Я стала злодейкой драконьего императора

— Значит, расследование должно быть достаточно надёжным, чтобы выдержать сомнение, — ответил Кайрен.

В зале стало тише. Кассель чуть нахмурился.

— Никто не спорит с этим.

— Тогда семь дней остаются.

По рядам прошёл шум. Я посмотрела на Кайрена. Он не повернул головы.

— Ваше величество, — произнёс один из старших советников, — леди Вейр обвиняется в содействии людям, пытавшимся свергнуть корону. Предоставлять ей возможность самостоятельно изучать материалы против неё крайне необычно.

— Необычно не значит незаконно.

— Но опасно.

Кайрен взглянул на него.

— Опаснее вынести решение на основании документа, который позже окажется поддельным?

Советник замолчал.

— Если приказ Северным воротам подтвердится, вы готовы вернуться к немедленному решению? — вмешался прежде, чем тишина стала неудобной Кассель.

Кайрен медленно перевёл взгляд на канцлера.

— Я готов вынести решение тогда, когда буду уверен, что Совет проверил не только то, что подтверждает обвинение, но и то, что ему противоречит.

— Это можно расценить как особое отношение к леди Вейр.

Теперь удар был направлен уже в него.

Я увидела, как несколько человек обменялись взглядами. Кайрен не изменился в лице.

— Можно.

Кассель ждал.

— И?

— И это ничего не меняет.

По залу прокатилась тишина.

— Леди Вейр имеет такое же право на проверку доказательств, как любой другой обвиняемый. Если кому-то здесь кажется, что государственная измена позволяет нам отказаться от собственных правил, именно в делах о государственной измене правила следует соблюдать особенно строго.

Пришло странное облегчение. Не благодарность. Пока нет.

Скорее неожиданное ощущение, что рядом с моим именем впервые прозвучало слово «право», а не «подозрение».

Кассель склонил голову.

— В таком случае я подчиняюсь решению короны.

Никакого возмущения. Никакой явной злости. Поэтому я следила за ним особенно внимательно.

— Проверка продолжается, — постановил Кайрен. — Семидневный срок остаётся. Все материалы, связанные с письмом Ардену и приказом Северным воротам, рассматриваются как возможная единая линия до установления обратного. Леди Вейр получает доступ к копиям документов в присутствии командующего Торва.

Риан едва заметно поморщился. Работы у него прибавилось.

— Заседание окончено.

Люди начали расходиться. Я не успела сделать и нескольких шагов, когда услышала за спиной спокойный женский голос:

— Вы удивительно быстро научились заставлять императора защищать вас, Селеста.

Я обернулась. Изольда Кресс стояла в трёх шагах.

И смотрела так, будто только что бросила перчатку.

Риан находился достаточно близко, чтобы вмешаться, если разговор нарушит условия надзора, но Изольда не пыталась отвести меня в сторону. Коридор был полон людей, двери Совета оставались открытыми, а значит, формально никакой тайной встречи не происходило. Опять это слово. Формально.

— Я не заметила, чтобы император защищал меня, — ответила я. — Он защищал собственное решение.

Изольда приподняла бровь.

— Прежняя вы уже назвали бы меня завистливой.

— Вы завидуете?

— Пока нет.

— Тогда зачем мне облегчать вам задачу?

В её глазах появилось что-то похожее на удивление.

Позади Изольды остановился её отец, но к нам не подошёл. Поговорил с другим членом Совета и двинулся дальше. Изольда осталась.

— Значит, слухи всё-таки правдивы, — сказала она.

— Какие именно? Я слышала их слишком много.

— Что вы научились разговаривать с людьми, не пытаясь унизить их в первой же минуте.

— Очень низкая планка.

— Для Селесты Вейр — почти революция.

Я посмотрела на неё внимательнее. Светлые волосы были собраны без сложных украшений, платье тёмно-зелёное, на руке — кольцо с гербом Крессов. Никакой очевидной враждебности. Никакой дружелюбности тоже.

Но мне уже доводилось видеть людей, которые разговаривали мягко именно тогда, когда собирались нанести самый неприятный удар.

— Лиора говорила, что вы поклялись больше никогда не сидеть со мной за одним столом.

Изольда посмотрела на Риана.

— Она много рассказывает.

— Только самое лестное.

