Борьба вольнодумцев

Крупные образования общества можно в целом было разделить на две части. К одной части принадлежали в основном обезьянообразные особи древнего племени. В основном они состояли из тех, кто любил поесть, поспать и комфортно жить, не имея вообще никакой цели ни на короткий срок, ни на долгосрочную перспективу. Этих товарищей называли обезьянцы, которые жили в великой Обезьянике со своей обезьяньей мечтой. Другая часть представляла собой разнообразных особей, впитавших в себя все имеющиеся на планете идеологии. Их так и называли — разновцы, жившие в Разнии. Вася со своей свитой, Кебеня и его друзья решили остаться в Разнии.

Столицей Обезьяники был город Стырилбург, стройку которого организовали Шарлатаны. В Стырилбурге находился Стырилбургский банк во главе с Феней Блефом. Половина территории Стырилбурга занимали здания Стырилбургского банка, поскольку всё, что стырили Шарлатаны — главные мировые воры, через Феню сосредотачивалось в этом банке. Стены зданий Стырилбурга трещали по швам, они не выдерживали нагрузки ресурсов, которые туда складывали.

Вождем Обезьяники стал Обезьяногранаткин, который правил из Стырилбурга. С точки зрения теории управления, Обезьяника для Шарлатанов как объект управления обладала устойчивостью. Она была предсказуема, и ее действия не вызывали угрозу.

Мировые воры не без оснований предполагали, что Стырилбург периодически подвергнется различным военным воздействиям и жить там будет небезопасно. Поэтому они организовали постройку отдельного города назвав его Надуваловск. Именно в этом городе формировалась основа концепции дальнейшего развития всего мозговечества, правда никто об этом не знал, потому что все считали, что управляли из Стырилбурга или Прошляпинска, столицы Разнии. Никто не знал, что Стырилбург и Прошляпинск — это элементы системы управления мозговечеством, а не субъект управления.

Название столицы Разнии Прошляпинск произошло скорее всего от того, что от цикла к циклу боевых действий происходили одни и те же события, суть которых заключалась в том, что наступление как всегда «прошляпили». А возможно прошляпили и что-то другое. Но сами жители Разнии не помнили, почему их столицу называют Прошляпинск, и они к этому названию привыкли. Возможно это имя сконструировали сами Шарлатаны. Ведь они обладали знаниями в области матрично-эгрогориального управления. Как корабль назовёшь, туда он и поплывет. Если матросы корабля не задумываются, куда плыть, то корабль плывет в соответствии со своим названием, поскольку название корабля — наиболее часто произносимое слово, что обуславливало и программировало на тождественные действия в режиме само собой разумеющегося. Этот древний механизм работал безотказно. Миром правят символы и цифры!

Но Разнию лгунишки все равно не любили, потому что в ней постоянно наблюдался всплеск вольнодумия, не дававший свободный ход их идеологиям. Вольнодумцы, несмотря на мощную систему противодействия, в Разнии периодически появлялись и вносили свои коррективы в идеологию, вводимую Шарлатанами. Последним приходилось несладко с проявлениями свободной мысли. Поначалу это носило единичный характер. Так, например, на свет однажды появился бесстрашный Колян. Вся эта история с Волондом и Барабашкой ему не понравилась. Он решил на себе проверить факты существования Волонда и прожорливой барабашки. Как-то раз Колян заявил великую дерзость другу Кебени о том, что Волонда не существует. Это дичайшее заявление прозвучало ни где-нибудь, а в специальном волондовском доме, где проходили обряды поклонения Волонду. Друг Кебени от такой неслыханной подачи повергся в шок и мгновенно перешёл в истеричное состояние с обрушением на Коляна различных волондовских проклятий. Колян после этого события решил подождать несколько недель, чтобы зафиксировать последствия своих дерзновений. Но сколько он ни ждал, последствий никаких не наступало: прожорливая барабашка к нему не приходила, и ни духовного, ни физического ущерба не наступало. Так Колян сам себе доказал на практике, что Волонда не существует, и эту мысль начал распространять среди своих собратьев. К другу Кебени начали приходить всё меньше особей, доход корпорации «Кебеня и его друзья» начал резко сокращаться. Друг Кебени по инстанции доложил это Кебене: мол, появился тип, который не боится Волонда, и этой мыслью начал разбалансировку общественного сознания. Кебеня тоже впал в панику и не видел выходы из матрицы системной ошибки. Камни догм, засевшие в его сознании привели его к безвыходному состоянию. Ведь нигде не было написано в его руководстве, которое писалось в лженаучных организациях, что нужно предпринимать в случае появления таких персонажей. Вырабатывать самостоятельно решение Кебеня не мог — он действовал всегда по инструкции. Кебеню такой случай подкосил, и он заболел неизвестной болезнью.

