Небо Империи. Пилот "Валькирии"

Кира привела себя в порядок и заговорила: – Недавно отец сказал, что на этот сезон иранских товаров у нас в продаже не будет. Все местные контрабандисты, с кем он работает, отказались — слишком велик риск. Отец ведёт дела осторожно и не хочет связываться с непроверенными людьми. А мне очень нужно, чтобы в этом квартале мои магазины показали хорошую прибыль! Тогда меня отправят в Санкт-Петербург учиться и сделают помощницей руководителя в нашем представительстве. Ты ведь тоже туда собираешься, в свою Академию, верно?

– Да...

– Ну вот! – Кира шмыгнула носом. – Мы тогда сможем видеться, и я решила рискнуть. Взяла без спроса деньги и оплатила груз. С турками связи давно налажены, я им уже заказы делала, они меня знают. Закупить в Иране товар и морем доставить к нашему берегу — ничего сложного. Но из-за усердия пограничников и таможни местные перевозчики попрятались и боятся выходить в море. Я нашла одного рискового, который согласился. Ему деньги очень нужны были, чтобы отца из кутузки выкупить. А два дня назад его посудину прямо в море с поличным прихватил патрульный катер.

Она вздохнула, и обречённо продолжила: – Вот и всё: через несколько дней турки привезут товар, а забирать его — некому! Они ночь проболтаются в нейтральных водах и уйдут обратно. Деньги за товар не возвращаются. Когда родители узнают — мне конец! После такого провала, в лучшем случае, доверят на самом вонючем базаре мелочь за туалет собирать...

– И сколько же ты денег потеряешь?

– Почти пятнадцать тысяч…

Я от услышанного впал в ступор и молча покосился на подругу. Чтобы пойти на такую авантюру, нужно иметь стальные «Фаберже» или пустую тыкву вместо головы.

– Ты из-за меня это сделала? – Кира отвела взгляд, поэтому я пригрозил: – Отвечай честно, иначе сразу откажусь!

– Ну... не только из-за тебя. Это часть плана.

– Что за план, рассказывай!

– Мой жизненный план… Фил! Ты мне поможешь или нет?

Я крепко задумался: теперь всё выглядит иначе. Киру стало откровенно жалко – девчонка сморозила редкостную глупость. С такой склонностью к авантюрам если не возьмётся за ум, в торговом деле она долго не продержится – пустит по ветру весь семейный капитал.

Подозреваю, для их семейства это не критичная сумма, но и не мелочь, чтобы доченька «училась, набивая шишки». Неприятности её ждут неиллюзорные. А главное: девушка обратилась ко мне за помощью. Это меняет весь расклад.

Несмотря на наш перманентный флирт, я прежде всего вижу в ней друга, что бы она там себе не воображала. И отказать девушке в помощи для меня — неприемлемо. Так же как моему дяде, неприемлемо согласиться участвовать в подобном. Такой вот мировоззренческий парадокс.

– Да, я помогу тебе, но в первый и последний раз! Больше я контрабасом заниматься не буду.

Кира аж запрыгала на стуле, бросилась благодарить и обниматься. Потом мы вышли из кафе, решили пройтись по набережной. Обсуждали будущий полёт, щурясь от мягкого, весеннего солнца. Погода стояла прекрасная, с моря тянул лёгкий бриз, гуляющих вокруг не слишком много – сезон пока не начался.

Вдруг я заметил очередь на ступенях недавно открытого заведения. Над входом красовалась огромная вывеска: Кафе «Демонический краб». Здоровенный красный, покрытый шипами краб, держащий в клешнях доску с названием. Ниже притулилась строчка помельче: «черноморские деликатесы».

Это показалось странным. Уж всяких заведений тут полным-полно, но специализирующихся на Демонических животных – нет. Теперь ясно, с чего вдруг очередь – экзотика! Отдыхающие такое любят.

