Возвращение на путь героини

Еще один феномен Целительницы – зависимость от мнения, поддержки и оценки других приводит к тому, что в ней возникают автономные субличности, которые являются копиями поведенческих моделей из окружающего ее мира: критикующая мать, гиперопекающая бабушка, перфекционист-отец, беззаботная девочка или женщина-вамп, срисованная с кумира. Эти субличности, обладающие различными моделями поведения и уровнями зрелости, ведут между собой внутренние дебаты о том, как действовать в той или иной ситуации. Историю этих вечных дискуссий прекрасно иллюстрирует российский сериал «Настя, соберись!»[1].

С развитием способности доверять себе «консилиумы» в голове Целительницы начинают исчезать, но Целительнице простоит долгое путешествие к узнаванию себя.

2. Испытывает тотальный дефицит ресурсов

На начальном этапе взрослой жизни у Целительницы почти нет собственных ресурсов – она буквально начинает с нуля и учится их находить и наращивать. Этот процесс дается ей с трудом, сопровождается множеством ошибок, разочарований и боли.

Целительница часто ощущает нехватку времени, денег, знаний, поддержки, любви, привлекательности. Эти дефициты становятся для нее объяснением, почему она не может что-то сделать для себя или решиться на важный поступок. Она убеждена, что, если бы какой-то нужный ресурс появился, все проблемы сразу решились бы сами собой. Важно понимать: ощущение нехватки ресурсов для Целительницы естественно и является для нее нормой.

Самым значимым дефицитом для Целительницы является отсутствие энергии и душевных сил. Целительница часто ранится о жизнь и переживает много боли из-за столкновений с реальностью, отсутствия жизненного опыта, неочевидных правил и процессов, о которых она еще не знает. Это приводит к необходимости использовать психологические защиты, подавлять эмоции, что забирает много сил, внимания и энергии и сильно истощает женщину.

Из ощущения дефицита ресурсов Целительница часто выбирает только одну сферу для развития. Классический случай: «я же мать», когда женщина игнорирует любые другие роли.

В современном мире, учитывая развитие технологий, женщина может реализовываться в нескольких сферах, если примет, что ее возможности не ограничены и она может больше, чем думает. Однако для Целительницы это понимание недоступно.

3. Зависит от постоянной потребности в реальном подтверждении своей ценности (значимости, любви)

У Целительницы сформирована сильная зависимость от внешних оценок. Она не может самостоятельно ощутить свою ценность и генерировать любовь и постоянно ищет подтверждения своей «хорошести», ценности и состоятельности через мнения окружающих.

Хорошо известна и многократно описана психологами травма, когда девочка в детстве вынуждена бороться за любовь и признание родителей, особенно матери. Ожидания, связанные с близкими, с возрастом переносятся, например, на отношения с мужчинами, Целительница требует постоянного подтверждения их любви, придумывает специальные ритуалы, которые мужчина должен выполнять. Целительница старается подтолкнуть партнера к выполнению этих действий как можно чаще, а если этого не происходит, ее первая мысль – она не нужна, ее не любят. Она оценивает не сами чувства к партнеру, а наличие ритуалов: к сожалению, внутренний мир Целительницы не позволяет ей в полной мере наслаждаться всеми гранями любви.

Еще один аспект проявления этого маркера – необходимость одобрения от значимых людей. Похвала за какие-то действия (от всех, кто для нее значим) становится для нее сигналом к воспроизведению, и она начинает активно эти действия повторять, ведь одобрение других – единственное, что поддерживает ее, пока собственного внутреннего стержня нет. Обратная сторона этой зависимости – сильные душевные переживания и разочарование в себе, когда Целительница не может соответствовать требованиям значимых людей.

4. Не знает о своих базовых ценностях

В начале своего пути Целительница практически не знакома со своими базовыми ценностями – ключевыми идеями, определяющими нашу личность и поведение, на основе которых строится наша уникальность.

Отсутствие собственных устойчивых убеждений заставляет следовать чужим сценариям, что ведет к разочарованиям и чувству, что живешь «чужой жизнью».

