Полная версия
Философия для тех, кто ничего не понял
Макар Колесников
Философия для тех, кто ничего не понял
Введение
Вы наверняка знаете слово «философия». Да, то самое, после которого обычно появляются бытие, материя, сознание, истина, диалектика и другие тяжёлые понятия, способные испортить настроение студенту ещё до начала семестра. Возможно, вам даже говорили, что философия — это скучная дисциплина, в которой давно умершие люди веками спорили о вещах, не имеющих никакого отношения к обычной жизни.
Так вот, это неверно.
Обычный учебник проделывает с живым вопросом нехитрую операцию: вынимает из него жизнь, оставляет определение и велит его выучить.
Экзамен уже закончился. Студент выходит из аудитории и понимает: провал.
А готовился он усердно. Читал конспект, подчёркивал определения, запоминал фамилии, повторял «бытие», «истину», «сознание» и прочие слова, которые накануне даже казались понятными. Не помогло.
А потом вытянул билет — и в голове возникла чёрная дыра.
Слова туда провалились. Фамилии тоже. Мысль исчезла первой. Осталось только внутреннее «ну…», с которого обычно начинается экзаменационная катастрофа.
Спрашивается, куда делись знания? Билет виноват? Ну да, конечно. А ещё можно обвинить преподавателя, магнитную бурю и неудачное расположение планет.
Билет здесь ни при чём. Студент набил голову чужими словами и решил, что теперь знает философию.
Теперь отмотаем время назад. А экзамен ещё не наступил, конспект снова открыт. Но на этот раз студент не бросается зубрить определение. Сначала он пытается понять, какой вопрос стоял за ним.
Но одной фамилии здесь мало. Нужно понять, какой вопрос волновал философа и почему прежний ответ его не устраивал.
Вечером студент снова открывает конспект. Рядом с ноутбуком остывает чай. В кресло запрыгивает кот-обломовец.
Он поворачивается на месте, укладывается на плед и закрывает глаза. Лучшее место занято, порядок восстановлен, философствовать можно где-нибудь рядом.
Кота занимали кресло, миска и покой. А вечные вопросы он оставил студенту.
Студент отвёл взгляд от конспекта и попробовал объяснить определение своими словами. На втором предложении остановился.
Базовые вопросы философии
Он вернулся к конспекту. До философов было ещё далеко. Сначала шли слова, которые обычно пролистывают в надежде вернуться к ним перед экзаменом: мировоззрение, предмет философии, функции, материализм, идеализм.
Студент уже хотел пролистнуть страницу. Но именно эти слова потом будут стоять внутри почти каждого большого спора курса. Пришлось начинать с них.
Первым в списке стояло мировоззрение.
Мировоззрение и его структура
Можно не знать слова «мировоззрение» и всё равно иметь его. Мировоззрение — система общих представлений человека о мире, самом себе и своём месте в нём. В него входят знания, ценности, убеждения, идеалы, нормы и жизненные цели.
Миф, религию, философию и науку удобнее видеть не как четыре коробки, а как разные способы отвечать на вопрос «почему?». Миф держится на образе и предании. Религия связывает ответ с верой, откровением, культом и священной традицией. Философия требует понятий, рассуждения и аргументов. Наука — наблюдения, эксперимента, проверяемости и доказательства. В культуре эти способы могут пересекаться, но основания ответа у них различаются.
Основной вопрос философии
Основной вопрос философии — вопрос о соотношении бытия и мышления, материи и сознания. У него две стороны: онтологическая и гносеологическая.
Онтологическая сторона спрашивает, что первично. Если первична материя — это материализм. Если первичным признаётся духовное начало, идея, Бог или сознание — идеализм. Если материя и дух рассматриваются как два самостоятельных начала — дуализм.
Гносеологическая сторона ставит другой вопрос: познаваем ли мир? Позицию, признающую возможность познания, называют познавательным оптимизмом. Агностицизм ограничивает или отрицает возможность достоверного познания мира, скептицизм подвергает такую возможность сомнению.
