Контракт с подонком

И моему глупому телу это нравится!!

Хоть рыдай!

- Нельзя ходить в мокрых... - шепчет он тяжело дыша и проводя пальцем прямо... - Так мы все самое ценное простудим...

Ааа!

Разворачиваюсь в его руках, залепляя ему по щеке.

- Вау! - хватается за щеку. - Ты чо...

Распахиваю дверь, силой выталкивая его в спину, пока он растерян.

Захлопываю ее перед носом, поворачивая замок.

Ложусь спиной на дверь.

Это что вообще было?!

Наглец! Засранец... Гад!

Стекаю вниз.

Стук в дверь.

- Открывай... Чокнутая! - негромко.

- В таком большом доме ты точно найдешь где поспать!

- Это моя комната.

- "Наша"!!

- Давай не будем драматизировать?

- Давай! До завтра.

- Блять...

Уходит.

Падаю на кровать, кутаясь с головой в одеяло. Все пахнет им! Голова кружится.

Божечки...

Не хочу его хотеть!

Аааа!..

Глава 14 - Последний шанс

Повинуясь внутреннему будильнику распахиваю глаза.

Хотя, жуть как не выспался.

Пялюсь в непривычный двухъярусный потолок, сделанный волной.

Ах да...

Эта чокнутая меня выставила. Я в гостевой.

Улыбаюсь, вспоминая какая она недотрога. Вообще никто не трогал ее?..

От этой мысли мне горячо и азартно. Прикольно стебать сексом этого белого кролика!

Иду обратно к себе в комнату прямо в трусах.

Сейчас продолжим! Бойся, Мелания.

В коридоре встречаю тётку. Мать Алекса. Уже пора на завтрак?.. У меня ни телефона, ни часов. Только урчание в животе. Значит - пора.

- Доброе утро, Максим, - распахивает тетка в недоумении глаза.

- Доброе утро, Юлия Викторовна.

Спускается по лестнице, ещё раз оглянувшись на меня.

У Софьи Алексеевны сын и дочь от моего деда. Я - наследник по линии своего отца. Алекс - по линии матери.

Дед написал завещание на мое имя, игнорируя жену свою, Софью Алексеевну, мою бабку, и двух своих детей.

Я, когда был маленький, присутствовал при обсуждении этого завещания.

Но...

Что-то пошло не так. Это завещание, как утверждают юристы Софьи Алексеевны существовало только на словах, а подписано не было. И все получила бабка! Мы все зависим от нее.

Но, вообще-то, все здесь должно принадлежать мне. И я не верю, что завещания не было. Бабка что-то намутила...

Толкаю дверь в комнату. Открыто. Кровать застелена. Но не идеально. Заметно, что не горничной.

Вытаскиваю подушку Ланы, вдыхаю запах прижимая к лицу.

От фантазий и этого запаха мучительно стоит. Кто бы мог подумать, сколько развлечений таится в этой белой мышке!

- Ла-а-ана?

Заглядываю в душевую.

Ее нет...

Спустилась к завтраку без меня?!

- Черт!! - поспешно натягиваю носки, брюки...

Ляпнет там что-нибудь, в своем режиме "простоты".

По дороге застегиваю рубашку.

- Привет, мам, - натыкаюсь на мать.

Чувствую лёгкий запах перегара.

Говорить что-то - бесполезно. Она будет все отрицать. Но если хорошо пошариться по ее комнате, то там полно заначек спиртного. Помню как маленькому она давала мне пару глотков вина, чтобы я быстро вырубался. Пока не узнала бабка... После этого я был изъят из материнских объятий. И уже не вернулся в них. Началась плотная дрессура. Это мои первые яркие воспоминания...

Спускаемся вместе по лестнице.

- Максим, ты бы к отцу в больницу съездил.

- Зачем? Он не приглашал.

С отцом у нас отношения более, чем холодные. Ему всегда было не до меня. Собственно, и не до матери. У него должность в посольстве и своя шиза, на которую он спускает бабло - дорогая яхта в Италии.

