Невменяемая

А что до Брэди?

Она вздохнула. Надеяться оставалось на одно: со временем он поймёт, почему ей необходимо это делать. Но чем дольше она стояла тут, уткнувшись в собственный пуп и размышляя о мнениях бывших коллег из ФБР, тем меньше оставалось времени разобраться, что случилось с Минди.

И потому Кора снова окинула комнату взглядом и сперва заглянула под кровать. Ничего – кроме использованной салфетки.

Она бросила взгляд на мусорное ведро. Презерватив. Несколько дозаторов с мылом. Видала и похуже.

Она подошла к тумбочке и проверила ящики. Пусто.

Она взглянула на маленькую сумочку, оставленную у шкафа. Нахмурилась, подошла и опустилась на одно колено. Сумочка тоже была пустая.

Убийца забрал её кошелёк? Деньги?

А что, если это было просто преступление по случаю? Обычная кража со взломом, что пошла не так? Она покачала головой. Снова посмотрела на мусорку. Презерватив… На нём могла быть ДНК. Полиция вообще уже прогнала здесь криминалистов?

Чего они ждут?

Кора поморщилась и отвернулась от кровати.

И тут она заметила дверь.

Она была приоткрыта.

Кора моргнула, напрягшись. Они же закрыли дверь. Она слышала, как она закрылась.

Но сейчас дверь была открыта на пару дюймов. Пульс участился. Она каждую секунду ждала, что копы ворвутся внутрь с оружием в руках.

Но этого не произошло. Более того – она всё ещё слышала их голоса где-то дальше по коридору и звук шагов по полу.

Она нерешительно подошла к двери, прислушиваясь. Потом провела взглядом по дверному косяку.

На замок была наклеена полоска скотча. Она уставилась на неё. Скотч был наклеен так, чтобы не дать замку щёлкнуть.

Скорее всего, это сделали не копы.

Минди?

Зачем Минди мешать собственной двери запираться? А как насчёт клиента, что был с ней в ту ночь? Или клиентов? Кора фыркнула. Жаль, что она не сумела найти телефон в сумочке Минди – он помог бы сузить круг.

Но без него оставалось лишь делать выводы самой.

И один вывод напрашивался сам собой. Кто бы ни наклеил скотч на дверь, не давая ей запираться, явно замышлял недоброе. По крайней мере, так становилось понятнее, как убийца сумел так быстро войти и выйти.

Она замялась, подумав о пожарной лестнице. О разбитом окне.

Кто-то… или несколько человек… действовали быстро. Разбитое окно. Вниз по коридору. Дверь уже подготовлена – толкни, и она откроется – в ванную.

Она посмотрела на кровавые следы на полу, поморщившись. Минди выползала наружу, пытаясь найти помощь? Или её волокли, пока она умирала?

Внутри вспыхнула злость. И дело было вовсе не в альтруизме родителей и не в их заботе. В прошлом деле Кора разговаривала с проституткой – молодой женщиной по имени Рейн, которую приковали цепью в подвале у психа.

Крепкая оказалась девчонка. Кора даже дала ей свою дебетовую карту. Она покачала головой, хмуро глядя на пятна крови.

Не ограбление. Не с этим скотчем и разбитым окном. Это был преднамеренный удар. Они влетели быстро, ушли быстро и оставили жертву ни с чем. Сумочка пустая.

Она нахмурилась. Работай она всё ещё в ФБР, могла бы поручить кому-то прогнать ДНК по предметам из мусорки и из-под кровати.

Но теперь приходилось действовать по-старому…

Немного поговорить.

Внизу дежурный на стойке выглядел скучающим и уставшим. Достаточно уставшим, чтобы быть и ночным сменщиком?

Узнать можно только одним способом, решила Кора. Она прислушалась у двери, пока шаги копов не стихли вдали, терпеливо выждала и снова вышла в коридор, поспешила к лестнице и, перескакивая через ступеньку, помчалась вниз – обратно на первый этаж.

