Смертельный Танец Страсти

— Но тогда почему нас не арестовали? — возразила Мэган. — Почему позволили уйти?

— Хороший вопрос, — кивнул Алекс. — Кто этот «К»? Можем мы отследить номер?

Мэган покачала головой:

— Это зашифрованный мессенджер. Отследить невозможно.

Внезапно телефон в ее руках завибрировал. Новое сообщение от «К»:

«Телефон отслеживается. Избавьтесь от него. 24 часа, чтобы покинуть страну. Не возвращайтесь.»

Они обменялись встревоженными взглядами.

— Чертов телефон, — Мэган бросила устройство на пол и раздавила каблуком. — Нас выследили.

— Нам нужно уходить, — Алекс уже собирал их немногочисленные вещи. — Сейчас же.

— Подожди, — остановила его Мэган. — Это сообщение… кто-то предупреждает нас. Кто-то, кто знает, что мы взяли телефон Рейнхардта, и кто не хочет, чтобы нас поймали.

— Или заманивает нас в еще одну ловушку, — мрачно предположил Алекс. — «К» — кто это? Ты знаешь?

Мэган отвела взгляд:

— Нет. Понятия не имею.

Алекс знал, что она лжет. Тот же инициал в ее телефоне не мог быть совпадением. Но он решил не раскрывать карты раньше времени.

— В любом случае, оставаться здесь опасно, — сказал он, продолжая собираться. — Куда мы направимся?

— У меня есть безопасное место в трех часах езды отсюда, — ответила Мэган. — Там решим, что делать дальше.

Дорога проходила в напряженном молчании. Алекс вел машину, периодически проверяя зеркало заднего вида, чтобы убедиться, что за ними нет хвоста. Мэган сидела рядом, погруженная в свои мысли, ее профиль четко вырисовывался на фоне проносящегося за окном пейзажа.

— О чем думаешь? — наконец спросил Алекс, нарушая тишину.

— О том, как все запуталось, — ответила она, не оборачиваясь. — Три года мы планировали идеальную месть. И в последний момент кто-то перехватил инициативу.

— Кто-то, кто знал о наших планах, — уточнил Алекс.

— Да, — Мэган повернулась к нему. — Вопрос — как? Мы были осторожны.

— Возможно, не настолько, как думали, — Алекс многозначительно посмотрел на нее. — Или кто-то из нас не был до конца откровенен.

Мэган напряглась:

— Мы снова возвращаемся к этому разговору?

— Нет, — Алекс покачал головой. — Просто размышляю вслух.

Они свернули с основной трассы на узкую лесную дорогу. Деревья сомкнулись над ними, создавая ощущение уединенного туннеля. Через полчаса извилистого пути они приехали к небольшому деревянному дому, стоящему на берегу озера.

— Мы на месте, — объявила Мэган. — Никто не знает об этом доме. Здесь мы будем в безопасности… на какое-то время.

Дом оказался неожиданно уютным внутри — просторная гостиная с камином, современная кухня, две спальни и терраса с видом на озеро. Все было чисто, как будто кто-то регулярно поддерживал здесь порядок.

— Чей это дом? — спросил Алекс, осматриваясь.

— Мой, — просто ответила Мэган. — Вернее, он записан на одну из моих фальшивых личностей. Страховка на черный день.

— Сколько же у тебя таких страховок? — усмехнулся Алекс.

— Достаточно, — уклончиво ответила она. — Располагайся. В холодильнике должны быть продукты, в шкафу — чистое белье.

Пока Алекс осматривал дом, Мэган вышла на террасу. Закат окрасил озеро в оранжево-красные тона, создавая почти нереальную картину. Алекс наблюдал за ней через окно — ее силуэт на фоне заката казался одновременно хрупким и сильным. Кем она была на самом деле? Что скрывала за своей профессиональной маской?

Он присоединился к ней на террасе, протягивая бокал вина, который нашел в баре.

— Красивое место, — сказал он, становясь рядом. — Идеальное убежище.

— Я всегда мечтала о таком доме, — неожиданно призналась Мэган. — Тихом, далеком от суеты. Месте, где можно быть собой.

