Персей Освободитель

Ну мне не жалко

Шакалов, тигров, скорпионов.

Жалею я людей, которые слабы,

Зверей, которые страдают.

ПРАКСИЛЛА

Я думала, ты любишь всех людей

И всех живых существ.

АНДРОМЕДА

Возможно, я б смогла

Любить его, как гончую

Или как льва в какой-то клетке в парке,

Который позволяет гладить собственную гриву.

Но так как он хотел бы,

Чтоб я, и даже против воли,

Себя бы осквернила

Его звериными касаньями,

То моё тело презирало бы его.

ПРАКСИЛЛА

Фи, фи!

Ты говоришь так зло, так гневно.

Как долго будешь ты

Таким ребёнком?

ДИОМЕДА

Наш Иолай

И этот светлый незнакомец

Затем обнялись.

Они покинули пляж вместе.

АНДРОМЕДА

Так где же этот Иолай?

И почему так долго не приходит?

Мне надобно его увидеть.

Есть тысяча вещей,

Которых я хочу его спросить.

Она убегает.

ДИОМЕДА

Она такое странное

И необычное дитя,

Мой маленький товарищ.

ПРАКСИЛЛА

Никто не может не любить её,

Она в своём очаровании – неотразима,

Но ум её какой-то перекошенный:

Противоречит сам себе.

Она и не естественна,

И нет в ней здравости, в её фантазиях,

А создана из необузданного,

Дикого воображения,

И чувства в ней

Полны болезненных симпатий.

Такие же неуправляемые,

Как ветер или волны,

А временами говорит она

Такие странные ребяческие богохульства,

Что пробирает дрожь.

Она хотела б навязать

Свои фантазии для окружающего мира,

Как что-то лучшее,

Иное, чем те вечные законы,

Что правят нами!

Хотела б я, чтоб мать её

Воспитывала строже,

Иначе в будущем

Она серьёзно пострадает.

ДИОМЕДА

Не говори мне этого!

А я не видела ни одного ребёнка

Во всей известной нашей Сирии,

Что б был похожим на неё.

Никто не ярче и прекраснее её.

Она всё время радует меня.

Как дни под солнечным дождём,

Когда весна теплом ласкает воздух.

А, вот и Иолай.

ПРАКСИЛЛА

О, это он?

ДИОМЕДА

Я узнаю его по благородной,

Неестественной походке,

Он взял её с тех пор,

Когда стал капитаном.

Прибегает Андромеда.

АНДРОМЕДА

Мой брат идёт!

Я видела его с террасы.

Входит Иолай. Андромеда бежит и обнимает его.

О Иолай, привёл ли ты

Его ко мне?

Где солнечный мой бог?

ИОЛАЙ

Сестрёнка, он на небесах.

АНДРОМЕДА

Не смейся надо мной.

Хочу я солнечного бога моего,

Того, чей лик подобен

Зевсу-Олимпийцу,

И у него есть крылья на ногах.

Где ты его оставил

С того момента, как забрал его

С сурового морского берега?

ИОЛАЙ

О чём ты говоришь, о Андромеда?

ДИОМЕДА

Какая-то божественная сила

Послала сон ей

О могучем ярком существе,

Что так сиял с тобою рядом

Сегодня, около морского берега.

И это существо она теперь зовёт —

«Он солнечный мой бог».

ИОЛАЙ

И это так?

Моя ты маленькая,

Качаемая ветром роза Андромеда!

И если Небеса решили так,

Я буду в самом деле рад.

АНДРОМЕДА

Но где он?

ИОЛАЙ

Ну разве ты не знаешь,

Моя сестрёнка-роза,

Что изумительные боги

Приходят к нам на землю

В особые и редкие мгновения,

А после исчезают?

Иди сюда, не плачь;

Для Сирии он не потерян.

АНДРОМЕДА

Брат Иолай,

Зачем ты взял

Двух бедных чужеземцев

И отдал их жрецу?

Ведь солнечный мой бог спас их,

А ты какое право

Имел отдать их на убой?

ИОЛАЙ

Я только выполнил

Свой долг солдата,

Но мне их было жалко,

О моё дитя.

АНДРОМЕДА

Ну а теперь —

Ты их спасёшь?

ИОЛАЙ

Я не могу,

Они теперь принадлежат

Рождающему ужас Посейдону.

АНДРОМЕДА

И что же с ними будет?