- Для создания положительного имиджа отцу. Ты же знаешь, как их сейчас трясет. В любой момент он может потерять должность.

- Ааа... Так ты для этого бухаешь? Для создания имиджа?

- Как ты смеешь?! Придержи язык! Рано ты оперился.

- Следи за собой, мам. Я уже вырос, за мной - поздно. Доброе утро! - захожу в столовую.

Отыскиваю взглядом наши с Меланией места. Ее нет.

Вот черт... Неужели, сбежала? Чувствую, как немеют губы.

Из-за чего сбежала то?? Ну пошалили по-детски...

Бред. Нет, не могла она!

- Assis-toi, s'il te plait, Максим, - властно повелевает бабка, указывая на стул.

Проезжаясь рукой по волосам, сажусь за стол.

Где Мелания?!

Игнорируя кашу, выбираю бутерброд с сыром и чай.

Макнув ложечку в мёд, тонкой вязкой струйкой поливаю сыр.

- Ты спал в гостевой...

Тетка настучал уже? Или - прислуга?

- Это запрещено?

- Нет. Но я хочу тебе напомнить, чем женщины нашего круга отличаются от... женщин не нашего круга.

- Внимаю.

Кладу бутерброд на тарелку. Софья Алексеевна выгонит меня из-за стола, если я буду жевать во время ее речи. А я голодный...

- Женщины нашего круга никогда не выносят "сор из избы", оставляя все конфликты за дверями спальной комнаты. Они понимают, что брак - это позиционирование. Это имидж, который монетизируется. Он создаёт определенный статус, который позволяет тебе войти в круги вращения элит. Раскрывает для тебя возможности. Женщины, не имеющие воспитания и достоинства монетизируют скандалы и недостатки своих мужей. Понимаешь, о чем я? Брак в нашем случае - это проект. Над которым работают оба, чтобы получить дивиденды. Если один из партнёров не вложился, ему нечего терять. Он не ценит. Выбор жены - это отражение твоего интеллекта и достоинства для твоих будущих партнёров. О тебе будут судить и по ней тоже.

- Я понял.

Так и есть, да... в наших кругах. Поэтому - брак по расчету идеален. Но я САМ выберу с кем у меня будет этот "расчет". Моё достоинство исключает Татьяну.

- Так вот... Валентина, подай мне! - поднимает руку, прося своего ассистента.

Стоящая за ее спиной Валентина протягивает красивый конверт в персиково-сиреневых оттенках. Со стилизацией под нежную акварель.

- Посмотри, Максим.

Я открываю, достаю пригласительный на нашу с Меланией церемонию.

Там изображены две куклы с нашими лицами, в свадебном антураже.

- Сегодня это будет разослано адресатам. И назад уже будет не отмотать. Последний шанс. Прямо сейчас. Мы аннулируем с юристами твой брак. Сегодня ещё есть возможность это сделать. И ты делаешь предложение Одинцовой. Перед тем, как принять решение, учти, что семья Одинцовых - наследует часть владений австрийских баронов. Татьяне точно есть что вложить в ваш проект. И в трёх поколениях Одинцовы абсолютно здоровые люди. Ни диабета, ни даунов, ни гемофилии, никаких наследственных рисков. И вспомни печальную участь детей Данилевских. Хочешь наследство, дай мне здоровых внуков.

Да.... А ты, шантажируя меня, заберёшь их на воспитание и через мою голову перепишешь на них мое наследство? Я идиот, по-твоему?!

Небрежно отталкиваю тарелку с бутербродом.

Я, сука, не вещь, не товар, не племенной бык! И наследство моё. Так дед решил. А бабка всего лишь - оккупант. И не имеет права...

- Спасибо за экскурс, Софья Алексеевна.

- Так - что?

- Мелания - достойная девушка, - цежу я, веря в это искренне сейчас, на самом деле. - И монетизировать скандалы никогда не будет.

