Ты нужна мне

И Дейзи могла это обеспечить. Без проблем.

– В чём дело? – спросила Дейзи, хватая блокнот и ручку, чтобы записывать.

– В моём женихе, – сказала Наташа с раздражённым вздохом.

Измена. Опять. Разумеется, Дейзи будто была обречена на такие дела. Муж Наташи Блейк загулял, и ей нужен был кто-то, кого он никак не сможет узнать, чтобы проследить за ним и добыть доказательства.

Это была не работа мечты, но это были деньги. А сейчас имело значение только это.

– Понимаю, – сказала Дейзи и приложила ручку к бумаге. – Как его зовут?

– Джейкоб Вандивир. Знаете, из семьи Вандивиров?

Ещё бы. Вандивир – известная американская фамилия, синоним богатства. Они постоянно мелькали в новостях. Она даже слышала о них что-то совсем недавно… но не могла вспомнить, что именно.

Дейзи записала.

– Как давно вы вместе?

– О, довольно давно. Я училась с ним на одном курсе в Йеле, понимаете, но по-настоящему мы сошлись лишь после того, как встретились на отдыхе в Греции. А потом, разумеется, появляется Лесли и устраивает чёрт-те что. Скользкий, скользкий, скользкий, – сказала она, жестикулируя. – Знаете, как бывает: просто чувствуешь. Интуиция. Я поняла это в первый же раз, когда встретила Лесли. И я ему всегда была не по душе.

Дейзи подняла глаза, озадаченная. Дело сворачивало совсем не туда, куда она ожидала.

– Простите. Лесли – это мужчина? Ваш жених был…

– Лесли – младший брат Джейкоба, – сказала Наташа, и в голосе прозвучала лёгкая досада: Дейзи никак не поспевала за ходом её мысли.

Но теперь она запуталась ещё сильнее.

– Простите, кажется, я что-то упустила. Вы здесь потому, что подозреваете: брат Джейкоба мог попытаться разрушить ваши отношения?

– Не попытаться. Он разрушил, – сказала она. – На прошлой неделе Джейкоба убили. Отравили.

Во второй раз у Дейзи открылся рот, и она никак не могла это остановить.

– Убили? Отравили?

– Да, на нашей яхте.

Яхта. Слово будто бы невинное, а у Дейзи от него в голове сразу потемнело. Она вспомнила Чарли: восемнадцатилетний, красивый, только что окончил старшую школу Ист-Плейнфилда. Он прибился к богатеньким и осенью сам собирался поступать в Лигу плюща. Он думал, что вечеринка с богатыми приятелями, с которыми он познакомился, работая в местном яхт-клубе, станет для него пропуском в их круг.

Он ошибся.

Дейзи вынырнула из воспоминания и увидела, что Наташа смотрит на неё, прищурившись.

– Я что, непонятно объясняю?

Дейзи покачала головой.

– Простите. Мне очень жаль.

Наташа залезла в клатч, достала салфетку и промокнула уголки глаз.

– Мне тоже. Конечно, причина у него могла быть только одна. Деньги. Теперь, когда Джейкоба убрали с дороги, он унаследует больше ста миллионов долларов. Но это ужасно. Лесли винит меня, вы только подумайте! Что мне было бы с его смерти? Так что я разбираюсь ещё и с этим, и я была… – она всхлипнула, потом её лицо вдруг смялось, и она уткнулась в ладони.

Дейзи смотрела на неё, чувствуя лёгкую вину за то, что сразу не поняла. Чёрное платье было очевидной подсказкой, но она почему-то совсем это пропустила. Неудивительно, что Наташа казалась такой холодной. Она в трауре. Пока женщина рыдала, Дейзи наклонилась к ней и тихо сказала:

– Я могу чем-то помочь?

Та подняла голову – лицо дрожит, глаза красные, но взгляд твёрдый.