— И кто ты на самом деле, Мэган? — тихо спросил Алекс. — Когда снимаешь все маски?

Она повернулась к нему, в ее глазах отражался закат:

— Человек, который слишком многое потерял. Как и ты.

Между ними возникло напряжение, но не то, что было раньше. Другое, наэлектризованное, неизбежное. Алекс сделал шаг к ней, и Мэган не отступила.

— Три года бок о бок, — прошептал он. — И я до сих пор не знаю, кто ты.

— А хочешь узнать? — спросила она, глядя ему в глаза.

Алекс не ответил словами. Он наклонился и поцеловал ее — сначала осторожно, почти вопросительно, а затем, когда она ответила, с нарастающей страстью. Все их невысказанные слова, подозрения, напряжение этих лет трансформировались в этот момент в нечто другое — первобытное, неудержимое.

Они не помнили, как оказались в спальне. Одежда оставляла след по всему дому — куртка на террасе, рубашка в коридоре, ее блузка у двери спальни. В полумраке комнаты их тела сплетались в древнем танце, каждое прикосновение словно высекало искры. Мэган оказалась сверху, и лунный свет, проникающий через окно, очерчивал силуэт ее обнаженного тела.

— Я хотела этого с первого дня, — призналась она, наклоняясь к нему.

— И я, — ответил Алекс, притягивая ее к себе. — Даже когда не доверял тебе.

Они растворились друг в друге, в этот момент забыв обо всем — о мести, о Рейнхардте, о таинственном «К», о взаимных подозрениях. Существовали только они двое и эта ночь, которая могла стать для них последней.

Позже, лежа в объятиях друг друга, они слушали тишину ночного леса.

— Что теперь? — спросил Алекс, перебирая ее волосы.

— Не знаю, — честно ответила Мэган. — Рейнхардт мертв. Цель достигнута, хоть и не так, как мы планировали. Мы можем просто исчезнуть. Начать новую жизнь.

— Вместе? — Алекс приподнялся на локте, вглядываясь в ее лицо.

— Если хочешь, — она улыбнулась, но глаза оставались серьезными.

— А кто такой «К»? — внезапно спросил он.

Улыбка Мэган померкла:

— Что?

— В телефоне Рейнхардта. И в твоем телефоне тоже. Тот же контакт.

Мэган отстранилась, натягивая простыню:

— Ты копался в моих вещах?

— Да, — не стал отрицать Алекс. — После нашей ссоры. И я нашел второй телефон. С сообщениями от «К». О том, что я ничего не подозреваю. — О каких-то «остальных», которыми вы займетесь после Рейнхардта, — закончил Алекс, внимательно наблюдая за ее реакцией

Мэган замерла, затем медленно встала с кровати, обернув простыню вокруг тела. Ее движения были плавными, но Алекс заметил, как напряглись ее плечи.

— Ты не должен был этого делать, — тихо сказала она.

— А ты не должна была мне лгать, — парировал он, тоже поднимаясь. — Кто такой «К», Мэган? И кто эти «остальные»?

Она долго смотрела на него, словно принимая решение. Затем подошла к окну, глядя на озеро, серебрившееся в лунном свете.

— «К» — это Ксения, — наконец произнесла она. — Моя… коллега. И да, я не была полностью откровенна с тобой, Алекс.

— В чем именно? — Алекс напрягся, ощущая, как близко они к опасной грани.

Мэган повернулась к нему:

— Рейнхардт был не просто развратным бизнесменом. Он был частью сети — могущественной организации, торгующей влиянием, наркотиками и… людьми.

— Что? — Алекс был ошеломлен. — Торговля людьми?

— Именно, — кивнула Мэган. — Твоя сестра не была случайной жертвой. Она узнала что-то, чего не должна была знать. Как и моя сестра до нее.

— Подожди, — Алекс пытался осмыслить информацию. — Ты говоришь, что Рейнхардт был частью преступной организации? И убил Эмму из-за этого?

— Да, — Мэган подошла ближе. — Я не рассказывала тебе всю правду, потому что боялась, что ты не согласишься на то, что я предлагала.

— А что ты предлагала? — Алекс почувствовал холодок по спине.

