Воспоминания директора Казанского завода «Полимерфото». Времена перестройки: о времени, о товарищах, о стране

Авторское отступление. Специально для сегодняшнего поколения хочу пояснить, что тогда в управлении каждого завода существовало машинописное бюро, где сидело несколько машинисток. Все отделы готовили приказы, инструкции, финансовые и разные другие документы вручную, писали ручкой на бумаге, зачеркивали, правили, у всех был разный почерк, у некоторых ужасный. И машинистки затем все это печатали. Так как наши труды по описанию передовых методов были несрочными, нам чтобы мы «не мешались» видимо разрешили приобрести печатную машинку. А так все бегали в машбюро и зачастую, когда требовалась срочность, то угощали девушек-машинисток шоколадками. Но для отдела труда как я убедился позднее, всегда была зеленая улица, так как от нас зависела премия и мы этих девушек никогда не обижали. Но это было позже, а пока я работал не совсем в отделе труда, а в нормативно-исследовательской группе и с удовольствием сам печатал на машинке свои труды, не зная еще, как это все мне очень пригодится в будущем при освоении компьютерной техники. Мне всегда было интересно осваивать новую технику. Кроме того я понимал, что чем больше знаешь и умеешь, чем более разнообразными знаниями и навыками обладаешь, тем лучше ты совершенствуешься, быстрее растет квалификация и как правило больше открываются перспективы.

Вскоре я стал достаточно быстро выполнять описания передовых методов труда. Параллельно изучал производство и занимался общественной работой. В этот период я активно занимался спортом, участвовал во всех соревнованиях, проходивших на предприятии. Занял первое место на соревнованиях по многоборью ГТО. Вскоре меня избрали председателем ДСО (добровольно-спортивное общество) управления. Выполняя эту общественную работу, я проявил большую активность и как всегда поставил перед собой максимальные цели. Привлекал к массовым занятиям физкультурой коллектив заводоуправления. Организовал команду управления по разным видам спорта. Практически за год мы добились неплохих успехов. Председатель ДСО объединения «Тасма» был Зюрнин Евгений Петрович, мастер спорта по самбо и дзюдо. На подведении годовых итогов он объявил, что ДСО управления присуждается первое место.

Мою общественную активность заметили, и буквально через несколько месяцев работы я был избран членом комитета комсомола объединения «Тасма».

Между тем, в нашей нормативной группе произошли большие изменения. Марьям Исламовна, наш руководитель, ушла на пенсию и меня назначили старшим инженером (руководителем НИГ), к этому времени мои коллеги тоже ушли из нашей группы по разным причинам. Я фактически остался в группе один. Но вскоре к нам приняли Лапкову Лену Зиннатовну, с которой у меня сложились хорошие деловые отношения и практически тут же в наш коллектив пришли мои однокурсницы по КФЭИ Панцирева Ирина и Замалеева Римма. Нас в группе снова стало четверо. Структурно мы входили в отдел труда и заработной платы. У начальника отдела Ануфриева К. В. заместителем работал его ровесник, Романов Николай Григорьевич. Им обоим было по 60 лет, оба фронтовики. Войну Константин Васильевич встретил в армии, где-то на границе с Румынией и в полной мере познал горечь поражений 1941 года. Иногда, по нашей просьбе, рассказывал нам, что ему довелось пережить в первые дни войны. Кстати, как я узнал впоследствии, его отец был герой Порт-Артура, георгиевский кавалер, моряк. Интересно оказалось то, что во время войны Константин Васильевич и Николай Георгиевич оба были шифровальщиками в штабе фронта, только фронты у них были разные. Примерно такого же возраста была старший инженер по нормированию Алексеева Любовь Алексеевна. Все остальные — молодежь, но немного постарше меня. Инженер по нормированию Аманулина Рая, руководитель сектора соцсоревнования Турасов Николай Иванович, Старший инженер по планированию Стемпковская Галина, экономист на участке статистики Петрухина Светлана и другие.