Если кто-то что-то видел, то это был ночной дежурный.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Теперь она выпрямилась и пошла вперёд – словно ей здесь самое место. Судя по табличке на входной двери, первые два этажа мотеля всё ещё работали. Хотя, скорее всего, копы знали, кто в каком номере живёт. Ей надо было действовать быстро и уверенно, не давая им ни единого повода решить, что она здесь без разрешения.

Но к этому моменту она уже видела место преступления. Разговор с дежурным – разве это табу?

Пара копов слонялась у автомата с закусками у входной двери, переговариваясь вполголоса. Оба глянули в её сторону, когда она подошла к стойке администратора.

Сохраняя нейтральный тон и с полотенцем, которое она выхватила с тележки горничной, небрежно перекинутым через плечо, Кора сказала – достаточно громко, чтобы копы услышали:

– В моём номере клопы.

Администраторша за стойкой надула большой розовый пузырь, потом втянула жвачку обратно и продолжила жевать. В губе у неё было кольцо, в носу – кольцо, а на боку шеи татуировка паука. Тёмная подводка обводила глаза кругами, и она уставилась на Кору, моргая по-совиному.

Через мгновение взгляд молодой администраторши скользнул к татуировкам Коры, видным из-под воротника и вдоль рук. Она нахмурилась.

– Шилдс, да?

Кора неловко поёжилась. Она забыла, как душно становится, когда возвращаешься в маленький городок. Она разок кивнула, бросив быструю улыбку копам у двери, но улыбка тут же угасла.

Улыбаться было не её сильной стороной. Она почесала сбоку голову, проводя пальцами по той части волос, что ещё не была выбрита.

Она чувствовала на себе взгляд полицейских. Но пока ни один из них не двинулся, чтобы вмешаться.

Кора снова улыбнулась администраторше, но опять это выражение было чужим на её губах. В конце концов она остановилась на том, что, как ей хотелось верить, выглядело по-свойски.

– Ты в порядке? – нахмурилась администраторша.

Улыбка с лица Коры слетела мгновенно. Теперь она хмурилась, скрестив руки.

Двое копов у двери снова о чём-то говорили между собой, но время от времени поглядывали на них. Кора медленно произнесла:

– Мне нужна ваша помощь, чтобы получить новое полотенце.

Администраторша ткнула пальцем в полотенце у неё в руке.

– Ты только что стащила его с тележки. Я видела.

Кора впилась в неё взглядом.

– Как тебя зовут?

Девчонка замялась.

– Аманда.

Кора прокрутила в голове имена, пытаясь вспомнить, знала ли она кого-нибудь по имени Аманда десять лет назад. И тут щёлкнуло.

– Ты дочь Дэвида и Мэнди?

– Ну, не обязательно навешивать ярлыки.

Кора даже не была уверена, что это значит, поэтому просто пропустила мимо ушей.

– Я помню твоих родителей. Они раньше возили мою сестру в яблоневый сад.

Глаза администраторши оживились.

– Ты про тот, что на пятьдесят девятом?

Кора разок кивнула. В последний раз, когда она была в тех местах, она как раз похищала Гэбриела Финча.

Администраторша же просто откинулась на спинку стула за стойкой.

– Ты говорила, тебе нужны полотенца?

Кора, решив, что молодая женщина достаточно дружелюбна, незаметно проталкивала по столешнице под своей ладонью купюру в пятьдесят долларов. Бумага тихо хрустнула, и она держала плечи расправленными, скрывая движение от полицейских.

Понадобилась секунда – и администраторша заметила деньги. Глаза у неё расширились, и когда она выдохнула через нос, пирсинг дрогнул вверх-вниз. Она протянула руку и схватила купюру. Глянула на Кору – в глазах вопрос. Кора слегка тряхнула полотенцем. Администраторша прочистила горло и сказала:

– Полотенца. Точно. Пойдём со мной. У меня есть чистые полотенца.

По крайней мере, её актёрские навыки были не такими паршивыми, как у Гэбриела Финча.

Кора не стала смотреть, продолжают ли копы следить за ней, и просто последовала за молодой женщиной вокруг стойки – к двери за кассой.

Оказавшись вместе с администраторшей в подсобке, та зацепила дверь, закрыла её и сказала:

– Ну что, тебе покурить или проглотить?