Весть о дерзости Коляна докатилась до Шарлатанов, и им пришлось принимать срочные меры. В инструкции корпорации «Кебеня и его друзья» подробно расписали, что и как нужно растолковывать таким, как Колян, и тем, кто его окружает. Если говорилка не вразумляла, то их предавали анафеме от имени Волонда и топили в реке. Несмотря на все применённые инструкции по искоренению «неправильной» мысли, бесстрашный Колян остался при своём мнении, и первого борца с волондовской идеологией, а равно с Шарлатанами, десять друзей Кебени попытались утопить в ближайшем озере, объявив его волондовским отступником. Однако Колян был гораздо более физически развит, чем его оппоненты по убеждениям. Одному из друзей Кебени, когда те пришли к нему его топить, он выбил зуб, другому дал между глаз, отчего тот практически лишился зрения, третьему сломал руку. Когда притащили Коляна к воде, то друзья Кебени сами начали тонуть, поскольку у них везде, где можно, в закромах одежды было запрятано золото, отобранное законным образом у собратьев, которое и потянуло их на дно. Жадность друзей Кебени в совокупности с неуклюжестью и физической немощностью сыграла с ними злую шутку. Десять друзей Кебени бесславно стали кормом рыб того озера, а Колян вышел сухим из воды и убежал в лес. Больше Коляна никто не видел.

Прошло некоторое время, про Коляна все забыли, и всё пошло своим чередом. На место друзей Кебени пришли новые особи. Кебеня выздоровел и вошёл в привычный ритм своей паразитарной жизни. По своим погибшим друзьям Кебеня особо не переживал — он набрал себе новую команду.

С тех пор между Шарлатанами – бандитами вселенной и Вольнодумцами разыгралась великая битва не на жизнь, а на смерть.

У Коляна был друг Петька, который успел получить всю доказательную базу о Волонде. Но, видя, как поступили с Коляном, Петька решил своё мнение придержать до лучших времён. Петька знал, что согласно волондовской идеологии, барабашка является инструментом наказания. Поскольку Коляна пришли наказывать друзья Кебени, то Петька констатировал вывод, что прожорливыми барабашками являются сами друзья Кебени. Он также прорвался через четырёхэшелонированную систему борьбы с вольнодумием и мог свободно рассуждать по своему волеизъявлению. Он решил заняться в свободное время вопросами математики и наблюдениями за небесными светилами. В результате многолетних исследований он написал труд с доказательством того, что их планета крутится вокруг звезды, а не наоборот, а также, что планета имеет шарообразную форму. Свой труд он представил во все научные организации, думая о научном прорыве, который позволит живым планетарным разумным существам выйти в космос. В труде Петька использовал математический аппарат в виде таблицы умножения, которую он где-то смог заполучить. В итоге его труд забрали и сообщили ему, что всё, что он написал, — это вздор. А сказали ему это потому, что учёные всей планеты утверждали совсем обратное, а утверждали они потому, что им об этом сообщили бандиты вселенной. Профессор Нейронов, получив научный труд Петьки, сильно забеспокоился, что вождь Вася снимет его с должности директора института, если узнает, что, оказывается, Земля не плоская, а круглая, как мяч. Нейронов решил обратиться за советом к Шарлатанам – самым умным паразитам планеты.