Декры (так сокращённо называют этих короткохвостых раков) массово расплодились в Чёрном море и оказались необычайно вкусны. Но ловить их в товарных объёмах сложно, тем более на целую сеть таких вот кафе.

Декры и прочие твари появились на Земле лет триста назад, когда в этот мир пришла Магия. Из тысяч блуждающих порталов (разломов) хлынули волны неведомых доселе Энергий.

Магия явилась не в одиночестве, словно непрошеная бродяжка, а как гордая, могущественная королева с огромной свитой. Вместе с ней мир наполнился разными тварями – от милых, безобидных и даже полезных, до истинно жутких, кровавых Демонов преисподней.

Большинство разломов со временем схлопнулись, а новые открываются теперь гораздо реже. Но всё равно есть сотни незакрытых, разного уровня опасности разбросанных по всему миру. С ними человечество ведёт постоянную и тяжёлую борьбу – жуткие твари могут появиться оттуда в любой момент.

Кира тоже взглянула на вывеску и дёрнула меня за рукав.

– Ой, смотри! Это заведение скоро станет самым модным! Сюда непросто попасть. Один из учредителей – господин Ахримади – знакомый моего папеньки. Он мне золотую VIP карту подарил. Вход в любое время и без очереди. Я уже дважды посещала – дорого, конечно, но очень вкусно.

Взгляд Киры стал покровительственным, она критически осмотрела меня.

– Хочешь, я тебя проведу? Попробуешь деликатесов.

– Спасибо, обойдусь.

– Я угощаю, не волнуйся! Без меня тебя даже понюхать не пустят, так что лови момент, пока я добрая. – Она со смешком ткнула меня в бок локтем.

– Не хочу, иди сама нюхай!

– Фу, какой ты душный…

– У нас дела есть, потом развлекаться будем! Нужно план полёта продумать, чтобы никакая случайность не помешала.

Мы под ручку продефилировали мимо модного заведения дальше по набережной.

***

Мои воспоминания внезапно прервала Кира. Нарушив тишину ночного полёта, она что-то возмущённо чирикнула. Я не расслышал, погружённый в свои мысли, и вопросительно уставился на неё.

От скуки девушка нашла в кабине газету и лениво перелистывала страницы, в основном обращая внимание на фото и заголовки. Обнаружила интересную статью и прочитала вслух заголовок: «На полуострове пропадают люди».

В статье сообщалось, что за два последних месяца пропали восемь человек. В основном приезжие — местный лишь один. Ни трупов, ни каких-либо улик у полиции не имеется.

Люди просто бесследно исчезают. О троих приезжих сообщили хозяева гостиниц — постояльцы пропали, оставив в номерах вещи. А ещё о четверых стало известно лишь потому, что их здесь ожидали друзья или родственники.

В поездах, дирижаблях их видели, а выйдя из вокзала или воздушного порта, несчастные бесследно пропадали, не доезжая до места назначения. Удивительно и то, что в трёх случаях находили их вещи — преступники не мелочились, забрали только деньги и самое ценное.

– Ужас просто... – выдохнула Кира. – Наверно, банда грабителей какая-то завелась? А вдруг это маньяк людей губит?

– Не думаю. Зачем они тогда от барахла избавляются? На отдых люди едут с красивыми, дорогими вещами, их продать можно. Не похоже на грабителей, да и на маньяка тоже. Боюсь, тут дело куда хуже.

– Хуже?! Как это? Фил, что значит — хуже?!

– Скорее всего – это верхушка айсберга, лишь малая часть, а пропавших намного больше. – Мрачно сказал я.

– Почему ты так решил?

– Сама смотри: хозяевам официальных гостиниц, нет смысла скрывать пропажу клиентов. Наоборот. Сообщили, а дальше проблема полиции. Найдут – хорошо, не найдут – ещё лучше. Прибыль даже растёт, если пропавшие вперёд заплатили. Оплаченный номер освободился раньше, новый клиент въехал. Понятно?