Предмет и функции философии
Предмет философии — наиболее общие основания бытия, познания, человека, общества и ценностей. Поэтому один и тот же философский вопрос может касаться природы, знания, морали, политики или смысла жизни.
Когда философия формирует общую картину мира, работает мировоззренческая функция. Когда разбирает способы и основания познания — методологическая. Когда требует проверить привычные взгляды и их основания — критическая.
Аксиологическая функция связана с ценностями и оценкой. Прогностическая — с возможными направлениями развития человека, общества и знания. Интегративная связывает разные области знания в общей картине мира.
Слова «материализм», «идеализм», «рационализм», «иррационализм», «теизм» или «атеизм» лучше воспринимать как координаты спора, а не как ящики для фамилий. Одна ось спрашивает, что первично — материя или духовное начало. Другая — какую роль играет разум. Третья касается отношения к религии. Историческое деление на античную, средневековую философию, Новое время и другие периоды отвечает уже на вопрос не «что философ думает?», а «в какой эпохе идёт спор?». Смешивать эти основания — быстрый способ получить красивую, но бесполезную таблицу.
Глава 1. От мифа к логосу: почему появилась философия
У философии нет точного места рождения. А жаль. Было бы удобно.
Приезжаешь в древний город, включаешь камеру и ставишь геометку: «Здесь человек впервые задумался о смысле жизни».
Рядом уже стоит табличка. За ней — касса и сувенирная лавка.
Обычный билет — для фотографии. Билет подороже — чтобы ещё и задуматься.
Студент открыл список фамилий и поставил их в ряд:
Фалес. Анаксимандр. Анаксимен. Пифагор. Гераклит. Эмпедокл. Демокрит.
Фамилии шли одна за другой, а ответы разбегались в разные стороны. Фалес — вода. Анаксимандр — апейрон. Анаксимен — воздух. Стоило спросить «почему?», и простой список уже не спасал.
Оставалось запомнить порядок.
Одной Грецией дело не ограничилось. Примерно в ту же историческую эпоху философские традиции складывались в Индии и Китае.
В Индии философское мышление выросло из ведийской традиции и Упанишад. Позже появились систематические школы — даршаны, рядом развивались буддизм и джайнизм. Здесь обсуждали Брахман и Атман, карму, сансару, мокшу и пути освобождения от страдания.
В Китае философские школы складывались на фоне политических потрясений эпох Чуньцю и Чжаньго. Конфуцианцы, даосы, моисты, легисты и школа имён спорили о справедливом управлении, ритуале, законе, нравственном самосовершенствовании и пути Дао.
В самой Греции философия появилась примерно в VII–VI веках до н. э. Античную мысль условно делят на три этапа. Досократический сосредоточен на космосе, природе, первоначале, бытии и движении. Классический переносит внимание к человеку, познанию, добродетели и государству. В эллинистическую эпоху на первый план выходят свобода, счастье, судьба и душевное спокойствие.
Сначала существовала предфилософия — переходный этап между мифом и философским рассуждением. Человек уже спрашивал, откуда возник мир, почему в нём существует порядок и какое место во всём этом занимает он сам. Но отвечал с помощью богов, преданий, стихий, судьбы и космического порядка.
Миф называл виновника. Философия требовала объяснить причину.
Бурю послал бог. Хорошо. Но почему она вообще возникает? По какому порядку действует мир? Из чего он появился?
Здесь одного имени уже не хватало.
Греки не перестали верить в богов и участвовать в религиозных обрядах. Но теперь для ответа требовалось назвать причину и объяснить, почему она действует именно так.
Почему философия появилась в Древней Греции
К VII–VI векам до н. э. прежний родоплеменной строй постепенно разрушался. Возникали полисы — самостоятельные города-государства. Свободные граждане обсуждали решения на народных собраниях и в судах.
Приходилось приводить доводы, отвечать на возражения и замечать противоречия.
Одновременно развивались торговля, ремёсла и мореплавание. Греческие купцы и путешественники встречались с другими народами, узнавали их обычаи, религии и представления о происхождении мира.
