Иномирный отпуск. Двойное попадание

— Его уже не спасти, он умер, понимаешь? Умер! Все! Он не дышит!!! Да успокойся ты!

Девичий голос звоном отдавался в ушах, но я перестала обращать на него внимание и полностью сосредоточилась на счете и темпе.

Живи. Пожалуйста, живи!

Меня потянули назад, отрывая от Вика. Я дернулась и наугад ткнула локтем. Не попала.

— …уже пришел в себя. Остановись. Хватит!

И действительно, вот Вик сделал самостоятельный вдох. Вот закашлялся, перевернулся на бок. Дрогнули ресницы, затуманенный взгляд заскользил по помещению, остановился на мне.

— Как ты? — собственный голос звучал хрипло.

— Как ни странно, вполне сносно.

Получилось. Все получилось! С моих плеч словно свалилась гранитная плита, и я прикусила ладонь, заглушая всхлип. Господи, какое облегчение.

— Прекрасно. Раз у всех все хорошо, давайте, наконец, уходить отсюда, — поторопила притихшая было девица, остановив мою назревающую истерику.

— А это еще кто? — поинтересовался Вик, быстро поднимаясь на ноги.

Мне повторить его фокус не удалось — конечности не слушались, и все тело стало будто бы ватное, пришлось придерживаться за стену.

— Джоанна, — представилась моя спутница. — Идемте уже.

Она развернулась и, мазнув подолом платья по полу, королевской походкой вышла в коридор.

Вик, к счастью, не ставший тратить время на глупые вопросы о том, как я тут оказалась и почему мы оба еще не на том свете, подобрал брошенные мной плащи, забрал сумку и последовал за девушкой.

Глава 8

Джо усердно шагала вперед на плохо слушающихся ногах и размышляла о том, на какие причудливые повороты способна судьба.

Некоторое время назад она сидела на полу своей клетки и, смешно сказать, размышляла о том, что смерть — возможно, не самый худший исход. Айзек постоянно выпивал ее до последней капли, приумножая свою силу, и делал это не слишком аккуратно.

С каждым разом становилось все хуже: она не успевала восстанавливаться, тело постепенно истончалось, теряло силу и гибкость и, в конце концов, дошло до такого состояния, когда его можно переломить одним неосторожным движением. А дурацкий поводок начисто лишал воли.

Внезапно шею обожгло невыносимой болью. Джо застонала сквозь зубы, заглушая крик, и несколько мучительно длинных мгновений спустя провалилась в спасительную темноту.

Когда она пришла в себя, то с удивлением ощутила, что треклятая удавка исчезла. Не веря своему счастью, девушка села и прикрыла глаза в попытке понять, что произошло. Смерть Айзека — это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Но другой причины своего чудесного избавления Джо найти не могла.

Магическое зрение работало плохо. Однако, ей удалось рассмотреть, что подчиняющего поводка действительно больше нет. Как нет и защитных чар на прутьях ее персональной тюрьмы. Правда, без сторонней помощи отсюда все равно было не выбраться. А ей вряд ли кто-нибудь поможет. Остается только надеяться на то, что без удавки силы будут восстанавливаться быстрее.

Чуткий слух уловил осторожные шаги, а спустя какое-то время дверь в комнату отворилась, и вошла девчонка, которую здесь недавно отмывали. На вид — обычная человеческая девушка, хоть и с неприлично короткими волосами. Только вот… от нее к Джоанне тянулась вполне себе четкая нить, на время связывающая их пути в один.

Не может быть! Эта?В ней и магии-то нет ни на каплю. Хотя в своем нынешнем состоянии Джо могла и пропустить что-то важное. И наверняка пропустила, раз эта пигалица так легко разделалась с ее мучителем.

Есть в этом что-то ироничное — освободиться от власти одного существа, чтобы тут же попасть в зависимость от другого.

Вернуть этой девчонке долг жизни будет сложно. Обычные люди хрупки, она может случайно свернуть себе шею или убиться как-нибудь по-другому, и тогда Джо погибнет вместе с ней. Поэтому нужно следить за тем, чтобы пигалица вела себя осторожно. И надеяться, что она ни о чем не догадается. Потому что, осознав свою власть, девчонка вряд ли откажется от того, чтобы этой властью воспользоваться. Безнаказанность развязывает руки.

