Кровавый след истины

-Спрашивай.

-Камни были с огранкой?- начал опрос верховный судья.

-Нет. Дикие. Но очень красивые и крупные. При хорошей огранке могли бы стать настоящим сокровищем. Я тому торговцу так и сказала, мол сделай сначала огранку, продашь потом дороже.

-Он согласился?

-Да. Спросил к кому можно с этим обратиться. Я посоветовала ему нашего ювелира Велимира. У нас многие кузнецы умеют с золотом и серебром управляться, а Велимир от железа совсем отошел, только украшения делает. И чудесные украшения, надо сказать. Если решишь Бажене или Мирославе подарок сделать, обратись к нему, не пожалеешь... Так вот. Я тому мужчине рассказала как в наше поселение добраться, он и ушел... Все. Больше я его не видела.

-А у Велимира про него не спрашивала? Узнать, был ли он у него.

-Нет, не спрашивала. Забылось как-то.

-Ну, что ж, тогда мы его сами навестим.

***

Базарная суета шла на убыль. Лавочники еще не спешили закрывать свои лавки, а вот вольные торговцы уже собирались по домам. Прилавки пустели. У мостков осталось меньше половины лодок. Уже не кричали зазывалы, испарился аромат свежей выпечки, на торговой площади редела людская толпа.

Димка до сих пор не вернулась. Купава с озабоченным видом ходила по лавке из угла в угол. Она то и дело выглядывала на улицу, бросала встревоженный взгляд на слуг, не сводивших с нее глаз, и снова ходила туда-сюда.

-Куда она могла деться?!- восклицала сердито женщина.- Что за несносная старуха! Вот только приди! Я тебе устрою.

Слуги знали свою госпожу. Если бы Димка сейчас вернулась, то на радостях Купава тут же забыла бы на нее сердиться. Но старушки все не было.

-Вот возьму и уплыву домой!- не унималась Купава,- пусть померзнет на базаре до завтра!

Слуги только ухмылялись, они прекрасно знали, что госпожа никогда не бросит свою любимую нянюшку. Купава вышла на площадь. Людей почти не осталось. Соседние лавки бесов и Чистого Источника уже были закрыты. У женщины щемило в груди, она понимала, что Димка пропала неспроста. Она вернулась в лавку.

-Ступайте, обойдите весь базар,- велела она слугам,- осмотрите каждый уголок.

Слуги послушно удалились. Через какое-то время до Купавы долетел истошный вопль. Она выскочила на улицу и понеслась навстречу этому крику, уже понимая, что с ее Димкой случилось непоправимое. Старушка лежала в луже крови, ярко алеющей на белом снегу, на задворках лавок бесов. Ее тело было схоронено от глаз случайных прохожих за поленицей дров. Купава в немом изумлении уставилась на широкую рану, в аккурат между шеей и ключицей, словно не могла поверить или осознать, что кто-то мог так жестоко поступить с ее дорогой старушкой. Служанка, нашедшая Димку, сидела на снегу и в исступлении кричала, закрыв лицо руками. Купава схватила за руку подбежавшего слугу.

-Беги к бесам, приведи верховного судью,- велела она омертвевшим голосом и только после этого дала слабину, опустилась на колени рядом с Димкой и зарыдала.

Глава 12

Вернувшись с базара и наскоро пообедав, Ярина и Мирослава в сопровождении Ясеня и верного Клыка собрались на охоту. Мира велела подать им лошадей.

-Может пешком,- предложила Ярина,- не будем далеко заходить. Ясень ведь сможет приманить зайцев в любом места?

-Ясень сможет,- ответила Мирослава, ловко запрыгивая в седло,- только я хотела еще съездить к родителям. Давно их не навещала.