Каждый народ считал истинным именно свой рассказ. Но почему греческому мифу следовало верить больше, чем финикийскому, египетскому или вавилонскому?
Греческое предание говорило одно, египетское — другое, вавилонское — третье. Верить всем сразу не получалось. Новые знания в старые объяснения тоже уже не помещались.
Греция находилась на пересечении торговых и культурных путей. Вместе с купцами и моряками сюда попадали другие способы счёта, письма и наблюдения за небом.
Основу письменности греки переняли у финикийцев. Записанные мысли теперь можно было сохранять и сравнивать.
Часть астрономических знаний греки заимствовали у вавилонян, которые задолго до них наблюдали за движением небесных тел и затмениями. Античная традиция приписывает Фалесу предсказание солнечного затмения. Однако современные исследователи сомневаются, что он мог точно его рассчитать.
В полисе приходилось спорить. Торговля сталкивала греков с чужими обычаями и мифами. Новые знания тоже требовали объяснения. Миф не исчез, но перестал быть единственным способом говорить о мире.
Натурфилософия и архэ
Первые греческие мыслители были натурфилософами. Причины грозы, движения небесных тел и происхождения мира они искали в самой природе.
Философия, физика, астрономия и геометрия тогда ещё не разделялись. Один человек мог наблюдать звёзды, заниматься вычислениями и одновременно рассуждать о происхождении космоса.
Натурфилософы искали архэ — первоначало, из которого возникло всё существующее.
Сегодня вода, воздух и огонь кажутся наивными ответами. У нас за спиной больше двух тысяч лет исследований. У первых философов такой опоры не было.
Они начинали там, где ещё не существовало готовых ответов.
С водой, воздухом и огнём они могли ошибаться. Но вопрос уже прозвучал: из чего состоит мир? Следующему философу уже было с чем не согласиться и что предложить взамен.
Милетская школа
Первой философской школой Древней Греции считается Милетская школа. Она возникла в Милете — крупном торговом городе на западном побережье Малой Азии.
Представителями школы были Фалес, Анаксимандр и Анаксимен. Все трое искали архэ, но пришли к разным ответам.
Фалес (ок. 624–546 до н. э.): вода
Фалес посмотрел на окружающий мир и решил: в основе всего находится вода.
Почему именно она?
Фалес видел в воде больше, чем одну из стихий. Она была для него исходной материей мира — влажным началом, из которого вещи возникают и к которому возвращаются. Без неё не живут растения, животные и люди. Семена содержат влагу, сама вода меняет состояние. Даже Землю Фалес представлял огромным диском, лежащим на мировом океане.
Анаксимандр (ок. 610–546 до н. э.): апейрон
Анаксимандр посмотрел на воду Фалеса и возразил.
Если первоначало должно породить всё существующее, оно не может быть одной конкретной стихией. Вода — только часть мира. Она не объясняет, откуда появляются сухое, горячее и другие противоположности.
Апейрон — беспредельное, неопределённое и вечное начало, которое не совпадает ни с одной стихией.
Из апейрона выделяются противоположности: горячее и холодное, сухое и влажное. Их взаимодействие образует космос.
Космос Анаксимандр представлял упорядоченным целым, возникшим из разделения противоположностей. В античной картине мира совершенное целое естественно мыслилось замкнутым и сферическим. Земля при этом не лежала на опоре: она удерживалась в центре потому, что была равно удалена от краёв космоса.
Ещё смелее выглядела его догадка о живом. Первые организмы, полагал Анаксимандр, возникли во влажной среде, а человек не мог появиться сразу в нынешнем виде: слишком долго человеческий ребёнок остаётся беспомощным. Это не теория эволюции в современном смысле, но для VI века до н. э. сам ход мысли был необычным: живое имеет историю.
У этого столкновения у Анаксимандра был свой порядок. Горячее теснит холодное, сухое — влажное, но ни одна сторона не побеждает навсегда. Так возникает своеобразная космическая справедливость: нарушенное равновесие снова восстанавливается.