Умные паразиты, получив информацию от Нейронова, закепели внутричерепной серой массой, заваривая блюдо по борьбе с таким, как Петька. Ведь это тебе не упёртый Колян, которого можно было просто за упёртость утопить в озере, подкрепив это волондовской идеологией. Мерзкие лгунишки догадывались, что Петька знает тайну Волонда, но он её не раскрывает. Поэтому паразиты не смогли придумать повод для ликвидации Петьки. Пришли к выводу, что Петьку нужно объявить сумасшедшим, что и было сделано. Петьку отправили в психиатрическую больницу.

А Шарлатаны между тем кумекали над усилением системы борьбы с вольнодумием. Нужно ни в коем случае не допустить распространения тайны о несуществовании Волонда, ведь это обеспечивает нам возможность управления. Тем более что Петька каким-то образом догадался о таблице умножения.

— Хочешь не хочешь, а нам нужно создать школы, чтобы в них обучались все без исключения особи, — высказал умозаключение Шар. — Если кто-нибудь самостоятельно освоит истинные знания и, не дай бог, их распространит среди населения, тогда нам полный каюк! А программы обучения в школах мы сможем сформировать сами. Покажем видимость, что населению дают знания.

— Знание таблицы умножения это первый шаг к описанию мироздания — продолжил цепь суждений Латан. — Никуда не деться, придётся таблицу умножения всем дать. Но нужно исхитриться так, чтобы знания таблицы умножения никто не смог применить на практике. То есть процесс обучения нужно настроить на попугайский режим в стиле «говорю, но не понимаю». А чтобы педагоги не смогли давать, а ученики — не могли получать систематизированные знания, нужно составить нелогичные учебники и нагружать учителей бессмысленной и бестолковой работой. Например, составлением отчётов, не отражающих суть учебного процесса.

— Ха-ха-ха! Руководителями системы образования назначим во всех странах из семейства Бестолковкиных. Эта фамилия известна своими бесконечными разговорами, любит озадачивать подчинённых бестолковщиной — отсюда и название их рода. Мы добьемся того, чтобы ученики в школах больше переживали не за полученные знания, а за оценки их обучения, которые им будут ставить преподаватели по своему субъективному взгляду, — продолжал разрабатывать стратегию образования Шар.

— Отлично. Можно, например, за хорошие оценки придумать какую-нибудь награду!

— Великолепная идея. Целью учеников должна стать золотая медаль! Отличная ложная цель для обывателей.

И разрушители педагогической системы тут же сочинили на ходу весёлую песенку, ставшую основой системы образования:

Золотой медалист

Разрешите мне стать золотым медалистом,

Мастером слова и прекрасным артистом.

Я помою лицо, я начищу ботинки,

Будут руки по швам, будет ровная спинка.

У меня дрожат ноги, у меня зачёт.

Турбулентным потоком выделяется пот.

Нервною рукою тяну я билет.

Где же где же где же мои ответ?

Не вали меня, препод, ведь я медалист,

Я могу прочитать напечатанный лист.

Выровнять буквы, подобрать шрифты.

Могу показать интеллекта понты.

Разрешите мне стать медалистом везде

Мастером кода алгоритма ЕГЭ

Стану я попугаем вызубрю жестко тест

На системном анализе поставлю я крест.

Глубокие мысли мне ни к чему.

Я рогами своими науку сверну.

Товарищ препод, скажу я опять:

Мой бездарный ответ оцените на пять

Слайды совершают волшебный маневр

Делают мой мозг необычно здоровым.

Получу я пятёрку и всем похвалюсь.

Если будет минус — то с горя напьюсь.

На хер математику в научной борьбе,

И мне до лампочки на число е.

Мне нужно знать «вероятности цепь».

Мне нужно золото массой в медь!

Разрешите мне стать просто золотым

Роботом зомби и плоским как блин.

Я сделаю все, чему учат меня.

Но я ведь не знаю почти ни черта.

В Обезьянике явлений вольнодумия зафиксировано не было, а внедряемая идеология отлично заходила в массовое сознание обезьянцев.