- То есть, ты идёшь до конца?

- Рассылайте приглашения! - цежу я. - Мой брак уже состоялся. Люблю жену!

- Да где же тогда она?! - взрывается бабка. - Пишет слезливый пост в социальную сеть какой ты salaud*?! Как твоя бывшая пассия??

(*Подонок)

- Софья Алексеевна... позвольте?

- Говори, Валентина.

- Мелания ушла в семь тридцать. Села в машину с вашей горничной Зоей. Они поехали в направлении города.

- Научи свою жену пользоваться услугами водителя! Или ты считаешь это нормальным, что она просит прислугу подвезти её?!

- Хо-ро-шо!

- Итак, где она?

- Она... - сглатываю я, вспоминая, что Мелания требовала выходной на субботу. - Она... У нее сегодня дела в благотворительном центре!

Выпаливаю первое приличное, пришедшее в голову.

- Какие дела?

- Мелания - волонтёр.

- В самом деле? - скептически. - Твоя жена занимается благотворительностью?

- Да! - цежу я.

- Похвально. И в каком же центре?

А их много??

- Я не уточнил.

- Ты не уточнил? А что ты вообще про нее уточнил?

- Я уточнил, что она совершеннолетняя. Все как учил ваш инструктор по личным связям, Софья Алексеевна. А Вы уточнили, что не родственница, так? Не родственница, же?

- Между вами родства не установлено.

- Ну и что ещё надо? Ну не влюбился я в кровную принцессу, что поделать?

Сжимая челюсти, закрывает глаза, демонстрируя крайнюю степень терпения.

- Напомни мне, почему я до сих пор терплю тебя?

- Я - единственный репродуктивный наследник Данилевских?

- Это не индульгенция. Уйди, Максим.

- Спасибо за завтрак, - делаю глоток чая, вставая из-за стола голодным.

- В два приедут специалисты по этикету и стилю, которых пригласила из Брюсселя для нее Валентина. Твоя жена должна быть здесь.

- Нет, проблем.

Проблема на самом деле есть. Я не озаботился вчера вбить номер Мелании...

Глава 15 - "Хорошего мужа"

Усевшись по-турецки разбираю продукты с заканчивающимся сроком годности по пакетам. Их сегодня развезут малоимущим. Какая-то сеть супермаркетов пожертвовала.

- Лан, возьми себе пакетик, - разгружает консервные банки куратор нашей волонтерский группы.

- Мне пока не нужно, Оль. Спасибо.

Центр подкармливает по возможности и волонтеров, которые сами иногда нуждаются. Я, как раз, из таких.

- Ты работу нашла?

- Ну почти. Я пока что живу в гостях. Ем там.

Но сейчас я бы что-нибудь съела... Завтрак у меня опять не задался! А время уже - обед.

Считаю пакеты.

- Все, я закончила. Пятьдесят получилось. Я побегу в "Гаджеты", там сегодня пусто. Я обещала помочь до обеда.

- Беги...

Присев к старику помогаю ему разобраться с телефоном. Потом к какому-то парню с ментальными проблемами. Потом - к старушке.

- При Центре открыты сбор гуманитарной помощи, - слышу Ольгин голос сзади. - Медицинский центр, где мы распределяем лекарства, слуховые аппараты и прочее. Волонтеры выезжают на дом к нуждающимся, помогая в бытовых нуждах. И последнее наше достижение - информационный центр. Помощь людям с ментальными проблемами и пожилым...

Слышу неспешный стук трости по полу.

- Волонтеры у нас - ребята хорошие. Вот, Мелания Ионова, например... Это наш золотой человеческий фонд! С пятнадцати лет с нами.

Разворачиваюсь, встречаясь взглядом с Софьей Алексеевной!

Сложив руки на набалдашники трости, безэмоционально смотрит мне в глаза.

- З-здравствуйте... - с недоумением поправляю волосы.

Кивает.

Смущённо подсаживаюсь к следующему в очереди.