– Узнайте, кто это сделал. Вот чем вы можете помочь. Я щедро заплачу. Сколько скажете. Мне нужно знать, кто это сделал.

– О. Да, конечно. Я с удовольствием возьмусь за расследование. Но… – Дейзи замялась. Только от отчаяния она соглашалась на это дело. После Чарли богатые всегда сидели у неё поперёк горла. И к тому же… – Вы сказали, убийство произошло на яхте?

Наташа кивнула.

– Да. Сейчас она стоит в марине. Мне нужно, чтобы вы приехали туда. Я оплачу все ваши расходы, плюс любой гонорар, который вы назначите, – сразу. – Она порылась в клатче и вытащила чековую книжку. – Просто назовите сумму.

Дейзи уставилась на неё, ошеломлённая, и в голове тут же вспыхнуло воспоминание о её жалком банковском счёте. Слишком хорошо, чтобы быть правдой; слишком легко – прямо как быстрый кредит. И потом… яхта? Она ни разу в жизни на такой не была.

Глядя, как Наташа промакивает лицо салфеткой, Дейзи спросила:

– Почему вы выбрали именно меня?

– О. Я видела, что вы раскрыли то другое дело, на лодке.

– На лодке? – Дейзи задумалась, уверенная, что ослышалась. Но потом вспомнила историю годичной давности – тогда в марине в Барнегате воровали моторы. В местных новостях мелькнула крохотная заметка, но вообще это было не то, о чём говорят на каждом углу. – Это были моторные лодки.

Женщина отмахнулась.

– Какая разница. Вы возьмётесь или нет? Мне нужен человек, и прямо сейчас.

Дейзи прикусила губу. Она бы согласилась сразу, если бы не одно «но». Скорее всего, ей придётся ехать примерно час на восток – туда, где пришвартована яхта, в какой-то марине. Уехать из Плейнфилда больше чем на пару дней означало бросить все свои обязанности. Она не могла просто взять и всё оставить. Если бы только всё было так просто.

– Можно мне хотя бы до вечера подумать?

Наташа встала и начала натягивать перчатки.

– Ладно, но я не люблю ждать. – Она снова полезла в клатч и достала визитку. – Позвоните моей помощнице по этому номеру завтра с утра. Она передаст мне.

Затем, покачивая бёдрами, она прошлась к передней части комнаты, сняла с вешалки пальто и, не оглядываясь, вышла в холод.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Было уже после пяти, когда Дейзи наконец добралась через весь город до «Индипенденс-Корт» – дома престарелых, где её отец провёл последний год. Как бы она ни ругалась каждый раз, получая оттуда счёт, это место ей нравилось, и она была ему благодарна. Лучший уход, какой только можно купить за деньги. Медсёстры носились с Эдвардом Фортуном как с писаной торбой, и он всегда отзывался о них хорошо.

Она помахала дежурной медсестре у стойки, та впустила её по звонку. «Здравствуйте, Сара», – сказала Дейзи, расписываясь в журнале посетителей. – «Как он сегодня?»

Медсестра улыбнулась. «Ох, вы же знаете своего отца. Всё время держит нас в тонусе».

Дейзи не была уверена, хорошо это или плохо. В хорошие дни он был весёлым и обаятельным, заигрывал со всем женским персоналом. А в плохие? В плохие он мог быть по-настоящему жестоким. Проблема в том, что это напоминало русскую рулетку. Никто никогда не знал, какой сегодня попадётся Эдвард Фортун.

По большому счёту обвинять его было не в чем. За последний год он прошёл через настоящий ад. Несмотря на десятки врачей и обследований, болезнь так и не смогли диагностировать. Последний доктор сказал ей, что у него слабость в конечностях и временами – спутанность сознания. Вот это «временами» и было самым страшным: в один день он – крепкий шестидесятилетний мужчина, а на следующий едва держится на ногах и даже не помнит имени собственной дочери. В такие дни он орал и метался в постели, словно его пытали.