Осознание ценностей очень важно, так как оно лежит в основе духовного роста: именно от этого зависит, как мы принимаем решения и определяем, что соответствует нам, а что нет. Даже если мы не осознаем свои ориентиры до конца, при прочих равных условиях жизни мы все равно опираемся на них. Целительница для объяснения своего поведения чаще использует внешние социальные правила «в такой ситуации нужно поступить так», поэтому ей трудно принимать решения, касающиеся своей жизни, а вопрос о мотивах своих выборов ставит ее в тупик.

5. Существует в парадигме ролей «Жертва – Спасатель – Преследователь»

Несмотря на современные изменения в оценке женских ролей, в обществе по-прежнему доминирует образ женщины как любящей, поддерживающей и жертвующей собой.

Если вам знакома теория Карпмана[2], то вы знаете, что мы можем реализовывать роли Жертвы, Спасателя и Преследователя в разных отношениях и обстоятельствах.

Это важно понимать: если вы часто чувствуете себя жертвой, помните, что наверняка где-то играете роль спасателя, а также выступаете как агрессор там, где проявляется напряжение и неудовлетворенность.

«Я чувствую себя жертвой обстоятельств», «Я приношу себя в жертву ради других» – эти идеи явным или скрытым образом становятся лейтмотивом квеста Целительницы. В христианском мире это одна из программ, которая формирует положительное отношение к жертвенности и спасительству, ведь считается, что хорошие люди, а особенно женщины, именно так и должны себя вести.

У Целительницы роли жертвы или спасательницы будут акцентированы, так как каждая из них, как мы уже упоминали выше, одобряется обществом и позволяет женщине получать социальные бонусы. В то же время третья роль – агрессора – подавляется и игнорируется, так как она не соответствует идее жертвенности и спасения других за счет себя и своих ресурсов.

Это порождает дополнительные источники боли и напряжения внутри Целительницы. Когда ей приходится находиться в ситуации, где агрессия табуирована, она считает, что агрессия – это плохо, а она сама – хорошая. Однако потребность выразить свою агрессию все равно находит выход через эмоциональные срывы, неконструктивную критику или вспышки злости на близких. У Целительницы возникает чувство вины за невольно проявленную агрессию – она считает, что поступила «плохо», и с новыми силами вновь и вновь бросается в спасательство или жертвенность.

Особенно трагичной для душевного здоровья женщины является ситуация, когда агрессия табуирована настолько, что может быть направлена только на саму себя. Уничтожая зачатки самоуважения и самоценности, она в итоге наносит ущерб своему психическому и физическому здоровью.

Для успешного выхода из квеста Целительницы женщине необходимо понять, что этот набор ролей стал для нее замкнутым кругом, что важно искать новые модели поведения. Жертвовать собой, ставя под угрозу свои ресурсы, подавлять свою агрессию и испытывать вину за ее проявления – это деструктивные модели, ведущие к истощению ресурсов и увеличению страданий. Принцип «Жизнь должна продолжаться» не может реализовываться за счет саморазрушения и страданий.

Отдельно хочу отметить, что жертвенность – это не всегда проявление слабости и беспомощности перед лицом обстоятельств. Часто женщины идут на жертвы с высоко поднятой головой, демонстрируя свою силу, самостоятельность и независимость, отказываясь от разумной помощи. «Пусть мне будет хуже, но я докажу всем, что я автономна и независима. Ешьте меня, пейте мою кровь! А я не подам виду, что мне больно, что я в чем-то нуждаюсь» – это жертвенность, но это не сила. От некоторых Целительниц можно услышать такие истории: «Я никогда не просила о помощи, ни на кого не опиралась, тянула на себе родителей, мужа, детей, коллег. Посмотрите, какая я, гвозди можно делать из таких людей!» Это тоже пример Целительницы. Просто ее модель жертвенности такова, что она будет умирать в роли сильной женщины, которая никому ничего не должна. Но это не делает ее жертвенность менее токсичной, чем у женщины, которая открыто признает: «Я слаба, ничего не могу и отдаю вам последнее, пожалейте меня».