- Чем же конкретно занимается... Мелания Ионова? - за спиной.

- Сейчас? Помогает с гаджетами и поиском информации, отправкой электронных писем, помогает разобраться с электронными квитанциями, приложениями... А вообще - всем. Скоро мы повысим ее до куратора группы. Хотите посмотреть нашу медицинскую часть?

- Нет, увольте.

- Мы будем очень рады видеть Данилевских в числе наших меценатов.

Удаляются.

Обмахиваю горящее лицо руками. Какая неожиданная встреча.

- Дочка, спасибо тебе, моя хорошая! А я уж думала, удалила всё сослепу. А у меня кроме этих фото и нет ничего от внуков.

- Не за что. Я вам на диск на всякий случай сохранила ещё.

- Дай бог тебе мужа хорошего! Богатого, чтобы любил тебя, защищал и на руках носил!

- Спасибо, - улыбаюсь я.

С богатым уже выстрелило, да только в "молоко".

- Вот ты где! - подлетает запыхавшийся Макс, хватается рукой за косяк. - Я пол города объездил! Быстро собирайся...

Как ни в чем не бывало! Будто вчера не распускал свои руки.

- Я работаю, ты не заметил?

- Пусть другие работают, - тянет меня к выходу. - Где твое пальто.

Вырываю руку.

- У меня ещё: раз, два, три... Десять... Двадцать человек. Пока я с ними не разберусь, я никуда не поеду. Понял?

- Да мля... - психует. - Тебя ждут два специалиста, оплата которых в час стоит больше, чем вся эта богадельня! Они прилетели чартером из Брюсселя.

- Если ты торопишься - помогай. Справимся в два раза быстрее.

- Чего надо делать? - злится он.

- У вас что? - интересуюсь у парня с ДЦП.

- Н-н-не работает, - протягивает телефон.

- Давай, Макс, помоги ему.

Закатив глаза садится рядом.

- Ладно, давай, чего там у тебя? Зарядное где? Давай... Ну так правильно, у тебя гнездо походу раздолбилось, он и не заряжается. Он же древний, как мамонт. Стекло уже сыпется.

- Н-н-наладить нельзя?

- Да хлам ведь!

- Н-н-нельзя?

- Он тебе как память о первом пришествии дорог?

- Макс, - одергиваю его. - Новый телефон денег стоит. Найди ему поблизости, где есть недорогая контора по ремонту. И всё.

- Короче, сиди тут, никуда не уходи, понял?

- П-п-п...

- Я понял, что ты понял! - нетерпеливо. - Сиди, жди.

Мы с Максом двигаемся в разных направлениях по сидящим.

Макс экспрессивно ругается с какой-то капризной бабушкой. Слушаю одним ухом.

Экспрессивно, но не переходя границы. Бабушка просто скандалистка. Иногда приходят и такие сюда...

Ладно. Не вмешиваюсь.

Через полчаса парню с ДЦП курьер приносит новый телефон. Макс переставляет сим-карту. Настраивает.

Замерев, смотрю на него новым взглядом. Не подонок, нет. Просто он...

- С-с-спасибо!

- Давай, чувак, - хлопает его по плечу Макс. - С порнушкой аккуратнее там, а то опять экран от стыда потрескается.

Парень улыбается.

Просто он... пошляк и засранец! - закатываю глаза.

Смотрит, страдая, на часы.

- Ме-ла-ния...

Отпускаю последнего человека.

- Всё, обед, - сообщаю Максу.

Надеваю в подсобке пальто.

- Ну бегом-бегом-бегом... - застегивает пуговицы вперёд меня.

- Мне нужно взять дома вещи.

- Не сейчас!

- Я есть хочу.

- Успеем как раз на обед.

Тащит за руку.

- Я уже давно все про ваши обеды поняла! - фыркаю я, успевая прихватить со стеллажа пачку китайской лапши.

Его тачка припаркован как попало, перекрывая два места для инвалидов.

- Это свинство.

- Да ладно.