Анаксимен (ок. 585–525 до н. э.): воздух
Анаксимен попытался соединить идеи Фалеса и Анаксимандра.
Первоначало должно быть конкретным, как вода, но одновременно беспредельным и подвижным.
Он выбрал воздух.
Воздух для Анаксимена был ещё и дыханием. Пока он движется, меняется и мир: разрежается — становится огнём, сгущается — превращается в ветер, облака, воду, землю и камни.
Пифагор (ок. 570–495 до н. э.) и пифагорейцы: число
Пифагорейцы предложили другой вариант первоначала — число. Мир они стремились познавать через числовой порядок и отношения. Вместо новой стихии в центре оказался принцип, который выражает устройство космоса.
Сам Пифагор собственных текстов не оставил. Его учение известно по пифагорейской традиции. Для школы число стало способом объяснять мир и искать в нём закономерность.
Пифагор вообще много путешествовал. Античная традиция связывает его с Египтом, Финикией и Вавилонией. По позднему рассказу Ямвлиха, в Египте он учился у жрецов геометрии и астрономии и знакомился с храмовыми обрядами. Подробности этой биографии появились значительно позже самого Пифагора, поэтому воспринимать их как точный маршрут нельзя, но поездку в Египет исследователи считают вполне возможной.
Для пифагорейцев число было не только способом считать. Числовые отношения, по их мысли, удерживали сам космос в порядке. Чётное и нечётное, предел и беспредельное образовывали пары противоположностей, а музыкальные интервалы показывали, что гармонию можно выразить числом. Так появилось представление о «гармонии сфер»: движение небесных тел тоже подчинено числовому порядку.
Гераклит (ок. 540–480 до н. э.): огонь, Логос и изменение
Милетские мыслители искали устойчивую основу мира. Гераклит Эфесский обратил внимание на другое: мир вообще не умеет оставаться неподвижным.
День сменяется ночью, горячее остывает, живое стареет, а одно состояние переходит в другое.
Даже чай рядом с конспектом успевает остыть раньше, чем студент разберётся в определении диалектики.
С этим связана знаменитая мысль Гераклита:
«В одну и ту же реку нельзя войти дважды».
Когда человек входит снова, вода уже другая. За это время изменился и он сам.
Первоначалом Гераклит считал огонь. Огонь существует только в движении: разгорается, угасает и превращает одно состояние вещества в другое.
Космос, по Гераклиту, не был создан богами или людьми. Он всегда существовал как «вечно живой огонь».
Но постоянное изменение не означает беспорядка. Миром управляет Логос — всеобщий закон и разумный порядок.
Логос у Гераклита общий для всех. Люди, впрочем, часто живут так, будто у каждого есть собственный отдельный мир. С этим связано его противопоставление бодрствующих и спящих: бодрствующий способен заметить общий порядок, спящий замыкается в частном переживании.
Космос при этом не идёт по прямой к окончательному состоянию. Гераклит описывает «вечно живой огонь», который мерно разгорается и угасает. За образом огня стоит мысль о едином мире, где превращения происходят по закону, а не случайной кучей событий.
Огонь показывал непрерывное изменение мира, а Логос — порядок, по которому оно происходит. Для Гераклита они ещё не были двумя отдельными началами.
Диалектика Гераклита связана с единством и борьбой противоположностей. День и ночь, жизнь и смерть, холодное и горячее не существуют отдельно друг от друга. Это стороны одного непрерывного процесса.
Эмпедокл (ок. 494–434 до н. э.): четыре стихии
Эмпедокл решил, что одного первоначала недостаточно.
В основе мира, по его мнению, находятся четыре вечных «корня»: земля, вода, воздух и огонь.
Они не возникают из ничего и не исчезают. Меняются только их сочетания и пропорции.
Разные вещи возникают из разных сочетаний четырёх элементов. Их соединяет Любовь, а разделяет Вражда. Поэтому рождение вещи — новое сочетание элементов, а гибель — распад прежнего. Сами элементы сохраняются.