ИОЛАЙ

Они должны быть связаны

На алтаре у бога,

А их живое сердце вырвут

Из их груди,

Заполненною кровью,

И этим утолят священный голод бога.

Андромеда закрывает лицо своей мантией.

Но не горюй о них:

Они лишь исполняют

Путь своей судьбы.

Всё это часть порядка мира,

Как эпидемии, резня, пожары,

Как голод и землетрясения,

Когда они по нам проходят,

Убивая тысячи людей,

Не нужно нам о них рыдать,

А нужно чувствовать лишь благодарность,

Что погибает кто-то там другой,

А не те души, что мы любим.

АНДРОМЕДА

Так ты их не спасёшь?

ПРАКСИЛЛА

Об этом думать – нечестиво.

Ах, вот несчастная девица, фи!

Ты что, желаешь смерти брату

Из-за своих каких-то прихотей?

АНДРОМЕДА

О брат,

Так ты не будешь их спасать?

ИОЛАЙ

Я не могу, дитя.

АНДРОМЕДА

Тогда спасу их я.

Она уходит.

ИОЛАЙ

Она это серьёзно?

ПРАКСИЛЛА

Такие дикие капризы

Всё время в голове её.

ИОЛАЙ

О, Посейдона гнев

Обрушится на голову мою!

ПРАКСИЛЛА

О, этого – не надо!

Забудь об этом,

Как забудет вскорости она.

Все эти странные фантазии,

Бывает, поначалу

Порхают среди золотых её кудрей,

Но вскоре улетают в Лету,

В беззаботный свой полёт.

Входит Медес.

ИОЛАЙ

Чего-нибудь случилось, Медес?

МЕДЕС

Принц Иолай,

Царь требует, чтоб ты

Пришёл к нему в приёмную.

ИОЛАЙ

Ах, даже так?

Скажи мне, Медес,

А есть ли там уже

Жрец Посейдона?

МЕДЕС

Он там, и полон гнева.

ИОЛАЙ

Иди, скажи им, что иду.

Медес уходит.

ПРАКСИЛЛА

Увы!

ИОЛАЙ

Не бойся.

Есть у меня особенная сила,

Такая, о которой даже

И не думают мечтать

Зловещие безжалостные интриганы.

Не говори пока о том

Моей сестре, о Диомеда.

Он уходит.

ПРАКСИЛЛА

Случиться может всё!

Наш жрец весьма опасен,

И Посейдон способен вдруг разгневаться.

Пойдём и защитим мы нашего дитя

От этих потрясений.

Они уходят.

Действие II

Сцена 1

Зал для аудиенций во дворце Цефея.

Сидят Цефей и Кассиопея.

КАССИОПЕЯ

И что ты сделаешь, Цефей?

ЦЕФЕЙ

Всё это очень неудачно и прискорбно.

КАССИОПЕЯ

Случилось – что случилось.

А что же делать будешь ты?

Надеюсь, ты не собираешься

Отдать жрецу на откуп Иолая,

С его прекрасной головой?

Ты ведь не это про себя имел в виду?

ЦЕФЕЙ

Великий жрец,

Что служит в храме Посейдона,

Имеет сильное влияние

На эту землю:

Ведь от обильной крови,

Увлажняющей его

Воздвигнутый так высоко алтарь,

Растут все наши урожаи,

И сильный Посейдон, довольный,

Хранит границы наши

От ассирийцев с их опасными угрозами.

КАССИОПЕЯ

Опустоши свои сокровища,

Наполни золотом его.

Мы лучше будем нищими,

Чем хоть один

Из ярких локонов на Иолае

Почувствует его зловещее дыхание.

ЦЕФЕЙ

Я тоже думал так.

О, Медес! Ждёт ли Полидон ещё?

Входит Медес.

МЕДЕС

Он ждёт, мой господин.

ЦЕФЕЙ

Зови его, и с ним —

Тирянина Финея.

Медес снова выходит.

КАССИОПЕЯ

Ты Тиру прикажи спасти

Любимого родного брата Андромеды

От этой участи;

Иначе нашу дочь он не получит.

ЦЕФЕЙ

И это тоже было у меня,

Царица, на уме.

Входят Полидон и Финей.

Садись, царь Тира;

Жрец Полидон,

Займи своё то кресло, как обычно.

ПОЛИДОН

Ну что, царь Сирии,

Добьюсь я справедливости?

И ты останешься царём

Страны, где проживают люди?