Девушка в крайней задумчивости покивала головой, соглашаясь, а я продолжил: – А теперь прикинь: сколько приезжих снимают всякие комнаты, квартирки, флигельки и прочие сарайчики? Их хозяева работают втёмную, налогов не платят. Они ничего полиции сообщать не станут. Выждут время, вещи выкинут или скупщику отнесут и концы в воду.

Кира смотрела на меня круглыми, как у полярной совы, глазами. Кажется: дай в руки тетрадку – записывать начнёт.

– Это не всё! Подумай вот о чём: выявлены только те случаи, где о приезжих знали и ожидали их. Потому и шум подняли, когда их друзья-родственники не появились вовремя. И последний вопрос: если человек приехал один или вдвоём, и их тут никто не встречает. Как скоро пропавших хватятся?

– Только когда они не вернуться домой, – ошарашенно ответила девушка. – так это же... очень долго может быть...

– Умница! Тут видна определённая схема: выбирают тех, кого долго не начнут искать. Ведь с каждым днём шансов меньше. А потом и вовсе — докажи сперва, что пропавший до Крыма вообще доехал. Вдруг он по дороге где-то потерялся.

– Филип, иногда я поражаюсь! Ты младше меня, но порой говоришь и рассуждаешь так, будто старше моего отца и дяди Константина. Причём с самого детства! – Она прищурилась и ткнула в меня пальчиком, будто поймала на месте преступления. – Откуда у тебя такие знания?

«Ну вот, довыёживался… Меньше надо умничать, теперь придётся отшучиваться».

– Ты старше-то всего на пару месяцев, мы оба совершеннолетние. – От таких вопросов стало как-то неуютно, но раскрывать своё иномирное происхождение я не собираюсь. – Кира! Нельзя желать от жизни всего и сразу. Тебе досталась красота, мне – ум. Всё справедливо! А это – простой анализ информации из разных источников. Нужно собрать цельную картинку из отдельных фактов. Если попрактикуешься – делать тоже самое будет несложно. Я же провёл всю логическую цепочку у тебя на глазах.

Во взгляде Киры сквозило сомнение, но любопытство пересилило: – Так, кто же тогда убивает людей? И зачем?

– Откуда же я знаю? Может, их и не убивают вовсе, а живыми куда-то отправляют?

– А куда и зачем? – она смотрела на меня как на фокусника, собравшегося вытащить кролика из шляпы.

– За границу на органы, а может, в рабство: мужиков на каменоломни, красивых женщин в бордель, некрасивых в ваши магазины кассиршами... Кира! Отстань, не знаю я!

– Сумароков, ты придурок! – после небольшого замешательства воскликнула моя подружка. – Иди ты, знаешь куда?

Отбросила в сторону газету и раздражённо пробурчала: – «Одни пишут всякий бред, а второй мелет, чёрте-что!»

Молча отвернулась и уставилась в темноту за бортом.

Глава 3

Глава 3 Ужас посреди моря

Я обрадовался наступившей тишине, взял курс на побережье и дальше за двенадцатимильную зону в международные воды. Где-то там в обозначенном координатами месте нас будет ждать турецкая посудина. Старенький парусник или небольшой чумазый пароход с коптящей чёрным дымом трубой и пятнами ржавчины.

Прибрежную зону прошли без проблем, поднявшись выше трёх тысяч метров. Вблизи нейтральных вод я проверил работу бортового радара, а он у нас отличный, с хорошей чувствительностью и зоной покрытия.

Благо что дядюшка, когда выкупал того списанного, потрёпанного «Стрижа», превратившегося теперь в нашу прекрасную «Валькирию», приобрёл кучу оборудования.