Два сценария выхода из квеста Целительницы

Целостный сценарий: путь к самоценности

Основная идея, позволяющая Целительнице завершить квест по целостному сценарию, звучит следующим образом: «Единственная, кого я могу исцелить, и кто должен быть исцелен – это я». Какие шаги нужно предпринять по этому сценарию?

Отказ от «анестезии».

Целительница осознает свои психологические защиты и уловки, с помощью которых обманывала себя, и начинает осознанно от них отказываться (самостоятельно или с помощью помогающего практика).

Признание ролей Жертва – Спаситель – Преследователь.

Целительница начинает осознавать социальные игры, в которые играла до этого неосознанно. Хотя ей может понадобиться время для поиска выхода, внутреннее решение об этом должно быть принято.

Взять жизнь в свои руки.

Целительница начинает действовать, не оглядываясь на мнения окружающих.

Отказ от поиска виноватых.

Целительница должна научиться управлять желанием назначить кого-то виноватым и вернуть ответственность себе.

Разумное отношение к имеющимся ресурсам.

Целительнице важно приобрести здоровую привычку оценивать имеющиеся ресурсы, признавать реальное положение дел и учиться продолжать решать жизненные задачи теми силами и ресурсами, которые сейчас доступны. Чуть позже на этой основе формируется философия разумного хозяйствования.

Принятие феномена базовых ценностей и их влияния.

Хотя Целительница может еще не осознавать и не озвучивать свои ценности, она допускает, что в ней есть некие основы, и ей нужно научиться с ними взаимодействовать.

Исследование себя и опора на собственный опыт.

Целительница переключает внимание с внешнего знания о себе на внутреннее. Теперь мнения других людей воспринимаются более критично, так как главной ценностью становится ее собственный опыт.

Главный вывод: Целительница приходит к осознанию – «Я ценна, я заслуживаю любви просто потому, что я есть. Без условий».

Как иллюстрацию целостного сценария можно рассматривать фильм «Пазл[3]». Главная героиня – классическая Целительница, увлеченная сбором пазлов. Именно открытие и осознание ею таланта к складыванию пазлов запускает ее интерес к себе как личности и процессы самопознания. В возникших отношениях с партнером и наставником героиня выбирает себя, не поддаваясь на манипуляции мужчины, который навязывает ей свои представления о том, как должна проходить ее жизнь. Женщина аккуратно заканчивает отношения с бывшим мужем и помогает детям понять и пройти через свой собственный процесс трансформации.

Это идеальный пример того, как женщина может выйти из роли Целительницы с минимальным количеством боли и потрясений и продолжить свое взросление.

Токсичный сценарий: иллюзия выхода из кризиса

Токсичный сценарий позволяет женщине справляться с актуальными состояниями и выходить из кризисов, но не приводит к формированию самоценности, создавая лишь иллюзию выхода. Из квеста Целительницы по токсичному сценарию женщина выходит с устойчивым убеждением: «Я ничем не могу помочь себе, потому что не знаю, как это сделать, поэтому я жертвенно исцеляю других».

Какие шаги предпринимаются по этому сценарию?

Увеличение «анестезии». Целительница начинает использовать все большее количество психологических защит и самообмана. Найдя эффективную дозу «анестезии», женщина может перейти в следующий квест, но на временном «допинге».

Разгон треугольника Карпмана. Токсичная Целительница выпячивает роли жертвы и спасательницы, а роль агрессора прячет, поскольку она разрушает ее образ «святой». Она испытывает чувство вины за агрессора, что приводит к постоянным эмоциональным срывам и конфликтам. Очень часто она предъявляет претензии за недостаточную благодарность за свои жертвы.

Безответственное привлечение ресурсов. Токсичная Целительница начинает использовать не только свое время и деньги, но и привлекает ресурсы других людей. Логика проста: «Я жертвую всем, а почему другие этого не делают?»