— Использовать твое желание отомстить, чтобы добраться до Рейнхардта, — честно ответила она. — Он был лишь первым в списке. «Остальные» — это другие члены сети. Те, кто должен ответить за свои преступления.

Алекс отступил на шаг:

— Ты использовала меня? Всё это время?

— Нет! — Мэган попыталась взять его за руку, но он отдернул ее. — То есть, изначально — да. Ты был идеальным прикрытием. Брат жертвы, ищущий мести. Никто не заподозрил бы, что за этим стоит что-то большее. Но потом…

— Потом что? — голос Алекса стал ледяным.

— Потом я узнала тебя. По-настоящему узнала, — в ее глазах появились слезы. — И всё изменилось. Я хотела рассказать тебе правду, но боялась потерять твое доверие.

— Которого у тебя никогда не было, — горько усмехнулся Алекс. — Кто ты, Мэган? Кто ты на самом деле?

Мэган глубоко вздохнула:

— Я бывший агент разведки. После официальной отставки работала на частную организацию, занимающуюся… устранением людей, которых не может достать закон. Рейнхардт был одной из наших целей. Но мои мотивы были личными — он действительно виновен в смерти моей сестры.

— Значит, ты наемная убийца, — произнес Алекс.

— Была ей, — поправила Мэган. — До встречи с тобой. Я действительно хотела уйти из этого бизнеса после Рейнхардта. Начать новую жизнь.

— С ложью в фундаменте? — Алекс покачал головой. — Как я могу верить тебе сейчас?

— Никак, — тихо ответила она. — Ты можешь только почувствовать, что я говорю правду.

Между ними повисла тяжелая тишина. Алекс подошел к стулу, где лежала его одежда, и начал одеваться.

— Что ты делаешь? — встревожилась Мэган.

— Ухожу, — коротко ответил он.

— Куда? Сейчас ночь, мы в лесу, за нами могут охотиться!

— Лучше так, чем оставаться с человеком, который три года лгал мне, — Алекс застегнул рубашку. — Использовал мою боль, мою жажду мести для своих целей.

— Алекс, подожди, — Мэган схватила его за руку. — Да, я солгала о некоторых вещах. Но не о своих чувствах к тебе. Не о том, что происходило между нами все эти годы. И не о том, что произошло сегодня ночью.

Он посмотрел на нее долгим взглядом:

— Проблема в том, Мэган, что я больше не знаю, где в твоих словах правда, а где ложь.

— Тогда позволь мне доказать, — она крепче сжала его руку. — Останься. Выслушай меня. Я расскажу всё, что ты хочешь знать. Без утайки.

Алекс колебался. Часть его хотела уйти, оставить всё позади — ложь, манипуляции, сложную игру, в которую он, оказывается, был втянут без своего ведома. Но другая часть… другая часть всё еще чувствовала связь с этой загадочной женщиной, которая только что разделила с ним постель и, возможно, действительно испытывала к нему чувства.

— У меня есть доказательства, — сказала Мэган, видя его сомнения. — Доказательства существования сети и причастности Рейнхардта. Доказательства того, что твоя сестра не просто стала жертвой насильника, а была целенаправленно устранена.

Это привлекло внимание Алекса:

— Какие доказательства?

Мэган отпустила его руку и подошла к своей сумке. Достав небольшой USB-накопитель, она протянула его Алексу:

— Здесь всё. Документы, фотографии, аудиозаписи. Я собирала это годами. Изначально — чтобы отомстить за сестру. Потом — чтобы уничтожить всю сеть.

Алекс взял флешку, рассматривая ее в лунном свете, проникающем через окно.

— Почему ты не показала мне это раньше? — спросил он, сжимая маленькое устройство в ладони.

— Потому что это опасная информация, — тихо ответила Мэган. — Знание имен этих людей делает тебя мишенью. Я хотела… защитить тебя.

— Защитить меня, — повторил Алекс с горькой усмешкой. — Держа в неведении?

— Да, — твердо сказала она. — Именно так. Ты был движим простой местью одному человеку. Я не хотела втягивать тебя в войну против целой организации. Это мой крестовый поход, не твой.

Алекс сел на край кровати, всё еще сжимая флешку:

— А теперь ты готова втянуть меня? Что изменилось?