- Припаркуешься ещё раз на стоянке для инвалидов, в машину твою не сяду принципиально. Понял?

- Ла-а-а-адно!! - тихо рявкает мне в лицо.

Срывает ее с места едва не шоркнув на развороте пару машин.

- Эй! - хвастаюсь за поручни.

- Пристегнись. Девочки душу готовы продать, чтобы с ними поработали эти люди, а я одну сумасшедшую дотолкать до них не могу, - сетует он.

Открываю пачку сухой лапши, отламываю и ем как печенье.

- Фу, боже, как ты это ешь?? Если бабка увидит, она тебя растерзает.

Отламываю кусок для него. На светофоре подношу ко рту.

- Попробуй. Это вкусно.

- Нее... - морщится.

- "Бабка" на видит, - скептически цокаю я. - Прояви немного неповиновения.

Подозрительно скашивая на меня взгляд, открывает рот, позволяя засунуть. Брезгливо морщась хрустит. Выражение лица меняется на удивлённое.

- Мм... Неожиданная хрень! Давай ещё.

Делюсь с ним сух пайком.

Включает музыку.

Саундтрек: Rock It - Ofenbach

- А что за люди?

- Спец по этикету, стилист... Тебя будут готовить к церемонии.

- Звучит как - к жертвоприношению.

- Кровавому?... - подмигивает мне нахально.

Свирепо разворачиваюсь к нему.

- Ну ты пуху на себя-то не накидывай! - весело стебет меня. - Ты же у меня страшненькая, а не страшная!

Но звучит это все не грубо, а как-то... Что даже не обижает.

Скорее, как флирт! И провокация.

- Um, dois, três, quatro!.. - подпевает он, улыбаясь.

Отвлекшись на меня, теряет контроль над дистанцией и резко тормозит на светофоре.

- Бля-я-ять! Нет-нет...

- Ой! - вскрикиваю я, сжимаясь и ожидая удара.

От адреналина перехватывает дыхание.

Но удара не случается. Хотя мы так близко к впереди стоящей машине, что он обязан быть!

К очень дорогой машине. Не хуже, чем у Макса.

Водитель нервно дёргает машину вперёд, тюкаясь в стоящую перед ним.

- Эй! Ты чо?! - вылетает молодой мужчина. - Иди сюда!

Ставя на ручник, Макс выходит.

- Чо хотел?

- Ты чо, блять? Куда прешь?!

- Я тебя даже не коснулся. Нервы полечи.

- Если бы я не тронулся - коснулся бы!

- Давай по факту, а? - вальяжно ухмыляется Макс. - Соблюдал бы ты дистанцию, не въебался бы сейчас.

Начинается агрессивная ссора.

Выхожу тоже.

Мужчина, оскорбляя, толкает Макса в грудь. От Макса разит чем-то животным... опасным... Его взгляд стекленеет.

- Макс... - нервно дергаюсь к ним. - Мы опаздываем... Не надо.

Пытаюсь встать между ними.

Мужчина, бросив на меня короткий оценивающий взгляд, в эмоциях толкает меня в грудь.

- Не лезь!

Ахнув, смущённо прижимаю предплечья к груди. От резких болезненных ощущений подкатывают слезы.

- Ты чо охуел?... - внезапно срывается в драку Макс.

В ужасе смотрю на летящие кулаки. Мужчины заваливаются на капот, потом на асфальт.

Макс оказывается сверху.

- Макс! Хватит! Макс!!

Подскочившие водители растаскивают их.

- Тронешь ещё раз мою жену!.. - рычит оскаливаясь Макс. - Пиздец тебе...

- Остановись... - шепчу я испуганно. - Максим.

Стирает грубо кровь с губы. Бросает на меня агрессивный прохладный взгляд.

- Никогда не выходи из машины! Сядь обратно.

Сажусь в шоке на свое место.

Макс курит, встряхивая кистью. Стреляет недокуренной сигаретой на дорогу.

Садится за руль.