Подмена ценностей чувством долга. Личные ценности подменяются чувством долга. Целительница должна «тащить» своих родителей, потому что они дали ей жизнь, или быть «хорошей» женой и матерью. Этот груз ощущается как обязательство, а не как выбор.

Увеличение зависимости от мнения других. Подмена ценностей усиливает зависимость от одобрения и признания окружающих. Растет напряжение, боль и неудовлетворенность собой.

Перекладывание ответственности на других. Токсичная Целительница объясняет свою неудовлетворенность не тем, что она погружена в противоречия, а тем, что ее объект спасения недостаточно хорош. Она либо продолжает работать над «исправлением», либо решает сменить объект спасения, думая, что с новым все будет иначе.

Если в целостном сценарии женщина утверждает: «Я ценна» и далее исследует себя, то в токсичном сценарии ее ценность смещается на жертвенность и служение другим. Самоценность не становится основой ее картины мира.

Как иллюстрацию токсичного сценария можно привести персонажа из того же фильма «Пазл» – девушку сына главной героини. В ее поведении и рассуждениях четко прослеживается Целительница, которая движется по токсичному сценарию. Она часто говорит о гуманизме и спасении человечества, но не предпринимает никаких действий. Когда у ее парня появляются деньги, она готова безответственно потратить их на свои иллюзии, будучи очень далекой от тех прекрасных идей, которые декларирует.

Целительница в кино

Фильм «Шоколад» (США, 2000 г.)

Фильм «Шоколад» произвел на многих женщин глубокое впечатление, и меня часто спрашивают о нем с точки зрения архетипа Целительницы. Если вы сейчас находитесь в собственном квесте Целительницы, мои комментарии могут вас удивить или даже возмутить. Но если вы уже прошли этот этап, то сможете оценить фильм более спокойно и объемно.

Главная героиня, Виенн, – яркая Целительница. Назову несколько ее характерных черт.

Неустроенность и вечный поиск. Виенн ведет кочевой образ жизни, у нее есть дочь, которую она возит за собой, причем обе страдают от постоянных переездов. Сама героиня погружена в поиск себя и внутренне незрела.

Легенда о северном ветре. Эта история, позаимствованная у матери, служит оправданием ее вечных побегов. Виенн повторяет сценарий своей семьи, оправдывая перемены и неустроенность некой высшей силой.

Попытка подчеркнуть уникальность через внешние атрибуты. Открывая магазин, Виенн окружает себя экзотическими предметами майя, носит вместе с дочерью красные плащи. Это компенсаторика – таким образом она пытается подчеркнуть свою «особенность», не ощущая внутренней ценности.

В новом городе Виенн начинает активно «исцелять» местных жителей своими методами. Однако результаты далеко не всегда положительны. Одна из ее подопечных умирает от осложнений диабета, а Виенн попустительствует ее слабостям, даже не зная о болезни. Муж-абьюзер другой героини поджигает дом, в результате чего едва не гибнут дети. В каждом случае Виенн не вникает в суть происходящего, а предлагает самый знакомый ей способ – уход, побег от проблемы. Она не учитывает местные правила, особенности людей, не видит всех последствий своих добрых намерений.

После череды драматических событий она впервые решает не бежать, а остаться, чтобы справиться с последствиями собственных поступков. В ее жизни появляется Ру – мужчина, который ее поддерживает, и свои усилия Виенн начинает направлять на построение более зрелых отношений, прежде всего с дочерью. Таким образом, героиня завершает квест Целительницы и переходит к следующему этапу – квесту Любовницы, где появляется надежда на личное счастье и жизнь, наполненную теплом и поддержкой близких.

«Пятьдесят оттенков серого» (США, 2015 г.)

Я выбрала этот фильм, потому что он отражает поиски и переживания двух разных групп женщин – молодых девушек, только начинающих строить жизнь и отношения, и женщин зрелого возраста, ищущих новые смыслы. Оба типа – архетипичные Целительницы.

Анастейша – это пример токсичной Целительницы. Если опустить сексуальные фантазии автора, то мы увидим узнаваемый образ молодой женщины, которая пытается исцелить партнера своей любовью.

