с председателем согласовал или так привез? – строго взглянула на него Катя.

- Обижаешь! – развел руками Буравин. - В разгар уборочной попробуй, увильни у него налево!

- Ты меня не обманываешь сейчас? – рассматривала его женщина, пытаясь понять, ворованный песок или честно добытый.

- Да, не обманываю я! – уверял ее Михаил. – Поговорил с ним, предложил свои услуги, а он рад был, что ему мороки меньше.

- Тогда спасибо.

- И все?! – развел он своими крепкими руками, ожидая большего.

- Пироги пеку, попозже угощу, - пообещала она.

- И все?! – недоумевал он, напрашиваясь на похвалы.

Она повернулась и пошла к калитке. Там остановилась, оглянулась и уверенно выдала:

- Миш, езжай, а то и пирогов не получишь.

- Тогда я сейчас песок заберу обратно, - по-ребячески надул он губы, чем напрочь рассмешил многодетную мамочку.

- Лопату принести? – смотрела на него с улыбкой Катя.

- Зачем?

- Песок чем грузить будешь? – улыбалась она, пряча свое лицо от солнца.

Он стал к ней ближе и тихо сказал:

- Кать, может, хватит нам ходить вокруг да около? Не дети уже. Хочется серьезных отношений.

- А какие у тебя отношения с Лилькой Петруниной? – задала она вопрос, чем напрочь стушевала мужчину.

А сама наблюдала за ним, прищурив свои умные глазки, и видела, понимала, что попала в точку.

- Что? Какой Петруниной?! - растерялся он, прекрасно зная, что в деревне ничего не скроешь, и все уже знают про его похождения к этой безбашенной девчонке.

- Всё, давай больше не будем заводить разговоров на эту тему. Я не могу встречаться с тобой. Ты уедешь потом, а мне тут жить.

- Я останусь. Ради тебя останусь здесь и навсегда! - сыпал он обещания.

- Ага, и будешь к Лильке бегать? Или, того хуже, она придет бить мне окна. А еще встретит где-нибудь и кинется мне волосы драть.

- Да врут же всё! – попытался переубедить ее Михаил. - Вот бабы! Вот языки! Как помело! – негодовал он, осознавая, что прокололся, и теперь авторитет его подмочен.

- Спасибо за песок, - поблагодарила его Катя и поспешила в дом, намереваясь заняться пирогами.

Буравин видел, что Екатерина слишком серьезная для него, но хороша собой, и он успел полюбить ее по-настоящему. Он потоптался на месте, и ему ничего не оставалось, как удалиться и вернуться к рабочим будням.

Амелина напекла пирогов и отправилась за ребятишками в садик. Она привела малышню к дому, и первым делом детвора бросилась к свежему песку.

- Мама, вау! – кричал ей уже с кучи Никита. – Столько песка!

За ним карабкались наверх другие дети. Визжа и толкаясь, увязая в песке по колена, они стремительно ползли вверх за старшим братом. И только Геля стояла рядом с ней и смотрела на то, как радовались ее братики и сестренка большой куче сырого песка.

- А что ты стоишь? – присела перед ней на корточки мать. – Ты хочешь поиграть в песке?

- Да, - обрадовалась малышка.

- Тогда идем, - взяла она дочку за руку и встала.

Они вдвоем подошли к песку, Екатерина скинула шлепанцы, потом сняла босоножки с Ангелины и начала помогать девочке забраться на кучу.

Увязая в этом холодном и влажном месиве, они вдвоем поднялись наверх, там повернулись, и Катя весело сказала:

- Ура! У нас есть чистый песок!

Они постояли так немного, затем спустились вниз и принялись разгребать песок совочком, насыпая его в формочки. А сами дружно лепили куличики, складывали их рядышком.

Геля указала пальчиком вверх и тихо сказала:

- Кита.

- К Никите хочешь? – поняла ее мать.

Та кивнула головкой и вновь ответила:

- Дя.

- Нет, тебе туда не надо. Они уже большие, а ты маленькая еще. Играй здесь, а я помогу тебе лепить куличики. Смотри, сколько мы их уже сделали. Вот блинчики, вот пирожки, вот салаты, вот… Что это такое?

- Макаоны.

- Макароны! - поддержала ее Катя. – А что мы еще с тобой приготовим?

- Кашу.

- Манную? – заглянула она в глазки к дочке.

- Дя, - весело соглашалась малышка и похлопала в ладоши.

Катя очень красиво и правильно обустроила детскую площадку. Она огородила ее разноцветным заборчиком, чтобы дети никуда от неё не убежали. Здесь было сразу трое качелей, чтобы ребятишки не ссорились из-за нехватки мест. Она отделила просторное место для игр, а рядом стояла шведская стенка и куча разных канатов, чтобы дети могли тренировать свои мышцы. Чуть в стороне мамочка установила баскетбольную сетку, чтобы мальчишки прыгали вверх, забивая мячи, и прибавляли в росте. В другой стороне она поставила яркий деревянный домик, где было место для игры девочкам. Они играли там в сестер милосердия, раскладывали свои куклы и делали им уколы. Все эти строения заботливая мама раскрасила в яркие разноцветные цвета, чтобы все знали, что именно здесь находится их детская площадка – просторная, безопасная и привлекательная.

