Чернильные пятна

— Да, одним сознанием. Ваше тело остаётся в кресле, а разум подключается к миру книги через связь с её кодом. Вы видите, слышите, чувствуете и можете менять события, как участник истории. Маньяк, которого вы ищете не просто преступник. Это прорыв из книги в реальность. Он использовал читателя как мост. Теперь он там, среди людей, а вы здесь — пытаетесь его поймать по правилам истории, которые он уже перерос. Сюжет, как часовой механизм. Если шестерёнка ломается, время встаёт. Я чиню шестерёнки.

— Это всё равно звучит как магия, но… я понимаю, о чём вы, — задумчиво ответил Каин, проведя пальцами по волосам.

— За вашим миром стоит невидимая работа тех, кто поддерживает связь между реальностями.

— Вы не единожды упомянули какой-то код, что это?

— Код — это книга, алгоритм — процесс выполнения правил. — Вера снова посмотрела на хронометр. — Вы, без сомнения, знакомы с центробежным регулятором Уатта, что поддерживает постоянную скорость парового двигателя. Он не требует ежеминутного надзора механика, а самостоятельно открывает и закрывает заслонку, реагируя на изменение оборотов.

— Код — это язык, на котором написана книга? — Каин подался вперёд. — Тогда алгоритм — это не сам язык, а порядок действий, который заставляет страницы оживать?

Вера кивнула. Он понял быстрее, чем она ожидала.

— Вы говорите про автоматизацию, реакцию на входящие данные, набор правил, цель и обратную связь, — продолжил консультант.

— В этом и есть суть: устройство следует простому правилу — «чем быстрее вращается вал, тем сильнее нужно прикрыть подачу пара». Оно не «думает», но действует разумно, подчиняясь заложенному закону.

— Выходит, это механизм, который следует не одному правилу, а целой системе инструкций. Но для этого ему нужно получать данные, постоянно сверять их с таблицей и выдавать прогноз. Это уже не просто регулятор, а механизм рассуждений, который обрабатывает информацию и делает вывод.

— Верно. Он строго следует правилам сопоставления данных, но результат выглядит как «разумное» предсказание. Важно помнить: такой механизм не обладает сознанием. Его мудрость заключена в продуманных инструкциях, заложенных создателем. Как часы не «знают» времени, а лишь показывают его, так и этот аппарат не «рассуждает», а выполняет вычисления.

В библиотеке повисла пауза. Вера не знала, насколько точно смогла описать современные технологии, но даже если частично провела параллель уже неплохо.

— Что вы делали, когда я не пришла вчера? День сурка предполагает повтор тех же событий, вы снова проживали стычку в типографии?

— Нет, наслаждался тишиной. Я прожил почти два вечера в ожидании.

— Тишиной в прямом или переносном смысле? Вечером были другие звуки? — игнорируя сарказм, она пыталась узнать про любые отклонения. Исчезновение звуков, персонажей или деталей мира — это то, что необходимо фиксировать. Особенно сейчас.

— Альберт гремел посудой на кухне, но в остальном никаких Чистильщиков или других гостей.

Теперь Вера поняла, что консультант не пытался её уколоть, это его портрет, он странный и работает со странным. Не перетягивай одеяло на себя, подумала она.

— Альберт, кажется, служит вам верой и правдой… — Вера знала о том, какая роль у дворецкого, но знал ли Каин?

— Вы на что-то намекаете? Почему он интересует вас? — Каин выпрямился, а руки сжали столешницу. — Я слишком долго ждал, поэтому давайте обойдёмся без вежливых и уклончивых фраз.

Вера думала, стоит ли говорить ему.

— Вы знаете о прошлом Альберта? Где он работал? Чем занимался? Есть ли у него семья? — Вера и прежде читала книгу, Альберт оставался слепым пятном для Каина до финала. Но, раз Альберт спас его от маньяка, возможно, рассказал ему часть правды. Или нет.

— Намекаете, что он Лавандовый маньяк? — челюсть напряглась, а глаза стали холодными и злыми. Он защищал.

— Он не маньяк, — уверенно ответила Вера и Каин немного потеплел.

— Если вам есть что сказать, то не ходите вокруг да около. Смелости вам не занимать…

Комплимент последнее, что Вера ожидала услышать.