Ну или нужно мне пустить Эриний,

Змееволосых и с глазами,

Словно у Горгоны,

Чтобы они тебя, в крови,

Погнали громкими кнутами Ада?

ЦЕФЕЙ

Ты будешь удовлетворён.

Цефей ведь не даёт другим

Чего-нибудь иного —

Лишь справедливость

С трона моего исходит для людей.

И ты получишь справедливость.

ПОЛИДОН

Я не привык бродить

По царскому дворцу,

Как нищий маленький проситель,

Чья жалоба из-за какой-то

Жалкой кучки драхм.

Перед тобою я – жрец Посейдона.

ЦЕФЕЙ

Я слышал обвинения твои.

И мы призвали принца,

Чтобы он ответил.

ПОЛИДОН

Ответь мне сам!

Он станет отрицать

То преступление,

Которое он дерзко совершил

Перед лицом народа Сирии?

Ну хорошо;

Я вижу – здесь стоит тириец,

Который может дать ответ

На эту ложь.

КАССИОПЕЯ

Уста моих детей

Ни разу не пятнались ложью,

О оскорбляющий нас жрец,

Да и теперь не будут;

Мы от него получим правду.

ЦЕФЕЙ

Давайте мы оценим обвинение,

Пусть выкуп будет с ним соизмерим.

ПОЛИДОН

Что за внезапный разговор о выкупе?

Считаешь ли ты, царь,

Что оскорблённого и сумрачного

Бога Посейдона

Возможно ублажить кусочком серебра?

Должны ли деньги

Притупить его желанье мести?

Должны ли мы его величие

Сейчас оценивать,

Как на весах ростовщика?

Кровь – выкуп за такое святотатство.

КАССИОПЕЯ

О, Боже!

ЦЕФЕЙ (в волнении)

Возьми же всю мою казну,

Включая золото, и серебро,

И драгоценности,

И даже не имеющий цены порфир.

ПОЛИДОН

О, царь Цефей,

Что эти драгоценности,

Ведь Боги – неподкупны.

КАССИОПЕЯ (в сторону)

Отдай же почести ему,

Приоритет и положение,

Всё, что он может попросить.

О муж, позволь же сохранить

Лишь голову у нашего ребёнка

В безопасности,

Прижав к моей груди.

ЦЕФЕЙ

Послушай же!

Чего ты хочешь?

Приоритета, пышности и положения?

И сотню копий,

Чтобы окружать тебя

Везде, куда б ты ни пошёл?

Прекрасных женщин,

Смуглых молодых рабов

Там, в храме у тебя,

Чтобы они служили

Тебе и богу твоему?

Они твои.

И на пирах,

И на возвышенных процессиях,

И на собраниях царей

Ты и твои последователи

Отныне будут впереди царя.

ПОЛИДОН

Ты предлагаешь взятку?

Приму я это всё для Посейдона.

Но я не откажусь

От основного требования.

ЦЕФЕЙ

Так что же удовлетворит тебя?

ПОЛИДОН

Там для святого алтаря

Предназначалась жертва.

Оттуда силой вырвали её.

Чтобы восполнить эту пустоту,

Нужна другая жертва.

ЦЕФЕЙ

Тогда пойду войной я

На Египет, Ассирию.

И брошу в жертву их царей.

ПОЛИДОН

Всё это лишь пустое хвастовство.

Бог Посейдон наш оскорблён,

И кто же даст тебе победу

Над Египтом

И над довольно сильной Ассирией?

ЦЕФЕЙ

Возьми любого

Благороднейшего человека в царстве,

Но ниже принца.

Возьми же несколько голов, а не одну.

ПОЛИДОН

Ты хочешь, чтоб невинные

Погибли за виновных?

И это называешь справедливостью?

Ну и как долго будет длиться

Твоя такая власть?

ЦЕФЕЙ

Ты слышишь, что он говорит,

Кассиопея?

Нет, он не сдастся,

Он неумолим.

ПОЛИДОН

И сколько мне ещё вас ждать?

ЦЕФЕЙ

Медес!

Входит Медес.

МЕДЕС

Наш Иолай пока что не пришёл.

Медес уходит.

КАССИОПЕЯ (вставая, яростно)

Тогда, похоже, жрец,

Ты, наконец, получишь крови

Моего ребёнка!

Ничто ведь меньше

Не удовлетворит тебя,

Лишь только принц твой

В роли жертвы?

ПОЛИДОН

Наш Посейдон не различает —

Нищий это или принц.