Так и развивалась цивилизация на той планете. В результате постоянного воздействия Шарлатанов на мировоззрение членов общества социальная организация строилась по принципу: «Двигай ближнего, насри на нижнего, бойся верхнего и постоянно ему льсти». Каждый мозговек стремился подняться по социальной иерархии наверх, что обеспечивало гораздо больший заработок, чем на более низких уровнях. Каждый член общества хотел показать другим членам общества своё превосходство над ними при возможности. Зелёные листочки стали целью этих особей, которые хотели во что бы то ни стало заполучить их как можно в большем количестве. Социальное неравенство между низшими и высшими слоями социальной иерархии достигло небывалых масштабов, что порождало постоянное недовольство среди населения. Однако этим недовольством паразиты научились управлять: в нужный момент они могли недовольство активизировать или, наоборот, купировать. Недовольство направлялось, естественно, в сторону вождей. О корпорации «Шарлатанов» никто ничего не знал.

Всё это обуславливало то, что каждый член общества стремился надуть своего ближнего. А чтобы надуть ближнего, требовалась некоторая хитрость и гибкость ума. Такое положение могло стать толчком для развития интеллектуальных способностей особей в рамках «искусства надувательства ближнего». Следствием этого могло быть появление новых высокоинтеллектуальных сообществ по отбору ресурсов у толпы и паразитировании на трудовых народах. Глобальные бандиты видели причинно-следственные связи этого процесса и долго размышляли над тем, как купировать это явление.

— Шар, что будем делать в рамках борьбы с тенденциями образования новых высокоинтеллектуальных элитарных групп. Одно дело бороться с вольнодумием, целью которого является создание справедливого общества, а другое дело — борьба с такими организациями, которые будут поддерживать нашу концепцию паразитирования? Ведь если все станут паразитами, то на ком паразитировать? Нельзя допустить этого, иначе объект паразитирования умрет. А как известно, паразиты не могут жить без того, на ком паразитируют, — заключил Латан.

— Это действительно серьезная проблема. Новых паразитов нельзя допускать. Необходимо поддерживать их в определенном состоянии. И вообще поддерживать некий баланс между уровнем паразитирования и донором паразита. Это сложный философский вопрос, — продолжил размышление Шар.

— Надо каким-то образом воспретить им интеллектуальную деятельность и творчество в области «искусства надувательства ближнего»!

— А может, распространить идею лоховства?

— Это как?

— Ну, типа быть лохом — то есть обманутым — это плохо, а не лохом — это круто. Если мы учтем, что особи в своей массе не обладают логическим мышлением, то возможно придумать формулу, при которой особи, найдя лоха, успокоятся и не будут больше думать. Это породит постоянную гонку за лохом. Каждый член общества, кроме самих нас, вынужден доказывать, что он не лох.

— Надо хорошо подумать над этим.

В результате интеллектуальной атаки на сформированный вопрос Шарлатаны быстро поняли: если каждый будет искать лоха в схеме, никто не будет искать Шарлатанов. Они запустили простую формулу: «Если в схеме ты не видишь лоха, значит, лох — это ты». Но по факту имела место быть иерархия лохов: тот, кто понимал больше, был не лохом по отношению к тем, кто понимал меньше, но одновременно он мог быть лохом по отношению к более верхним иерархиям миропонимания. Сформировалась иллюзия нелоховства — каждый, кто нашёл лоха ниже, успокаивался. Но по отношению к вышестоящим он всё равно лох.

Иерархия лохов выстроилась сама собой. Страх оказаться лохом был главным мотиватором. Особь готова работать, воевать, предавать, лишь бы не оказаться на самом дне.

А Шарлатаны сидели на вершине в Надуваловске. Потому что, если ты сам начертил и воплотил схему, ты в ней никогда не лох. По крайней мере, пока никто не начертил, не воплотил схему над тобой и не встроил твою схему в свою.

НАЧАЛО ИСТОРИИ ВОЛЬНОДУМЦЕВ

По мере развития цивилизации Вольнодумцев в разных уголках планеты появлялось всё больше и больше. Однако и население планеты тоже увеличивалось. В связи с этим лгунишки особо не замечали Вольнодумцев, деятельность которых ограничивалась борьбой с зомбированными, разработанной Шарлатанами идеологией, и с начальниками, не дававшими воли их мыслям. Планета покрылась следами разумной деятельности нескольких миллиардов венцов эволюции. Население планеты распределилось весьма странным и неравномерным образом: где-то на одном квадратном километре жили сотни тысяч жителей, а где-то и на сто квадратных километров никого нельзя было найти. Тем разумным существам постоянно чего-то не хватало, и стремились они к какому-то комфорту и потребительству. Под комфортом они подразумевали состояние, когда для удовлетворения потребностей никакой энергии тратить не надо, в совокупности с отсутствием стремления к получению новых знаний.