— Ваш дворецкий — причина появления маньяка.

— Как бывший врач мог стать катализатором?

— Знаете, почему он бывший?

Каин нахмурился.

— Врачебная ошибка. Причина и следствие, — Вера подняла обе руки ладонями кверху, словно вкладывая слова на часу весов.

— Значит, он в опасности?

— Был в опасности. Но маньяк исчез и финал под угрозой. Когда маньяк вернется, он найдет того, кто стал катализатором печальных событий.

— Альберт..? — Вере показалось, что Каин спрашивает выживет ли дворецкий.

— Потери неизбежны, — она отрицательно покачала головой.

Пару минут оба молчали, пока консультант снова не нарушил тишину:

— Что такое Чистильщики? — Каин, оставил вопросы про Альберта резко, но Вера знала, что в какой-то момент он спросит внезапно, когда она будет не готова. Чтобы поймать, перепроверить и окончательно разоблачить.

— Исполнители, безликие программы-энфорсеры4[4], — пояснение слишком непонятное для этого мира, но заученное наизусть, вылетело прежде, чем она смогла подумать над простым пояснением. — Когда в книге появляется чужеродный элемент, они приходят и вычищают его. Они опасны, им чуждо всё человеческое. Безэмоциональны. Видят всё это, — она обвела взглядом комнату, имея в виду весь книжный мир, — как текст с опечатками и исправляют.

Каин слушал внимательно, не перебивая и в конце кивнул.

— Вы здесь по заданию вашего Бюро. Получается…

Вот он и подвёл её к самому противному. Предательству.

— Кто-то пометил меня снаружи, как ошибку, — она подошла к окну и открыла в надежде отморозить себе язык и больше не иметь возможности говорить в этом месте. Тогда её уволят и она заживёт свою лучшую жизнь. Скучную, съехидничал голос в голове.

— Представьте, что вы читатель. Открываете книгу, а оттуда автор вам выкладывает все козыри. Сейчас я словно тот самый автор, расскажу слишком много, и вы потеряете интерес, поймёте, что это не ваш жанр. Я ставила на то, что вы быстрее поверите в правду, но вижу устроены иначе. Я отвечу на два вопроса. И после вы дадите мне свои записи.

— Я приберегу их на потом, — внезапно Каин вышел из комнаты и вернулся спустя пять минут с папкой, похожей на ту, в которой врачи пишут историю болезни.

— Изучайте. У меня дела.

Оставшись одна, Вера села за стол и бегло просмотрела содержимое папки Каина. Логика, структура, холодный анализ. Ничего личного. И вдруг, между схем теней она нашла отрывистую заметку, выведенную другим, более нервным почерком:

«Агент Б. Улыбка как щит. Слишком широкий для этой конторы. Создаёт диссонанс. Намеренно?»

Грудь сжало знакомой болью. Она коснулась хронометра на запястье.

— Это же про тебя, — прошептала она.

Хронометр ответил не звуком. Экран плавно засветился, выведя ряд значков:

стопка книг, нос, лиловый цветок.

Вера замерла. Глюк? Но последовательность повторилась. Чётко.

Сердце забилось чаще. Брэд. Его дурацкие ребусы, которые он использовал, чтобы передать ей спойлеры к экзаменам под носом у инструкторов.

«Если что-то пойдёт не так, я оставлю тебе записки там, где не ищут».

Глава 17

Дневник

Вера смотрела на погасший экран. Брэд не врал. Если он оставил подсказку — она найдёт. Вопрос: где?

— Книжный запах? — предположила она вслух. Экран хронометра мигнул зелёным — подтверждение.

— Аромат книги. Лаванды? — Экран погас. Не то.

Она оглядела библиотеку. Полки, сотни томов. Искать одну по запаху — безумие. Должен быть ключ. Брэд не был садистом. Внезапно на экране сменилась комбинация. Теперь горели цифры: 2 — 3 — 12.

Код. Координаты. Брэд мыслил структурами.

— Полка, ряд, книга? — пробормотала она, подходя ко второму стеллажу. Третья полка. Двенадцатая книга. Она сняла тяжёлый том, поднесла к лицу. Пахло пылью и старой бумагой. Ничего особенного. На всякий случай раскрыла веером и потрясла, не особо надеясь, что оттуда что-то вылетит.