В эти моменты только она могла привести его в чувство. Она держала его за руки, напоминала ему, кто она, кто он, пока припадок не отпускал.

Потом он, казалось, никогда этого не помнил – и от этого становилось только тяжелее. Он не понимал, почему за ним нужно присматривать круглые сутки, и часто говорил ей о том, когда же он вернётся в агентство.

У неё не хватало духу сказать ему, что этого не будет никогда. Врачи так и сказали. Его приступы становились всё хуже и всё чаще.

Подойдя к его комнате – номер 131, прямо напротив поста медсестёр, – она, как обычно, задержалась у двери, выполняя свой ритуал: на секунду замереть и понять, какой Эдвард Фортун ждёт её сегодня. Он сидел у окна в кресле, сгорбившись над пазлом. Она заметила, что с прошлого визита – вчерашнего – он собрал ещё несколько деталей.

– Ну? – сказал он, не поднимая глаз от пазла. – Ты входишь, Диз?

Она улыбнулась. Он всегда называл её Диззи – потому что, когда она только училась говорить, сама так себя называла, и прозвище прижилось. Dizzy Girl, звал он её, потому что она вечно спотыкалась на ровном месте. Если он это помнил – значит, день хороший. Она вошла и поставила на кровать пакет. – Вижу, продвигаешься.

– Тише едешь – дальше будешь, – сказал он, глянув на бумажный пакет. – Подарки принесла?

Она кивнула и достала новую упаковку трусов. – А то у тебя заканчивались.

– Ага. Джекпот, – сказал он, когда она положила их рядом с комодом. Одна из немногих его претензий к этому месту была в том, что прачечная работает слишком медленно. Недавно она узнала, что он пытался стирать бельё в раковине, а сушить в микроволновке – верный рецепт катастрофы. Так что она решила купить ему ещё. – Ты слишком добра ко мне, знаешь ли.

– Ну-ну. Что у тебя на ужин?

– Сегодня жаркое. Составишь мне компанию?

– Заманчиво. Но мне надо домой… – и собираться, подумала она, но вслух не добавила. Пока нет. Сначала нужно обсудить это с ним. – Пап, у меня кое-что случилось. В агентстве.

Он выпрямился.

– Новое дело?

Она кивнула.

Он отодвинул ногой стул напротив и сцепил пальцы перед собой.

– Садись. Рассказывай.

Для её отца всё, что касалось агентства, было делом первостепенной важности. Будь его воля, Эдвард Фортун никогда бы не передал бразды правления. Поэтому, когда у неё возникали вопросы по делу, она всегда советовалась с ним. Проблема была в том, что в последнее время такие вопросы случались всё реже.

– Ну… это дело. На яхте.

– Яхта? – его водянистые глаза распахнулись шире, и она увидела в них боль. Она знала, о чём он думает: о Чарли. Ему было всего восемнадцать, когда он исчез, и богатая семья, владевшая той яхтой, сделала всё, чтобы замять историю и представить так, будто он сам сбежал. Чушь собачья. Но хотя Эдвард Фортун делал всё, чтобы вернуть Чарли, раз за разом он упирался в глухую стену.

– Да. – Она наклонилась и прошептала: – Для семьи Вандайвир.

Его рот приоткрылся.

– Я видел это в новостях. Сказали, он умер, но несчастный случай.

– Невеста подозревает, что дело нечисто. Что-то про брата. В общем, она хочет, чтобы я во всём разобралась. Она хочет встретиться со мной, кажется, в марине, завтра. – Дейзи внимательно вгляделась в его лицо. – Как думаешь, мне стоит взяться?

– А почему нет?

Она сжала губы, зная, что он так и скажет. Разумеется – всё ради агентства. Только он не понимал, что главное препятствие для неё… ну, он сам. Она не вынесет, если у него случится один из приступов, пока она будет вне города.