Посадил Киру следить за прибором и направил дирижабль к месту встречи. Минуты шли, но радар словно уснул — никакой активности. Решил изменить курс: пройти параллельно побережью, расширить зону поисков. Снова напрасно. Холодком по спине заструились нехорошие предчувствия. Ещё раз проверил координаты — ошибки нет.

«Где же они? Не должны турки обмануть. Может, с курса сбились, опоздали? И что теперь? Плюнуть и возвращаться? Нет, нужно дальше искать и быстро — время уходит».

Кира уже начала беспокойно ёрзать, поглядывая на меня, как вдруг на маленьком экране мелькнула точка и раздался негромкий, короткий писк. Отметка находилась на самой границе чувствительности прибора и, конечно, не давала стопроцентной гарантии. Но хоть что-то! Даже слабая надежда, всяко лучше уверенной, стопроцентной безнадёги.

Вздохнул с облегчением и направил летающую машину туда. Через полчаса мы имели чёткие координаты. Но даже опустившись ниже трёхсот метров, не смогли ничего рассмотреть и в самую хорошую оптику. Внизу по-прежнему разливалась непроглядная, пугающая тьма.

На наше счастье, море было спокойно, но ощущение бесконечной холодной бездны под нами не добавляло уверенности и бодрости духа.

Судя по радару, судно совсем рядом, но светомаскировка и тьма внизу скрывают его очертания. Невозможно визуально определить, где оно, и понять — его ли мы ищем или это какой-нибудь заплутавший рыбак.

Опустившись до ста метров, я, носовым прожектором, передал условный сигнал: Та, та-та, та-та — длинный, два коротких, два коротких. Пятна света, яркими вспышками падали на тёмную воду и тут же исчезали.

Потянулись бесконечно долгие секунды, и наконец внизу, почти под нами, замигал светлячок. Та-та-та, та, та-та-та.

«Да, всё, как и оговорено: три коротких, длинный, три коротких. Точно они!!»

Вскоре на посудине внизу включили всю возможную иллюминацию — теперь нет смысла прятаться, дальше нужно действовать быстро.

На удивление погрузка прошла без сучка и задоринки, словно мы так делали уже не раз. Видимо, там внизу оказались на редкость сообразительные люди, с растущими из подходящего места конечностями.

Они ловко поймали скинутые причальные канаты и закрепили по бортам судна таким образом, что приёмный люк гондолы оказался точно над кормой, где хранится аккуратно упакованный груз.

Высота около шести метров никакой сложности не представляла: я уверенно управлялся с ручной талью, а Кира оттаскивала и складывала поднятые тюки. Всего уложились в двенадцать подъёмов. Наконец, Кира что-то прокричала вниз, в ответ раздались довольные смешки и возгласы: — «якши!»

Причальные тросы отпустили, дирижабль начал медленный подъём, которому я тут же придал ускорение своим Даром.

Мышцы приятно ныли — на быстротечной погрузке я немного устал, но остался доволен. Главное: мы сделали дело! Теперь осталось только не натворить глупостей и довести его до конца. В таком настроении я развернул «Валькирию» и воздушное судно легло на обратный курс.

Мы уже летели над территориальными водами, ещё чуть-чуть и на востоке заалеет тоненький край неба. Кира тихонько дремала, а я задумчиво поглядывал на приборную панель.

Вдруг показалось, что внизу слева загорелся огонёк. Скорее всего, это включили свет на чьей-нибудь частной яхте, или рыбаки затемно вышли в море, чтобы не проспать хороший улов.

Из любопытства присмотрелся получше, но что-то показалось мне странным. Достал из ящика мощный морской бинокль и решил подойти поближе.

Мои манипуляции разбудили Киру. Девушка тоже взяла бинокль и стала смотреть вниз.

– Что там такое? – Она пыталась рассмотреть, но было ещё далеко, – странный кораблик... он какие-то коробки везёт, или сетки кроватные?

Я опустил дирижабль немного ниже и взял второй бинокль.