— Не то, — вздохнула она. — Или не там.

За её спиной раздался почти неслышный шорох. Альберт стоял в дверях, держа поднос.

— Мисс Вера? Кофе, как вы просили.

Она не вздрогнула, почувствовав его присутствие раньше.

— Я просила? — уточнила Вера, подозревая, что дворецкого подослал хозяин дома, чтобы пошпионить за ней.

— Его светлость распорядился, — Альберт подошёл ближе, и Вера тут же взяла чашку.

— Альберт. Что может означать запись «2-3-12» в каталоге библиотеки?

Дворецкий поставил поднос на стол, его движения были бесшумными и точными.

— Наиболее очевидная трактовка, мисс Вера: второй шкаф, третья полка, двенадцатая книга. Вы уже проверили?

— Проверила. Не она.

— Тогда, возможно, это шифр иного рода. Например, вторая коллекция, третья тема, двенадцатый том. Или… — он сделал паузу, будто обдумывая, — вторая комната, третий стеллаж, двенадцать шагов.

Вера уставилась на него. «Вторая комната». Библиотека была не единственным помещением с книгами в доме.

—Вы что-то знаете, Альберт?

Тень улыбки тронула его губы.

— Я знаю, что мистер Каин хранит часть коллекции в своём кабинете. Второй шкаф у окна. И что у него есть… своеобразный вкус к определённым изданиям. Ароматизированным. Для медитаций.

— Спасибо, Альберт, — сказала Вера, уже направляясь к выходу. — Вы невероятно полезны.

— Всегда к вашим услугам, мисс Вера.

Она почти бегом пересекла коридор и вошла в кабинет Каина. Второй шкаф. Третья полка. Она вела отсчёт, сердце колотилось. Двенадцатая книга... нет, двенадцать шагов. Она отсчитала двенадцать шагов от шкафа. Остановилась перед небольшим секретером. Верхняя панель была украшена инкрустацией — стилизованными лавандовыми веточками.

Рука сама потянулась к хронометру. Экран снова показывал набор картинок «стопка книг, нос, лиловый цветок». Но теперь книжный значок мигал. Она нажала на панель секретера. Та отъехала с тихим щелчком. Внутри, в нише, лежала не книга, а тонкая тетрадь в кожаном переплёте. От неё исходил едва уловимый, горьковато-сладкий запах засушенной лаванды. Вера взяла тетрадь. На обложке не было ни названия, ни имени. Только вытисненная латинская буква «K».

Хронометр на её запястье издал тихий, успокаивающий щелчок, будто одобрение. Брэд вывел её к первой настоящей улике. Не к книге. К дневнику.

Пальцы, скользнувшие по корешку, онемели от странного, липкого холода, исходящего от кожи. Не от температуры — от самого объекта. Где-то глубоко под лопаткой, там, где был вшит нейрочип, отдало тупой болью, как сигнал тревоги. Вот оно, подсказал инстинкт. Именно здесь погребено что-то чужое, живое и мёртвое одновременно. Раскрыв на рандомной странице, глаза выхватили строчку:

«День 15. Игорь больше не приходит, и я не могу понять, что с моим якорем…».

Вера едва не свалилась с лестницы. Это был личный дневник кого-то из агентов. Она пролистала в начало:

«Сегодня первый день эксперимента. Погружение прошло успешно, вопреки ожиданиям…»

Вера пролистала вперёд, постепенно почерк в дневнике менялся и к концу записи сложились в знакомую каллиграфию, которую изучала совсем недавно. По спине пробежали мурашки, а горло сдавило. Её самый большой страх проглотил одного из своих. Но кого? Изучить. Срочно.

«…Я забываю. Знаю, что должен вспомнить нечто важное и не могу…»

«День 78. Сегодня я не вспомнил своё детство. Будто меня и не было никогда. Или я появился уже взрослым мужчиной. Странно, возможно, я дух…»

«…Ко мне обратились по имени, но оно не моё. Пришлось подыграть, не знаю зачем. Завтра наведаюсь с визитом к…»

Чем больше она читала, тем белее становились её костяшки, сжимавшие кожаную обложку. Это был не отчёт. Это была агония, растянутая на десятки страниц. Медленное растворение «Я» в чернилах чужого сюжета. Вера оторвала взгляд от строчек, но они продолжали гореть на сетчатке. Библиотека вокруг больше не казалась тихим кабинетом. Она была саркофагом. И где-то в этом же доме, в нескольких комнатах отсюда, ходил, дышал, подносил ко рту чашку тот, кто когда-то это писал. Живой памятник самому себе. Оставалось только решить: сказать ему или бежать к Данте, пока её собственный якорь не начал рассыпаться на глазах. Страницы дневника жгли пальцы.