Работая руководителем нормативно — исследовательской группы, я продолжал активно заниматься общественной работой, и был избран секретарем комсомольской организации управления. Вскоре наша комсомольская организация по итогам года была признана лучшей в объединении. Добиться такого успеха было непросто, так как обычно цеховые комсомольские организации бывают дружнее и организованнее. В это же время я был принят кандидатом в члены КПСС, а затем стал и членом партии.

В начале 1980 х годов нашей нормативно-исследовательской группе поручили рассчитать трудоемкость всего ассортимента продукции выпускаемой объединением. Это было задание Министерства химической промышленности и пришло такое поручение на все наши предприятия. Данная работа оказалась для меня очень интересной в профессиональном плане. Работа была очень сложная, методики были, мягко говоря, недостаточно проработаны, так как невозможно было учесть специфику очень разных предприятий. Ассортимент продукции на КПО «Тасма» был очень большой и тоже очень разнообразный. Я решил, проверить себя на этой работе. Я понимал, что выполнение этой задачи значительно укрепит мою уверенность в своих профессиональных способностях. В выполнении этой работы отлично проявили себя сотрудники нашей группы Лапкова Лена Зиннатовна, Замалеева Римма и Панцирева Ирина. Компьютеров тогда не было, приходилось считать на настольных электронно-вычислительных машинках. Считали так: один из нас диктовал цифры, которые следовало перемножить, цифры были шестизначные, другой считал на машинке и называл ответ, третий записывал его в таблицы. В процессе участвовало трое, работали «конвейером». Четвертый был на подмену, через полчаса одного меняли, через следующие полчаса другого и так весь день. Ошибки не допускались, иначе потом они «вылезали» и иногда приходилась работу нескольких дней пересчитывать. Потом решили меня из счетного процесса убрать, девушки как-то справлялись втроем, моя задача была, как в шахматах на десяток ходов вперед продумывать в голове весь алгоритм расчетов, чтобы избежать стратегических ошибок и пересчетов. Когда девушки заканчивали часть расчетов, я им объяснял, что и как считать дальше, они считали, а я продолжал думать дальше. Было трудно, но так интересно, что я помню, как мы выполняли эту работу до сих пор во многих подробностях. В результате мы выпустили труд шириной почти полметра и длинной несколько десятков метров сплошных цифр. Все мы после выполнения этой работы были очень довольны, авторитет нашей группы и каждого из нас значительно вырос.

За время работы руководителем нормативно-исследовательской группы мною был приобретен опыт и практические навыки, выросли профессиональные знания. Активно занимаясь общественными делами, я прибрел необходимый опыт руководящей работы. Научился публично выступать, проводить совещания, заседания, ставить перед коллективами задачи и добиваться их выполнения, стимулировать своих товарищей и коллег, на выполнение высоких результатов. Все это позволяло мне думать о перспективах дальнейшего профессионального роста, но практических вариантов для этого было мало.

Начальник ООТиЗ Ануфриев Константин Васильевич в свои годы был очень крепким мужчиной, обладал высокой квалификацией и большой работоспособностью. Со своим заместителем Романовым Николаем Григорьевичем он проработал много лет. Они хорошо понимали друг друга. Я с большим уважением относился к Константину Васильевичу, считал его своим наставником и учителем. Но перспектив для меня в отделе труда для повышения квалификации и профессионального роста в ближайшее время не предвиделось.

По соседству с нашей нормативной группой располагалась лаборатория научной организации труда (НОТ). Каких-то интересных задач перед лабораторией НОТ в тот период не ставилось. Научная организация труда широко использовалась в Америке, и этот опыт решили применить у нас. Но Лаборатории НОТ зачастую были созданы просто формально. Научной организацией труда они фактически не занимались и по своему прямому назначению практически нигде не использовались. Надо сказать, что такое невнятное отношение к НОТ было на многих предприятиях. Поэтому руководители лаборатории часто менялись.