Мэган села рядом с ним, достаточно близко, чтобы чувствовать тепло его тела, но не касаясь:

— Всё изменилось. Рейнхардт мертв, но не от наших рук. Кто-то перехватил инициативу. Кто-то, кто знал о наших планах. Это значит, что мы сами стали мишенями. Ты уже втянут, хочешь ты этого или нет.

— Из-за тебя, — упрекнул Алекс.

— Да, из-за меня, — согласилась она, не отводя взгляда. — И я беру на себя ответственность за это. Но сейчас нам нужно решать проблемы, а не искать виноватых.

Алекс открыл ноутбук, который они привезли с собой, и вставил флешку. На экране появились десятки папок с документами, видео, аудиофайлами. Он открыл первую папку, помеченную «Рейнхардт», и начал просматривать содержимое. Фотографии бизнесмена на закрытых вечеринках, записи телефонных разговоров, банковские выписки со странными транзакциями, документы с кодовыми обозначениями, которые Алекс не понимал.

— Что всё это значит? — спросил он, пролистывая файлы.

Мэган наклонилась к экрану:

— Это документация деятельности сети. Они называют себя «Консорциум». Двенадцать человек, каждый отвечает за определенное направление — политическое влияние, финансы, наркотрафик, торговля людьми. Рейнхардт был одним из них, отвечал за европейское направление.

— А это… — Алекс открыл видеофайл, где молодые женщины, явно находящиеся под воздействием наркотиков, демонстрировались каким-то мужчинам в дорогих костюмах.

— Аукцион, — мрачно пояснила Мэган. — Они продают женщин богатым клиентам. Некоторые для сексуальной эксплуатации, другие… для худших вещей.

Алекс почувствовал тошноту:

— И моя сестра…

— Твоя сестра работала в PR-агентстве, которое обслуживало одно из подставных предприятий Консорциума, — Мэган открыла другую папку, показывая документы. — Она случайно обнаружила странные записи в финансовых отчетах. Начала копать глубже. Они узнали об этом.

Алекс смотрел на фотографию Эммы — она стояла у входа в офисное здание, что-то записывая в блокнот. Судя по дате, снимок был сделан за неделю до ее смерти.

— Они следили за ней, — прошептал он.

— Да, — Мэган открыла еще один файл. — Это отчет о ее «нейтрализации». Рейнхардт сам вызвался выполнить это задание. Он всегда… получал удовольствие от таких вещей.

Алекс закрыл ноутбук, не в силах больше смотреть:

— И твоя сестра?

— Похожая история, — тихо ответила Мэган. — Она была журналисткой, расследовала исчезновения молодых женщин в Восточной Европе. Зашла слишком далеко.

Они сидели в тишине, пока первые лучи рассвета начали проникать в комнату.

— Кто такая Ксения? — наконец спросил Алекс. — И что она хочет от нас?

Мэган встала и подошла к окну:

— Ксения была моим куратором, когда я работала на организацию, которая охотится за Консорциумом. Группа бывших спецагентов и разведчиков, действующих вне закона. Они называют себя «Немезида».

— Мифологическая богиня возмездия, — заметил Алекс.

— Именно, — кивнула Мэган. — Я покинула их три года назад, когда решила, что хочу действовать самостоятельно. Точнее, с тобой. Они были против — считали, что ты скорее помеха, чем помощь.

— А ты думала иначе?

— Я видела в тебе идеальное прикрытие, — честно призналась Мэган. — Но я не ожидала, что… привяжусь к тебе.

— Значит, теперь Ксения снова вышла на связь, — Алекс пытался сложить картину. — И предупредила о телефоне Рейнхардта. Почему?

— Это сложно, — Мэган вздохнула. — Немезида действует по своему плану. Они не хотят, чтобы мы попались полиции. Но я не уверена, что они хотят нам помочь. Возможно, им просто нужны доказательства, которые я собрала.

— Как убийство Рейнхардта вписывается во всё это? — спросил Алекс. — Ты говоришь, это не твоя работа и не моя. Тогда чья?

— Я думаю, это работа Немезиды, — ответила Мэган. — Они решили действовать, пока мы колебались. Убрать Рейнхардта и подставить нас.