— Тогда странно, что дошло до этой истории.

— Что я сделала?

— Вы действительно не помните?

Вопрос прозвучал без насмешки. Опасно. Я могла воспользоваться вчерашней стратегией. Полуправдой.

— Сейчас меня больше интересует, за что вы меня ненавидели, чем точные слова, которыми я этого добилась.

Изольда несколько секунд смотрела в лицо Селесты.

— Ненавидела?

— Разве нет?

— Вы снова делаете слишком простые выводы.

— Исправьте.

Она чуть улыбнулась.

— Вот это уже интереснее.

Риан подошёл на шаг ближе.

— Леди Кресс, разговор должен оставаться публичным.

Изольда повернулась к нему.

— Командующий, вокруг нас примерно сорок человек.

— С вами мне никогда не мешает уточнить.

— Я тронута заботой.

— Не стоит.

Она снова посмотрела на меня.

— Вы публично заявили, что мой отец держит место в Совете только потому, что слишком богат, чтобы кто-нибудь решился сказать ему, насколько он скучен.

Я поморщилась.

— Понимаю причину клятвы.

— Это была лишь первая половина вечера.

— Боюсь спрашивать о второй.

— Потом вы сообщили мне, что я обладаю редким талантом выглядеть умнее, чем говорю.

Я закрыла глаза на секунду.

— Селеста действительно умела строить отношения.

— А через два дня прислала мне документы, которые спасли дом Кресс от крайне невыгодного соглашения.

Я снова посмотрела на неё.

— Что?

— Вот поэтому я никогда не могла решить, действительно ли вы меня презираете или просто развлекаетесь.

Запись всплыла сама собой:

Изольда знает больше отца, но делает вид, что ей скучно.

— Возможно, Селеста вас уважала.

Изольда замерла. Я поняла ошибку. Не содержание. Имя в третьем лице.

— Селеста?

— Иногда полезно посмотреть на себя со стороны.

Она не поверила. Но, в отличие от Кайрена, не обладала Резонансом.

— Значит, теперь вы ещё и говорите о себе в третьем лице.

— Дворец плохо влияет.

— Или хорошо.

Мимо прошли две женщины. Одна из них поклонилась Изольде и демонстративно не посмотрела на меня. Я проводила их глазами.

— Значит, женского соперничества не будет?

Изольда чуть не рассмеялась.

— Простите?

— Мне успели рассказать достаточно о дворе, чтобы предположить: две женщины, которые когда-то публично оскорбляли друг друга, обязаны продолжать до конца жизни.

— Вы всё-таки ударились головой.

— Это уже обсуждали.

— И какой вывод?

— Очень спорный.

Изольда на секунду улыбнулась по-настоящему. Сразу после этого выражение снова стало холодным.

— Не расслабляйтесь. Я не стала вашей подругой.

— Я и не просила.

— Хорошо. Но вы подошли сами.

— Хотела увидеть.

— Что именно?

— Насколько сильно вы изменились.

Внимание обострилось.

— И?

— Сильнее, чем говорят.

— Это вас беспокоит?

— Всё, чего я не понимаю, меня беспокоит.

— Тогда у нас есть что-то общее.

Изольда медленно провела пальцем по краю кольца.

— Кайрен тоже не понимает?

Вопрос был слишком точным. Я не дала лицу измениться.

— Спросите у него.

— Значит, понимает больше остальных.

— Я этого не сказала.

— Но не отрицали.

Хорошо. Селеста не ошиблась. Изольда действительно была умнее, чем старалась выглядеть при людях.

— Зачем вам всё это? — спросила я.

— Любопытство.

— Нет.

Она улыбнулась.

— Почему нет?

— Потому что любопытный человек спросил бы, что произошло со мной. Вы спрашиваете, что понимает Кайрен.

Улыбка исчезла. Победа длилась секунду. И не была победой вовсе.

Изольда теперь знала, что я умею замечать направление вопроса.

— Прежняя Селеста тоже иногда была утомительно наблюдательной, — сказала она.

— Лиора утверждает обратное.

— Лиора видела вас дома. Я — в Совете.

— И какая версия хуже?

— Обе.

Риан тихо выдохнул.

— Рад, что вы нашли общий язык.

Мы одновременно посмотрели на него.

— Не вмешивайтесь, — сказали мы почти вместе.