– Просто это звучит как очень большое, громкое дело, понимаешь, и…

– И ты – Фортун. Фортуны никогда не отступают перед вызовом, – напомнил он ей – слова, которые она слышала тысячу раз в детстве. – Ты помнишь, как я накрыл тот наркокартель и получил благодарность от президента? Знаешь, сколько людей говорили мне, что не стоит ввязываться? Что это пустая трата времени?

Она улыбнулась и закатила глаза. Она слышала это раньше – примерно столько же раз.

– Тысячу.

– Ага. Тысячу. Но Фортуны не сдаются. Я знаю, ты не сдашься.

Она тяжело вздохнула. По дороге сюда она думала о деньгах. Обещанной Наташей Блейк суммы хватило бы на уход за отцом до конца года, плюс закрыть долги по кредитным картам – и ещё немного осталось бы на передышку. Всё стало бы намного проще.

Но невозможно было предугадать, сколько продлится это дело и как долго ей придётся жить у берега, в марине.

– Но я не смогу навещать тебя так часто, если буду на этой яхте?

Отец рассмеялся.

– Я взрослый человек. Думаю, справлюсь. К тому же медсёстры говорят, мне намного лучше. Может, если буду паинькой, меня выпустят отсюда, и я смогу тебе помогать?

Он выглядел таким надеющимся. Она грустно улыбнулась.

– Да. Может быть.

Помогнув ему собрать ещё несколько кусочков пазла, Дейзи встала и поцеловала его в лоб.

– Приятного аппетита. Наслаждайся жарким. А мне пора домой – собрать сумку.

Он помахал ей на прощание, и она направилась на парковку. Уже в машине она набрала номер помощницы, мисс Линн Барнс.

Женщина ответила сразу же.

– Мисс Фортун, – деловито произнесла она, прежде чем Дейзи успела что-либо сказать.

– Э… да… откуда вы узнали, что это…

– Вы звоните, чтобы взяться за дело, полагаю.

Дейзи нахмурилась. Она ведь с таким же успехом могла звонить, чтобы отказаться. Или всем вокруг и правда ещё очевиднее, насколько отчаянно ей нужны деньги?

– Да.

– Хорошо. Вам нужно быть в Вестерли-Пойнт ровно в шесть утра. Пожалуйста, не опаздывайте – мы немедленно отправляемся к месту назначения. Возьмите с собой сумку: мисс Блейк сообщила мне, что дело на неопределённый срок.

На неопределённый срок. У неё по спине пробежал холодок. Но она ведь будет всего лишь в другом конце штата. Если понадобится, она без труда вернётся в Ист-Плейнфилд. Всё будет в порядке.

– Ладно. Вы сказали Уэстерли-Пойнт? Извините, я не зн—

– Да. Просто введите в свой навигатор. От вашего офиса это примерно час езды.

– Ох, – сказала Дейзи, недоумевая: почему, если частный детектив – она, выходит так, будто ассистент уже проделал немалую подготовительную работу по поводу неё. Неужели Наташа Блейк ждёт от всех сотрудников такой роботической чёткости? Если так, значит, права на ошибку нет. – Спасибо. Я буду.

– Хорошо.

Дейзи попыталась попрощаться с Линн Барнс, но поняла, что та уже отключилась. Положив телефон в подстаканник, она завела свой старенький автомобиль, гадая, во что же она ввязалась.

ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ

Приключение Дейзи в роли частного детектива Наташи Блейк едва не закончилось, толком не начавшись.

Она не проспала. Наоборот – почти не спала вовсе, потому что большую часть ночи боялась, что будильник не разбудит её в четыре, как было запрограммировано. Вместо сна она читала про семью Вандивир и про их миллиарды. А когда наконец провалилась в дремоту, ей приснилось, будто Джейкоб Вандивир преследует её на гигантском круизном лайнере, пришвартованном где-то в Байонне.

Но в конце концов она всё же проснулась, собралась и вышла из дома к пяти.