Более разумные, жившие вне этой планеты, со стороны наблюдали за процессами, происходящими на ней, с космического корабля, словно дети в зоопарке. Эти внепланетные космические обитатели с горечью созерцали, как эта цивилизация зачем-то бурила скважины для добывания вещества, являющегося основным источником энергии и имеющего низкий коэффициент полезного действия. Из-за этого вещества на планете происходили серьёзные стычки с массовым уничтожением друг друга. Они видели бесчеловечные действия Шарлатанов. Но вмешиваться и вносить свои коррективы в естественный ход вещей более разумные и не помышляли, поскольку знали закономерности мироздания. Они считали, что любая цивилизация, родившаяся в той или иной части необъятной Вселенной, должна самостоятельно пройти все этапы развития, конечным итогом которого является свободный выход её в открытое космическое пространство и организация связи с обще-вселенским разумом. Вмешательство в процесс развития путём предоставления им необходимых навыков, знаний и умений могло привести к тому, что у цивилизации не сформируются какие-то качества, которые должны наступить у любого цивилизационного члена Вселенной. Это подобно тому, если бы человек, например, помог куколке-бабочке выйти из кокона: впоследствии такая бабочка не сможет летать и погибнет. Поэтому преодолевать планетарный кризис придётся самостоятельно, поскольку Царствие Божие благовествуется, и каждый усилием входит в него. А без усилия ничему научиться невозможно, да и достичь ничего нельзя.

Однажды в одной из деревень в рабоче-крестьянской среде Разнии родился будущий Вольнодумец Иван. Но Вольнодумцами не рождаются — Вольнодумцами становятся при жизни. Ваня воспитывался в суровых условиях и с детства привык к тяжёлому труду. В те давние времена без труда нельзя было выловить рыбку из пруда, и эпоха была тёмной, как, впрочем, и период величайшей борьбы за выживание. Постоянный труд сформировал у Ивана способность преодолевать трудности любых масштабов. Он был готов выполнить приказ и в снег, и в грязь; когда сбивался с ног, то на коленях наступал на стоящую перед ним задачу, а если не мог идти, то продолжал действовать лёжа. Короче, задачи его боялись, а он никого не боялся.

Мама Ивана вкладывала в воспитание своего сына всю свою душу и силу. Она хотела, чтобы Иван вырос настоящим мужчиной и защищал бы интересы Разнии, проходя военную службу в воеводстве. Однажды, когда Ваня, выполнив все обязанности по дому, безвольно предавшись объятиям лени, лежал на печи и беззаботно почесывал себе пузо, мама сказала:

— Хватит, бестолочь, прохлаждаться. Иди посмотри мир, выучись на настоящего мозговека. А то будешь крутить хвосты коровам всю жизнь. Заодно узнаешь, есть ли жизнь на Земле и на чём стоит наша планета — на черепахах или слонах.

Она отправила его в военное учебное заведение, где он и получил мощную закалку. Ваня на такой выпад матери имел на неё обиду великую. Тяжело давался ему процесс воспитания, но, несмотря на все невзгоды и печали, ему многое удавалось. Естественно, что многое из того, что заставляла его мать, ему не нравилось. Но по достижении взрослого возраста он осознал правильность действий своей родительницы. Иван по инициативе мамы сформировал у себя небольшие музыкальные навыки и немного умел играть на инструменте. И первым вольнодумным актом его было сочинение песни в честь неё:

Ангел

Я стою на земле,

Я устал от войны.

Ты со мною везде.

Твои мысли полны.

Доброта и любовь

Вновь почувствую я.

Проливаешь ты кровь

И спасаешь меня.

Мама, мама, я вернусь,

Мама, мама,

ты открыла мне путь!

Мама, мама, ангел любви.

Ангел мой спаситель,

Ангел мой хранитель.

Сколько дней и ночей,

И дорог, и тревог,

И закрытых дверей,

И замученных ног.

