Вящая. Падение заслона. Часть I

– Прости Станислав Борисыч, – он достал такую же повязку, которая была у него на левом предплечье и намотал вокруг головы, засунув в рот.

Наступила тишина. Ее разбивали только шаги первого, кто поднимался по небольшим ступеням к столу для голосования. Все попытались всмотреться в то, какой символ он нарисует. Но ничего не было понятно. Захар свернул бумажку и кинул в пошарпанную копилку. Затем снял шапку, приложил к груди и посмотрел на икону девы Марии, висящей на стене за столом.

– Кто следующий? – человек в пиджаке посмотрел на жену Захара, и та тут же спохватилась и короткими торопливыми шагами пошла исполнять свой долг.

Захар что-то постарался сказать женщине, но охотник цыкнул и покачал головой.

Раиса подошла ближе в стоящему на коленях доктору.

– По булавке. Ты узнал что-нибудь о том, кто подложил ее?

Тот отрицательно покачал головой.

– Ёнда, – вящая повернула голову, чтобы посмотреть на следующего человека, поднимающегося на подиум для голосования. – Есть какие-нибудь идеи? Это могло бы нам как-то помочь.

Доктор смотрел на Раису обреченным взглядом, а на его лбу образовывалась испарина.

Голосование шло быстро. Чем дольше люди ждали своей очереди, тем больше времени у них было на то, чтобы принять решение и тем быстрее они поднимались к столику и кидали свой самобытный бюллетень в антикварную коробочку.

Раиса была последней. Она дождалась, когда Толя, держащий подсудимого за плечо, отдаст свой голос и пошла к месту действия. Однако крупная ладонь вместо того, чтобы дать листок, схватила ее за запястье.

– Ты не будешь голосовать, – Матвей расстегнул верхнюю пуговицу у рубашки, потому что та была ему не по размеру и постоянно сдавливала шею. – Голосовать имеют права только признанные жители Юсек. А будешь ли ты признанной – это мы решим на следующем голосовании. Так что пока отдыхай, милочка.

Вящая с презрением посмотрела на здоровяка. Дождалась, когда хватка охотника на ее запястье ослабнет и резким движением вырвала свою руку. Встала на место.

Самопровозглашенный судья теперь уже присущей себе походкой поднялся наверх и взял в руки копилку, в которую все бросали листочки. Это была красно-желтая коробка с надписью «Трудовая копейка советский рубль бережет». Должно быть Матвей отрыл ее на каком-нибудь чердаке среди хлама и теперь нашел ей применение.

Он открыл крышку и попытался засунуть внутрь руку. Он не влезла. Тогда чуть наклонил коробочку, встряхнул ею и достал первый лист. Показал всем, одновременно сказав:

– Смертная казнь!

Люди отреагировали довольно сдержанно. Пара дружинников грохоча на всю церковь поставила школьную доску так, чтобы всем было видно. Один из людей правосудия разделил ее надвое. Слева нарисовал крест. Справа круг. И там, где был крест, поставил цифру один.

Охотник достал следующий лист. Еще не успел показать его людям, но Раиса уже прочитала все у него по лицу.

– Заключение под стражу.

Теперь дружинник поставил цифру один под круг.

Вящая посмотрела на доктора. У того в глазах появилась надежда.

– Смертная казнь!

Два.

– Заключение под стражу.

Два.

– Заключение под стражу.

Три.

– Заключение под стражу.

Четыре.

– Смертная казнь!

Три.

Голоса распределялись поровну. То смягчающий приговор вырывался вперед, то смертная казнь отрывалась на несколько голосов. Раисе казалось, что не только у доктора с каждым словом судьи замирает сердце, но и у всех жителей Юсек.

– За заключение под стражу проголосовало сорок три человека, – возвестил здоровяк. – За смертную казнь сорок два. Тут остался один голос.

Матвей потряс копилку. Снова не смог засунуть руку внутрь. Наклонил металлическую коробочку и начал трясти сильнее. Бумажка видимо зацепилась за что-то и упорно не хотела вылетать.

– Все будет хорошо, – Раиса кивнул доктору.

Наконец бумажка вылетела наружу. Резкое дуновение ветра, ворвавшегося через окно, которое накануне освободил от досок священник, снесло бюллетень в сторону. Под почти сотню взглядов бумажка чистой стороной кверху упала под ноги Раисе. От неожиданности вящая встала в ступор. Подняла взгляд и окинула им сразу всех жителей, которые теперь пялились на нее в ответ.

Можно было подобрать листок. Проглотить его и тогда никто не узнает, что было написано на нем. Крест или ноль. В этом случае голосование скорее всего завершится в пользу доктора. А может и нет. Может быть, у охотника уже припасен какой-нибудь сюрприз. Однако если она поступит так, есть один жирный минус. К ней не будет больше доверия. А вот если на листе нарисован круг, то тогда голосование закончится в пользу заключения под стражу. И это будет не оспорить. Крест – это ничья. Круг – победа. Есть ли план на тот случай, если будет ничья?

Вящая спокойно опустилась на корточки. Подняла бумажку и перевернула.

– Смертная казнь… – она выдохнула и посмотрела в глаза своему единственному здесь другу.

Он обреченно медленно моргнул.

– Голоса разделились поровну, – Раиса выпрямилась и показала всем нарисованный на листочке крест.

– Не совсем, – охотник достал из кармана бумажку вместе с ручкой.

Щелкнул ей, чтобы достать стержень. Этот звук отразился от стен и потолка церкви, вынося страшный приговор.

– Я не голосовал, – Матвей наклонился над столом и нарисовал символ.

Поднял бумажку.

– Смертная казнь.

Кто-то из толпы упал в обморок. Доктора подняли за руки и потащили к выходу. Вящая не могла поверить в то, что произошло. Люди загалдели.