Проблема была одна: машина, которой было больше пятнадцати лет, в ледяное утро наотрез отказалась заводиться. Она немного постучала по рулю, помолилась автомобильным богам и в конце концов выехала – минут на десять позже. По дороге она ввела Уэстерли-Пойнт в навигатор телефона, и, к счастью, адрес нашёлся сразу.

Поездка по Гарден-Стейт-паркуэю вышла на грани, но, держась большую часть пути на скорости сто сорок пять километров в час, она всё-таки успела – даже с небольшим запасом. Вот только, въезжая, она не увидела ни одной лодки. Ни воды.

Вообще-то она увидела лишь огромное открытое поле и сооружение в форме полумесяца. Самолётный ангар.

Объезжая площадку, она заметила реактивный самолёт, стоявший снаружи. На борту было выбито: BLAKE ENTERPRISES . А ещё более бросалась в глаза Наташа – в своей громадной меховой шубе – рядом с громадной горой багажа; несколько мужчин заталкивали дизайнерские чемоданы в брюхо самолёта.

Что здесь вообще происходит? Дейзи остановилась рядом с лимузином и посмотрела на свою небольшую дорожную сумку, куда она сложила пару комплектов одежды – брюки, блузки и несколько пар белья. Потом перевела взгляд обратно на Наташу, которая выжидающе смотрела на неё. Она же не думает, что я сяду в эту штуку?

Едва Дейзи вышла, Наташа подошла к её двери.

– Быстрее. Где ваши вещи?

Дейзи вытащила свою виниловую сумку.

– А мы куда…

– Это всё? – с недоумением спросила Наташа, затем пожала плечами. – Ладно, неважно. Пойдёмте.

– Я же не с вами лечу, правда? – спросила Дейзи.

– Ох нет, конечно нет. Я сначала высажу вас на яхте. А сама остановлюсь в отеле, – сказала она, наклоняясь ближе. – Если честно, семья со мной не слишком ладит. Миссис Вандивир очень разозлилась, когда я обвинила её младшего сына в убийстве Джейкоба. До сих пор мне этого не простила.

Дейзи уставилась на неё.

– Подождите. Если они не знают, что я приеду, то как мне…

Наташа фыркнула.

– Вы же частный детектив. Наверняка у вас хватит смекалки пробраться туда, куда другим нельзя, и докопаться до правды, верно? Вот и придумайте! За это я вам и плачу. – Она пошла к самолёту, бедра плавно покачивались из стороны в сторону, пока она вышагивала в своих дизайнерских каблуках. – Кстати, Барнс вам перечислила аванс, да?

Дейзи кивнула.

– Да… весьма щедрый.

Больше, чем очень хорошо. Её расчётный счёт ещё никогда в жизни не выглядел таким жирным. Почти весь бессонный вечер она провела, уставившись на все эти нули.

– Отлично. Тогда можем выдвигаться?

Дейзи заперла машину и поспешила за наследницей, таща за собой сумку. Она передала её одному из многочисленных слуг, ожидавших у самолёта, и вслед за Наташей поднялась по трапу в бизнес-джет.

Она никогда прежде не видела в самолёте такой роскоши. Интерьер был выдержан в тёплых кремовых тонах, и вместо рядов тесных кресел всё было устроено как чья-то гостиная: несколько мягких кресел, кожаный диван и обеденная зона со столом.

Наташа швырнула свои вещи на одно из кресел.

– Садись где хочешь. Я пойду посплю. Ночью я ужасно спала. У меня какая-то зудящая сыпь. – Она сорвала шарф, показывая красное пятно, и оглянулась. – Барнси! Неси в спальню мой крем и мимозу! Нет, две мимозы!

Из ниоткуда выскочила стройная женщина с тугим хвостом и строгим лицом и юркнула к маленькой барной стойке у стола.

– Да, мэм!