На их спортивный уголок приходили полюбоваться не только соседи, но и жители всего села. А ребятишки никак не хотели уходить от их любимой Екатерины Николаевны, и у дома молодого педагога всегда было много детишек, а еще шумно и весело.

Дружное семейство долго игралось в песке. Дети визжали, кричали, все были грязные, но довольные и счастливые.

Мария Ивановна привела с луга козу и отвела ее в хлев. Она тут же подоила ее и отнесла молоко в дом. Мазина вытерла руки о подол своего фартука и подошла к ним.

- Ох и благодать! – качала она головой, глядя на то, как малыши дружно утаптывали свежий песок.

- А я пирогов напекла. Хотите? – предложила ей Катя.

- И когда ты всё успела? – удивилась соседка.

А сама смотрела на ребятишек и понимала, вот оно счастье, вот он её стимул для жизни и радости.

Вскоре начали возвращаться с поля рабочие. А видя всю дружную семейку у песка, мужчины не смогли пройти мимо. Они по очереди подошли к ним, стали рядом и наблюдали, как на холодном и мокром песке весело резвилась ребятня. А сами очень скучали по своим детям и семьям, потому что они были так далеко от них - в разных городах и селениях.

- Вот это блаженство! - с улыбкой посмотрел на Катю Рощин. – Чумазые, но довольные!

- Катюш, а пирожки будут? – с ходу полюбопытствовал Семёнов.

- Напекла, - обрадовала она мужчину. - А вас покормили вечером? Света полдня не было.

- Да, дали по котлете и по компоту, - ответил ей досадливо Иван.

- Не ври, там еще картошка была, - вставил свое слово Новиков.

- Ой, что там той картошки-то было?! – возмутился он, недовольный своим ужином.

- Целая порция! – напомнил ему Сергей. – И две котлеты. Заметь, не одна, а две!

- Это ты в своей тарелке считал! А у меня меньше было, - стоял на своём Семёнов.

- Это все потому, что кто-то много ест! – пояснил ему Новиков голосом Винни Пуха.

Все засмеялись и взглянули на Ивана. Было видно, что он обиделся на их шутку, но ничего не ответил, прекрасно понимая, что мужики подобрались веселые и за словом в карман не полезут.

- Не спорьте, я сейчас принесу пирожки, - пообещала Катя и заспешила в дом.

Уже на ступеньках оглянулась и спросила:

- И чай нести?

- Если можно, - смотрел на нее довольно Рощин.

Она уже знала, что этот приятный на внешность мужчина очень любил поесть. Он сам не раз рассказывал, как вкусно готовит у него жена, и как он любит есть ее стряпню.

Катя принесла чайник, а на подносе держала кружки, сахарницу и ложки. Потом вновь ушла и уже несла перед собой поднос с пирожками. Она водрузила его на стол и пожелала:

- Приятного аппетита.

- А мы сегодня поле убрали, - начал рассказывать Сергей. – И решили, что на другое завтра переедем. А то, пока перевезем всю технику, уже ночь будет. Вот и освободились пораньше.

- Угощайтесь, - сказала она и подала салфетки.

- Мы заплатим, - смотрел на нее мужчина.

- Еще чего! – возразила Амелина. - Даже не думайте. Вы мне и так помогаете. Вон, весь сад обкосили, песок привезли, все заборы починили. Ешьте на здоровье.

- Спасибочки! – потер рука об руку Рощин и принялся наливать себе чаю. – Муки тебе завтра привезу. Десять упаковок. Не люблю объедать, да еще многодетную и одинокую мамочку.

- Хорошо, муки привезите, - согласилась она. - И не потому, что мне ее не хватает, а просто она тяжелая. И мука идет в лет. То пирогов напеку, то блинчиков, то оладушек. То торты затею, там тоже муки много уходит. Хлебушек свой пеку.

- Заметано! – пообещал он.

Катя отошла от них и позвала ребятишек:

- Дети, идемте домой - мыться и спать.

- Ну, мама! – запротестовал сразу Никита. – Ну, еще немного!

- Так, Никит, ты старший, а подаешь не очень хороший пример остальным. Что такое? – стала совсем строгой женщина. – Завтра в садик никто не встанет.

- Ну, мама! Ну, еще чуть-чуть! – умолял ее мальчик.

- Песок никуда от вас теперь не денется. Он останется тут у нас навсегда. Так что, завтра наиграетесь.

Делать нечего, и все дети нехотя сползли с кучи песка вниз. Там отряхнулись и медленно побрели в дом.

Катя проводила ребятишек, но уже совсем скоро вынесла еще чашку с пирожками и протянула ее Рощину.

- С собой возьмите, в доме поедите, - сказала она. – А чашку потом вернете.