— Но сообщение предупреждало нас бежать, — напомнил Алекс.

— Да, и это странно, — согласилась Мэган. — Если только…

Она не закончила фразу, но в ее глазах появилось понимание.

— Если только что? — настаивал Алекс.

— Если только им нужны не мы, а информация, которой мы обладаем, — медленно произнесла Мэган. — Эта флешка — единственная копия всех собранных мной доказательств. Возможно, они хотят, чтобы мы были на свободе достаточно долго, чтобы привести их к ней.

Алекс бросил взгляд на ноутбук:

— Но почему просто не потребовать, чтобы ты отдала им информацию?

— Потому что я отказалась это сделать год назад, — Мэган потерла виски, словно у нее начиналась мигрень. — Когда я уходила из Немезиды, я забрала все материалы по Консорциуму. Ксения несколько раз пыталась убедить меня вернуть их, но я отказывалась. Это был мой страховой полис.

— От чего?

— От них самих, — она посмотрела Алексу прямо в глаза. — Немезида не та организация, из которой просто уходят. Обычно уход означает… окончательное решение вопроса.

— Они убивают своих? — Алекс почувствовал, как мир становится еще более опасным местом.

— Иногда, — кивнула Мэган. — Если считают, что человек знает слишком много или представляет угрозу. Эти материалы были моей гарантией безопасности. Они не тронут меня, пока не получат информацию.

Алекс встал и начал расхаживать по комнате:

— Значит, сейчас мы в ловушке между двумя организациями убийц. Консорциум, который хочет нас устранить, потому что мы знаем о них. И Немезида, которая хочет получить твои доказательства, а потом, возможно, тоже избавиться от нас.

— Довольно точное описание ситуации, — мрачно подтвердила Мэган.

— Прекрасно, — Алекс горько усмехнулся. — И какой у нас план?

Мэган подошла к нему и положила руки на его плечи:

— Мы можем уехать. Прямо сейчас. У меня есть контакты в Южной Америке, Азии. Мы можем исчезнуть, начать новую жизнь.

— Бегать всю оставшуюся жизнь? — покачал головой Алекс. — Всегда оглядываться через плечо? Это не жизнь, Мэган.

— Тогда у нас только один вариант, — она сжала его плечи. — Уничтожить Консорциум. Полностью. Чтобы некому было нас преследовать.

— А Немезида?

— С ними я могу договориться, — уверенно сказала Мэган. — Особенно если мы сможем предложить им нечто ценное.

Алекс внимательно посмотрел на нее:

— Ты говоришь о том, чтобы атаковать одиннадцать оставшихся членов Консорциума? Людей с деньгами, властью, собственными армиями телохранителей?

— Да, — просто ответила Мэган. — Именно об этом.

— Это самоубийство, — покачал головой Алекс.

— Не обязательно, — Мэган отошла к своей сумке и достала небольшой блокнот. — У меня есть информация о каждом из них. Их слабости, привычки, расписания. Мы можем действовать умно, поочередно, не привлекая внимания к связи между убийствами.

— Мы? — Алекс поднял бровь. — Ты действительно думаешь, что я соглашусь на это?

— А у тебя есть выбор? — мягко спросила Мэган. — Они знают, кто ты. Знают, что ты был в доме Рейнхардта в момент его убийства. Теперь ты тоже мишень, независимо от того, присоединишься ты ко мне или нет.

Алекс знал, что она права. Пути назад не было. Он уже глубоко увяз в этом деле, и единственный способ выбраться — пройти его до конца.

— Допустим, — медленно произнес он. — Кто следующий в списке?

Мэган раскрыла блокнот:

— Виктор Орлов. Русский олигарх, отвечает за восточноевропейский сегмент сети. Сейчас он в Вене, проводит переговоры о покупке нефтяной компании. Это прикрытие для встречи с поставщиками из Средней Азии.

— И как ты предлагаешь до него добраться? — спросил Алекс.

— У меня есть план, — Мэган подошла к нему вплотную. — Но прежде чем я расскажу детали, мне нужно знать — ты со мной? По-настоящему со мной? Потому что если ты сомневаешься, если не доверяешь мне полностью, лучше нам разделиться прямо сейчас.