По её быстрым, отточенным движениям Дейзи решила, что это именно она говорила с ней по телефону. Наташа, не удостоив Дейзи даже взглядом, уплыла прочь, и Дейзи подошла к женщине.

– Привет… эм… мисс Барнс?

Та наполнила бокал – в нём было явно слишком много шампанского для такого количества апельсинового сока.

– Можешь звать меня Барнси, мисс Фортун. Все так и зовут.

– Ладно, Барнси. Тогда зови меня Дейзи. – Из решётки вентиляции над головой бил ледяной воздух. Она обхватила себя руками. – Сколько нам до марины?

Барнси сверилась с наручными часами.

– Примерно девять часов до посадки, затем ещё час от аэропорта на машине.

Дейзи подняла палец к уху, решив, что ослышалась.

– Простите. Я не про весь перелёт. Я про перелёт до марины, где яхта, чтобы я могла осмотреть место преступления.

Барнси подняла на неё взгляд; лицо у неё было совершенно растерянным. У Дейзи похолодело в животе.

– Ну… где я сойду… – слабо уточнила она.

Помощница приподняла бокал.

– Это не автобус. Мы не будем останавливаться, пока не доедем до марины на острове.

– На острове?

Барнси уже прошла мимо неё, держа в руках два напитка. Она кивнула:

– Родос.

Живот у Дейзи сжался. Забудь про «через штат». Теперь она окажется за несколько штатов от отца.

– Род-Айленд? Но…

– Нет. Родос. В Греции, – сказала она и раздражённо качнула головой. – Извините.

Она быстро ушла, оставив Дейзи стоять в проходе, ошеломлённую. Не Род-Айленд. Даже не Америка. Греция. Когда-то она мечтала поехать в Грецию. Эта синяя вода. Тёплые ветра. Отпуск там был бы как рай.

Но она не хотела ехать сейчас. Не тогда, когда вся её жизнь летела под откос. Не тогда, когда её отец был… о боже.

Пока она стояла в проходе, пытаясь понять, почему её только что наняли лететь на другой конец света, дверь самолёта с громким шипением герметично закрылась.

– Пожалуйста, займёте свои места. Мы взлетаем через несколько минут, – прозвучал в динамиках голос.

Всё ещё оглушённая, Дейзи попятилась по проходу и почти рухнула в огромное, мягкое кресло, которое идеально подстроилось под её тело. Обычно она бы утонула в нём и тут же уснула, но сейчас была слишком на взводе. Она вглядывалась в окно, пока самолёт начал выруливать на взлётную полосу, представляя, как где-то позади остаётся весь Нью-Джерси.

– Вам что-нибудь принести, мисс Фортун? – спросил женский голос с сильным акцентом.

Дейзи оторвала взгляд от окна и увидела женщину в форме – та смотрела на неё и улыбалась.

Почему она улыбалась? Неужели не понимала, что это срочно? Дейзи улетала из страны. Без паспорта. Почти без одежды. Оставляя далеко позади своё дело, свои обязанности и своего отца.

Но тут она вспомнила о деньгах на своём счёте. С ними она сможет оплатить уход за отцом.

«Может, напиток?» – предложила стюардесса.

Дейзи медленно кивнула. «Э-э… да».

«Шампанского?»

«Ой, воды. Спасибо», – сказала она, собираясь с мыслями настолько, чтобы пристегнуть ремень, когда самолёт начал путь на другой край света.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Дейзи резко вырвало из сна в тот миг, когда самолёт коснулся полосы. До этого ей снилось продолжение прежнего кошмара: Джейкоб Вандайвир гонялся за ней по круизному лайнеру – только теперь вокруг было куда теплее, а в гавани росли пальмы. Когда она выглянула в окно, то и правда увидела эти пальмы, а ещё море – небесно-голубое – и белые дома, которые в лучах великолепного заката становились розовыми и оранжевыми.

