Воспоминания директора Казанского завода «Полимерфото». Времена перестройки: о времени, о товарищах, о стране

В отделе труда мне приходилось заниматься практически всеми вопросами, которые приходилось решать нашему коллективу. Во время отсутствия Рунара Васильевича приходилось нередко самостоятельно принимать ответственные решения. Но подробнее хочу остановиться на главной задаче, которую поставил передо мной Трусенев Г. И., когда принимал меня на работу заместителем начальника ОТиЗ. Шел 1982 год, завод занимался освоением кассетного производства, выпуск кассет составлял уже 10 млн. шт. в год, но далеко не все было гладко. Это производство было не совсем традиционным для химической промышленности. По своим характеристикам оно было гораздо ближе к технологическим процессам в машиностроении.

На завод постоянно поступало импортное оборудование для расширения этого производства, в связи с чем объем выпуска продукции постоянно наращивался. Не все смежные участки этого производства успевали вовремя увеличить свои мощности. Возникало много организационных проблем, требующих оперативного решения. Для решения всех этих задач, работающий тогда главным инженером Трусенев Г. И., регулярно, буквально раз в неделю, проводил оперативные совещания по проблемам кассетного производства. На эти совещания приглашались начальник цеха №5 (кассетное производство) Тихонов Юрий Васильевич, его заместители, механик и технолог цеха, начальники отделений, а также главные специалисты завода — главный технолог по кассетному производству Сабиров Р. А., главный механик Михердов А. Г., главный энергетик Шабернев А. П., начальник отдела снабжения Исаев В. П. и некоторые другие. В обязательном порядке приглашался начальник отдела труда Макарихин Р. В. Надо отметить, что Трусенев Г. И. придавал большое значение нашей службе. По своему опыту знаю, что многие руководители предприятий, считали, что задачей отдела труда является оформление заработной платы. Геннадий Иванович, в отличие от многих считал, что одной из главных задач отдела труда является совершенствование организации труда и производства. Вот такую задачу по решению проблем кассетного производства он передо мной и поставил. Надо сказать, что такая задача как раз соответствовала моим мыслям, интересам, устремлениям и моему пониманию роли отдела труда.

Геннадий Иванович с Рунаром Васильевичем видимо заранее договорились подыскать на должность заместителя ОТиЗ, специалиста который был бы способен выполнять как раз задачи по совершенствованию организации производства. Рунар Васильевич больше тяготел к работе методического плана. Много любил заниматься анализом плана по труду, контролировал выполнение трудовых показателей. Уделял много внимания налаживанию контактов с главком, часто ездил в командировки. Это сторона деятельности ОТиЗ была очень важной. Система тогда была такая, получишь хороший план, будет больше шансов его выполнить и перевыполнить. Да и уровень заработной платы коллектива зависел от размера фонда заработной платы и от запланированной средней заработной платы, а эти показатели устанавливались главком.

В первый раз на совещание по кассетному производству я сходил вместе с Рунаром Васильевичем, а дальше уже работал по этому направлению самостоятельно. Сначала я решил изучить кассетное производство, оборудование, технологию, производственные участки. Производство состояло из литейного отделения, участка по изготовлению экранов и пружинок для кассет, сборочного отделения и упаковочного участка. Кроме этих подразделений был еще участок по изготовлению липких лент и небольшая типография. В типографии печатали этикетки для кассет, а на участке липких лент поливали и вырубали антифрикционные прокладки для кассет, эти прокладки не позволяли в кассете накапливаться статическому электричеству. Литьевое отделение было очень большим и правильно называлось «отделение по изготовлению изделий из пластмасс горячим способом». В отделении было в разные времена от 40 до 60 термопластавтоматов. Это литьевые машины, на которые устанавливались пресс-формы, сверху был бункер, в который засыпался полистирол в гранулах, он расплавлялся в этой машине и под давлением поступал в пресс-форму. Здесь он охлаждался, застывал и при размыкании пресс формы из нее выходили пластмассовые детали. Это, прежде всего, две половинки корпуса кассеты и две половинки упаковочного футляра, в который на последнем этапе уже в отделении упаковки вставлялась готовая кассета. Также в этом отделении отливались ролики и втулки для кассеты. Все машины были импортные, и не только эти машины, а практически все оборудование для кассетного производства было закуплено за границей. В те времена практически вся химия работала на импортном оборудовании. Многие пресс-формы также были закуплены по импорту, но к моменту моего прихода был уже создан свой инструментальный цех, который мог самостоятельно изготавливать эти пресс-формы и их ремонтировать. Об этом позже я тоже расскажу, так как освоить изготовление пресс форм было очень непросто, и может быть это была даже самая сложная задача в освоении этого производства.