Последним, работавшим у нас начальником лаборатории НОТ, был бывший председатель профсоюза завода «Полимерфото» Кравченко Владимир Иванович. Впоследствии он стал заместителем генерального директора по экономике завода «Элекон» и отлично проявил себя на этой должности. Он то, и предложил мне поговорить с начальником ООТиЗ завода «Полимерфото» Макарихиным Рунаром Васильевичем, о назначении меня его заместителем. После разговора с Кравченко, Рунар Васильевич подъехал к нам, переговорил со мной и сделал мне такое предложение. Я сразу согласился. Должность заместителя начальника отдела труда и заработной платы на заводе «Полимерфото» давала мне, прежде всего, широкие возможности для повышения квалификации, профессиональный рост и интересную работу.

Константин Васильевич не хотел меня отпускать, партком объединения также возражал против моего увольнения. Но Рунар Васильевич поговорил с Константином Васильевичем и тот все-таки дал свое согласие на мой переход в отдел труда завода «Полимерфото». После этого и партком снял свои возражения против моего ухода. В результате осенью 1982 года я уволился с КПО «Тасма» в порядке перевода на завод «Полимерфото».

Казанский завод «Полимерфото» — предприятие коммунистического труда и высокой культуры производства

Коллектив этого предприятия носил почетное звание «Завода коммунистического труда и передовой культуры производства», был передовым в районе и в отрасли. Такое звание присваивалось довольно редко. Я бывал на многих предприятиях, встречался с представителями многих заводов. Но так интересно получилось, что заводы, которым было присвоено такое звание, встретились на моем пути только дважды. Это завод «Молот» и завод «Полимерфото» и на обоих мне довелось работать. Других предприятий с таким званием я даже не встречал. Везло мне на передовые предприятия. Долгое время, с 1965 по 1982 год, заводом «Полимерфото» руководил Кириллович Александр Александрович. Директор — легенда, именно во многом благодаря его усилиям завод стал передовым в отрасли. Я пришел на завод, буквально, перед тем как Александр Александрович ушел на пенсию. На его место был назначен бывший работник Татарского обкома партии Дияров Виль Нурмухаметович. Но чувствовалось, что его не особо прельщает эта работа, и действительно вскоре он вернулся назад в обком партии. Поэтому всеми делами на заводе «заправлял» главный инженер Трусенев Геннадий Иванович, который подписал мое заявление и приказ о приеме меня на работу заместителем начальника отдела труда и заработной платы. Буквально через полгода поле ухода Диярова В. Н. директором завода был назначен Трусенев Г. И. Он, около 9 лет, был главным инженером завода. До прихода на завод «Полимерфото» Геннадий Иванович долгое время работал начальником производственного отдела объединения «Тасма».

Завод «Полимерфото» поражал всех, прежде всего чистотой и культурой производства. Сразу за заводской проходной был большой фонтан, фонтаны были и перед входами во многие цеха. В раздевалках рабочих была идеальная чистота. Одежда висела в специальных красивых чехлах. В каждом цехе были сауны, а в некоторых по две и три. Завод располагался в поселке Левченко. Этот поселок полностью находился на балансе завода «Полимерфото». Усилиями Кирилловича в поселке строились жилые дома, общежития, завод одним из первых в городе покончил с бараками. Большое внимание уделялась строительству объектов соцкультбыта. Александр Александрович построил спортивный корпус, кафе, парк, за городом строился пионерский лагерь, был заложен и находился в процессе строительства второй детский сад и бассейн с длиной дорожек 50 метров. К тому времени на всю Казань бассейнов было всего три или четыре. Так что строительство бассейна по тем временам было делом довольно экзотичным и редким.