Того, кто чтит его,

Он осыпает положением, богатством.

Того, кто пробуждает в нём

Ужасный гнев,

Он низвергает навсегда в Эребус.

КАССИОПЕЯ

Ну, берегись!

Ты не получишь от меня ребёнка.

Подумай, прежде чем

Монархов доводить до крайности.

Ты что, надеешься в своей гордыне

Оставить царский род бездетным

И положить ему конец,

Тот род, что начался с богов?

Ты думаешь, что этот род

Покорно будет это наблюдать?

И что мы потеряем,

Если вдруг не будет этой жертвы?

Я снова говорю тебе: подумай,

Не доводи царицу до отчаянья.

Я не безвольная крестьянка,

А принцесса и дитя Халдеи.

ПОЛИДОН (после паузы)

Ты подтвердишь свои сокровища

И все обещанные почести,

Когда я вам прощу поступок?

ЦЕФЕЙ

Они твои.

Он поворачивается, чтобы прошептать что-то Кассиопее.

ФИНЕЙ (в сторону, Полидону)

Ты предпочтёшь меня

Своим врагам?

ПОЛИДОН

Смотри, какая ярость

Заполыхала у неё в глазах.

Нам нужно отыскать другие средства,

Иначе это может быть опасно.

ФИНЕЙ

Ты, жрец, труслив,

Хотя бываешь так жесток.

Однако же сначала устрашись меня,

А уж потом дрожи от женщины.

ПОЛИДОН

Ну хорошо, как хочешь.

Входит Иолай.

ИОЛАЙ

Отец, ты посылал за мной?

ЦЕФЕЙ

Тебе здесь предъявляют обвинение,

Сын мой, но я ещё не верю.

Как сын Цефея,

Отвечай правдиво,

Каков бы ни был результат.

ИОЛАЙ

Что б я ни сделал, мой отец,

Хорошее или плохое,

Я смею делать это,

Несмотря на повеленья мира.

В чём это обвинение?

ЦЕФЕЙ

Сегодня, на рассвете,

Ты спас одну из жертв,

Которые предназначались

На алтарь для Посейдона?

ИОЛАЙ

Я этого не делал.

ПОЛИДОН

Ты смеешь отрицать,

Несчастный юноша?

Монарх, его трусливые уста

Сказали ложь.

Царь Тира, расскажи.

ИОЛАЙ

Послушай первым ты меня.

Ты – негодяй и интриган

Под маскою жреца!

ПОЛИДОН

Вот-вот, послушай, царь!

ЦЕФЕЙ

Спокойно говори, спокойно.

Я запрещаю всякое насилие.

Ты отрицаешь это обвинение?

ИОЛАЙ

То, что сказали мне сейчас,

Я отрицаю.

ФИНЕЙ

О, видит Сирия,

До этого момента я молчал

И не хотел бы говорить сейчас,

Но истина святая

Заставляет мой язык,

Хотя он так хотел бы промолчать.

Я был там в это время

И видел, как он спас

Попавшего в крушенье моряка

Своею быстрой сталью.

О, лучше б я не видел этого!

ИОЛАЙ

Ты лжёшь, Финей, царь Тира.

КАССИОПЕЯ

О, Господи!

Ох, если ты хотя б немного

Жалеешь мать свою,

То не беги навстречу смерти

В своём горячем духе, о дитя моё.

Спокойно отрази

Предъявленное обвинение

И брата своего – не оскорбляй.

ФИНЕЙ

Я не сержусь.

ИОЛАЙ

То был не потерпевший

Плачущий моряк,

Что осуждён был бурными волнами,

Желавшими его,

То был спокойный бог,

Ну или доблестный герой,

Который появился на границе Сирии

Совсем иным путём,

Чем человеческий.

И никакой горячий мой клинок

Или сражение со мною

Его и не спасали.

Одним ужасным взмахом

Своего щита

Стряхнул с себя он сотню копий.

А ныне этот якобы герой из Тира

И этот гордый жрец

Посмели хвастаться в покоях

Своего монарха,

Тогда же это были трусы,

Бледные, дрожащие,

Вот так они на самом деле

Доверяли Посейдону.

ПОЛИДОН

Так ты успел хоть что-то сделать?

ИОЛАЙ

Нет, не успел я ничего.

Я только вытащил свой меч,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Бык Кибелы – имеется в виду распространённый обряд жертвоприношения быков фригийской богине Кибеле.