В сборочном отделении, к моменту моего прихода, располагалось 50—60 монтажных столов, на которых девушки монтажницы индивидуально собирали кассеты, никакого конвейера не было. Опишу сборку чуть подробней, так как это важно для последующего повествования. Девушка брала одну половинку корпуса кассеты и клала ее на монтажный стол (напомню, что речь идет о малогабаритных кассетах для магнитофонов). В эту половинку корпуса устанавливались антифрикционная прокладка, экран, пружинка, два ролика и две втулки. Во втулки запрессовывался ракорд (обыкновенная белая полиэтиленовая лента без магнитного слоя). Ракорд разрезался и одним концом приклеивался к магнитной ленте. Магнитная лента шириной 3,81 мм с большой катушки наматывалась при помощи включенного электромотора на втулку, затем девушка мотор выключала, отрезала магнитную ленту и приклеивала ее к другому концу ракорда. Сверху устанавливалась вторая половинка корпуса, с уже вложенной в нее антифрикционной прокладкой, эта половинка прикручивалась маленькими шурупами к нижней половинке корпуса. Все кассета готова. Прошу извинить за некоторые подробности. Но они еще нам в будущем пригодятся. А сейчас прошу обратить внимание читателя на то, что пленки в большой бобине хватало на 6—7 кассет. Далее девушка брала большую бобину, срезала скальпелем остатки ленты. Сделать это было достаточно тяжело. При этом портилась внутренняя втулка большой бобины. Именно эта операции на данный момент была «узким местом». И именно здесь мне было необходимо найти решение, позволяющее это «узкое место» как говорили «расширить». Но прежде чем об этом рассказать, закончу описание процесса сборки кассет. Последним участком в этой технологической цепочке была упаковка. На этом участке имелся упаковочный автомат по приклейке этикеток на кассету и их упаковке в пластмассовые футляры. Сначала на кассету приклеивались с двух сторон этикетки, затем кассеты с этикетками автоматически упаковывались в футляры, куда предварительно вставлялся бумажный вкладыш.

Однако вернемся опять назад в сборочное отделение. Когда я наблюдал за действиями сборщиц — монтажниц, то обратил внимание, что у них достаточно много времени уходит на срезание остатков ленты с большой бобины. Я провел небольшой эксперимент, попросил одну девушку не срезать ленту, а бросать бобины просто в картонную коробку. Засек секундомером время и высчитал, что сборка кассет естественно стала производиться значительно быстрее. Сразу стало понятно, что эта операция лишняя в работе монтажниц и значительно сдерживает производительность труда. Практически уже на втором совещании по кассетному производству, в котором я принимал участие, Трусенев Г. И. спросил меня, ознакомился ли я с производством и какие у меня есть предложения. Я рассказал о некоторых своих идеях, а также предложил операцию по срезанию остатков магнитной ленты с большой бобины из обязанностей монтажниц исключить. Доложил, что это предложение позволит поднять производительность труда монтажниц примерно на 10%, но точнее это можно будет определить после проведения «фотографии» рабочего дня и подсчета полученных результатов. Также сказал, что для реализации этого предложения надо организовать участок по размотке этих остатков ленты. Начальник кассетного производства Тихонов Ю. В. тут же заметил, что при этом снимутся претензии КПО «Тасмы», к тому, что мы им возвращаем бобины со следами порезов, то есть бобины будут чистыми, без порезов. Трусенев Г. И. сказал, что мы продолжительное время по два раза в месяц встречаемся и обсуждаем проблемы кассетного производства, а пришел новый человек посмотрел на все это свежим взглядом, высказывает нам свои идеи, предложения и мы все с большим вниманием и интересом его слушаем. Мне, молодому руководителю, конечно, приятно было слушать его слова, такие оценки «окрыляли», хотелось еще больше работать и добиваться хороших результатов.