Это было так красиво, что у неё перехватило дыхание. «Это Средиземное море?» – спросила она, скорее у самой себя.

Она удивилась, когда стюардесса наклонилась поближе, тоже желая взглянуть. «Вообще-то, Эгейское. Красиво, правда?»

Вспомнив, где она, Дейзи вытерла рот – и обнаружила, что он мокрый. Отлично: на своём первом международном рейсе она умудрилась пустить слюну. Мало того – она, как обычно после сна, чувствовала себя липкой и противной.

Пытаясь привести в порядок светлые кудри, она увидела, как в задней части самолёта распахнулись двустворчатые двери, и появилась Наташа – свежая, как всегда, с тем самым шарфом. Она чуть потирала красное пятно, держа в руке ещё один бокал – на этот раз чистого шампанского. Осушив его, она выглянула в окно и крикнула:

– Барнси! Живее! Я хочу оказаться в отеле «Родос» до того, как закроются все бары.

И она зашагала к выходу, вспомнив о Дейзи лишь тогда, когда уже стояла у двери и ждала, когда её откроют.

– О, Дейзи. Дилан отвезёт тебя в Макариос, – сказала она, кивнув на мужчину справа.

– В Макариос?

Мужчина ухмыльнулся.

– Поместье Вандайвиров, мэм.

Дейзи нахмурилась.

– Я думала, меня везут в марину, к яхте…

– В поместье Вандайвиров есть и их частная марина, и их яхты.

Яхты – во множественном числе. Дейзи протёрла глаза, всё ещё уверенная, что вот-вот проснётся. Она попала в странный, совсем другой мир – это уж точно.

Когда Барнси засуетилась рядом, Наташа сказала:

– Если я понадоблюсь, у тебя есть контакты Барнси. Просто позвони ей – и она со мной свяжется. Удачи!

Дверь открылась, и Наташа выплыла наружу, а за ней потянулась свита помощников.

Вот и всё. Дейзи ощущала себя так, будто её бросили на растерзание волкам, но в чём-то Наташа была права. Она не полицейский. Как всегда говорил Эдвард Фортун, Преимущество частного сыщика в том, что он не при исполнении. Преступники доверяют тебе больше, чем тому, кто в полиции. Так используй это. Ей предстояло самой просочиться в семью и заставить людей расслабиться, чтобы они выболтали то, чего обычно никому не говорят.

Вопрос был один: как?

Ей казалось, что она, возможно, заявится туда, попросится на работу и пролезет таким образом. Но, подхватив сумки и направившись в место под названием Макариос, она всё ещё не была уверена, каким именно будет её план наступления.

Дилан опустил перегородку между ними и сказал:

– Вы здесь впервые.

И тут Дейзи поняла, что у неё нос почти прижат к стеклу: она старалась успеть разглядеть как можно больше, пока солнце окончательно не утонет за горизонтом. Она ответила:

– Я вообще нигде толком не была. Мы в семье не особо любили путешествовать.

– О, тогда Макариос вам понравится. Я объездил полмира, работая на мисс Блейк, и, по-моему, нигде не видел места прекраснее. Настоящий рай. Вас ждёт удовольствие, – сказал он и подмигнул ей с переднего сиденья.

Она гадала, удастся ли ей вообще увидеть всё это при дневном свете – или её выставят за дверь раньше, чем она успеет хоть что-то понять.

– Значит, вы знаете Вандайвиров?

Он кивнул.

– Скажите… какие они? Они… разумные люди?

Он фыркнул.

– Ну, Джейкоб был ещё тот тип. Избалованный до предела, привык, что ему всё должны приносить на блюдечке. Стоило тебе только не так на него посмотреть – сразу начинал придираться. Лесли чуть получше, но не намного. Думаю, они это от своего отца переняли. Он типичный делец: на чувства ему плевать, важна только прибыль. А вот его жена – душка. Если хочешь пробраться внутрь, иди через Миртл.