Желание «спасти» возлюбленного. Анастейша видит предпочтения мужчины как девиацию и стремится «исправить» его через любовь, манипуляции и эмоциональное давление. Здесь проявляется классическая динамика созависимых отношений и треугольника Карпмана.

Провокации и эмоциональные манипуляции. Героиня требует откровений, настаивает на обсуждении прошлых травм, требуя доказательств любви через болезненные признания. Ее представление о любви неразрывно связано с жертвенностью и самопожертвованием.

Поиск виноватого. Анастейша возлагает ответственность за «отклонения» мужчины на других (например, на некую женщину из прошлого) и желает наказания для нее. Тем самым смещается фокус с реальных причин внутренней боли и личных границ партнера.

Стремление переделать партнера. Вся трилогия строится на идее, что можно изменить мужчину манипуляциями и настойчивостью. В реальности такие истории редко заканчиваются хеппи-эндом: изменение возможно только при истинном внутреннем желании самого человека, а «запрет» на проявление себя приводит к саморазрушению или новым проявлениям деструктивности.

Главная иллюзия здесь – вера в то, что любовь может кого-то вылечить или исправить. В подобных историях можно заменить сексуальную девиацию на любую другую проблему: пристрастие к алкоголю, агрессивность, неуверенность, и т. д. Женщина-Целительница всегда пытается «спасти» любимого, жертвуя собой.

К сожалению, тема токсичной Целительницы очень популярна – как в массовой культуре, так и в жизни многих женщин. Несмотря на внешнюю романтизацию, которую мы видим в фильме, такие отношения обычно ведут лишь к боли, созависимости и разочарованию.

Как родители могут помочь девочке прожить Целительницу?

Как мы уже выяснили, квест Целительницы – это первый этап на пути духовного развития женщины. Никому из нас не удастся избежать этого опыта. Однако мамы девочек часто задают мне вопрос о том, как поддержать своих дочерей, чтобы прохождение этого квеста прошло максимально безболезненно и не заняло большую часть жизни.

Очевидно, что если родители займут определенную позицию в процессе воспитания, то шансы на успех существенно увеличатся.

Эта позиция включает в себя поддержку девочки в ее стремлении развиваться и делать самостоятельные выборы. Право на выбор – важный инструмент, который дают родителям своим дочерям. Начать можно с мелочей – право выбирать одежду, решать, как проводить свободное время, с кем общаться. Это поможет сформировать навык опоры на себя и свои чувства.

Поддержка знакового взрослого человека. Каждой из нас сильно не хватает человека, который бы говорил, что все, что происходит, нормально. В этом плане поддержка родителей может помочь избежать чувства вины и разочарования из-за попыток узнать себя и интегрироваться в окружающий мир.

Открытое общение и эмоциональная доступность. Коммуникация между родителями и дочерью должна быть открытой. Родители могут задавать вопросы о том, что волнует их девочку, поддерживать ее разговоры о чувствах и эмоциях, а также демонстрировать свою готовность выслушать и понять.

Поддержка в трудные времена. Девочке важно знать, что трудные времена – это нормально. Поддерживая ее в сложных ситуациях, родители могут помочь справиться с разочарованиями и трудностями, не позволяя застревать в роли Целительницы дольше, чем это необходимо.

Стратегии для Целительницы

Теперь я хочу подробнее представить вам ключевые идеи, которые помогут понять, что с вами происходит, и дадут возможность присвоить артефакт самоценности. В основе моих рекомендаций – замена токсичного поведения на целостное: честно принять реальные ресурсы, освободиться от зависимости от мнения других, осознать свои базовые ценности и начать строить жизнь, опираясь на внутренние убеждения, а не внешние «зеркала».

Психологические защиты

Узнавание и разоблачение использовавшихся для уменьшения боли от жизни психологических защит и сформировавшихся на их основе стратегий выживания освобождает от автоматических реакций, которые нас ограничивают или запускают «бег по кругу».