Моё сердце колотится... Трясущимися пальцами сжимаю на груди пальто.

Максим объезжает стукнувшиеся тачки.

- Больно тебе сделал, да? - уже спокойно.

- Мм... - невнятно мычу я, не зная как сейчас правильно ответить.

- Мудак...

- Не стоило так делать.

- Я что - спросил совета?

Выкручивает музыку погромче. И уже через минуту снова улыбается. И снова подпевает.

- Пожалуйста, остановись здесь. Я в этом доме снимаю комнату. Мне нужно взять кое-что. Мы же все равно опоздали, да?

- Что взять?

- Пижаму. Белье.

- Я куплю тебе бельё. Не вопрос.

Давит на газ, пролетая мимо.

С грустью оборачиваюсь, провожая взглядом дом.

Мы летим и петляем, объезжая пробки.

И все равно приезжаем гораздо позже, чем должны были...

Глава 16 - Правила Данилевских

Макс за руку заводит меня. Мы останавливаемся в дверях их шикарной столовой. Я ощущаю, как он напрягается, и его кисть резко сжимается на моей. Мне становится больновато.

Стол уже убран, все разошлись. Только Софья Алексеевна сидит с планшетом и чашкой чая, и ещё - Юлия Викторовна, мать Алекса, на другом конце стола.

Она выглядит как пересушенная тростина. У нее светлые рыбьи глаза.

Тихо играет фортепиано.

- ...Чем обоснована покупка этих бриллиантов? Их объективная стоимость значительно ниже той, за которую ты их приобрела. Данилевские не тратят. Данилевский вкладывают. Мне кажется, очень простое правило. Почему так сложно его соблюдать?

- Но они роскошны... Они - произведение искусства! Это не просто бриллианты - это талантливая инкрустация.

- Мой оценщик этого не подтвердил. Значит, я не могу рассчитывать на твой вкус в этом вопросе. Никаких больше бриллиантов без его одобрения. А документы на эти - ко мне в сейф.

- Но я купила их себе.

- Все что куплено на деньги семьи - достояние семьи. Хочешь иметь собственные бриллианты - заработай на них. Можешь надевать их на события и мероприятия, как и остальные.

- Спасибо, мама... - ледяным голосом.

- Пожалуйста, Юлия.

Софья Алексеевна поднимает на нас взгляд.

- Я в курсе, что мы опоздали, - встаёт Макс чуть впереди меня, я оказываюсь за его плечом. - Не надо меня так выразительно испепелять.

- Марта, распорядись, чтобы Мелании принесли обед.

- Правила в нашем доме меняются? - удивлённо поднимает взгляд Юлия.

Я ей не нравлюсь. Вернее, не нравлюсь я тут всем. Но сейчас я замечаю это именно от нее.

- У Мелании была причина, которую я могу счесть уважительной.

- Если, Вы, Софья Алексеевна, о благотворительном центре, то Максим тоже там помогал. Я не буду обедать без него... - сжимаю его руку рефлекторно в ответ.

- Ой, ладно... - равнодушно фыркает он.

- Ты, в самом деле, помогал в Центре? - смотрит на него исподлобья. - Хорошо. Марта...

- Благодарю, не стоит, Софья Алексеевна...

Мне кажется в этом доме три типа интонаций. Обвинительные, оправдательные и ледяные. У Макса сейчас ледяная.

- ...Мы с женой пообедаем в "Рокфеллере".

- Разделять трапезу с семьёй в нашем доме - привилегия, которой не стоит пренебрегать. Если ты хочешь оставаться частью семьи, конечно же. Если же ты желаешь пообедать в Рокфеллере, - перебивает его, - иди. Мелания пусть останется. У меня есть к ней разговор.

Переминаясь с ноги на ногу, Макс все же делает шаг к столу, отодвигая для меня стул.

Мы присаживаемся.

- Юлия, мы закончили, - намекает дочери, чтобы она ушла.

Двигает в мою сторону конверт.