Кора окаменела.

– Что?

Девчонка замялась.

– Ты же пришла купить, да?

Аманда деловито переставляла бумажные полотенца на стеллаже и вытащила оттуда маленькую розовую косметичку, спрятанную в глубине. Она расстегнула золотую молнию, показывая контейнер, набитый самокрутками и маленькими пакетиками с голубыми таблетками.

Мгновенно Кору затошнило. Она сглотнула, вытерла губы. С минуту она могла только смотреть. Короткий кивок. Пара таблеток. Попробовать. Чем это может навредить? Она же не собиралась употреблять всё, только чуточку.

Но даже пока эти мысли нахлынули на неё, Кора знала: это ошибка.

Она уже несколько недель ничего не принимала. Ей что, хочется сорвать эту полосу?

И, что ещё важнее, ей хочется снова почувствовать себя так? Совершенно не в себе. Спокойной – но ценой рассудка.

Чуть ли не с яростью Кора оттолкнула маленькую косметичку.

– Я не за этим, – сказала она сухо, не моргая.

Подросток замялась, потом пожала плечами и убрала сумочку обратно за бумажные полотенца. И сказала:

– Может, я ошибаюсь, но по вам видно – именно за этим вы и пришли.

Кора покачала головой.

– Поверь, тебе лучше с этим не связываться.

Девчонка уверенно кивнула.

– Дети, не употребляйте наркотики. – Она начертила крест на груди. – Поняла, босс. Так за что тут полтинник?

Кора снова взглянула на запечатанную дверь, заставляя себя не сбиваться. В голове у неё поднялся оборотень. Она так это и называла. Часть её – не совсем она и не совсем кто-то другой – была нацелена сделать всё, лишь бы утолить внезапный позыв. Глубокую тягу.

Но оборотень сожрал бы всё и всех, до кого смог бы дотянуться. Не важно было, если вдуматься, что её поступки ранят Сола Брэди. Не важно было, когда она пила, что она явится на дело пьяной, поставив под угрозу расследование. Не важно было, что на кону чужие жизни и её поведение бросает их под удар.

Кто-то называет зависимость болезнью.

Коре было плевать, как это называют. Она знала одно: стоит ей ввязаться – и остаётся ощущение, будто она наполовину мертва. И всё же оборотень всегда возвращался – рычащий, голодный, измождённый. Чем сильнее она сопротивлялась, тем мощнее становилась тяга.

Она коротко, дрожащим выдохом спустила воздух.

И даже шагнула назад, физически отстраняясь от держателя для полотенец.

Она посмотрела туда, где продавщица постукивала по карману. Аманда хмурилась с недоумением.

Наконец Кора сказала:

– Мне нужно знать про вчерашнюю ночь.

Аманда подавила зевок. Снова скучающий вид. Она скрестила руки.

– Про вчерашнюю ночь?

– Что случилось?

– Ты про верхний этаж?

Кора быстро кивнула.

– Кого-то убили.

Кора вздрогнула, но сказала:

– Ты знаешь, кого?

Девчонка покачала головой.

– Ты была здесь вчера ночью?

Та кивнула. Помедлила и добавила:

– Но я ничего не видела и наверх не ходила.

– Я и не говорю, что ходила.

Аманда сморщила нос.

– А тебе-то что?

– Работа такая – мне должно быть не всё равно.

– Так же коп говорил.

Обе снова бросили взгляд на дверь. Та оставалась закрытой. Кора посмотрела на полоску света под дверью. Пока ничто её не перекрывало – значит, никто не подслушивает.

Кора взглянула на Аманду, уловив что-то в голосе молодой.

– Ты говорила с полицией про вчерашнюю ночь?

Девчонка замялась, посмотрела на Кору. Махнула рукой в сторону её открытой руки.

– Ты как-то зажато двигаешься, – сказала она. – Новую татуху набила?

Кора замешкалась, потом поморщилась и покачала головой.

– Нет… травма. Но твоя мне нравится. Это же Арахни… как там её… ну, та, которую Афина прокляла.

– Ты знаешь греческие мифы? – Пальцы Аманды скользнули по её шее.