– Нет, это не коробки, это… ловушки для крабов, – понял я, увидев штабеля краболовок, наваленных, где только возможно.

– А вон там, на корме... – Кира навела резкость и вдруг осеклась. – Господи, это... это... – Она вскочила и бросилась вон из кабины. За тонкой перегородкой крошечного санузла раздались характерные звуки — девушку рвало.

Я, наконец, разглядел, что вызвало такую реакцию, и честно говоря, едва не составил ей компанию.

На корме стояла большая, потемневшая от крови колода. Здоровый косматый рыжий детина в грязном непромокаемом комбинезоне орудовал огромным мясницким топором. Но разделывал он не свинью или корову, а голое человеческое тело.

Такими умелыми, привычными движениями, какими мясники на рынке обрабатывают свиные туши, он отделял конечности от тела, шинковал их на небольшие, ровные части и сбрасывал в стоящее неподалёку большое корыто.

Когда оно наполнилось, подошёл другой мужик, поменьше. Седой, с короткой стрижкой «ёжик», с парой замызганных, окровавленных вёдер и прямо голыми руками нагребал в них эту чудовищную нарезку. Двинулся вдоль рядов клеток и в каждую забрасывал по несколько пригоршней.

«Твою мать! Это же приманка! – от ужаса у меня зашевелились волосы. Они ловят крабов на человеческий фарш!»

В этот миг один поднял голову в небо и начал что-то кричать второму, тыча пальцем в нас. Тот воткнул свой окровавленный топор в колоду и тоже уставился наверх.

Я как ошпаренный кинулся к пилотскому креслу, активировал Дар на полную катушку и с силой потянул штурвал на себя.

«Нет-нет-нет! Вы нас не видите, не видите!» – мысленно взмолился я, глядя на тех двоих на корме, таращащихся в нашу сторону.

И тут внутри словно что-то треснуло, как будто Магический Дар не выдержал напряжения. Но не выгорел, как обычно происходит в таких случаях – нет! Похоже, в нём сломалась невидимая преграда, открылся ещё один исток, и Сила начала убывать с удвоенной скоростью.

Набор высоты вышел таким стремительным, что у нас с Кирой заложило уши. Она уже вернулась в кресло и смотрела на меня с совершенно потерянным видом.

Я остановил подъём – высоту набрали вполне достаточную. Почувствовал головокружение, слабость и лёгкую тошноту. С тревогой прислушался к новым ощущениям, гадая: что со мной произошло и как оно аукнется в будущем?

Последнему дураку известно: с Магическим Даром шутки плохи. Спросите у тех несчастных, которых находили мёртвыми, с вытекшими глазами и гримасой дикой боли.

С этими мыслями настолько погрузился в себя, даже не сразу услышал требовательный голос Киры:

– Фил… Филип! Что ты там бормочешь?

– А? – поднял рассеянный взгляд.

– Ну вот это:

Я тучка, тучка, тучка,

Я вовсе не медведь!

Ах, как приятно тучке

По небу лететь… Это что? Песенка? – Девушка пристально уставилась удивлённым взглядом больших, зелёных глаз.

– А… да так, забудь. Реакция на стресс. – Не найдя понимания в её глазах, пояснил: – Когда волнуюсь, напеваю что-нибудь, успокаивает нервы.

Она обескураженно покачала головой. – Я иногда думаю: ты вообще нормальный человек? А может психопат?

– Ну что ты выдумываешь, Кира?

– Увидеть такое… такой ужас… Я теперь неделю спать не смогу, а он песенки дурацкие распевает!

– Каждый борется с потрясением по-своему. Кто-то орёт: «караул!» и по потолку бегает, ты сон теряешь, а я вот – песенки напеваю.

Она хмуро глянула, но комментировать не стала, задала другой вопрос:

– Они нас заметили?

– Думаю, что нет, – соврал я, пытаясь успокоить девушку, – было темно и довольно далеко. Может, звук двигателей или винтов услышали.