Эти слова и тон девушки, тоскливый, грустный, совсем ей не свойственный, так поразили Ярину, что она не решилась ни о чем спрашивать. "Что значит к родителям?"- вертелось у нее в голове. Но она не задавала вопросов, вообще ничего не говорила, тем более, что Ясень тоже молчал, только поглядывал на свою подругу печально. Чтобы молчание не было таким тягостным, Мирослава припустила свою Вьюгу и понеслась по широкой лесной тропе во весь опор. Ярина, не привыкшая к езде верхом, едва успевала за ней. Вскоре лес стал редеть, и они выехали на равнину, покрытую снегом. Ярина, выросшая в горах, никогда не видела такого простора. Зрелище было удивительным для нее. Огромное белое пространство, ограниченное лишь широкой, полноводной рекой. Альга еще не покрылась льдом, и на ней кое-где были видны одинокие лодки. Холодный ветер, не связанный деревьями, словно вырвался на свободу, веселился и лютовал одновременно, развевал волосы, поднимал подолы свитков, бил порывами в лицо. Мирослава замедлила бег своей лошади. При встречном ветре большая скорость была не в радость. Клык воспользовался этим, вырвался вперед и помчался куда-то со всех ног. "Он точно знает, куда мы едем,"- подумала Ярина. Она проследила взглядом за псом и заметила, что он бежит к поминальным столбам, установленным на берегу реки. "Родители Мирославы умерли?" - эта мысль возникла сама по себе, объясняя и слова Миры, и ее грусть, и печаль Ясеня. "Нет. Этого не может быть",- здравый смысл отвергал догадку. "Должно быть что-то другое. Отец слишком любит ее, чтоб быть не родным". Но Мирослава направила лошадь к этим столбам, а подъехав, спрыгнула и поклонилась. Ясень сделал то же самое. Ярина повторила за ними. Она не знала кому отпускает поклон, но не решилась сердить умерших, не проявив почтение. Мирослава оглянулась на нее.

-Когда-то тут было поселение племени Долины Реки,- сказала она печально, понимая, что Ярина хочет знать, чье здесь погребение. -Мое родное племя. Они все умерли... Их убили... Всех разом... Маму, отца, брата и всех остальных. Я одна выжила. Одна из целого племени. Мне было тогда восемь лет...

Мирослава давно свыклась с потерей близких. Но сейчас, рассказывая Ярине о гибели племени, она так ясно вспомнила тот день, перед глазами стояло такое отчетливое видение полыхающего огня, что ей казалось, будто она чувствует его жар, слышит стон и треск горящих бревен. По щекам потекли слезы. Она отвернулась и смахнула их. Ярина опешила. Перед ней стояла совсем другая Мирослава, не та своевольная госпожа, привыкшая раздавать приказы, не та веселая и озорная проказница, подшучивающая над отцом и слугами, а жалкая, одинокая девчонка. Поток мыслей обрушился на Ярину. "Не может быть... У нее умер отец, умерла мать и брат...Все умерли"... "Я же завидовала ей!"-от этой мысли было особенно больно...невыносимо больно. "Восемь лет! Всего восемь... Как остаться одной в восемь лет?! Как справиться с горем!?" Ярина даже покачнулась, не в силах выдержать представленного ужаса. Повинуясь неясному порыву, она вдруг обняла девушку и шепнула ей так тихо, словно и не хотела, чтоб ее услышали, но чувствовала необходимость это произнести:

- Прости меня.

Мирослава услышала. Она посмотрела в глаза Ярине долгим и задумчивым взглядом.

-За что ты просишь прощения?- спросила девушка. По ее голосу, спокойному, без тени удивления, Ярина вдруг поняла, что она и сама прекрасно знает, за что. "Неужели моя зависть была так видна?"- мелькнуло в голове,- "как же стыдно, но отвечать надо". Она выпрямилась, расправила плечи, гордо вздернула подбородок и произнесла торжественно, словно не просила прощения, а выносила себе приговор:

-Я завидовала тебе. Злилась на тебя без причины. Думала, ты выросла не зная горя... Всю жизнь купалась в любви и достатке... Я ошибалась. Мирослава... Прости меня, если можешь.

В ответ Мирослава только кивнула. Что это могло значить, Ярина не поняла. Ее простили? Или нет? Как вести себя дальше? Они теперь враги? Или подруги?

-Пора возвращаться,- сказала Мирослава, запрыгивая в седло,- а то Веда не успеет приготовить к ужину твоих зайцев.

Тут ее взгляд упал на другой берег реки, где находилось поселение, она указала на него рукой и сказала как ни в чем не бывало:

-Смотри, там стойбище вахов. Отец отправил им весть. Скоро вождь вахов Инай привезет шамана. Попробуем вылечить твою маму.

Ярина молчала. Она не могла вот так просто отмахнуться от своего признания и извинения, не могла сделать вид, что этого не было. Ей хотелось ясности, хотелось понимать, что Мирослава думает о ней. Она решила спросить об этом прямо.

-Послушай, Мирослава...- голос ее дрогнул,- давай сразу проясним...

Но девушка не дала ей договорить.

-Друзья обычно зовут меня Мира,- сказала она, легонько стукнула свою лошадь пятками, понеслась вперед и крикнула,- догоняй, подруга.

У Ярины отлегло от сердца. Она счастливо улыбнулась и поскакала за Мирославой к лесу.