Риан закрыл глаза. Изольда первой рассмеялась. Я тоже не удержалась. Но ощущение соперничества никуда не исчезло. Просто изменилось.

Она не пыталась доказать, что красивее, влиятельнее или ближе к императору. Ей хотелось понять, насколько я опасна. Мне — насколько опасна она.

Наверное, для дворцовой дружбы это считалось неплохим началом.

— Вы собираетесь присутствовать на следующем заседании? — спросила Изольда.

— Если доживу.

Её улыбка исчезла мгновенно. Слишком быстро. Я заметила.

— Что?

— Ничего.

— Не люблю это слово.

— Придётся привыкнуть.

Она отступила.

— Мне пора.

— Изольда.

Та остановилась.

— Зачем вы на самом деле подошли?

Несколько секунд она молчала. Потом взгляд скользнул к Риану. Слишком открыто.

— Чтобы проверить слухи.

— И всё?

— Для этого коридора — да.

Она развернулась и пошла вслед за отцом. Я смотрела ей вслед.

— Не идите, — произнёс Риан.

— Куда?

— За ней.

— Я даже не двигалась.

— Я вас уже немного знаю.

— Это начинает звучать угрожающе.

— Вы под надзором.

— Это звучит ещё хуже.

Он повёл меня по коридору к комнатам, где должны были выдать копии материалов. Изольда исчезла за поворотом. Я решила, что разговор окончен. Ошиблась.

Через сорок минут мне уже хотелось вернуть Касселю его любимую идею о немедленном решении, если альтернативой являлось чтение сотни страниц дворцовых журналов.

Риан положил передо мной очередную пачку копий.

— Северная башня. Три недели до нападения.

— Здесь все записи?

— Все, которые относятся к перемещению приказов, служебных пропусков и проверок караула.

— А записи о ремонте стены?

— Вы просили их отдельно. Принесут.

Я подняла голову.

— Вы действительно запомнили.

— Иногда я тоже умею слушать.

— Начинаю уважать.

— Не торопитесь.

Большая часть документов ничего не давала. Имена, назначения, дежурства, разрешения на вход. Иногда встречались знакомые фамилии — Меррен, Кассель, кто-то из дома Олл. Но пока ни одной прямой связи.

Зато я впервые увидела копию приказа, которым открыли Северные ворота. Почерк действительно был похож на Селестин. Теперь я уже знала, куда смотреть. Не только на форму букв. На привычки. Подпись. Написание дат. Обращение к капитану.

Я сравнивала с тёмно-зелёной тетрадью, которую Риан разрешил принести под охраной.

— Здесь она называет Меррена «капитан Дарен Меррен», — сказала я.

— И?

— В своей записи пишет просто «Меррен».

— Официальный приказ.

— Да. Поэтому не доказательство.

Я продолжила.

— Число снова написано словами.

— Как в письме Ардену.

— Да.

Риан сел напротив.

— Эксперты это проверят.

— Хорошо.

— Вы разочарованы, что сами не раскрыли всё за десять минут?

Я взглянула на него.

— Наоборот. Если бы я нашла идеальное доказательство после десяти минут чтения, заподозрила бы, что кто-то специально положил его сверху.

— Это очень неприятный способ думать.

— На работе помогал.

Дверь открылась. Стражник сообщил:

— Командующий, вас требует начальник северного караула.

Риан нахмурился.

— Сейчас?

— Немедленно.

Он взглянул на меня.

— Вы остаетесь здесь.

— Полагаю, выпрыгнуть некуда.

— Окна есть.

— Второй этаж.

— Селесту это раньше не останавливало.

— Третий случай не считается. Она заблудилась.

Риан подозрительно посмотрел.

— Кайрен рассказал?

— Вы сами в первом разговоре.

Он подумал.

— Верно.

— Видите? Новая память работает.

— Не открывайте ничего, чего нет на столе.

— Здесь вообще есть что-то ещё?

Он указал на два закрытых шкафа.

— Именно поэтому предупреждаю.

Командующий вышел. Двое стражников остались снаружи. Я продолжила читать. Минут через пять дверь снова приоткрылась. Я ожидала Риана. Вместо него появилась Изольда.

— Вы серьёзно?

Она приложила палец к губам.

— Если сейчас позовёте стражу, я скажу, что ошиблась дверью.