Вскоре мы с двумя работницами отдела труда провели, так называемую «фотографию» рабочего дня на сборочном участке кассетного производства. Мы выбрали трех работниц, одну из лучших по производительности, среднюю и отстающую, объяснили им, что наша цель — проанализировать их работу и обосновать ликвидацию самой неприятной для них операции. Обещали, что ни в коем случае не будет, так называемого срезания норм и расценок, что наша цель повышение производительности труда при сборке кассет. Кроме этого нам еще необходимо было доказать, что экономический эффект от повышения производительности труда будет превышать затраты по созданию рабочего места по размотке остатков магнитной ленты. Хотя «справедливости ради» надо сказать, что в тот период вопрос повышения производительности труда на сборочном участке был настолько важным, что руководство завода готово было пойти даже и на дополнительные затраты. Мы целый день наблюдали за работой девушек, засекая секундомером все производимые ими операции. При чем, операцию по удалению остатков ленты с большой бобины, из работы монтажниц исключили. Попросили девушек бобины с остатками магнитной ленты бросать просто в картонный ящик. Результаты всех наших измерений я потом тщательно проанализировал, и оказалось, что во время нашего эксперимента все три девушки, как и предполагалось, показали производительность труда на 10% выше, чем обычно. Это означало, что внедрение этого предложения на каждом рабочем месте, позволит сборочному отделению собрать за год на 1 млн. кассет больше.

Годовой план тогда составлял около 10 млн. штук кассет в год. Выпуск 1 млн. кассет, за счет предложенного мероприятия, был существенным вкладом в выполнение и перевыполнение этого плана. О наших экспериментах и расчетах я доложил на очередном совещании. Трусенев очень положительно воспринял мое предложение, и дал указание руководству цеха организовать немедленное его внедрение. Через несколько дней ко мне обратился начальник планово-экономического отдела Козлов Николай Иванович, который попросил меня рассказать об этом предложении. Он всегда писал доклады для директоров, с которыми они выступали на заводских профсоюзных конференциях. На следующей конференции директор завода в своем выступлении сказал, что предложение отдела труда позволит дополнительно выпустить 1 млн. кассет в год. Я, честно говоря, посчитал, что объявление о таких результатах, на таком уровне преждевременно. Возможно, всё это происходило с подачи Геннадия Ивановича Трусенева, который таким образом оказывал моральное давление на руководство кассетного цеха, нацеливая их на выполнение напряжённого плана. Удивило меня то, что это предложение стало быстро внедряться. В цехе, на сборочном участке, появились проволочные контейнеры, в которые работницы стали ставить бобины с остатками магнитной ленты. Вдруг оперативно был организован участок по размотке остатков ленты с этих бобин. Обычно свое предложение, как правило, самому же приходиться и внедрять. При этом зачастую приходиться преодолевать сопротивление «ретроградов» — это обычный удел тех, кто проявляет инициативу. А тут некоторые работники цеха неожиданно проявили такую «прыть», что я не мог понять, в чем тут дело. И только потом случайно выяснилось, что один из работников цеха оформил рацпредложение на предложенную идею. Включил в список авторов себя и еще несколько работников цеха. Посчитали экономический эффект, он оказался значительным. Но вознаграждение за рацпредложение полагалось к выплате, только после его внедрения. Поэтому все «авторы», проявили большой энтузиазм и «бегом» бросились внедрять это предложение. Я был очень доволен, так как самым важным в этой ситуации оказалось то, что это рацпредложение сыграло свою стимулирующую роль. Оно было быстро внедрено и дало ожидаемый эффективный результат.