Ребята не доехали до топей, Ясень выбрал небольшую полянку для охоты . Он сел прямо на снег, развел руки в стороны и забормотал. Ярина не первый раз видела заклинателя в действии, но не переставала удивляться, видя, как на его зов собираются неразумные зайцы. Она подстрелила троих покрупнее и уже собиралась убрать за спину лук, но тут раздался голос Мирославы:

-Ясень, примани лис,- сказала она,- не все зайцев бить, надо и их врагов пострелять.- Мира посмотрела на Ярину и пояснила,- лисий мех в цене, пригодится.

Ясень вынул из потайного кармана крупный изумруд, вытянул его перед собой и снова забормотал.

-Почему лис надо приманивать изумрудом?- тихонько спросила у Мирославы Ярина.

-Они умнее,- ответила девушка и пояснила,- чем умнее зверь, тем больше силы надо для его заклятия. Ясень увеличивает свою Силу, направляя ее через изумруд.

-А!- поняла Ярина,- вот зачем он тогда перед разбойниками вынул изумруд! Я все понять не могла...

-Спросила бы.

Ярина насупилась, а Мирослава засмеялась.

-Ну, да. Ты не из тех, кто все спрашивает.

-Много ты понимаешь, -огрызнулась Ярина,- сейчас вот спросила. А тогда... Тогда мы не были друзьями.

На поляну нехотя выбежала лиса. Глаза ее мерцали мелкими красными проблесками. Она фыркала, мотала головой и скалила пасть, но все-таки послушно шла к заклинателю. Почти сразу за ней показалась вторая, потом третья, четвертая.

-Ого!- воскликнула Ярина.

-Стреляй, это твоя добыча,- велела Мирослава и добавила шутливо,- а то потом откажешься одевать лисий свиток.

Ярина засмеялась. Она впервые восприняла команды и шутки Мирославы по доброму, без внутреннего протеста, без желания возразить. И это только потому, что куда-то пропала ее обычная настороженность, исчезла подозрительность, сейчас она чувствовала себя среди друзей. Это было так здорово, так приятно, словно, внезапно отогревшись, душа запела в груди. Три метких выстрела, и на снегу остались лежать три лисы.

-Здорово у тебя получается!- оценила ее стрельбу Мирослава,- из нас только Влас так хорошо стреляет.

И эта похвала окончательно растопила лед в душе Ярины.

Глава 13

Возвращаясь на стойбище, друзья встретили возле топей Милована в сопровождении двух воинов. Он, казалось, очень обрадовался этой встрече, глаза его заблестели, губы расплылись в улыбке. Он собрался было подъехать к девушкам, но неожиданно дорогу ему преградил Клык. Пес ощетинился и тихо зарычал. Улыбка мигом исчезла с красивого лица Милована.

-Убери пса,- сердито крикнул он и добавил тише,- с детства собак ненавижу.

-Клык,- окрикнула своего любимца Мира,- тихо. Успокойся.

-С чего он на меня рыкает?- сердито спросил мужчина.

-Не знаю, - ответила Мирослава,- наверно чувствует, что ты собак не любишь.

-Ишь ты! Чувствует он! - Милован презрительно скривился.-Чтоб он понимал?

Видя, что пес послушал хозяйку и перестал рычать, мужчина снова заулыбался.

-А я с базара ехал домой,- сказал он совсем другим, более дружелюбным тоном, глядя на Ярину,- к вам заезжал. Хотел познакомиться.

-Так знакомы мы,- ответила Мирослава.

-С тобой -да,- Милован, говоря с ней, продолжал смотреть на Ярину,- я о твоей подруге. Откуда взялась такая красавица?

-Ты же все слышал на базаре,- недовольно пробурчала Мира,- отца она своего ищет. Пока у нас гостит.

-Как зовут тебя, прелестница с огненными волосами?- нежно проворковал мужчина.

На этот раз, видя , что Милован упорно пытается разговорить ее подругу, Мирослава не стала отвечать за нее.

-Ярина,- ответила девушка и щеки ее начали краснеть.

-А мое имя Милован, я из племени Чистого Источника. Не хочешь заехать в гости? Я покажу тебе наш знаменитый источник. Водица в нем - заглядение! Ты нигде такой не пивала.

-Нам домой пора,- вмешалась Мирослава.

Милован сердито зыркнул на нее.

-Пора, так езжайте с Ясенем, а Ярину я потом до самого стойбища провожу. Не все ей у бесов сидеть, пусть и у нас погостит.

Внимание Милована было приятно Ярине, но она не знала, о чем с ним говорить и не хотела оставаться одна с незнакомым человеком.

-Мне тоже пора,- проговорила она.