Кора пожала плечами.

– Раньше команды называли по этой фигне. – Она осеклась и добавила: – Почему ты не разговариваешь с полицией?

– Да я разговаривала! – возмутилась Аманда.

– Да, но не совсем. Почему?

Аманда неловко поёжилась. Понизила голос, будто боялась, что их услышат через дверь.

– Не должно быть так… – сказала она, ёрзая. Глаза сузились, когда она зло уставилась на дверь. – Гарри – козёл.

– Гарри? Это один из полицейских? И чем он такой козёл?

–Да так, знаешь. Лезет с вопросами, которые ему не положено задавать. Заявляется поздно, когда он не при исполнении. – Аманда скривилась с отвращением. – Он мерзавец.

– Один из здешних копов?

– Угу.

Кора нахмурилась, снова скрестив руки. От напряжения кольнуло плечо, но она не отвела взгляда. Вместо этого сказала:

– Это уже второй раз, когда я слышу гадости о местных копах. Это всем известно?

– Что известно? Что Гарри – мерзавец?

– Нет… просто… только Гарри? А остальные?

– Ну… в смысле. Не знаю насчёт остальных. Они обычно постарше. Я не знаю. – Аманда уже двинулась мимо Коры, явно чувствуя себя неуютно из-за этих расспросов. Но Кора перехватила её за запястье, удерживая.

– Эй!

– Аманда, пожалуйста. Подожди. – Кора тут же отпустила.

– Чего?

– Прошлой ночью. Мне нужно, чтобы ты рассказала про прошлую ночь.

– С чего мне тебе рассказывать? Потому что ты съездила в какой-то яблоневый сад? Все знают, что ты уезжала из города. Тебя тут годами не было. Я тебя едва помню. Только татуировки и всё такое. Гейб всем говорит, чтобы за тобой присматривали.

Кора помрачнела.

– Гэбриел Финч обо мне говорит?

– Ага. Вы что, встречаетесь?

– Какого чёрта – нет!

– А то я подумала, что, может, да. – Она вроде бы чуть расслабилась. Во взгляде появилась мечтательность, когда она откинула голову на холодную металлическую перекладину. – Гэбриел Финч – завидный жених, правда?

– Как холод. А теперь, Аманда, что ты видела прошлой ночью?

– Ничего. Я—Они влезли через окно. Ты разве этого не слышала?

– Ладно, но ещё что-нибудь? Там же наверху был клиент с Минди, да?

Лицо Аманды побледнело. Её будто затошнило.

– Минди? Так её звали? Не думаю, что я знаю какую-то Минди.

– Пожалуйста, Аманда. Там был кто-то ещё? Ты видела, как кто-нибудь заходил? – Кора быстро взглянула на дверь и понизила голос. Под дверной рамой теперь двигалась тень. Она уставилась на неё, и живот неприятно скрутило.

Кора заговорила ещё тише. Она наклонилась ближе, почти шепча, глядя на Аманду, которая теперь тоже нервно косилась на дверь.

– Мне нужно знать, – негромко сказала она. – Минди была подругой моих родителей. Я не прошу ничего такого, из-за чего у тебя будут неприятности. Просто – видела ли ты, как кто-нибудь вошёл, прежде чем её нашли. Может, кто-то местный, да? Поэтому ты и не хочешь мне говорить?

В дверь вдруг постучали – три быстрых удара.

– Эй, там. Аманда, у вас там всё в порядке? – громко донёсся голос.

– Минутку! – рявкнула Кора.

Аманда пискнула.

– Это Гарри, – прошептала она.

Кора замерла, глядя на страх в глазах девушки. Тихо выдохнула и один раз кивнула. Кем бы ни был этот Гарри, он явно запугал Аманду – и Коре это совсем не понравилось.

Она взялась за ручку двери и на миг замешкалась. Прислушалась – не скрипнет ли пол и не последует ли ещё один стук, – а потом распахнула дверь резко, врезавшись в неё плечом и впечатав её прямо в лицо мужчине снаружи, который прижимался ухом к дереву.