Прошло два года. Работа заместителем начальника отдела труда повлияла на рост моей квалификации. Я узнавал много нового, совершенствовался в профессии. Приобретал необходимые деловые навыки при работе с людьми. Внес много разных предложений по работе кассетного цеха. Изучил не только технологию производства кассет, но и желатина и сопутствующих продуктов. Причем изучить эти технологические процессы мне пришлось очень подробно. И связано это было также с тем, что опять по заданию главка нужно было выполнять работу по расчетам трудоемкости продукции. А для того чтобы эту работу правильно выполнить, необходимо было очень хорошо разобраться в технологии производства желатина, что мне и пришлось сделать.

Очень много мне дала совместная работа с Рунаром Васильевичем. Тесные контакты у нас были с плановым отделом, которым руководил Козлов Николай Иванович. Его заместителем работал Фаттахов Рашад Шакирович. Он окончил наш институт на год раньше меня, хотя по возрасту я был его немного старше. Сразу после института он работал на заводе и уже несколько лет был заместителем начальника планового отдела. Несмотря на свою молодость, пользовался в коллективе, как тогда говорили, заслуженным авторитетом. Был умным и грамотным специалистом, впоследствии работал инструктором обкома партии, заместителем генерального директора по экономике на КПО «Тасма», и затем много лет заместителем министра экономики Республики Татарстан.

Работа на заводе мне очень нравилась, отношения в коллективе отдела и с заводскими специалистами были хорошие. Все меня устраивало. Но неожиданно Рунар Васильевич объявил мне, что он собирается уходить, его приглашают на прежнюю работу. Ранее он работал начальником аналогичного отдела в КНИТИ ВТ (Казанский Научно-Исследовательский Технологический Институт Вычислительной Техники). Он всегда очень тепло отзывался о своей работе в этом институте, ему там очень нравилось. Весной 1984 года он написал заявление об уходе. Перед увольнением Рунар Васильевич переговорил с директором, объяснил ему, что я вполне подготовлен к должности начальника отдела и поэтому он «со спокойной душой» может уйти с этой работы в свой родной институт. Директор завода Трусенев Г. И. понял его и не стал задерживать. После этого разговора Геннадий Иванович вызвал меня и коротко спросил: «Ну ты как готов?». Я также коротко ответил: «Готов!».

Я поблагодарил Рунар Васильевича за совместную работу и за те трудовые университеты, которые он мне преподавал. На всю жизнь сохранил благодарность к нему, за то, что он взял незнакомого ему человека своим заместителем и очень многому меня научил. Он был профессионал высокого класса, мне с ним было очень интересно работать.

Хочу выразить на этих страницах свою благодарность Геннадию Ивановичу. Он поверил в меня, молодого 30-летнего человека, и назначил руководителем одного из ведущих отделов завода. Это накладывало на меня большую ответственность, которую я обязательно должен был оправдать.

Коллектив отдела организации труда и заработной платы завода был хорошим и дружным, каждый на своем месте был высококвалифицированным работником. Но сразу после моего назначения на новую должность передо мной встал вопрос: «Кого назначить на освободившуюся должность заместителя начальника отдела?» Работники отдела посоветовали мне назначить своим заместителем Чернавского Анатолия Ивановича, который ранее уже работал здесь на этой должности и проявил себя с положительной стороны. С этой же просьбой ко мне обратился и бывший до Рунара Васильевича начальником отдела Еньков Юрий Михайлович. Мы с Юрием Михайловичем познакомились после того, как я был назначен заместителем начальника отдела. Юрий Михайлович стал, в свое время, начальником отдела труда, когда ему было всего 28 лет. Затем он некоторое время работал инструктором Татарского обкома партии, а потом долгое время работал в обкоме профсоюза химической и нефтехимической промышленности Республики Татарстан. Это был отличный парень под два метра ростом, веселый, очень грамотный, квалифицированный специалист. Мне всегда очень импонировало, что он не был ретроградом и консерватором. Его живой и острый ум быстро находил решение во многих сложных ситуациях. Он оказался очень коммуникабельным человеком, и у меня установились с ним сразу очень хорошие отношения. Юрий Михайлович, рекомендуя мне взять заместителем Чернавского А. И., сказал: «Бери, Толя — пахарь, дисциплинированный человек, он не подведет».