— И они поверят?

— Нет. Но будет неловко.

— Риан запретил встречи.

— Поэтому мы не встречаемся.

— Вы стоите в комнате.

— Я прохожу мимо.

— Через закрытую дверь?

— У каждого свои маршруты.

Она говорила тихо, но не приближалась к столу.

— У вас примерно двадцать секунд, прежде чем стражник снаружи решит проверить.

— Мне хватит.

Теперь никакой насмешки. Никакого соперничества.

— Если хотите дожить до суда, перестаньте искать правду так заметно.

Я смотрела на неё.

— Что?

— Вы слишком много спрашиваете. Слишком быстро нашли ошибку в показаниях. Потом письмо Ардену. Сегодня потребовали записи Северной башни.

— Откуда вы знаете про письмо?

— Совет знает.

— Не о подделке.

— Уже знает достаточно людей.

Это было плохо.

— Кто вам сказал?

— Неважно.

— Для меня важно.

— Тогда считайте первым доказательством моего предупреждения.

За дверью послышался голос стражника. Изольда подняла руку.

— Я ошиблась комнатой, — сказала она громче.

Стражник появился в дверях.

— Леди Кресс.

— Уже поняла.

Она повернулась ко мне. Всё выражение снова стало высокомерным.

— Надеюсь, в следующий раз Совет выделит обвиняемым комнаты с более заметными табличками.

— Постараюсь передать жалобу.

— Не утруждайтесь.

Она направилась к выходу. Проходя мимо, едва слышно добавила:

— Селеста начала бояться только тогда, когда поняла, что кто-то замечает её вопросы раньше, чем она получает ответы.

Я не успела ничего спросить. Изольда вышла. Стражник поклонился мне.

— Приношу извинения, миледи.

— За что?

— Не должен был позволить ей войти.

— Если будете докладывать Риану, скажите правду. Она была здесь меньше минуты.

— Разумеется.

Дверь закрылась. Я больше не видела строчек перед собой.

Кто-то замечает её вопросы раньше, чем она получает ответы.

Значит, Изольда знала, что Селеста боялась. Откуда?

Лиора не знала о тесных разговорах между ними.

Сама Селеста записала, что Изольда знает больше отца. Может быть, они всё-таки сотрудничали.

Или обменивались информацией, не доверяя друг другу. Через несколько минут вернулся Риан. Он остановился, увидев моё лицо.

— Что произошло?

— Изольда ошиблась дверью.

Он медленно закрыл глаза.

— Конечно.

— Очень убедительно сыграла.

— Что сказала?

Я помолчала.

— Что считает вашу систему табличек недостаточно понятной.

Риан смотрел.

— И?

— И всё.

Он продолжал смотреть. Я вспомнила Резонанс Кайрена и порадовалась, что командующий им не обладает.

— Леди Вейр.

— Риан.

— Если Кресс…

— Она не угрожала.

Это была правда.

— Тогда что?

— Предупредила.

— О чём?

Я посмотрела на документы.

— Что слишком заметно работаю.

Он перестал раздражаться.

— Точные слова.

Я повторила. Риан медленно сел напротив.

— Это уже не похоже на ошибку дверью.

— Я тоже заметила.

— Вы спросили источник?

— Конечно.

— Не сказала.

— Вы начинаете меня понимать.

Он взял один из листов, но не читал.

— Сегодня возвращаетесь в покои раньше.

— Почему?

— Потому что если предупреждение не пустое, мне нужно проверить, кто отслеживал ваши запросы.

— А если именно этого Изольда и хочет?

— Что?

— Заставить нас перестать искать.

Риан посмотрел.

— Поэтому расследование не прекращается.

— Только становится тише.

— Именно.

Я невольно вспомнила первые слова Изольды.

Перестаньте искать правду так заметно.

Она не сказала перестать искать. Только перестать показывать всем, куда смотрю. Это была существенная разница.

К вечеру мои комнаты впервые показались не убежищем, а ловушкой.

До этого я воспринимала охрану у двери как неприятное ограничение. Теперь мысль о двух стражниках снаружи даже успокаивала.

Лиора выслушала рассказ об Изольде и долго молчала.

— Ты знала, что они общались?

— Селеста и Изольда?

— Не на балах. По-настоящему.