Алекс смотрел в ее глаза, пытаясь разглядеть в них правду. После всего, что он узнал, мог ли он действительно доверять этой женщине? Она лгала ему, манипулировала им, использовала его боль в своих целях. И всё же… всё же в ее глазах он видел что-то настоящее. Что-то, что не могло быть подделано.

Он вспомнил их ночь, жар ее тела, искренность ее страсти. Вспомнил три года бок о бок, сотни моментов, когда она прикрывала его спину, рисковала собой ради их общего дела. Было ли всё это лишь частью игры? Или за маской профессиональной убийцы скрывалась женщина, которая действительно что-то чувствовала к нему?

— Я с тобой, — наконец произнес он. — Но никаких больше секретов. Никакой лжи. Всё на столе, Мэган.

Облегчение отразилось на ее лице:

— Никаких секретов, — согласилась она, беря его руки в свои. — Обещаю.

Их губы снова встретились, но теперь в поцелуе было что-то новое — не только страсть, но и клятва, скрепленная разделенной опасностью и неопределенным будущим.

Утренний свет заливал комнату, когда они наконец оторвались друг от друга

— Нам нужно выдвигаться, — сказала Мэган, возвращаясь к деловому тону. — До Вены почти восемь часов езды, если не будет проблем на границах.

Они быстро собрались, уничтожив все следы своего пребывания в доме. Мэган настояла на том, чтобы сменить машину — их текущее транспортное средство могло быть замечено камерами наблюдения недалеко от дома Рейнхардта.

— В сарае есть еще одна машина, — объяснила она, ведя Алекса через задний двор. — Зарегистрирована на другое имя, чистая история.

В просторном деревянном сарае действительно стоял черный BMW X5 с тонированными стеклами.

— Впечатляет, — заметил Алекс. — У тебя повсюду запасные планы?

— Это часть моей работы, — пожала плечами Мэган. — Всегда иметь запасной выход.

Пока они ехали по извилистым дорогам Германии, направляясь к австрийской границе, Алекс решил использовать время, чтобы узнать больше о прошлом Мэган.

— Расскажи мне о себе, — попросил он. — О настоящей себе. Кто ты была до всего этого?

Мэган долго молчала, сосредоточенно глядя на дорогу. Когда она наконец заговорила, ее голос звучал непривычно мягко:

— Я была не только в Немезиде, — тихо сказала она. — До этого я работала на правительство. Сначала в разведке, потом в отделе специальных операций. То, что американцы называют «черными операциями».

— Какое правительство? — спросил Алекс, понимая, что Мэган наконец раскрывает часть своего прошлого, которое так тщательно скрывала.

— Имеет ли это значение сейчас? — она бросила на него быстрый взгляд. — Официально я считаюсь погибшей во время спецоперации в Северной Африке семь лет назад.

— Ты инсценировала свою смерть? Почему?

Мэган сжала руль чуть сильнее:

— Когда моя сестра погибла, я использовала все ресурсы, доступные мне, чтобы найти виновных. Это привело меня к Рейнхардту, а через него — к Консорциуму. Но когда я доложила о своих находках руководству, мне приказали остановить расследование. Они сказали, что это «не в интересах национальной безопасности».

— Ты не послушалась, — утвердительно произнес Алекс.

— Нет. Я продолжила копать. И обнаружила, что некоторые люди из моего собственного агентства были связаны с Консорциумом. Тогда я поняла, что система не просто не поможет мне — она активно против меня.

Мэган ненадолго замолчала, вспоминая прошлое:

— После «смерти» я некоторое время действовала сама, а потом встретила Ксению. Она предложила мне присоединиться к Немезиде.

— А потом ты встретила меня, — Алекс смотрел на проносящийся за окном пейзаж. — И решила использовать в своих целях.

— Да, — прямо признала Мэган. — Я следила за Рейнхардтом и заметила, что ты тоже проявляешь к нему интерес. Когда я выяснила твою связь с делом, я решила использовать это совпадение. Ты был идеальным прикрытием — никто не заподозрил бы более глубокую игру за очевидной историей мести.