Кстати, о руках. Спасительница попалась на редкость бестолковая. Она без раздумий согласилась подойти и смело взяла Джоанну за руку. Подумалось, что девчонка и в драконью пасть засунет эту руку с таким же бесстрашием.

По-другому, конечно, Джоанне было не выйти из клетки, к тому же, Джо и не собиралась выпивать девчонку до дна, как это проделывал Айзек, но все равно такая безалаберность подопечной возмущала.

Отдавать долг, при этом никак себя не выдав, оказалось гораздо сложнее, чем предполагала Джоанна. Девчонка мало того, что вела себя слишком смело и дерзко, так еще и оказалась первоклассной идиоткой. Вместо того, чтобы поскорее делать ноги, вбила себе в голову какую-то ерунду про казематы, а потом еще и смотрела так, будто идиоткой из них двоих была Джо. Прикинув, что сейчас сила явно на стороне мелкой пигалицы, Джоанна, скрепя сердце, согласилась показать дорогу до камер.

Как жаль, что нельзя было эту дуру бросить, раз ей так хочется сдохнуть. Долг жизни нужно было отдавать, даже если принимающая сторона пытается свести с ней счеты.

Хотя Джо, откровенно говоря, уже хотелось самой эту девчонку прибить.

Из плюсов — Джо обнаружила флакон с живой водой. Из минусов — девчонка полностью извела такое необходимое средство на своего мужчину, которого и прискакала спасать. Мужчину, безусловно, красивого, но, к сожалению, уже перешагнувшего грань, разделяющую жизнь и смерть.

Жаль его, конечно, но что поделать?

Когда Джо попыталась объяснить, что мертвых людей к жизни с помощью этой эссенции не вернуть, девчонка опять посмотрела на нее, как на идиотку. А потом и вовсе вместо того, чтобы, наконец, перейти к побегу, на который Джо была настроена с самого начала, принялась творить что-то непонятное.

Джо в силу своих скромных возможностей пыталась достучаться до девичьего разума, но безуспешно. Ввиду отсутствия разума, возможно.

А потом произошло чудо — девчонка вернула-таки мужчину к жизни. И Джо была вынуждена признать, что девчонка не так безнадежна, как выглядит на первый взгляд. Но все равно идиотка.

Хорошо, что ее спутник соображал получше и сразу понял, что нужно уходить. С его появлением в их небольшой компании пигалица успокоилась и стала вести себя почти нормально, что не могло не радовать.

Когда они отошли подальше, Джоанна выдохнула и, кажется, впервые за долгое время подумала, что жизнь налаживается. И пусть она истратила последние силы на то, чтобы скрыть их следы, настроение у девушки было боевое. Теперь у нее имелась не призрачная мечта о свободе, а вполне себе осязаемая надежда на нее. Сейчас главное на некоторое время забиться поглубже, чтобы восстановить силы, и вернуть долг жизни. А потом Джо уже больше никому не позволит посягнуть на свою свободу снова.

Глава 9

Я плелась по тропинке, стараясь не задевать кусты и не ломать ветки. Наша проводница все той же королевской походкой шагала передо мной. Не слишком бодро, но очень даже сноровисто. Хотя я, если честно, боялась, что она сядет на первое же попавшееся на пути поваленное дерево и заявит, что у нее лапки. Потому что ни наряд Джоанны, ни она сама не выглядели приспособленными к пешим прогулкам.

Идею потихонечку увести пару лошадей мы отмели, хотя во время нашего побега люди во дворе все еще боролись с пожаром, никак не желающим утихать. Вик решил не испытывать удачу, хоть она пока что и была на нашей стороне.

Я не стала возражать. Все-таки, миссия лидера была тяжеловата для моих хрупких плеч, и я без раздумий уступила ее Вику.И вот теперь он шел впереди, выбирая дорогу. Ну, как «выбирая». Направление указала, все же, Джоанна, на правах местной, а Вик уже находил едва заметные в темноте тропинки.

Резиденция бандитов располагалась обособленно, вокруг — лес и ни единой живой души. Единственная приличная дорога вела туда, откуда нас привезли. Примерно. Я не то, чтобы очень хорошо запомнила. Но мы по ней, конечно же, не пошли.

Старая тропа петляла между деревьями, сквозь ветви которых пробивался холодный лунный свет, позволяющий хоть как-то понимать, куда ставить ноги. В лесу было прохладно, и я, радуясь, что сообразила взять с собой хоть что-то теплое, куталась в один из плащей. Второй лежал на плечах Джоанны. Кто бы сомневался, что Вик по-джентельменски от него откажется в пользу девушки.