– Фил, мне страшно… Что будем делать?

– Ну, сначала закончим начатое, а потом… не знаю, нужно подумать.

– Господи, господи… они людей на корм всяким гадам пускают! – горячо зашептала Кира. – Такое нельзя оставлять безнаказанным, Фил! Они же убийцы и сами не остановятся, это же целый бизнес, огромные деньги! Нужно сообщить полиции.

– Всё не так просто, малыш… – я обнял её, прижал к груди и осторожно погладил по волосам. – У нас нет никаких доказательств. Одно только описание этой лоханки толку не даст. И ещё: нам придётся объяснять властям, почему мы оказались там.

– И что теперь? Притворимся, будто всего этого ужаса не видели? – она вывернулась из моих объятий, взгляд девушки пылал возмущением.

– Нет, малыш, конечно, нет. Но сообщать ничего никому не станем, сначала попробуем выяснить всё сами.

– Сами? Как настоящие детективы? – В голосе прозвучал восторг и заинтересованность.

«Ну как ребёнок, честное слово, – улыбнулся, глядя на подругу. – Хотя уже совершеннолетняя, с недавних пор».

– Да, Кира, как самые настоящие детективы. Но я тебя умоляю: никому ни слова и без глупой самодеятельности, хорошо?

– Я не маленькая и понимаю, насколько это опасно! – сердито огрызнулась она. – Думаешь, мне сильно хочется лежать по кускам, в тех клетках?

– Хорошо, что ты всё понимаешь. Давай сперва решим вопрос с нашим грузом, а об остальном подумаем уже завтра. Слона нужно кушать по кусочку, а проблемы решать – по мере поступления.

Дальше до самой точки разгрузки летели в полном молчании, старательно делая вид, что ничего страшного не произошло. Но атмосферу тревоги и беспокойства, как тягучий кисель, заполнившую всю кабину, мы оба чувствовали собственной кожей. И подавленный вид Киры лишь подтверждал моё ощущение.

Я украдкой смотрел на неё, а сам ломал голову: заметили они что-нибудь в предрассветном небе? Если да, то смогут ли опознать дирижабль? Предчувствия в душе разрастались самые неприятные.

Солнце ещё не коснулось края небес, лишь слегка посеребрило горизонт на востоке. На пыльной дороге где-то посреди крымской степи лёгкий ветерок лениво поднимал облачка жёлтой пыли. Мы опустили драгоценные тюки, а два молодых человека быстро перетаскали их в кузов небольшого грузовичка марки «Форд», с брезентовым тентом, выцветшим под жарким южным солнцем.

Один – высокий, со щегольскими усиками, в кожаной куртке, шофёрской кепке и хромовых сапогах с видом бывалого авто энтузиаста принялся крутить кривой стартер. Второго – худого блондина в очках и клетчатом пиджаке окликнула Кира:

– Алексей! Товар отвезите в шестой склад, передайте Наталье Петровне, она в курсе! – Девушка высунулась из люка и показала обоим работникам кулачок. – И чтоб никому ни слова, ясно!

– Да-да, Кира Григорьевна! – закивал головой очкастый ботаник. – Мы всё сделаем и сохраним конфиденциальность, не беспокойтесь!

Автомобиль чихнул и затарахтел бензиновым двигателем мощностью аж в двадцать лошадиных сил, а мы уже набирали высоту, торопясь как можно скорее добраться до ангара. Времени почти не осталось – горизонт на востоке начинает светлеть. Ещё чуть-чуть и дирижабль будет отлично виден в утреннем небе.

Успели как раз вовремя. К счастью, Кира летала со мной не впервые и неплохо управлялась с причальной системой. Мы работали быстро и слаженно как опытная команда.