Мы встретились с Анатолием Ивановичем, переговорили. Сразу было понятно, что он профессионал и свою работу хорошо знает. Трусенев Г. И. также не возражал, он уже знал Анатолия Ивановича по работе в этой должности. Буквально через несколько дней Чернавский А. И. был назначен приказом по заводу заместителем начальника ОТиЗ.

Начальник ОТиЗ завода «Полимерфото»

Свою деятельность в качестве начальника ОТиЗ завода я начал с изучения папок с приказами по заводу. Все что делалось на заводе, тем или иным образом оплачивалось. Поэтому практически вся заводская деятельность проходила через наш отдел и отражалась в приказах, которые мы готовили. Я пролистал и просмотрел все папки с приказами и документами за несколько лет, и это оказалось очень полезным делом. Когда назначается новый начальник ОТиЗ, то некоторые товарищи пытаются решить у него вновь вопросы, которые по тем или иным причинам им не удалось решить с прежним руководителем. Как, правило, это касается вопросов, в решении которых им ранее было справедливо отказано. Но они идут к вновь назначенному руководителю в надежде, что он еще «не въехал» в ситуацию, не во всем успел разобраться. Но я успел, и когда мне задавали такого рода вопросы, я спокойно отвечал, что дорогой товарищ, вы с этим вопросом уже обращались, вам его решили так-то и так-то или отказали потому-то и потому-то. Некоторые товарищи неподдельно удивлялись как так, откуда ты это знаешь, ты же тогда даже на заводе не работал. Вот как оказывается, бывает полезно изучать документацию прошедших периодов.

Как начальник отдела труда я должен был напрямую решать вопросы с отделом труда нашего главка, который назывался Всесоюзное объединение «Союзхимфото». Рунар Васильевич перед уходом дал мне полезный совет: «Не ленись, чаще езди в Москву, налаживай отношения, а потом будешь многие вопросы решать по телефону». Но в главке меня уже хорошо знали и начальник отдела труда Кулаков Анатолий Давыдович и ведущий специалист Быстракова Нина Васильевна и другие сотрудники. Отношения с главком у меня укрепились достаточно быстро, и через некоторое время я действительно заметил, что многие вопросы стали оперативно решаться по телефону.

Хорошие взаимоотношения сложились у меня и с руководителями цехов и отделов. С теплотой и уважением вспоминаю начальников цехов: цеха №1 — Пескова Владимира Ивановича, цеха №2 — Евстягина Николая Григорьевича, цеха №3 — Желавского Владимира Ивановича, цеха №4 — Зимина Петра Васильевича, цеха №5 (впоследствии преобразованного в Производство товаров народного потребления) — Тихонова Юрия Васильевича, а также начальников вспомогательных цехов: ремонтно-механического цеха — Сорокина Александра Сергеевича, электроцеха — Замалеева Амира Нуриахметовича, теплоцеха — Мамзикова Вадима Павловича, цеха комплектации — Дмитриева Геннадия Дмитриевича, ремонтно-строительного цеха — Мулюкова Рафката Сайфулловича, цеха КИПиА — Руткевича Олега Евгеньевича, начальника отдела автоматизации и механизации — Сорокина Сергея Александровича и других.