Мы шли уже приличное количество времени. Зарево костра осталось далеко позади, я немного выдохнула, и тут же ощутила чудовищную усталость. Она придавила меня к земле и сделала ноги ватными. Я с завистью покосилась на Джоанну, все еще активно шагающую вперед, и удивилась тому, как ей это удается в длинном платье с пышной юбкой.

Стоило мне об этом подумать, девица оступилась, присела и едва слышно зашипела сквозь зубы.

— Что такое? — тут же обернулся Вик.

— Ногу подвернула, — констатировала она.

Немудрено, в таких-то туфлях.

— Очень больно? — мужчина присел на корточки и принялся осматривать девичью щиколотку.

— Уже отпускает.

— Связку, наверное, потянула, — подала голос я. — Нужен покой и холод, а то будет сильный отек. Может, все-таки, привал?

Но покой нам, увы, только снился: возможной погони все еще никто не отменял. Поэтому Вик отдал мне сумку, посадил Джоанну к себе на спину и двинулся дальше. От мысли о наших возможных преследователях у меня открылось второе дыхание. Я передернула плечами, вцепилась в холщовую лямку и ускорилась.

Джоанна то и дело задевала ногами тонкие веточки и тихо шипела. Подол ее платья пришлось задрать и собрать на бедрах, чтобы у барышни появилась возможность расположиться на мужской спине. Наверное, в местной культуре такое положение вещей считалось ужасно неприличным, но девушка ехала на Вике все с той же королевской невозмутимостью.

Еще через некоторое время я поняла, что все. Сумка с водой, а также спрятанные везде, где только можно, деньги легкости не добавляли. Интересно, каким волшебным образом Вик умудряется тащить на себе аж целого человека и при этом держать темп? Вряд ли живая водичка дает такой эффект.

— Я больше не могу, — сообщила я.

Хотелось лечь прямо на землю, завернуться в плащ и не двигаться, но пока я позволила себе только замереть на месте.

Вик обернулся и, убедившись в твердости моих намерений, сошел с тропинки. Мне пришлось сделать нас собой усилие и последовать за ним. К счастью, шли мы недолго.

Мужчина выбрал пологое место, сгрузил свою ношу под одну из сосен и скрылся в темноте. Я устроилась рядом с девушкой, подтянула колени к груди и плотнее запахнула полы плаща. Благо, он был мужским, а потому — достаточно просторным для меня.

Джоанна покосилась на сумку и едва заметно сглотнула. Я молча взялась за лямку и поставила свою ношу перед девушкой.

— Там немного еды и вода. Только Вику тоже оставь.

— А ты?

Я покачала головой. Есть не хотелось. Попить, возможно, стоило, но мне и так нужно было посетить ближайшие кусты, а вставать не хотелось.

Джоанна какое-то время пыхтела над бутылкой, развязывая мои узелки, потом справилась с пробкой и сунула мне под нос стеклянное горлышко.

— Хотя бы пару глотков, — сказала она, и я подчинилась, потому что это было проще, чем спорить.

Забрав бутылку, девушка протянула мне бутерброд. Я наградила ее недовольным взглядом, и Джоанна со вздохом разломила хлеб пополам, забрав себе одну часть. Свою половину я сжевала, не чувствуя вкуса, потом все-таки отошла за деревья, так как выпитая жидкость просилась наружу. Возможно, девушке тоже было надо, и я даже вызвалась ее сопроводить, но Джоанна только отмахнулась, уверив меня, что десяток шагов она проковылять в состоянии. Или, на худой конец, допрыгать на одной ноге.

Я окинула выразительным взглядом заметно поистрепавшееся платье, но спорить не стала. Уселась обратно, замотавшись в плащ по самый нос.

Земля была холодная, и, чтобы не закоченеть, стоило наломать лапника для лежанок. Я покатала в голове эту мысль и осталась сидеть. Чуть попозже.

К возвращению Вика я успела задремать, и теперь шея радовала болью в затекших мышцах. Зато мужчина был до неприличия бодрым.

— Тут озеро недалеко, — сообщил он.

— Как ты узнал? — вяло удивилась я.

— Ты заметила, что идти стало как будто легче? И тропинки появились. Звериные. У них здесь водопой. Я сходил проверить.

Не заметила. Я все это время шла на морально-волевых и желании жить и не слишком следила за обстановкой.

Интересно, как он в такой темноте разглядел звериные тропы? Я вот пялилась на маячивший впереди светлый кусок ткани и старалась не навернуться. А этот еще и по сторонам умудрялся смотреть.

— У нас есть еда и вода, — сообщила Джоанна, указывая на сумку.

— Отлично. Я сейчас устрою тут все для ночлега и поужинаю, — подмигнул Вик и махнул рукой. — Если что, озеро — там. Не сходите с тропы и не заблудитесь.

И мужчина принялся ломать обламывать ветви с невысокой сосны. Откуда? Ну вот откуда он берет силы, скажите мне пожалуйста?

Наверное, стоило предложить свою помощь, но я бессовестно промолчала, а потом все так же молча забралась на сооруженную Виком лежанку, нехотя расстелив на ней свой плащ. Вик с Джоанной устроились рядом, и мужчина накрыл нас всех вторым плащом, как одеялом. Жаль, что, несмотря на все усилия, нормально выспаться у меня так и не получилось.

Глава 10

Сон не шел. Я лежала с краю, прижавшись к боку Джоанны, и смотрела вверх, на проглядывающее сквозь черные колючие лапы небо. Звезды были яркими и крупными. Я таких, наверное, никогда раньше не видела, даже в горах.

Ночной лес был полон вязкой, обманчивой тишины, и я напряженно вслушивалась в едва различимый треск ветвей, далекие непонятные шорохи и даже голоса каких-то ночных птиц. Вик сказал, что в поочередных ночных бдениях нет необходимости, ведь звери к нам не сунутся. Дикие животные в принципе редко сами нападают на людей, а сейчас вообще тепло и им есть, чем кормиться. Меня это, честно сказать, не слишком обнадежило, но и с ужасом ждать нападения не заставило.

Воспаленный сегодняшними событиями мозг все никак не желал расслабляться. Мне не хотелось думать о произошедшем, но и не думать не получалось. Я прокручивала в голове наш побег и ужасалась от того, насколько ненадежным был мой план и как легко удалось его реализовать. А если бы нас заметили? А если бы Вик не выжил? А если бы…

Я вздохнула и перевернулась на бок. Нужно прикрыть глаза и попытаться хоть немного поспать: завтрашний день обещает быть сложным.

Сон был какой-то гулкий и плотный, а может, это и не сон был вовсе, потому что я ничего не видела, только ощущала чужое присутствие.

— Зря ты это затеял, — прогудел старческий голос на грани слышимости.

— Ничего не зря, старшенький бы точно опозорил весь род. А из младшего, хоть он и оболтус, может выйти толк, — возразила, судя по голосу, молодая женщина.

— Ага, толк выйдет, бестолочь — останется, — брюзгливо продолжил гнуть свою линию старик.

— Это все ты виноват, — раздраженно сказала женщина постарше. — Нужно было своих детей рожать, и не пришлось бы мучиться с племянничками.

— Ты мне еще при жизни весь мозг выела с «достойным продолжением рода», я не намерен выслушивать это еще и после смерти, — устало вздохнул… Фербус?

Я же не ослышалась? Это тот мужчина, который дал мне кольцо?

— А ты не смей так разговаривать с матерью!

— А ты детей моих не трогай, они достойные мальчики.

— А ты не лезь, тебя вообще никто не спрашивает.

— Да как ты…

В моей голове возникали все новые и новые голоса. Они перебивали друг друга, становясь все громче и превращаясь в неоднородный гул, в котором сложно было хоть что-то разобрать. Сначала я пыталась вслушиваться, потом у меня зазвенело в ушах, и я постаралась прекратить эту вакханалию. К счастью, получилось быстро. Я что есть силы затрясла потяжелевшей головой из стороны в сторону, и меня выкинуло в реальность.

Несколько раз очумело моргнув, я сообразила, что меня, все-таки, выключило, потому что лес был пронизан золотистыми лучами восходящего солнца. А я сама вся продрогла: плащ сполз, и я была укрыта им только наполовину. Я сердито потянула край на себя, выдергивая его из-под Вика, который, видимо, во сне завернулся в теплое.

Мужчина заворочался, потом открыл глаза и уставился на меня вопросительным взглядом. Я ответила ему нахмуренными бровями.

— Доброе утро, — одними губами произнес Вик.

Видимо, чтобы не разбудить сладко спящую Джоанну.

Я продолжала хмуриться.

— Не с той ноги проснулась? — шепнул мужчина. — Идем, умоешься. Полегчает.

И выбрался из-под плаща, тут же поежившись от не успевшего прогреться утреннего воздуха. Я вздохнула, тоже слезла с лежанки и потопала в кусты. Всегда ненавидела эту процедуру в походах.

Умываться мы, и правда, пошли вместе. Вик завернул Джоанну в плащ, на котором мы спали, и отдал мне второй, все еще хранящий чужое тепло. Не знаю, как мужчина себя чувствовал в разодранной, а потом вряд ли хоть как-то помогающей согреться одежде, но отказываться от плаща не стала.

— Откуда ты так хорошо знаешь лес? — спросила я, пытаясь согреть дыханием холодные пальцы.

— В моей биографии был период длиной в несколько месяцев, проведенных в лесу, — после небольшой паузы ответил он. — Жизнь — лучший учитель.

— А… — осторожно начала я, раздумывая, насколько бестактно будет выяснять подробности.

Но Вик не дал мне сформулировать вопрос, указав вперед и сообщив, что мы пришли.

Деревья расступились внезапно, открывая вид на зеркальную водную гладь с отражающимся в ней небом и растущими по берегам соснами. Водоем скорее представлял из себя большую лужу, чем маленькое озеро, но это не мешало ему сверкать своим великолепием в солнечных лучах.

Вик первым присел на корточки у берега и принялся плескаться в воде. Он делал это так бодро, что я к нему смело присоединилась и тут же об этом пожалела: вода была не просто холодной, а ледяной. Но я все же ополоснула лицо, а потом, шипя сквозь зубы, размяла влажными руками шею и растерла плечи, предварительно расстегнув несколько пуговиц на рубашке. Холодная вода на позитивный лад не настроила, зато придала бодрости и злости.

Заметив заинтересованный взгляд Вика, мазнувший по моему обнажившемуся плечу, я состроила максимально бесстрастное лицо, демонстративно подтянула ткань вверх и застегнула рубашку под горло. В памяти вспышками замелькали картинки с блондином, так нагло пытавшимся мной воспользоваться. И без того плохое настроение сделалось отвратительным. Я сжала трясущиеся пальцы в кулаки.

Мужчина приподнял раскрытые ладони в успокаивающем жесте и даже сделал шаг назад, шепнув, что все в порядке. Видимо, какие-то эмоции все же отразились на моем лице, раз Вика так проняло.

Глава 11

В лагерь я возвращалась одна, по дороге собирая хворост для костра по просьбе Вика. Сам он сказал, что скоро вернется и бесшумно исчез за деревьями.

Найти сухие веточки в лесу — не самая легкая задача. Но я справилась и теперь тащила в руках приличную охапку. Интересно, мы огонь как первобытные люди будем добывать или полный сюрпризов Вик продемонстрирует мне другой способ?

Джоанна сидела на лежаке, приложив ладони к своей травмированной ноге и сосредоточенно нахмурившись. Услышав мои шаги — я прямо слоном себя почувствовала, — она едва заметно дернулась, но это была вся реакция на мое появление.

Я подошла ближе, сложила веточки на землю и повернулась к Джоанне. Та моей компании была явно не рада: я кожей ощутила исходящее от девушки молчаливое недовольство и напряжение. Я пожала плечами и мысленно вычеркнула пожелание ей доброго утра из списка дел на сегодня.

Наконец, девушка глубоко вздохнула, встряхнула кистями рук и, не глядя на меня, сползла на землю. Я молча наблюдала, как она делает пару неуверенных шагов, а затем полностью переносит вес на поврежденную конечность. И подпрыгивает на ней, словно проверяя, хорошо ли все зажило.

— Обалдеть, — сказала я. — Джо, а что тебе мешало сделать это вчера?

— Отсутствие сил, — лаконично отозвалась она, пропустив мимо ушей сокращенный вариант своего имени.

—Ты хочешь сказать, что… э, набралась сил всего за одну неполную ночь?

Я, конечно, собиралась подумать обо всех происходящих странностях потом, но ведь Джоанна могла кое-что прояснить прямо сейчас.

— За целуюночь, в которую их у меня не отбирали, — ответила девушка таким тоном, что мне стало стыдно.

Отлично прояснила.

Я решила больше ничего не спрашивать. Понятно, что это связано с тем блондином. А говорить о нем неприятно ни ей, ни мне.

Джоанна царственно уплыла в сторону озера. А я обернулась и чуть не заорала, потому что сзади неслышно подошел Вик. Мужчина нес в одной руке тушку какой-то птицы, а в другой — сухую траву, куски коры и длинную прямую палочку. Все-таки, будем пользоваться методом первобытных людей.

— Ты уверен, что костер — хорошая идея, и нам стоит тут задерживаться?

— Нас не нашли за целую ночь. Видимо, не так сильно мы и нужны этим ребятам, кем бы они ни были, — оптимистично отозвался мужчина. — Ощипывай наш завтрак, а я займусь огнем.

— Давай лучше наоборот, — поморщилась я. — Птичку жалко.

— Ну есть-то ты ее будешь? Или ты вегетарианка? Учти, еда из сумки закончилась.

— Буду, если получится съедобно, — буркнула я.

— Не переживай, все будет приготовлено по высшему разряду, — мужской голос прямо-таки лучился оптимизмом, и это раздражало даже сильнее, чем королевские замашки Джо.

Я взяла хворост и остальные материалы для разведения огня и отошла подальше, чтобы ненароком не испортить настроение еще одному члену нашей компании. Пусть хоть у кого-то оно останется приподнятым. И все-таки, очень интересно, откуда он это хорошее настроение взял. Там вместе с птицами на завтрак раздают?

Мысленно ворча, я принялась за дело. Кора от быстро вращающейся палочки темнела, но загораться отказывалась. Я некоторое время упорно продолжала свои действия, потом мою голову посетила гениальная мысль, и я отправилась ее реализовывать.

Место, куда хорошо попадало солнце, нашлось на тропе, неподалеку от нашего лагеря. Я положила на землю комок из сухой травы, вооружилась веточкой на случай, если все получится, и присела на корточки.

Поймать на вставленный в перстень камень солнечный луч и направить его на травяной комочек оказалось не так просто. Во-первых, это вам не линза, во-вторых, я так никогда раньше не делала. В-третьих, эта идея уже не казалась мне такой уж гениальной.

— Ну давай, загорайся уже, — раздраженно прошипела я, прожигая взглядом злосчастный комок.

И он вспыхнул. Я в первое мгновение даже не поверила — решила, что у меня рябит в глазах. Но потом опомнилась, проворно подожгла ветку и, дождавшись, пока она разгорится, затоптала траву.

Возвращалась я, аккуратно прикрывая язычок пламени от порывов ветра ладонью и ощущая себя едва ли не Прометеем. Надеюсь, моя история не окажется такой же печальной.

— Красотка! — похвалил меня Вик, уже разделивший птицу на части. — Идем, будем готовить вкуснейший завтрак.

К тому моменту, когда вернулась Джоанна, мы с Виком уже закопали мясо под нагоревшие угли.

— Купалась, — коротко пояснила девушка свое долгое отсутствие.

За то время, что она отсутствовала, можно было несколько раз переплыть озеро, но никто не стал ничего уточнять. Мы молча дождались, когда птица, наконец, приготовится, и принялись завтракать.

Мясо, с которого обрезали сгоревшую корку, было жестким и безвкусным. Я впихнула в себя полкуска и решила больше не мучиться. Мои спутники, наоборот, ели с большим аппетитом, хотя я ожидала от Джо капризов и картинно сморщенного носа. Сложившийся в моей голове образ изнеженной принцессы затрещал по швам.

Дальше — больше. Девушка, несмотря на абсолютно неподходящую одежду и обувь, бодро топала за Виком шаг в шаг. Мужчина нес сумку со всеми нашими пожитками и периодически что-то весело насвистывал. Я плелась сзади и чувствовала себя слабым звеном.

Некоторое время спустя тропинка расширилась, и шагать по ней стало проще. Я выдохнула с облегчением и даже не успела испугаться, когда на тропу перед нами выбежал медвежонок, а следом из-за кустов выбралась огромная медведица.

Испугалась я позже, когда маленький любопытный зверь сделал несколько неуклюжих шагов в сторону Вика. Медведица заворчала, а мужчина подобрал с земли толстую палку и угрожающе покачал ей из стороны в сторону, сообщив, что не стоит на нас рычать. К счастью, медвежонок передумал знакомиться поближе и потопал дальше по своим медвежьим делам, и мама-медведица, предупреждающе рыкнув, последовала за своим детенышем. Треск стих, и мы дружно выдохнули.