Я подвёл «Валькирию» в нужную точку, она ловко закрепила канаты фиксаторами. Оставалось лишь отбуксировать дирижабль в ангар и закрыть ворота. Много времени это не заняло. Убегая с лётного поля, успел заглянуть к сторожу – дед так и продолжал кемарить, неся свою «нелёгкую» службу.

Мы со всех ног припустили к усадьбе – успеть разбежаться по комнатам и хоть немного поспать. Вот-вот проснётся прислуга и примется за работу: мести двор, наводить порядок в помещениях, греметь посудой на кухне. Незачем им нас видеть в такое время, тем более вместе.

Несмотря на всё пережитое за ночь, ощущается душевный подъём: мы сделали опасное дело и не попались! То, что впереди маячат куда большие проблемы, сейчас воспринимается как нечто далёкое и нереальное.

Около лестницы я молча помахал рукой Кире и, лёгким шагом взбежал на второй этаж, в свои покои. Быстро разделся, рухнул на кровать и закрыл глаза. Бесполезно. Сна не обнаружилось ни в одном из них.

Ещё по прежней жизни хорошо помню такое состояние. Когда после опасного вылета взбудораженный адреналином организм начинает испытывать откат.

Дверь тихонько приоткрылась, и кто-то прокрался в комнату. Даже не открывая глаз, могу сказать, кто пришёл. Под одеяло юркнуло горячее упругое тело, меня обхватили нежные, но цепкие ручки.

«Вот чёрт… Как её теперь выпроводить, чтоб не сильно обиделась?»

Нет, Кира девушка симпатичная, даже красивая, но… мы знаем друг друга с детских лет. Как-то так вышло, что я вижу в ней озорную, взбалмошную девчонку, возможно, младшую сестру. Но никак не сексуальную женщину, тем более любовницу или супругу. А вот у Киры на мой счёт, явно прослеживаются далеко идущие, матримониальные планы.

На её появление молодой организм отреагировал, как и положено – боевая стойка и нестерпимое желание рваться в бой. Близость прекрасного девичьего тела пьянила, требовала немедленных действий.

Но мой жизненный опыт и сила воли удерживали от опрометчивого поступка. Как собака, оттаскивающая человека, занёсшего уже ногу над пропастью, на одном из Арканов Таро.

– Кира, ты, кажется, ошиблась спальней…

Вместо ответа она впилась в мои губы решительным, но неумелым поцелуем.

– Послушай, милая, то, что ты задумала – неправильно. Это последствия пережитого ужаса. Сознание требует снять напряжение прошлой ночи. Голая физиология и ничего больше, понимаешь?

– Фил, прекрати говорить как мой отец и поцелуй меня!

– Кира, не нужно! Ты сейчас на эмоциях, потом будешь об этом жалеть.

– Я тебе не нравлюсь? Или ты чего-то боишься?

– Ты красивая девушка, но не хочу, чтобы наши отношения, вот так походя, перетекли в горизонтальную плоскость.

– Какая же ты сволочь, Сумароков! Я тебя ненавижу! – Взбешённая девушка вскочила, накинула халатик и выбежала за дверь.

Ну вот, вроде обошлось без истерик. Хотя пару дней точно будет теперь кукситься.

Стоило выпроводить незваную гостью, как тут же потянуло в сон. На дворе начинал разгораться новый день, а мне уже снились кошмары: за мной гонялись злобные демоны с огромными топорами, плюющиеся ярко-жёлтой, ядовитой слюной, и гигантские чёрные крабы, кидавшие огненные шары. Я в ужасе убегал, прятался и кричал: «Вы меня не видите!» и «Я вас уничтожу!»

В какой-то момент понял, что напрасно убегаю, ведь я гораздо сильнее их и обладаю удивительно мощной, неизвестной Магией. Разозлившись, пошёл на врагов, как в последний бой. Начал творить какую-то магическую дичь, от которой у них стали вылезать глаза и лопаться головы. Проснулся, с трудом разлепив глаза, направился в душ.