Сквозь туманы и дождь,

Своих сил не жалея,

Не смотря ни на ложь,

Ты открыла мне двери.

На краю всех планет,

Там, где солнце и звёзды,

Там для зла места нет.

Ты прольёшь свои слёзы.

Слёзы радости ждут

Голос мой с нетерпеньем.

Слёзы горечи жгут

Мою душу волненья.

Иван в своих вольных рассуждениях выявлял причинно-следственные связи о несправедливости мироустройства, социальном расслоении общества и постоянных войнах. Несомненно, Ваня получил множество психологических ран в результате прорыва системы борьбы с вольнодумием. Чего стоят только говногольные воздействия! Для осознания последствий для общества при употреблении говноголя Ивану потребовалось 33 года. Свои мысли по этому поводу он выразил так:

Кто разработал алгоритмы?

Кто дирижёр говноцикла?

Льётся в народ наркотический яд.

Низвергнувшись в стадо, мы создали ад,

Создали ад, создали ад.

Ад своими руками.

Рост преступлений, болезней, смертей,

ДТП, катастроф, развала семей.

Вырождение наций, отупенье народа —

Всё это путь говногольного хода.

Медленный и верный путь в преисподню.

За наши деньги красиво и модно.

Это яркая внешность либерализма

И загнивающего капитализма.

Наша культура трезва и светла.

Нет в ней места для нарковещества.

Разнийцы не пьют — это закон.

По миру пронесётся отрезвляющий звон.

Кто разработал алгоритмы?

Кто дирижёр говноцикла?

Народ распознает наркотический яд.

Пора уходить, пора выходить оттуда, где ад.

Оттуда, где ад, оттуда, где ад.

Пора уходить, пора выходить

Оттуда, где ад.

Пора уходить и создавать райский сад.

Закончив учебное заведение, Иван поступил на службу в воеводство Разнии. Племена разнийцев и обезьянцев периодически между собой что-то делили, и дело доходило до кровопролитных жестоких боев. Кровь, правда, проливалась не друзьями Кебени, не вождями и его свитой, не зелёнолисточными толстосумами Фини Блефа и тем более не Шарлатанами, а простыми работягами. Как только простые работяги уходили на межплеменную разборку, на всей планете наступал голод, приводивший к повышению роста вымирания и сокращению численности населения. Война прекращалась Шарлатанами, когда численность населения планеты снижалась до приемлемого для них уровня.

У обоих племён было своё воеводство, в ведении которого находилась разработка стратегии нанесения поражения противостоящей стороне. В воеводстве было минимальное количество личного состава для начала боевых действий в случае обострения обстановки. Историю той планеты можно интерпретировать как историю разнийско-обезьянского противостояния, управляемого планетарными мерзавцами. Разния в большинстве случаев находилась в состоянии защиты. В связи с этим в Разнии оружие защиты было гораздо лучше развито, чем оружие нападения; у обезьянцев же мощность наступательного оружия преобладала. Цикличность боевых действий между двумя племенами объяснялась короткой памятью членов общества как с одной, так и с другой стороны. Цикл противостояния племён делился на следующие фазы: возникновение войны, ведение войны, опустошение и экономический спад обоих племён, частичное вымирание обоих племён, заключение мира между племенами и прекращение войны из-за экономической невозможности её ведения, восстановление разрушенной экономики, обострение отношений между племенами, затем цикл повторялся снова. Периоды циклов противостояния не были постоянны и имели изменяющийся характер, управляемый Шарлатанами по их волеизъявлению пропорционально выбранному целеполаганию. Некоторые фазы циклов могли проходить десятилетиями, для того чтобы основная масса племени забыла исторические события прошлых циклов и преспокойно и добровольно, не задумываясь о причинах прошлого противостояния, вступила в очередную кровопролитную фазу. Знахарями планеты такой хитрый ход был назван хронологическим оружием, поскольку они знали: кто не знает историю, тот вынужден отрабатывать алгоритмы циклов, разработанных и придуманных теми, кто знает историю лучше. Хронологические боеприпасы и анахронизмы в форме информационных ударов по мозгам применялись веками и никогда не давали сбоя.