Как я уже отмечал, завод работал очень хорошо и часто занимал первые или призовые места по итогам соцсоревнования среди предприятий Министерства химической промышленности. На нашем отделе и конкретно на мне была персональная ответственность за выполнение показателей соцсоревнования. Директор завода Геннадий Иванович требовал, чтобы я в течение квартала отслеживал ход выполнения этих показателей. Я должен был работать с начальниками отделов и служб и требовать от них безусловного выполнения тех показателей, за которые они отвечали. В случае возникновения проблем, директор требовал незамедлительно ему о них докладывать. Обычно все проблемы мы решали успешно с начальниками отделов. Но иногда бывали такие моменты когда, например, главный энергетик завода Шабернев Анатолий Павлович говорил мне: «Да не получается у меня этот показатель». Если после моего настойчивого нажима показатель так и не получался, то приходилось идти к директору. У директора на этот случай был свой фирменный прием. Он нажимал клавишу селекторного телефона у себя в кабинете и говорил: «Давай поговори с Шаберневым». Я принимал эту игру и очень строгим голосом делал главному энергетику внушение за невыполнение показателя, тот терялся, не понимая сразу, почему это по директорскому селектору с ним разговаривает начальник отдела труда. Потом до него доходило, что это я разговариваю из директорского кабинета и в присутствии директора. Этот прием срабатывал стопроцентно, тут же давалось обещание, что показатель будет выполнен. Надо сказать, что такими приемами директор поднимал мой авторитет, и мне становилось легче объяснять руководителям отделов, что все показатели, безусловно, должны быть выполнены.

Считаю важным отметить, что директор завода Трусенов Геннадий Иванович был отличным организатором и очень оригинальным руководителем. Он был немногословным, четким и конкретным. У него каждая минута была, как говорится, расписана. Все дела, поручения разложены «по полочкам». Он очень интересно проводил совещания, и я на них всегда шел с удовольствием. Всегда был очень выдержанным и корректным. На производстве всякое бывало, в очень редких случаях, на нервах, мог и сказать что-то резкое. Но ко мне всегда относился по отечески, всегда находил потом возможность сделать какой-то добрый жест навстречу. Напряжение спадало и после этого хотелось работать еще лучше и эффективнее. Годы работы с Геннадием Ивановичем были очень интересными. За это время я очень многому у него научился.

С удовольствием вспоминаю те времена и свою совместную работу с начальником планово-экономического отдела — Козловым Николаем Ивановичем и его заместителем Фаттаховым Рашадом Шакировичем, с начальником производственного отдела — Кашеваровым Геннадием Ивановичем, с начальником отдела сбыта — Еньковой Наталией Алексеевной, с начальником отдела снабжения — Исаевым Владиславом Павловичем, с начальником отдела кадров — Редковым Николаем Павловичем, с начальником отдела техники безопасности — Степашиным Юрием Петровичем, с начальником отдела главного механика — Чемалетдиновым Равилем Гинятовичем, с начальником отдела технического контроля — Уразовой Александрой Михайловной, с начальником технического отдела — Шевыревой Галиной Михайловной, с начальником центральной заводской лаборатории — Пароником Семеном Израилевичем и многими другими. Деловые и хорошие отношения сложились у меня с помощником директора по кадрам и соцкультбыту Денисовым Валерием Ивановичем. Взаимоуважительные отношения были с главным технологом по кассетному производству Сабировым Равилем Абдуловичем и главным технологом по желатиновому производству Игнатовой Людмилой Александровной.

В своей работе мне приходилось тесно взаимодействовать с профсоюзным комитетом и парткомом завода. Председателем профсоюзного комитета неоднократно избирался Шангараев Мидхат Идрисович. Секретарем парткома завода работала Лисина Тамара Михайловна, с обоими у меня также сложились деловые конструктивные отношения. Тамара Михайловна через некоторое время стала третьим секретарем Московского райкома партии, а затем работала начальником отдела Казанского горисполкома. Хочу отметить, что чуть ранее, почти 10 лет, секретарем парткома завода была Габутдинова Алла Максимилиановна, которая ярко проявила себя на этой работе. Она была избрана делегатом XXVI съезда КПСС, а впоследствии стала заместителем премьер-министра Республики Татарстан.

Хорошие и добрые отношения были у меня с заместителем директора по общим вопросам Кузьминым Сергей Александровичем, руководителем коммерческой службы. Он был хорошим организатором и большим патриотом завода. Даже впоследствии уже, будучи на пенсии, он нередко приходил на завод и предлагал свою помощь.