Завод «Полимерфото» был построен буквально перед Великой Отечественной войной и был запущен в строй в 1941 году. Назывался он тогда Казанский фотожелатиновый завод, в народе его называли «Фотожелатинка». Основной целью завода было обеспечение фотожелатином производства кинофотопленки и фотобумаги. На основе фотожелатина изготавливалась фотоэмульсия, которой потом поливалась основа для фотопленки и для фотобумаги. Фотожелатин составлял основную долю в производстве всей желатиновой продукции завода. Он поставлялся на все химикофотографические предприятия страны. Но основными потребителями были два крупнейших предприятия отрасли КПО «Тасма и ПО «Свема». КПО «Тасма» было построено и запущено в строй в последнюю пятилетку перед войной и называлось тогда это предприятие «Казанская фабрика кинопленки №8». Казанский фотожелатиновый завод был построен буквально рядом с этой фабрикой. ПО «Свема», было создано ранее этих казанских предприятий и находилось на Украине, в городе Шостка. В составе этого предприятия было не только производство кинофотопленки, но и имелось свое фотожелатиновое производство. Тем не менее, наиболее высококачественные марки фотожелатина ПО «Свема» вынуждено было покупать в Казани. Фотожелатин поставлялся также на фотобумажные фабрики в Ленинград, завод Позитив, в Переяславль-Залесский на объединение «Славич», на Красноярскую фабрику фотобумаги, на Московскую фабрику фотопластинок и ряд других предприятий. Наряду с фотожелатином, на Казанском фотожелатиновом заводе выпускались также и другие виды желатина. Это пищевой, медицинский, технический желатин и другие сопутствующие продукты. Казанский фотожелатиновый завод был головным заводом в отрасли по выпуску желатина, годовой объем составлял 3000 тонн, в Шостке производилось не более 2000 тонн. В стране было еще несколько небольших заводов по выпуску пищевого желатина с объемом выпуска не более 1000 тонн в год. Наиболее известные из них: Московский желатиновый завод, завод в г. Минеральные воды и Могилевский желатиновый завод. Все сырье, для желатиновых производств, а это кости крупного рогатого скота, было распределено по всем этим заводам и перспектив по увеличению данного сырья не предвиделось. Потребности страны по желатину в стране также были исчерпаны, больше чем производилось, не требовалось. В этих условиях у Казанского завода, впрочем, как и других желатиновых заводов не было перспектив по расширению производства и наращиванию объемов. А любое предприятие, как известно, должно расширяться, модернизироваться и развиваться. Останавливаться на достигнутых рубежах нельзя, надо постоянно ставить перед коллективом высокие задачи и цели, иначе стагнация и застой. Если развивается предприятие, то развивается и коллектив, повышается квалификация каждого. Рабочим, инженерам, руководителям становится интересно работать и жить.

Кириллович А. А. как умный и проницательный руководитель понимал, что для улучшения благосостояния работников завода, для улучшения социально-культурной сферы, для решения жилищной проблемы необходимо расширять производство и увеличивать объем выпуска продукции. Необходимо было создать новое современное эффективное производство с выпуском продукции, имеющей большой спрос на рынке. И такая продукция была найдена. Александр Александрович добился в Министерстве Химической промышленности решения о размещении на заводе производства по выпуску компакт кассет МК-60 и МК-90 для малогабаритных магнитофонов. Организация этого производства была одним из самых значительных достижений в эти годы. Только очень смелый и уверенный в себе и коллективе руководитель мог решиться на создание нового непрофильного производства, отличающегося высокой технической сложностью. В короткие сроки, преодолевая многочисленные трудности, было организовано инструментальное хозяйство, способное изготавливать сложнейшие пресс-формы, освоено литье пластмасс, созданы автоматизированные отделения сборки и упаковки кассет.

В 1973 году кассетное производство, с мощностью 2 миллиона кассет в год, было запущено. К 1982 году выпуск кассет составил уже около 10 миллионов штук в год, а в 1985 году — было выпущено кассет 15,5 миллионов штук. За столь короткий срок коллектив завода создал самое крупное в СССР кассетное производство. (Интересный момент Вятско-Полянский завод «Молот» выпускал после войны патефоны (проигрыватели виниловых пластинок), а казанский фотожелатиновый завод компакт кассеты для магнитофонов, можно сказать однородная музыкальная продукция.) В 1981 году казанский фотожелатиновый завод был переименован в завод «Полимерфото». Это было головное предприятие в стране по выпуску желатина и компакт кассет.

В мае 1982 года Кириллович А. А. ушел на заслуженный отдых. Жаль, что мне не довелось поработать вместе с этим замечательным руководителем. Но он часто приходил на завод участвовал, в партсобраниях заводоуправления, заходил в отдел труда, где я уже работал заместителем начальника отдела.