— Нет.

— Селеста спасла Крессов от какого-то невыгодного соглашения.

Лиора удивилась.

— Когда?

— Изольда не сказала.

— Может быть, поэтому они и поссорились.

— Очень странный способ благодарности.

— Вы обе умеете превращать благодарность в конфликт.

— Мы разговаривали один раз.

— И уже звучите одинаково, когда спорите с Рианом.

— Это оскорбление.

— Для кого?

Я не ответила. После ужина мы решили ничего больше не искать.

Именно поэтому через час я снова стояла перед письменным столом. Лиора остановилась в дверях спальни.

— Вы сказали, что сегодня закончили.

— Я сказала, что не буду запрашивать новые документы.

— Это не одно и то же?

— Совершенно.

— Изольда просила искать незаметно.

— Вот я и ищу в собственной комнате.

— В прошлый раз закончилось письмом из стены.

— Значит, помещение перспективное.

Лиора посмотрела на потолок, будто просила неизвестные силы дать ей терпение.

— Что именно вы хотите найти?

— Не знаю.

— Потрясающий план.

— Селеста боялась, что кто-то следит за её вопросами. При этом продолжала искать. Значит, у неё должен был быть способ делать часть работы так, чтобы никто не видел.

— Тайник уже есть.

— Для одного письма.

— И тетрадь.

— Тетрадь лежала в обычном ящике.

Я посмотрела на комнату. Селеста прожила здесь годы. Знала цитадель.

Знала старые проходы настолько хорошо, чтобы однажды заблудиться во время собственного побега, что, если подумать, не слишком впечатляло.

Но она могла знать места, о которых Лиора не догадывалась. Мы начали с закрытых ящиков.

Ключи от части вещей к вечеру вернули, и три замка теперь открывались. Внутри ничего сенсационного: деловая переписка дома Вейр, списки расходов, старые письма от Ардена, несколько документов о земельных владениях. Четвёртый ящик ключ не принял.

— Другой замок, — сказала Лиора.

— Где ключ?

— Не знаю.

— Риан забрал?

— В перечне его не было.

Я опустилась на колени, рассматривая нижнюю часть стола. Никаких тайных механизмов.

— Селеста любила секреты до неприличия.

— Она назвала бы это разумной осторожностью.

— После письма в стене её мнение не считается объективным.

Лиора ушла проверить соседний шкаф. Я встала и прошлась по комнате. Ничего. Кровать. Стол. Кресла. Книжные шкафы. Семейный портрет. Высокое зеркало. Окно. Я остановилась. Что-то было неправильно. Не магически. Обыкновенно неправильно.

Подошла к окну и посмотрела на стену справа.

Потом вышла в гостиную, отсчитала шаги до внешнего угла. Вернулась.

— Лиора.

— Что?

— Насколько толстые стены цитадели?

— Разные.

— Эта?

Она посмотрела непонимающе.

— Я никогда не измеряла.

— Здесь расстояние от окна до внутренней стены примерно пять шагов. В гостиной снаружи — больше семи.

— И?

— Между помещениями что-то есть.

Лиора несколько секунд смотрела на стену.

— Старый дымовой канал?

— Такой широкий?

— Кладовая?

— Где дверь?

Её не было. Мы осмотрели панель. Стена была обшита тёмным деревом до половины высоты. Никаких заметных зазоров. Я провела рукой по краю. Ничего. Лиора постучала костяшками. Первые участки звучали глухо. Один — иначе. Мы переглянулись.

— Там пустота, — сказала я.

— Или дерево просто закреплено хуже.

— Ты сама себе не веришь.

— Я пытаюсь быть разумной.

— После письма, которое появляется под моей рукой?

— Именно поэтому.

Мы принялись искать механизм. Минут десять безрезультатно.

Я уже собиралась признать, что обнаружила обычную строительную особенность, когда заметила маленькую деталь в резьбе.

По деревянной панели шёл орнамент из листьев и крыльев. Один элемент отличался. Круг с двумя пересекающимися дугами. Тот же знак. Не полностью. Очень упрощённый.

— Лиора.

Она подошла.

— Опять.

— Начинаю скучать по обычным замкам.

Я коснулась символа. Ничего. Надавила. Тоже.

— Может быть, кольцо, — сказала Лиора.