Левкипп и Демокрит: атомы и пустота
Парменид, к которому мы вернёмся в следующей главе, почти лишил мир движения. Если небытия нет, куда вообще двигаться?
Левкипп и Демокрит нашли выход: есть атомы и есть пустота. Атомы сами не возникают и не уничтожаются, зато получают пространство, в котором могут двигаться.
Так Демокрит сохранил обе линии. Парменид требовал устойчивого бытия — оно осталось в неизменных атомах. Гераклит говорил об изменении — оно появилось в их движении и новых сочетаниях.
Атомы у Демокрита (ок. 460–370 до н. э.) — вечные, неделимые и неизменные материальные начала. Древнегреческий атом нельзя путать с современным: современный имеет сложное строение и может делиться.
Увидеть атом нельзя. Демокрит считал его доступным только разуму.
Сами атомы различаются формой, порядком и положением. Цвет, вкус и запах возникают в восприятии, а не принадлежат атомам как таковым.
Здесь у Демокрита появляется напряжение. О существовании атомов и пустоты чувства напрямую не сообщают — это вывод разума. Но разум начинает работу с того же чувственного опыта, которому затем отказывает в праве говорить о подлинных свойствах вещей. Атомизм оказался чрезвычайно плодотворной догадкой. При этом доказать существование именно таких неделимых частиц античный философ не мог.
Демокрит называл атом «что», а пустоту — «ничто». Пустота не была телом, но без неё атомам негде двигаться.
Перед ним были вода, апейрон, воздух, число, огонь, четыре стихии и атомы.
Сначала он пытался соединить ответы стрелками: каждый следующий должен был уточнять предыдущий. Но довольно быстро стало ясно, что в простую цепочку они уже не складываются.
Фалес искал общее начало. Анаксимандр заметил слабость конкретной стихии. Пифагорейцы увидели основу порядка в числе. Гераклит поставил в центр изменение. Эмпедокл пытался сохранить вечные элементы, не отрицая возникновение вещей. Демокрит добавил пустоту и движение атомов.
Галочка рядом с Демокритом исчезла.
Рядом осталась фраза: «Новый ответ начинается со слабого места старого».
Глава 2. Элеаты и Зенон: бытие, мышление и апории
Гераклит видел мир в постоянном движении. Элеаты сказали почти обратное: настоящее бытие не меняется. А то, что мы видим вокруг — возникновение, движение, исчезновение, — ещё не доказывает, что всё существует именно так, как нам кажется.
Элейская школа возникла в городе Элее на юге Италии. С ней связаны Ксенофан, Парменид и Зенон.
Ксенофан (ок. 570–475 до н. э.): критика антропоморфных богов
Ксенофан был поэтом-философом и одним из предшественников элейской школы. Он критиковал народную греческую религию за антропоморфизм.
Антропоморфизм — это перенесение человеческого облика и человеческих качеств на богов. Олимпийские боги имели человеческие тела, испытывали ревность, гнев и зависть, обманывали, ссорились и мстили. От людей они отличались бессмертием и могуществом, но вели себя вполне по-человечески.
Ксенофан заметил, что разные народы изображают богов похожими на себя. Он писал: если бы быки, львы и кони умели рисовать, они тоже наделили бы богов собственным обликом.
Ксенофан не был атеистом. Он отрицал не божественное вообще, а наивное представление о богах как о бессмертных людях. Множеству олимпийских богов он противопоставлял Единое — одно высшее начало, не похожее на смертных ни телом, ни мыслью. Оно едино, бестелесно и неподвижно, не имеет начала, середины и конца. Его нельзя познать через привычный человеческий образ.
Парменид (ок. 515–450 до н. э.): бытие есть
Парменид продолжил эту линию и вместо Единого поставил в центр понятие бытия. Своё учение он изложил в поэме «О природе», где богиня открывает герою два пути: путь истины и путь мнения.
Путь мнения — это мир, каким его показывают чувства. Здесь вещи рождаются, погибают, движутся, меняются и отличаются друг от друга.