-Ладно, я не настаиваю,- согласился мужчина,- поезжайте с миром. Завтра сам тебя навещу. Жди меня на стойбище в это время.

Мирослава хмыкнула и не прощаясь поскакала мимо Милована и его людей. Ясень пустился за ней. Ярина посмотрела в глаза Миловану и улыбнулась, давая понять, что будет рада его приезду.

Когда Милован остался далеко позади, Ярина решилась поговорить о нем с подругой.

-Почему ты с Милованом не приветлива?- спросила она.

-Не нравится он мне,- просто ответила Мирослава.

Ярина немного удивилась. Чем же мог не нравится этот мужчина? На вид ему было лет двадцать пять. Он был высок, силен, очень широк в плечах. Длинные, волнистые волосы и кудрявая борода были темно-русые, глаза карие. Черты лица очень привлекательные.

-Он очень хорош собой. Чем же не нравится?

-Тем и не нравится,- ответила Мира и, видя, что Ярина ее не понимает, пояснила,- знает, что красив и ждет, что каждая перед ним будет таять и в лужу ему под ноги стекать. Ясно?

-А я думаю, тебе не понравилось, что он на базаре с меня глаз не сводил и сейчас со мной беседу вел,- с вызовом ответила Ярина,- вот если бы он на тебя смотрел, ты бы по другому заговорила. А может ты на него глаз положила? От того и сердишься?

Мирослава фыркнула.

-Нужен мне этот Милован, как Клыку лисий хвост,- сказала она презрительно,- коли тебе приглянулся, то знай- я тебе не соперница, мне другой люб.

Ярина вспомнила про трех красавцев, окружающих Мирославу. "И правда,- подумала она,- на что ей Милован, когда у нее такие женихи". Ей стало очень интересно, кого из них выбрала подруга.

-Тогда признавайся, кто из трех твоих друзей люб тебе?- спросила Ярина.

Она ожидала в ответ шутку, но Мирослава ответила очень серьезно, даже немного грустно:

-Ясень, Гордей и Влас - мои друзья. Ближе них только отец. А полюбился мне другой. Зовут Ворон.

Ярина заметила, что Ясень никак не отреагировал на слова Мирославы, видать, знал уже о Вороне. "Похоже, что и двое других знают,-подумала она,- но это не мешает им стеной стоять за Миру".

-Отчего о Вороне говоришь с грустью?- поинтересовалась Ярина. Теперь, на правах подруги, она могла задавать любые вопросы и не чувствовать себя навязчивой и чрезмерно любопытной.

-Не ладится у нас,- ответила Мирослава.

При этих словах Ясень хмыкнул и скривил губы в усмешке. Мира одарила его свирепым взглядом и снова повернулась к Ярине.

-Понимаешь, у него вроде как есть невеста - Жива, дочь нашего вождя, но... Я же вижу, как он смотрит на меня! В глазах любовь и тоска. А печаль какая! Сил нет видеть это... Вот так у нас. Смотрит на меня, а с Живой женихается.

-А ты говорила с ним прямо? Спрашивала, почему он с Живой?

-Нет. Не могу с ним заговорить.

-Да ты не слушай ее,- вмешался Ясень,- ерунда это. Не нужна Ворону Мира. Он на Живе хочет жениться, потому что она дочь вождя, а он его наследник. А про взгляды разные Мира выдумывает. Это ей так хочется.

-Нет, не выдумываю!- возмутилась Мирослава,- я все вижу.

-Если не выдумываешь,- проговорила Ярина,- надо за любимого бороться. Хотя бы поговорить с ним, а то потом всю жизнь жалеть будешь... Ворон твой вождем станет?

-Не знаю.

-Ясень же сказал - наследник.

-Это он о другом. Ворон после смерти Кира, нашего вождя, унаследует его Силу заклинателя.

-Заклинателем будет! ... Даже лучше, чем вождем.

Мира и Ясень засмеялись.

-Ты стала рассуждать, как беса,- сказал ей парень,- а прожила с нами всего ничего.

***

По возвращении на стойбище девушки отнесли зайцев на кухню.

-А хозяин снова на базар уехал,- сказала им Веда.

-Зачем?- удивилась Мирослава.

-Гонец от Купавы прибежал, позвал его, говорит, убили там кого-то. Вроде как старую няньку Димку.

-Димку?!- одновременно воскликнули девушки и переглянулись.

-Ой, девоньки, страшные времена пришли,- встревоженно бормотала Веда,- третьего дня сон нехороший я видала, будто сундук в землю на половину зарыт, а вокруг него черви. Много червей. Так и вьются... Вот попомните слова мои, Димкой беда не кончится, будут еще покойники.