Он выругался и отшатнулся, когда Кора шагнула в коридор.

– Ой, – воскликнула она, прижав ладонь ко рту. – Простите. Так, так, так простите! Вот, дайте я. У вас кровь. Чёрт. Вот полотенце.

Она промокнула Гарри лицо, похлопывая полотенцем. Полицейский в синей форме ругался, прижимая ладонь к лицу, а из носа у него струилась кровь. Быстрый взгляд на Аманду подтвердил: та смотрела широко раскрытыми глазами, в благоговейном изумлении.

– Да твою мать, ты что наделала? – сказал другой голос. Второй полицейский торопливо обогнул стойку, хмуро глядя на Кору.

Она опустила полотенце и быстро уронила его.

– Простите! – взвизгнула она. Внутри она старалась не ухмыльнуться. Мужчина, зажимавший нос, всё ещё шатался, сипло втягивая воздух.

Аманда торопливо обогнула стойку, обходя двух полицейских, подняла полотенце с пола.

– Эй – эй, как тебя зовут! – рявкнул напарник Гарри.

Но Кора уже двинулась к двери, которую они оставили. – Простите, сэр! – сказала она. – Я его не заметила. – И бросила на Аманду понимающий взгляд. Молодая женщина спрятала улыбку. А затем метнулась вперёд и распахнула для Коры дверь.

Двое полицейских уже пытались обойти стойку и вернуться назад, хмуро уставившись на Кору. Но когда Кора шагнула в дверной проём, Аманда наклонилась к ней и прошептала:

– Брендан Кларк.

Глаза Коры расширились, но она быстро кивнула в знак благодарности. Однако Аманда ещё не закончила. Она вышла следом за Корой на парковку и продолжила говорить вполголоса. Дверь за ней захлопнулась, полицейские уже двинулись, чтобы распахнуть её, а Аманда торопливо выпалила:

– Это был клиент. Он ушёл до того, как её нашли. Но он опасен.

– Где мне найти мистера Кларка?

– Мотоклуб. Называется «Красные жильцы». Спасибо. Пока. – Аманда нырнула обратно в дверь, на мгновение загородив проход полицейским, а Кора перешла на лёгкий бег, огибая мотель сбоку. Полицейские кричали ей вслед, но она уже рванула изо всех сил к ожидавшей машине.

Брэндон Кларк из мотоклуба «Красные жильцы». Клиент, который видел Минди в ночь её смерти. Каковы шансы, что он добровольно поделится информацией?

Никаких.

Практически никаких – и это даже к лучшему, раз она действует вне правил.

Она торопилась к машине за мотелем и не сбавила шаг, пока ключи не оказались в замке зажигания и она не вырулила резко мимо мусорных контейнеров обратно на боковую улицу.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Солнце всё ещё стояло высоко, когда Кора добралась до «Красного жильца». Сам клуб располагался на старом, изношенном перекрёстке примерно в полутора километрах от города. Дороги здесь были потрескавшиеся и убитые, словно дорожные бригады не появлялись тут никогда.

Вероятно, их отпугивали – или попросту гнали прочь – завсегдатаи этого места.

Изнутри грохотала музыка, вырываясь наружу и оглашая ночь. Музыка в духе Коры. В лучшие годы она встречалась с парой байкеров. Вписывалась ровно в такую компанию, хотя о клубе «Красный жилец» раньше не слышала. Здание выглядело старым, зато вывеска – новой.

У входа стояли двое мужчин в коже, болтали с женщиной, у которой пирсинга и растянутых тоннелей в ушах было больше, чем у Коры пальцев.

Кора остановила машину на другой стороне дороги, подняв облако пыли. Казалось, весь этот город насквозь пропитан пылью.

Она распахнула дверь, поморщилась, махнула рукой перед лицом и обошла машину спереди, прошагав мимо пустыря справа. Табличку «продаётся» изуродовали грубыми рисунками и граффити. Осколки ещё пары таких табличек валялись на земле, а одну – в одном случае – попросту сожгли.

Кора отошла от обочины, обогнула нос машины и решительно пересекла улицу к байкерам, которые разглядывали её с оценивающими лицами.