Я посмотрела на фамильное кольцо Вейров. Чёрный камень. Оно не снималось. Поднесла руку к резьбе. Камень едва заметно потеплел.

— Ты чувствуешь?

— Что?

— Кольцо.

Лиора покачала головой. Я приложила его к центру круга. Раздался тихий щелчок. Часть панели отошла от стены. Мы обе отступили.

— Потрясающе, — сказала Лиора. — Теперь я официально ненавижу эту комнату.

За панелью находилась узкая тёмная ниша. Не тайник. Проход. Лестница уходила вниз. Холодный воздух поднялся из темноты. Я посмотрела на Лиору. Она уже качала головой.

— Нет.

— Я ещё ничего не сказала.

— Поэтому отвечаю заранее.

— Селеста использовала этот проход.

— Откуда знаете?

— Зачем ещё механизм связан с кольцом Вейров?

— Мы не знаем, связан ли он только с Вейрами.

— Тогда нужно проверить.

— Позвать Риана.

— Если позовём, он перекроет проход.

— Именно это нормальный человек и сделал бы.

— А если Селеста хранила там то, что не хотела показывать стражникам?

Лиора посмотрела в темноту. Аргумент ей не понравился. Но сработал.

— Тогда идём вместе.

— Нет.

— Что значит «нет»?

— Если исчезнем обе, стражники заметят. Ты останешься здесь.

— Мира.

— Я спущусь только до первого поворота.

— Вы уже научились врать хуже.

— Это не ложь. Я действительно планирую сначала дойти до первого поворота.

— А потом?

— Посмотрю.

Лиора закрыла глаза.

— Если через четверть часа не вернётесь, я зову Риана.

— Двадцать минут.

— Пятнадцать.

— Восемнадцать.

— Пятнадцать.

— Хорошо.

Она посмотрела подозрительно.

— Слишком быстро согласились.

— Учусь выбирать битвы.

Я взяла небольшой светильник со стола.

— Если услышишь что-нибудь…

— Немедленно зову стражу.

— Правильно.

Я вошла в проход. Панель оставили слегка приоткрытой.

Лестница была узкой, но не настолько старой, как ожидалось. Каменные ступени истёрты посредине. Значит, проходом пользовались. Возможно, недавно. Я спустилась. Первый поворот появился через двадцать ступеней. Я остановилась. Формально обещание выполнено. Посмотрела назад.

Лиоры уже не было видно, только слабый свет из комнаты. Внизу коридор продолжался.

На стене нашёлся металлический держатель с давно погасшим огнём. И ещё один символ Вейров. Я подумала о предупреждении Изольды.

Ищите незаметно.

Трудно было придумать более незаметное место. Я пошла дальше.

Через несколько минут я перестала понимать, где нахожусь относительно дворца.

Проход сначала спускался, затем выравнивался. Камень на стенах менялся: светлый, знакомый по верхним этажам, постепенно уступил место почти чёрным плитам. Здесь было значительно старше. И шире.

Узкий проход вывел меня в коридор, по которому спокойно могли идти три человека рядом. На стенах появились огромные изображения драконов. Не декоративные.

По крайней мере, они не выглядели созданными ради красоты.

Каждый зверь был изображён рядом с человеческой фигурой. Иногда мужчина. Иногда женщина. Над ними располагались знаки, которые я не знала. Я приблизила свет.

На одной плите дракон стоял перед человеком, опустив голову.

На другой два существа смотрели друг на друга.

На третьей между драконом и женщиной была вырезана сложная система кругов.

Очень похожая на символ за портретом Селесты. Я остановилась.

— Прекрасно.

Собственный голос отразился от стен. Больше я вслух не говорила. Коридор закончился массивной аркой. За ней находилось огромное помещение. Я осторожно вышла.

Потолка почти не было видно. Колонны терялись во мраке, а в дальней части зала открывался широкий круглый проём, через который проникал холодный ночной воздух.

Светильник в моей руке выглядел здесь смешным.

Маленькая точка света посреди пространства, рассчитанного явно не на людей. Я поняла это слишком поздно. Сначала услышала движение. Не шаги. Тяжёлый скрежет по камню. Потом дыхание. Глубокое. Медленное. Я застыла. За дальней колонной что-то двигалось. Огромное. Мозг первым предложил разумную мысль: