Замуж за Зверя. Фиктивный брак

Виктория Вестич

Замуж за Зверя. Фиктивный брак

Глава 1

Меня будят крики и шум внизу. Я успеваю только накинуть на себя длинный шелковый халат поверх коротенькой пижамы, и тут же бегу на первый этаж дома, даже толком не запахиваю его. При виде меня на лестнице несколько рослых мужиков бандитской наружности прекращают громить дом.

- Доброе утро, цыпа. Чего гостей не встречаешь? – скалится один из них.

- Невежливо как-то, - поддакивает ему второй, - чаю бы налила хотя бы.

- Да какой чай, Саня, смотри, какая девка. С такой бы в койку на пару суток.

Меня передергивает от того, каким сальным взглядом бугаи окидывают мою фигуру, и я стараюсь закутаться в тонкую ткань как можно лучше, словно она может спасти от них.

- Да конечно. Зверь тебе башку снесет, - ухмыляется его подельник.

Меня будто молнией пронзает! Зверь. Теперь ясно, что здесь происходит. Я стискиваю кулаки и бросаюсь по лестнице вниз, игнорируя незваных гостей. Те свистят вслед и улюлюкают, отпускают шуточки о том, что стоило мне услышать кличку их хозяина, как я тут же побежала ему навстречу.

Но это не так. Далеко не так. В последнее время Камиль Леднёв слишком зачастил в наш дом. Мужчина, от которого у меня кровь стынет в жилах настолько, что сейчас я замираю в дверях отцовского кабинета, лишь его увидев. Он будто хищник. Только я вхожу, как Камиль весь подбирается, впивается в меня каким-то голодным взглядом. Словно стоит мне дернуться или немного пошевелиться, как он сорвется с места, вцепится в меня и разорвет на мелкие кусочки, жадно рыча.

С трудом справившись с внутренним трепетом, я разрываю зрительный контакт и перевожу взгляд на отца. Он выглядит ужасно. Побледневший, с выступившей на лбу испариной. Я тут же бросаюсь к нему, боясь, что ему станет плохо.

- Папа! Папа, что происходит?!

- А вот и наша принцесса пожаловала, - расслабленно, с насмешкой тянет Камиль.

Я зыркаю на него недобрым взглядом, но ничего не отвечаю. Пока что мне совсем не до него.

- Папа, все хорошо? – присев рядом с креслом, я с беспокойством заглядываю в глаза отца.

- С твоим папочкой все в порядке, - продолжает иронизировать Леднёв и мне все больше хочется вцепиться в него или расцарапать лицо ногтями. Хотя бы. Но вряд ли, конечно, мне вообще удастся провернуть что-то подобное.

Даже если не брать в расчет кучу странных людей в гостиной, вооруженных до зубов, я ниже Камиля на голову и вешу, наверное, килограммов на тридцать меньше. Зверь огромная махина, которая буквально состоит из мышц, которые даже на вид кажутся стальными. Он просто схватит меня за шиворот, как паршивого котенка, и швырнет куда-нибудь в угол, чтобы под ногами не мешалась. Поэтому все, что я могу сделать – просто бессильно огрызаться.

- Я не с тобой разговариваю!

- О, а вот это грубо… очень грубо. Малышка, папа не учил тебя вежливо разговаривать со взрослыми дядями? Не говорил, что за слишком дерзкий язык тебя могут и наказать? – склонив голову набок, ухмыляется Камиль, буквально упиваясь происходящим. Как будто то, что я огрызаюсь, его больше раззадоривает и забавляет.

- Папа, что происходит? – теряя терпение от скабрезных шуточек, требую я ответ, - Что он тут делает?? Ты же сказал, что все в порядке и он больше не придет!

Это правда, отец обещал. Обещал, что завязал играть, что расплатился с долгами, распродав имущество. В последние полгода все эти кредиторы и коллекторы, выглядящие как форменные бандиты, приходили к нам домой так часто, что и не сосчитать. И каждый раз угрожали, громили мебель, доводили папу практически до сердечного приступа. Я долго уговаривала его продать квартиру и две машины – последнее, что у нас оставалось от былой роскоши. И он согласился, это даже помогло на какое-то время: люди бандитской наружности перестали приходить сюда, как к себе домой. Я даже вздохнула спокойно, но…

Но что тогда тут делает Зверь?

- О, детка, теперь ты будешь видеться со мной гораздо чаще! – с многообещающей ухмылкой заявляет Леднёв и переводит взгляд на отца, - Ну что ты молчишь, Золотов? Может порадуешь дочурку новостью?

Новостью? Я хмуро окидываю взглядом массивную фигуру Камиля. Что еще за новость он мог принести в наш дом? В последнее время каждая из них была ужасной: у папы отняли бизнес, почти все счета и всё, что он заработал. Мне даже пришлось взять академический отпуск в университете, потому что платить за следующий семестр было решительно нечем.

- Папа? – зову я, снова переводя взгляд на родителя.

Отец молчит, стискивая руку в кулак, и я едва справляюсь с дрожью, разбегающейся по всему телу мурашками от нехорошего предчувствия.

- Я не понимаю, чего ты хочешь, - произносит он тихо, обращаясь к Камилю.

Ироничное выражение лица Зверя тут же гаснет, сменяется непроницаемой маской, а взгляд становится тяжелым и холодным.

- Я вижу, ты плохо меня понял. Или у тебя проблемы со слухом. Но, так уж и быть, я повторю для особо одаренных. Я забираю твою дочь. Она выйдет за меня замуж и родит мне наследника.

Я вскакиваю на ноги. Сердце совершает кульбит и ударяется прямо в ребра. Если это шутка, то она очень, очень плохая!

- Я не выйду за тебя замуж! – восклицаю я и вся сжимаюсь под цепким пронзительным взглядом, которым Камиль меня одаривает.

Чтобы Леднёв женился на мне – никогда! Я на такое не пойду даже под дулом пистолета! Этот неотесанный мужлан вызывает во мне только одно желание – сбежать как можно дальше и спрятаться, чтобы он меня никогда не нашел. Каждый раз, когда он приходил в дом отца и я оказывалась рядом, Камиль смотрел, смотрел, смотрел. Ничего не говоря, сверлил во мне дыру, жег глазами, как будто клеймо поставить хотел. А сейчас он заявляет, что именно заклеймить и хочет, поставив штамп в паспорт! Ни за что! Я на все готова, лишь бы избежать этого и не быть рядом с мужчиной, от близости которого в дрожь бросает.

В панике я перевожу взгляд на папу. Тот ведь не пойдет против моего решения, если я скажу «нет», я это знаю. Я его единственная любимая дочь, для него мое слово много значит! Всегда много значило.

- Если ты так делаешь предложение, то... – тянет мой отец, но Камиль его прерывает.

- От предложения можно отказаться, а у тебя выбора нет, - сурово произносит он. – Так что это просто констатация факта. Я беру Еву в жены. Точка.

Зверь оказывается рядом молниеносно, я даже среагировать не успеваю. Он перехватывает мое запястье своей лапищей и, стиснув в стальной хватке, чеканит:

- Твоя дочь едет со мной. Вот плата за все твои долги.

- Не трогай меня! – сбросив с себя оцепенение, я отшатываюсь в сторону, пытаясь вырвать руку, - Какие еще долги?? Папа! Папа, что он такое говорит?! Вы ведь и так всё забрали! Отпусти меня!

Я кричу в панике и отец вскакивает на ноги, дергается в мою сторону.

- Отпусти мою дочь!

Все заканчивается разом, весь шум и гвалт, стоит только Камилю произнести:

- Сел на место.

Я вскрикиваю, когда у лба папы оказывается дуло пистолета, который Зверь вытаскивает слишком быстро. Зажав рот ладонью, я не свожу широко распахнутых глаз с оружия.

- Сел. На. Место. – Раздельно чеканит приказ Камиль.

- Папа… - скулю я, - пожалуйста.

Сама не понимаю, о чем умоляю – то ли чтобы помог, то ли подчинился и не рисковал собой. Такой человек, как Леднёв, способен на все.

Отец переводит уставший обреченный взгляд с меня на оружие и делает осторожный шаг назад.

- Если с Евой что-то случится… если хоть волос упадет с ее головы… - сдавленно выговаривает он, - клянусь…

Камиль кривит губы в презрительной усмешке, опускает руку с оружием.

- Ты и сам в курсе, что с ней ничего не произойдет. Не делай вид, что тебе вообще есть до этого дело. Если бы ты думал о дочери, не набрал бы столько долгов, из-за которых ей придется расплачиваться телом.

Телом?!! Я не ослышалась? Да он с ума сошел!

- Отпусти меня! Сейчас же! – требую я и принимаюсь колотить кулаком по плечу Камиля, когда тот тащит меня к выходу, - Папа!

- Дочка, я… все решу! Обещаю! Он не тронет тебя и пальцем, ты скоро вернешься домой!

Дверь кабинета захлопывается за нами, отрезая бледного перепуганного отца, пока Зверь неумолимо тащит меня за собой.

Глава 2

Зверь буквально выволакивает меня в гостиную, где вольготно расположилась на диванах его охрана. Бугаи при появлении главаря вскакивают, как по команде. Тот, кого недавно назвали коротко «Саня», мажет по мне взглядом и ухмыляется, мол, ну и чего ты добилась? Но я не собираюсь так просто сдаваться – несмотря на стальную хватку, пытаюсь вывернуть руку или украдкой как-нибудь больно пихнуть мужчину. Я пытаюсь и так, и эдак, даже на ногу Леднёву наступаю и впиваюсь ногтями в руку, но ему хоть бы что!! Даже не морщится, хотя ногти у меня длинные и ему точно должно быть больно! Или у Камиля шкура, как у носорога??

Зверь, между тем, просто пихает меня в сторону пресловутого «Сани». Мне приходится по инерции ускорить шаг, но, запнувшись от того, что все произошло слишком неожиданно, я падаю прямо в лапищи к охраннику. Амбал моментально ставит меня на ноги под зорким взглядом Леднёва, убирает руки с талии и хватает под локоть.

- Отвезите домой. Глаз с нее не спускать, - отдает короткий приказ Зверь и переводит взгляд на других своих людей, будто разом потеряв ко мне интерес.

- Камиль! – восклицаю я, дергаясь в его сторону, - Ты не можешь так поступить!

Зверь усмехается и, обернувшись ко мне, с притворным удивлением вскидывает брови:

- Как «так»?

- Не можешь вот так просто взять и увезти! Папа вернет тебе долг и…

- Вернет? – насмешливо кривит губы в улыбке Камиль, - Кажется, мы с ним уже договорились, что я беру тебя в жены. И твой папочка совсем не возражал, что ты расплатишься за его долги.

- Это не так! Он сказал, что разберется и я вернусь домой!

Зверь смотрит на меня, как на наивную дурочку, словно я глупость какую-то сморозила. Но мне плевать! Неважно, что там себе напридумывал Камиль, как он там оценил ситуацию. Папа бы никогда не расплатился мной. Он растерялся и ему стало плохо, потому что наш дом в последнее время как медом намазан для вот таких вот наглых незваных гостей. И все они что-то требуют, угрожают… конечно он уже не выдерживает всего этого.

Зверь подходит ближе и я вскидываю гордо подбородок, стараясь стойко выдержать его взгляд. Он снова такой, как и обычно: голодный, жадный, хищный. Мне с трудом удается удержать себя на месте и не отшатнуться хотя бы на шаг, так Камиль давит своей мрачной тяжелой аурой. Уверена, его люди подчиняются ему не только из-за денег, но и из-за огромного авторитета, что Зверь заимел. Даже мой отец с ним всегда считался и уважал, несмотря на то что Камиль гораздо младше него. Кажется, ему чуть больше тридцати, но точной цифры я не знаю.

Внезапно мужчина берет меня за подбородок и вот тут я не выдерживаю, вздрагиваю всем телом. Зверь улыбается еще шире, явно наслаждаясь реакцией, тем, как сразу дрогнула моя выдержка и дерзость куда-то испарилась. Он оглаживает нежно пальцами кожу, наблюдая за касаниями жадно, будто к какой-то драгоценности прикасается, которую долго желал и наконец-то заполучил.

- Какая же ты все еще маленькая наивная девочка, - хриплый шепот совсем не вяжется с тем, каким грозным выглядит Камиль.

Воздух застревает в горле. Я терпеть не могу, когда кто-то называет меня так, намекает на то, что я ничего не смыслю из-за того, что мне всего двадцать один. Мне уже двадцать один!! Отец всегда слишком сильно опекал меня, не разрешая почти ничего, из дома я всегда уходила под присмотром охраны. Даже на кружки и в секции ходила с сопровождением! Я понимала, что он беспокоится обо мне, но после смерти мамы эта опека перешла все рамки. После пар я всегда возвращалась домой, толком не видясь с подругами. Даже в кино или кафе ходила редко и, конечно, под присмотром. А когда у тебя за спиной парочка мордоворотов с мордами кирпичом, как-то настроения на прогулки нет. Да и они своим видом только отпугивали моих приятельниц, а их и так было мало.

С неизвестно откуда взявшейся смелостью я резко отбрасываю от себя руку Зверя и выпаливаю:

- Я не маленькая девочка! И далеко не наивная, понятно?! Только попробуй увезти меня! Это, вообще-то, похищение человека, и у тебя будут большие проблемы, если об этом узнают правоохранительные органы!

Стиснув кулаки, я прожигаю взглядом Камиля. Тот явно удивлен, судя по вскинутым бровям. То-то же! Пусть не думает, что нарвался на беззащитную лань, я просто так себя в обиду не дам!

Но мои надежды на то, что Зверь возьмет и оставит меня в покое, разбиваются в пух и прах, когда мужчина неожиданно запрокидывает голову и хрипло смеется. Громко и искренне, так, заразительно, что вскоре остальные подхватывают и тоже хохочут. Сжавшись, я сверлю Камиля хмурым взглядом. Его смех прерывается так же быстро, как и начался. Он вдруг резко замолкает и его темные, словно сама бездна, глаза, вонзаются в меня, лишая возможности дышать.

Хочется пискнуть, как мышке, и сбежать, забиться куда-нибудь в угол, чтобы этот натренированный опасный зверь не добрался и не вцепился своими лапами. Запустит когти и зубы, потом ведь не вырвешься…

Расстояние между нами снова сокращается, и на этот раз Камиль оказывается почти вплотную ко мне. Амбал, все это время стискивающий мой локоть, выпускает руку из хватки, и теперь я не стою на месте, а позорно отступаю. Сбегаю, глядя неотрывно в глаза Леднёва, тяжело загнанно дыша, пока в поясницу не упирается спинка дивана. И когда бежать становится некуда, Зверь настигает. Его крепкое сильное тело вжимается в меня, выбивая судорожный выдох из груди, он стискивает меня своими руками, не давая возможности не просто сбежать, но даже отстраниться.

- Знаешь, как долго я тебя хотел? – вкрадчиво шепчет он в самые губы, жадно сминая ткань халатика на моей талии руками, - Я ждал тебя, ждал, когда ты повзрослеешь, когда поступишь в институт, когда нагуляешься. Ты знаешь, что я сватался к тебе с момента твоего восемнадцатилетия? Твой папаша отказывал раз за разом, да и ты особо желания выйти за меня не питала. Но теперь у вас обоих выбора нет. Ты станешь моей, Ева, полностью. Законной женой, любовницей, матерью моих детей.

По телу пробегают мурашки. Я упираюсь в грудь мужчины руками, пытаясь оттолкнуть, но для Зверя мое сопротивление – просто пшик.

- Я не выйду за тебя замуж! Слышишь?? Против моей воли никто нас не поженит!

- Я тебя завоюю. Я сделаю все, чтобы ты взяла мою фамилию добровольно.

- Этого никогда не произойдет, ты понял?! Никогда! Никакого брака не будет!

- Обсудим нашу свадьбу позже, котенок. Сейчас я еще занят. – Зверь переводит взгляд на амбала за моей спиной и кивает, давая знак.

Тот стискивает мое предплечье и мягко, но настойчиво тащит в сторону выхода.

- Я не выйду за тебя! Ты слышишь?! Не выйду никогда в жизни! Камиль! Отпусти меня немедленно! – кричу я в спину Зверю, но тот не обращает на меня ровным счетом никакого внимания. Лишь верзила осторожно подталкивает к двери и хмыкает:

- Да не голоси так. Пошли уже, цыпа.

Глава 3

Во дворе нашего дома, огороженного обычным кованым забором, стоят два огромных внедорожника, к одному из которых меня и ведут. Я озираюсь вокруг, на ходу пытаясь придумать какой-нибудь самый захудалый план, чтобы вырваться и сбежать. Мне нужно выиграть хоть немного времени, тогда отец придумает, как вернуть долг Леднёву и мне не придется выходить за него замуж! Тогда он вообще не посмеет ко мне подойти!

Завидев далеко на соседнем участке невысокого мужчину, занимающегося какими-то своими делами, я встрепенулась. Можно позвать его на помощь! Пусть тот вызовет полицию, поднимет их на уши. Уверена, что Камилю проблемы с законом ни к чему! Но не успеваю я и рта раскрыть, как один из сопровождающих меня бугаев слегка дергает меня к себе.

- Веди себя прилично, не отрывай людей от серьезных дел.

- Вообще-то он просто сгребает листья, - замечает Саня скучающим тоном.

Подельник зыркает недовольно в его сторону.

- Дохрена умным лучше молчать, – советует он и обращается ко мне: - никому из нас ведь не нужны проблемы, верно? Тот мужик вон листики сгребает, занят человек. Не хочет же, чтобы ему конечности переломали за то, что лезет не в свои дела. Да и твоему папаше тоже проблем не надо – их и так у Золотова хватает. Так что не осложняй своему папаше жизнь, а то Зверь человек вспыльчивый, вдруг передумает. Тогда вы так просто не отделаетесь.

Я сглатываю. Угроза выглядит вполне реальной. Особенно если учитывать, что недавно Камиль вообще оружие на моего отца направил!

- Я даже не одета нормально! Дайте мне одеться и собрать вещи! – привожу я аргумент.

- Ниче страшного. Зачем тебе в койке одежда вообще? Красивая баба должна ходить голой, - скалится мужик и тот, которого зовут Саней, одобрительно гогочет. Скабрезная шутка ему точно понравилась.

- Точняк, Гелич, - хмыкает он.

Поморщившись, я окидываю их неприязненным взглядом. Что еще взять с неотесанных мужланов – эти вот выглядят какими-то настоящими бандюками из девяностых. Наверняка на уме всякая похабщина.

Один из сопровождающих садится за руль, второй же усаживается вместе со мной на заднее сиденье. Надежда вылезти из салона и рвануть, куда глаза глядят, тает практически сразу – щелчок замка дает понять, что двери заблокированы. Еще и второй амбал руку не отпускает, вцепился своей лапищей так, что наверняка синяки останутся.

Я лихорадочно соображаю, что же мне делать. Тронуть меня Камиль не посмеет, иначе отец этого так не оставит. Значит, все же какое-то время у меня есть до того, как папа вызволит меня и вернет домой. Остается только ждать и надеяться… а еще обязательно нужно увидеть отца, хотя бы по телефону с ним поговорить!

Из мыслей меня вырывает голос бандита, которого Саня назвал Геличем:

- Веди себя хорошо и лучше не зли Зверя. Он, конечно, запал на твою милую мордашку и вряд ли ее попортит, но лучше особо его не провоцируй. Будь паинькой, - дает он совет.

Ясно. Просто проблем со мной не хочет, вот и надо, чтобы я вела себя тише воды, ниже травы.

- Быть паинькой?! – не выдерживаю я, - Серьезно??! Ко мне в дом ворвались какие-то бандиты…

- Эй, мы не бандиты! – обиженным голосом возражает бугай с водительского сиденья и даже через зеркало заднего вида на меня смотрит укоризненно.

Но, не слушая его, я продолжаю:

- …ворвались, довели отца практически до нового срыва и увезли меня в неизвестном направлении! И я еще должна быть паинькой и не злить вашего сурового босса, я правильно понимаю?

Сидящий рядом со мной Гелич тяжело вздыхает.

- Вот все бабы, как бабы, щас бы сели, забились в угол и ревели бы себе молча от страха, - бубнит обиженно водитель, обращаясь к подельнику, - а эта нет же, орет чота, права качает. Сдалась ему эта фурия, нашел бы себе нормальную. Желающих много, сама бы на него залезла и сделала все как надо.

- Ну так захотел, - развел руками Гелич, – видать нравится, когда баба бешеная. Может в кровати тоже такая, что вылезаешь от нее выжатый, как лимон.

От такой наглости у меня даже дар речи на короткое время пропадает. Эти бугаи что, всерьез обсуждают меня, игнорируя полностью тот факт, что я прямо рядом с ними сижу?? Как будто я предмет мебели какой-то!

- Я тут вообще-то! – задохнувшись, выпаливаю я.

- Да мы не слепые, заметили уж, - ухмыляется Саня.

Мне хочется наговорить им столько «ласковых» слов! Но я перевожу взгляд с ухмылки одного бугая на сальную улыбочку второго и, сдавшись, откидываюсь на спинку сиденья. Все равно толку от моих возмущений не будет. Этим вообще все равно, разговаривать надо с самим Зверем. Хотя тот не лучше… одержимый, жестокий, опасный. Эти Саня с Геличем по сравнению с ним просто пай-мальчики.

При воспоминании о Камиле по спине вниз бегут мурашки и я стараюсь отвлечься. Вспоминаю, что еще осталось в собственности папы, что можно продать и расплатиться вырученными деньгами хоть с частью долга, и за этими мыслями сама не замечаю, как мы сворачиваем во двор одного из особняков, что в последнее время мелькали за окном.

Дом Камиля оказывается гораздо больше, чем у моего отца. Огромный двор, усеянный газоном, вымощенная камнем подъездная дорожка, охрана на въезде. Она тут буквально повсюду. Стоит мне выбраться из салона внедорожника, как я оказываюсь под прицелом кучи глаз и, поежившись, стараюсь запахнуть полы легкого халата получше.

- Пошли. Провожу тебя в дом, - бросает мне амбал, ехавший вместе со мной на заднем сиденье. Он больше не держит меня за руку. Видимо, понимает, что теперь-то я никуда не денусь, когда вокруг почти двухметровый забор и куча рослых бравых ребят. Такие поймают в считанные секунды и в бараний рог скрутят, так что я решаю, что разумнее всего пойти следом за Геличем.

Он придерживает передо мной дверь и, войдя внутрь особняка, я спотыкаюсь на ровном месте. Папа хорошо зарабатывал, но у нас никогда не было такого количества прислуги. Максимум, что мы себе позволяли – приглашать домработницу. А здесь же, похоже, весь штат выстроился в шеренгу, а это, по меньшей мере, человек пятнадцать! И все зачем-то встречают меня.

Гелич раздраженно отмахивается:

- Познакомитесь потом, когда хозяин приедет. Можете быть свободны.

И слуги почти тут же испаряются, как невидимые тени.

- За мной, - коротко командует мужчина.

Я семеню следом, мысленно поражаясь тому, каким просторным и со вкусом обставленным кажется дом. Без вычурности или каких-то золоченых лепнин, хотя вроде бы такие бандиты, как Леднёв, обычно кичатся своим статусом.

На втором этаже Гелич распахивают передо мной одну из множества дверей. Не знаю уж, почему эту и каким образом он ее выбрал, ведь они все похожи. Я вхожу внутрь комнаты, в которой придется провести какое-то время, и бегло осматриваюсь. Похоже, меня тут и правда ждали, раз даже постель уже застелена и на столе всякие умывальные принадлежности лежат. Значит, Камиль уже с самого начала ехал только затем, чтобы забрать меня?

- Слышь, веди себя тут нормально, окей? Никому из нас проблемы не нужны, - отдает сухо распоряжение Гелич.

Я и так вся на нервах после произошедшего, а эта просьба окончательно выбивает меня из колеи. Это меня просят вести себя хорошо после того, что устроили??! Вообще совести что ли нет?

- Нормально? Нормально??! Я вам сейчас устрою!!! – обещаю я, заводясь с полуоборота.

Схватив первое, что попалось под руку – настольную лампу, я с криком швыряю ее в зеркало, а потом принимаюсь хватать вообще все, что подворачивается и бросать на пол. Комната очень быстро превращается в настоящее поле боя, а от постоянного звона чего-то разбивающегося даже уши закладывает.

А что! Пусть Зверь приедет и увидит, что от меня одни проблемы! Что я скандалю, постоянно кричу, громлю дом, что от меня одни растраты и убытки! Может быть тогда откажется от дурацкой затеи жениться на мне за долги отца. Да и какие еще долги?? Разве мы не расплатились, когда у папы все отняли? Ведь бизнес, имущество и счета забрали как раз за те самые долги! Что теперь от нас нужно?!

- Ясно, - осмотрев погром, глубокомысленно изрек Гелич. – Ну, я пошел. Развлекайся.

Не ожидая такой реакции, я хлопаю глазами и реагирую слишком поздно.

- Стоять! Куда ты??

Я запоздало срываюсь следом, но дверь закрывается прямо у меня перед носом. Вдобавок амбал проворачивает в замке ключ, запирая меня.

- Эй ты! Выпусти меня! Выпусти немедленно! – колотя кулаками, ору я изо всех сил, но за дверью царит полная тишина. Похоже, даже из прислуги никому нет дела, что охрана привезла в дом незнакомую девушку, заперла ее и силой удерживает.

Резко выдохнув, я прислоняюсь спиной к двери и оглядываю учиненный за каких-то пару минут погром. Ну и пусть, мне же лучше, что надзиратели ушли. Можно попробовать сбежать из окна или, например, чем-нибудь вооружиться к приходу Камиля и потребовать меня отпустить. Забиться в угол и плакать – это точно не про меня, пусть даже не думает, что я так просто сдамся! Еще посмотрим, на чьей стороне окажется правда.

Глава 4

Мне пришлось прождать до самого вечера. Я даже прибрала немного бардак, который сама же и устроила, потому что хотелось прилечь или сходить в ту же уборную. По битым осколкам, пусть и в домашних тапочках, не особо-то безопасно оказалось ходить, не говоря уже о том, чтобы лечь в кровать.

Ну что вообще за напасти свалились на нас с папой в последнее время! Раньше все было так хорошо… мама была жива, папа спокойно работал, занимался бизнесом и его не тянуло ни в какие азартные игры. Это после гибели мамочки в автокатастрофе отец стал сам не свой. Иногда он даже домой не возвращался по нескольку дней. Я сходила с ума, пыталась ему звонить, писала сообщения, а в первые разы, когда он пропадал, так пугалась, что все морги обзванивала и больницы, мониторила ночи на пролет новостные ленты и с ужасом читала о произошедших авариях. А потом с замиранием сердца смотрела фото или видео очевидцев, боясь распознать в покореженных кусках металла папину машину…