Стремление предотвратить душевную боль и страдания – одна из причин, по которой женщина начинает использовать психологические защиты. Они действуют как обезболивающее, но не позволяют сформировать самоценность.

Если проанализировать свои психологические защиты и стратегии выживания, основанные на них, можно освободиться от ограничивающих автоматических реакций, а также увидеть ресурсы и возможности, которые были недоступны, пока вы спасались от душевной боли с помощью «анестезии».

Какие из перечисленных ниже реакций свойственны вам в ситуациях, с которыми вы не справляетесь, чувствуете угрозу, теряете контроль или тревожитесь?

1. Во всем происходящем обвиняю себя.

2. Ищу виноватых и обвиняю других.

3. Впадаю в стыд или чувство вины.

4. Блокирую свои ощущения, запрещаю себе чувствовать.

5. Полностью отключаюсь от тела, терплю дискомфорт, не подавая вида.

6. Убегаю в работу или другое поведение, которое меня успокаивает (ем / покупаю вещи).

7. Отказываюсь от удовольствия и комфорта, чувствую себя недостойной их.

8. Забываю про себя, полностью переключаюсь на проблемы других.

Большая беда психологических защит в том, что они сначала помогают справиться с травмирующими жизненными ситуациями, но постепенно становятся привычками. Вы взрослеете, меняетесь, а они остаются с вами, продолжают включаться и определять ваше поведение и реакции на бессознательном уровне.

Вы оказываетесь в ситуации, когда хотите понимать себя, строить гармоничные отношения с окружающими, но защиты срабатывают автоматически. Однако, понимая причины своего поведения, можно осознанно с ним работать.

Развитие способности быть дружелюбной к себе и формирование навыка позитивного внутреннего диалога

Когда мы отказываемся от опоры на чужие идеи, нам нужен новый источник поддержки. Самый здоровый и экологичный из них – опора на себя, когда мы перестаем смотреться в чужие зеркала и начинаем формировать собственный внутренний стержень. Наиболее простой способ сделать это – изменить качество внутреннего диалога, бесконечного разговора с самими собой.

В каком тоне вы обычно ведете его? Чаще обвиняете себя или поддерживаете?

Как показывают наблюдения, обычно мы виним себя, обесцениваем, разговариваем с собой так, как когда-то нас научили окружающие, по привычке используя критический тон. Мы обращаем внимание в первую очередь на ошибки, на моменты, в которых не справились, думаем, что не дотягиваем до социальных стандартов, не соответствуем чьим-то ожиданиям и требованиям.

Внутренний разговор, в котором мы сами себе даем много понимания и поддержки, – это навык, который можно сформировать, чтобы научиться видеть в себе источник не бесконечных ошибок, а бесконечных возможностей.

Обычно я слышу от женщин истории о том, с чем они не справляются и какие негативные переживания испытывают по этому поводу. Они повторяют похожие смыслы: «У меня не получилось. Я могла бы сделать иначе».

Как их, так и вас, я прошу вспомнить: а с чем вы справились? Всегда оказывается, что справились женщины с гораздо большим в своей жизни, чем им казалось на первый взгляд.

Способность быть дружелюбной по отношению к себе – основа формирования внутреннего позитивного диалога. Сейчас наша задача сказать: «Я одна из тех, кому нужна забота, я тоже важна». Простое правило: начните относиться к самой себе так, как относитесь к человеку, дружбой с которым очень дорожите. Учитесь дарить себе все то хорошее, что дарите другим. Это здоровый эгоизм – только основываясь на собственном благополучии и уважении к себе, вы можете затем заботиться и о других.

Чтобы превратить внутренний диалог в позитивный, попробуйте отслеживать свои мысли. Тут большую пользу вам может принести дневник, где в формате ежедневного анализа прожитого дня можно анализировать свой внутренний диалог и фиксировать те случаи, когда вам удавалось поменять его тон. Записи в дневнике очень помогают в формировании любых новых привычек. Когда мы что-то постоянно держим в фокусе своего внимания, то не забываем это сделать, а затем формируем новый автоматический навык.