Борьба вольнодумцев

Однажды Ваня сидел на одном из совещаний с Гитлеровичем несколько часов. На совещании ничего не обсуждалось, и оно представляло собой монолог воеводы о том, какой он великий полководец, а его подчинённые — тупые «валенки». Пока шли философские рассуждения самопревозношения и самодовольства, Ваня рассуждал про себя и написал очередное стихотворение:

Время

Время ползёт, время бежит.

Время идёт, время летит.

Недосягаем процесс измеренья.

То ли вечность, то ли мгновенье.

Время назад, время вперёд,

Время стоит, время идёт.

Кто же хозяин: время иль я?

Время уходит от нас навсегда.

Время — жизнь, время — смерть

И результат не принятых мер.

И в необъятном X, Y, Z

Четвёртая мера запутала след.

Сквозь время проходит и зло, и добро,

Но не исчезнет оно, как в кино.

Записан будет жизни твой шаг.

Так кто же нам время — друг или враг?

Ваня разрабатывал тактику применения воеводства, и методологию оценки реальной эффективности. А как проверить реальную эффективность воеводства в условиях, когда боевые действия не ведутся? Измерить расстояние от точки А до точки В можно с помощью линейки. Измерить силу, например выталкивающую из воды, — тоже можно, измерить качество работы лечащего врача — тоже можно по состоянию здоровья, характеризующемуся набором метрологически состоятельных параметров. А как реально измерить качество работы воеводства? Этот вопрос мучил Ивана всю сознательную военную жизнь. По каким параметрам можно понять эффективность работы воеводы? Где тот прибор, который можно приложить к тому или иному воеводе, и он тебе, например, в воеводоватах измерит величину воеводства? Нельзя же мерить уровень воеводства в количестве производимых воеводами весёлых картинок, поскольку этот параметр отражает только уровень военной живописности и актёрского мастерства при докладе по этим «весёлым картинкам».

Отношения между Разнией и Обезьяникой были переменной составляющей. Несмотря на все противоречия, стоит отметить, что два эти племени зависели друг от друга. Шарлатаны при разделении племён специально затеяли такую взаимозависимость. Обезьянцы контролировали сад с зелёными листочками, Разния контролировала запасы воды, металла и древесины. Разния не могла организовать народное хозяйство без зелёных листочков, а обезьянцы - без ресурсов. Но кто же всё-таки включал кнопку включения войны?

КТО ВКЛЮЧИЛ КНОПКУ ВКЛЮЧЕНИЯ ВОЙНЫ, И

ГЛАВНОЕ ЗАЧЕМ?

Боевые действия между Разнией и Обезьяникой вспыхивали по воле Шарлатанов. У них была кнопка включения войны. Каждый раз, когда надо было затеять очередное столкновение, умные мошенники включали эту кнопку, зарождая великую войну.

Так, например, однажды Шарлатаны с применением срайдов показали Обезьяногранаткину, что Вася назвал его лохом. Это вызвало резкий рост возмущения у вождя обезьянцев, который потребовал у Васи объяснений и извинений.

— Это все наговоры и напраслина! — оправдывался Вася.

— Я приду к тебе со своим войском и навешаю тебе пилюлей! За это обзывание ты должен мне тысячу тонн зелёных листочков, чтобы я тебя простил, — угрожал Обезьяногранаткин.

— Но у меня нет такого количества средств.

— Значит, отдавай всё, что есть!

— Тогда моё племя вымрет.

— А это твои проблемы.

— Я тебе ничего не отдам, — мужественно сообщил Вася своему оппоненту.

— Тогда я приду со своим войском и сам у тебя всё отберу.

На следующий день после этого высокодипломатичного разговора двух лидеров обезьянцы напали на Разнию. Тот цикл войны продлился несколько лет, до тех пор пока провокаторы не выключили кнопку войны. Но как правило её не надо было выключать, война заканчивалась оттого, что все уставали воевать и истощались ресурсы планеты.

Вот так и включалась кнопка включения войны. Каждый раз это включение подразумевало мозговой трест.

Однажды Латан с Шаром решили потренироваться включать кнопку включения войны. Они шевелили клетками биологической нейросети несколько месяцев и в итоге решили проверить технологию сталкивания двух объектов на основе урезанного мышления. Глобальные фокусники развивали у себя объёмное воображение, а всем остальным вменяли плоскость.

— Я нарисую пирамиду в двух проекциях и через институт лженауки отправлю разные проекции разным вождям — Васе и Обезьяногранаткину. Одна проекция — это вид сверху, она будет восприниматься плоскомыслящими как квадрат с диагоналями. А другая проекция — вид сбоку одной из граней, она будет восприниматься как треугольник. Оба рисунка — это рисунки пирамиды, но выглядят по-разному. Посмотрим, смогут ли вожди со своим плоскомыслием прийти к объёмности. Интересно, что из этого получится, — заключил Латан.