Отдел труда и заработной платы Казанского завода «Полимерфото»

В отделе труда, кроме начальника Рунара Васильевича, работали Салахова Венера Талховна — старший экономист по планированию, специалист высокой квалификации, Селиванова Татьяна Петровна — экономист по соцсоревнованию, Тихонова Валентина Михайловна — экономист, Чичерова Надежда — инженер по нормированию. Через некоторое время в отдел была принята на должность экономиста молодой специалист Леушина Диляра. Коллектив был молодой, но почти все старше меня. Мне тогда было всего 28 лет. Встретили меня очень хорошо и доброжелательно, при необходимости всегда оказывали помощь. Рунар Васильевич часто ездил в командировки в Москву. Мне приходилось его постоянно замещать. Чтобы успешно руководить отделом, отвечать на вопросы, анализировать, принимать решения, мне необходимо было во всех направлениях нашей работы хорошо разбираться. Поэтому многому приходилось учиться. Большую помощь мне оказывала Венера Талховна, ее участок планирования трудовых показателей был для меня самым малознакомым. Да и в других направлениях нашей работы она прекрасно разбиралась, ее советы всегда были очень полезны. Часто приходилось отвечать на вопросы работников отдела кадров. Они готовили приказы по приему и увольнению работников, по присвоению разрядов. Мы проверяли правильность присвоения разрядов и окладов, названия должностей, соответствие спискам вредных профессий и условий труда и и т. д. и т. п. Если все было правильно приказ «визировали». То есть ставил в уголке свою подпись либо начальник отдела, либо заместитель и далее приказ «шел на подпись директору». Если были ошибки, мы приказ возвращали на доработку в отдел кадров. Поэтому, чтобы лишний раз не перепечатывать приказы, они нам часто звонили и консультировались с нами. Поэтому в этот период работы КЗоТ (Кодекс законов о труде) стал моей настольной книгой, и знание законов о труде в будущем всегда мне помогало в работе.

Хотел бы здесь отметить одну особенность тогдашнего времени — законы менялись очень редко. И раз в несколько лет законодательные акты переиздавались, со всеми внесенными изменениями. Сейчас, например, изменения происходят буквально каждый квартал, а то и чаще. Законы не переиздают, издают только изменения, Поэтому разбираться сегодня в действующем законодательстве совсем непросто. Было бы гораздо проще делать, так как, например, в Америке, где все законодательные акты, по которым работает бизнес можно изменять только один раз в год — 1 января. Очень было бы разумно.

Как только начал работать заместителем в отделе труда, Рунар Васильевич сказал мне: «Готовься, поедешь в Москву защищать план по труду, у меня там, почему-то не очень складываются отношения с Ниной Васильевной, ведущим экономистом в отделе труда нашего главка „Союзхимфото“. Ты человек новенький, едешь в первый раз, она должна отнестись к тебе благосклонно». Ну, кто такая Нина Васильевна Быстракова я уже слышал, в главке она работала давно и была очень грамотным ведущим специалистом. Ее все трудовики наших заводов уважали и побаивались, характер был такой, что могла и разнос устроить. Когда в главке назначали нового начальника отдела труда, для него было главным в работе найти контакт с Ниной Васильевной.

В КПО «Тасма» я больше занимался нормированием и имел представление о планах по труду чисто теоретическое. Венера Талховна перед поездкой разложила передо мной «кучу бумажных простыней» с этими планами и стала все объяснять. Я понял, что должен максимально сконцентрироваться, чтобы все запомнить, тем более, что времени на усвоение всего этого материала у меня было не более часа. Помню, она мне рассказывает про одну «простыню», я ее своей зрительной памятью фотографирую и когда чувствую, что все запомнил и понял, прерываю ее и говорю: «Хватит, пошли дальше». И так перелистали все эти полотна, заполненные цифрами. На следующий день я Венере Талховне все повторил, чтобы проверить себя и закрепить усвоенное. И вечером знаменитым фирменным поездом №28 «Казань — Москва», который назывался «Татарстан» отбыл в Москву.