Путь истины начинается с формулы:
«Бытие есть, небытия нет.»
Бытие — всё, что существует. Небытие — то, чего нет. Его нельзя представить существующей вещью, потому что тогда небытие уже превратится в бытие.
Если небытия нет, движение становится подозрительным: чтобы вещь переместилась, ей нужно оказаться там, где её ещё нет. Для Парменида такое «нет» уже слишком похоже на небытие.
Из этой формулы Парменид выводил, что бытие вечно, неделимо и неподвижно. Оно не возникает из небытия, не разделяется пустотой и не может двигаться в пустое место.
Элеаты противопоставляли мнение и мышление. Чувства показывают изменчивый мир, а разум — неизменное бытие. По Пармениду, мыслить можно только о том, что есть.
Зенон Элейский (ок. 490–430 до н. э.) защищал Парменида с помощью апорий — парадоксов, показывающих трудности в обычном понимании движения.
Он принимал позицию противника и показывал, к каким противоречиям она приводит.
Дихотомия
Слово «дихотомия» означает деление надвое.
Чтобы достичь цели, нужно сначала пройти половину пути. Затем — половину оставшегося расстояния, потом половину нового остатка — и так без конца.
Можно рассмотреть движение и с другой стороны. Перед первой половиной пути всегда удаётся выделить ещё меньшую часть: половину половины, затем половину этой части и следующую половину.
Путь конечный. Делений — бесконечно много. Тогда почему движение вообще заканчивается?
Ахиллес и черепаха
Быстрый Ахиллес соревнуется с медленной черепахой, которой дали небольшое преимущество.
Пока Ахиллес добегает до места её старта, черепаха успевает продвинуться. Пока он достигает новой точки, она снова уходит вперёд.
Расстояние сокращается, но количество таких этапов можно продолжать бесконечно. В построении Зенона Ахиллес всё время приходит туда, где черепаха уже была.
В действительности Ахиллес её догонит. Но апория заставляет различать бесконечное число делений пути и бесконечную продолжительность движения.
Стрела
В каждый отдельный момент летящая стрела занимает место, равное собственной длине. В этом мгновении она находится здесь, а не переходит из одной точки в другую. Значит, в отдельно взятый момент стрела покоится.
Если всё время состоит только из таких мгновений, возникает вопрос: откуда тогда берётся движение?
Ахиллес черепаху догонит. Стрела долетит. С этим никто не спорит.
Трудность начинается, когда мы пытаемся объяснить, как именно происходит движение. Обычное рассуждение неожиданно заводит в противоречие.
Студент знал правильный ответ: Ахиллес догонит.
Но правильный ответ ещё не объяснение.
Глава 3. Софисты: человек, истина и спор
То, что ты не терял, ты имеешь. Рога ты не терял. Значит, у тебя есть рога.
Вывод, конечно же, нелепый. А где именно рассуждение сломалось — проверим потом.
Натурфилософы искали первоначало мира, а элеаты разбирались с бытием и движением. В V веке до н. э. спор переместился на афинскую площадь: как устроен закон, что считать справедливым и почему одной речи верят больше, чем другой.
Можно было быть правым и всё равно проиграть. Запнулся, сбился, не ответил на возражение — судьи поверили другому.
Почему появились софисты
В демократических Афинах умение говорить стало необходимым. Решения обсуждали на народных собраниях, судебные дела разбирали перед гражданами, а политик должен был сам защищать свою позицию.
На этой потребности выросла профессия софиста. Софисты ездили из города в город и за плату учили речи, спору, политике, языку и поведению в общественной жизни. Среди них были Протагор, Горгий, Гиппий, Продик, Антифонт и Фрасимах.
А вот Сократ к софистам не принадлежал и платы за беседы не брал. Например, софист учил строить убедительную речь. Сократ же останавливал собеседника на одном слове: «Хорошо. А что оно значит?»
Греческое слово «софист» первоначально означало мудреца или знатока. Негативный смысл появился позднее, когда критики стали связывать софистов с победой любой ценой и словесными уловками.