- Это - кредитная карта. Данилевские будут кураторами одного из проектов Центра. Выбери сама - какого. Все траты - только через белую бухгалтерию. Каждый месяц отчёт нашему бухгалтеру. Лимит два миллиона в месяц. Немного. Но если распоряжаться с умом...

Хлопаю с недоумением глазами.

- Максим, передай конверт.

- Это мне, в смысле?!..

- Нет. Не тебе. Но в твое распоряжение средствами фонда.

Макс держит передо мной конверт.

- Не бери, - поджимает губы. - Погрязнешь в отчётах и работе. А тебе все равно отсюда ни копейки не достанется. Зарплата же не подразумевается, так, Софья Алексеевна.

- Не подразумевается, - с вызовом дёргает бровью, глядя мне в глаза.

- В смысле, "не бери"?! - перевожу на него удивленный взгляд. - Да это же волшебная палочка! Столько всего можно будет сделать!

- Это - "сапожник без сапог"!

- Похожу "босой".

Забираю конверт.

- Благодарю, Софья Алексеевна. Это... - в эмоциях развожу руками. - Круто!

"Ебанутым нет покоя", - шевелит губами Макс, закатывая глаза.

Нам приносят первое.

- От себя... - комментирует Софья Алексеевна.

- Что? - растерявшись кладу ложку.

- Зачерпывать суп нужно движением от себя. Зачерпнув, следует слегка коснуться ложкой края тарелки, чтобы оставить капли. Набирать чуть больше половины ложки, но не полную. Держать её параллельно столу. За ложкой не тянуться. Не дуть на неё. На стол не класть...

Подхватываю обратно с салфетки.

- Суп до конца не доедать. Так как это заставит тебя шкрябать по дну. А звуки недопустимы. Ложку, если ты закончила, оставить в тарелке. Максим... Поучаствуй. А после обеда, отправь Меланию в синюю гостиную и зайди ко мне. Приятного аппетита! - поднимается она и выходит.

Держу растерянно ложку в руках, чувствуя, как рдеет лицо.

Перевожу взгляд на Макса.

- Просто ешь... - пожимает плечами.

Наблюдаю за ним. Макс ест как аристократ. Немного неестественно, сдержано, но эстетично. Не желая этого, засматриваюсь на его профиль. Аккуратно выбритый висок. Движение желваков. Линию челюсти. Кадык.

Красивый... Очень.

- Ложку, вот так, - поправляет то, как я держу ложку. - Она должна лежать на пальце. Это не карандаш… палец отведи. Теперь подожми их...

Его грудь касается моего плеча. Рука лежит где-то сзади, на спинке моего стула.

Наши кисти соприкасаются. Ложка вываливается у меня из руки.

Плюх...

Брызги летят!

- О... бестолочь какая... - беззлобно.

- Извини! - хватая салфетку, тру его рукав.

- Забей. Повернись-ка.

Стирает с моей шеи каплю салфеткой. Потом - с щеки.

- Замарашка...

- Я так анорексичкой стану, - страдая, отодвигаю от себя тарелку.

Меня даже немного затошнило от смущения и напряжения. А может, от голода, конечно.

- Занято.

- В смысле?

- Анорексичка у нас Юлия Викторовна, - весело шепчет мне.

- Серьезно?!

- Ага... Выбери что-нибудь пооригинальнее, чтобы самоубиваться.

- А можно отказываться от супа? У меня психологическая травма, кажется.

- Когда мне было лет семь. Я чихнул томатным супом в лицо Софье Алексеевне. Вот где была травма!

- Хах... - хихикаю я. - Тебя наказали?

- Меня отчитали. И пересадили на несколько лет на другой край стола.

Пока нам несут десерт, снимает одно из своих двух колец. Пристраивает мне на большой палец.

- Тут чип кредитки Данилевских. Если нужно расплатиться. Обналичить ничего не получится. Если нужно куда-то поехать, напрягаешь водителя. Или - просишь Марту вызвать тебе такси. Диктуй свой номер...