Авторское отступление. Поезд №28, Казань-Москва, «Татарстан», именно на нем ехали в Москву практически все командировочные из Казани. На каждом предприятии начальник отдела снабжения обязан был уметь достать билеты на поезд для отъезжающих срочно в командировку директора или его заместителей, а также для начальников отделов, цехов и их замов. Как минимум этот перечень руководителей должен был обеспечить билетами начальник отдела снабжения, это было для него «делом чести». Достать билеты на поезд Казань-Москва, тем более срочно, было очень непросто. Наш начальник отдела снабжения Исаев Владислав Павлович был хороший снабженец, и поэтому вечером в 19.00 я был уже на перроне с билетами в кармане. Было интересно наблюдать, как все степенно, не спеша заходили в вагон, рассаживались на свои места, и ровно в 19.30 поезд «Татарстан» трогался под знаменитый вальс Сайдашева. Буквально через 10 минут приходил проводник, проверял билеты и выдавал постельные принадлежности. После проверки билетов проводник разносил чай и сахар. Это был сигнал к тому, что пора начинать ужинать. Все доставали свои припасы, иногда кто-то доставал водку, все знакомились и после первой рюмки начинались знаменитые доперестроечные разговоры. Про политику в поездах почти не говорили. В основном беседы велись об экономике и производстве, каждый рассказывал о своем. Наш экономический строй, как правило, не критиковали, просто «сетовали» на то, почему у них там «за бугром» качество многих товаров и услуг лучше, почему мы не можем также работать. И тут же все выдавали рецепты, как и что надо делать. Зачастую эти рецепты были очень умными и практичными, настолько, что нашему правительству было бы полезно их порой тоже послушать.

На следующий день рано утром я прибыл в Москву, и вскоре был уже в Главке. Наш главк, как я уже писал, назывался Всесоюзное объединение «Союзхимфото», находился он в центре Москвы, в тихом переулочке, на «чистых прудах», недалеко от Трубной площади. Структурно наш главк входил в состав Министерства химической промышленности СССР, которое располагалось также поблизости на ул. Кирова, недалеко от знаменитого магазина «Детский мир». Оказавшись в главке, я сразу пошел в отдел труда знакомиться с Ниной Васильевной. Отдел располагался в небольшой комнатке, где сидели четыре женщины сотрудницы, и как полагалось мужчина — начальник. Нина Васильевна встретила меня хорошо, видимо психологический расчет Рунар Васильевича оказался точен. Я разложил перед ней все наши «простыни» с планами по труду, и все по памяти, объяснил. Ответил на все вопросы. Моя молодость, неопытность и очевидно все-таки мой доклад, к которому я хорошо подготовился, произвели должное впечатление. С тех пор у меня навсегда сложились хорошие отношения с Ниной Васильевной. Это зависело также и от того, что я всегда относился к ней очень уважительно. Вскоре после моего первого приезда в Москву начальником отдела труда ВО «Союзхимфото» был назначен Кулаков Анатолий Давыдович, до этого он работал на химическом предприятии в Мытищах. Отличный мужик и замечательный руководитель, с ним у меня сложились также очень хорошие дружеские отношения. Моя первая поездка в Москву закончилась вполне удачно, чему был рад не только я, но и Рунар Васильевич, Венера Талховна и остальные работники отдела. Мы получили реальный годовой план по труду, что позволяло заводу наряду с выполнением плана по выпуску продукции с успехом выполнять и трудовые показатели, а это обеспечивало коллективу ИТР получение ежеквартальной премии. Кроме того при выполнении этих, а также ряда других технико-экономических показателей, коллектив завода мог рассчитывать на победу, или как минимум на призовое место в Министерском социалистическом соревновании.

Хочу особо отметить, что завод всегда работал, не просто хорошо, а настолько хорошо, что очень часто по итогам квартального подведения итогов соцсоревнования занимал первые места среди нескольких сотен предприятий химической промышленности. За первое место вручалось переходящее Красное знамя и премия всему коллективу завода. Это знамя заводчане иногда удерживали несколько кварталов подряд. За второе и третье место коллективу предприятия также выплачивалась премия, но уже в несколько меньшем размере.