«Человек. Заперт.»

Слова пульсировали в висках. Мозг, отказываясь верить, выдавал единственную команду: «Проверь. Сейчас». Пока этот мир не развалился окончательно. Вера запихнула дневник в сумку, заметки Каина — подмышку. Выйдя в коридор, она думала лишь о том, что эта книга затягивает сознания, а Данте не предупредил. Либо не знал — значит, система слепа. Либо знал — значит, лжёт. Оба варианта вели в тупик. Действовать надо так, будто она в этом тупике одна. Желание, поскорее рассказать ему о своей находке, сменилось глубоким недоверием. Вокруг много слепых зон, она должна действовать осторожно. Что если Брэд погиб из-за этого? Или он тоже может быть здесь?..

Лаборатория Каина находилась в противоположном конце коридора, за множеством поворотов. Открывая дверь, Вера всё еще была взвинчена, но готова к проверке, даже если он будет против.

Каин сидел за массивным столом, когда Вера влетела без стука. Рука интуитивно потянулась к переносице. Вот оно, не ошибка техников, внутри другой человек. Комната погрузилась в тяжёлую тишину, нарушаемую только её прерывистым дыханием.

— Вы уже узнали всё, что вас интересовало? — Кивая на свою папку, поинтересовался Каин.

— Не совсем, — Вера подошла ближе. — Осталось кое-что, что нужно уточнить.

— И? — Каин откинулся на спинку стула, ожидая ответа.

— Вероятно, моя просьба вас возмутит…

— О, поверьте, всё связанное с вами возмущает меня. Пусть мои чувства не тревожат вас, как и было до этого момента, — уголок рта дрогнул в ядовитой ухмылке.

— Мне нужно осмотреть вашу спину. — Голос прозвучал ровнее, чем она ожидала. Внутри всё сжалось в ледяной ком. Профессионализм был последним щитом между ней и паникой.

— Что вы ищете? — Вопреки ожиданиям, Каин напрягся и пристально всматривался в ее глаза в поисках ответа.

— Доказательство вашей сути.

— Думаете у меня там страницы из книги? — Едкий вопрос, чтобы оттянуть время.

— Если вы согласитесь, после осмотра расскажу. — Она блефовала. Нельзя рассказать о том, что он застрявшее сознание. Это требует времени, но пока она будет сканировать, придумает другой ответ.

Каин поднялся и обойдя стол, встал перед Верой. В свете лампы тени под его скулами казались глубже, а глаза совсем бездонными. На секунду ей показалось, что он молча уйдет. Вместо этого он расстегнул запонки и извлек подол рубашки из брюк. Все время он неотрывно смотрел на нее, в этом был вызов, а не покорность. Жажда ученого узнать новую информацию взяла верх над привычной надменностью.

— Желаете помочь? — Он ее дразнил. Это выбивалось из шаблона.

— У вас прекрасно получается, — сухо парировала агент. — Можете присесть на стул, процедура займет какое-то время.

Каин снисходительно присел на край стола, стряхнув рубашку на плечи, затем потянул за рукав и снял его, оголив левую часть спины. Сухое, поджарое телосложение, рельеф мышц под бледной кожей. Ну, хотя бы оболочка досталась красивая, подумала Вера про себя.

Запустив режим проверки на хронометре, она поднесла руку к левой лопатке. Голубой луч скользнул по коже, вырисовывая идеальную, безупречную карту анатомии. Каждая мышца, каждый позвонок и — пустота. Чёткая, нетронутая плоскость там, где у каждого аватара должен гореть крошечный рубиновый маячок чипа. Сердце ёкнуло и упало куда-то в пустоту.

Не может быть... Под правой? Она схватила его рубашку и спустила ниже, коснувшись пальцами кожи. Упругая, теплая, от её прикосновения она покрылась мурашками. Как живая. Каин вздрогнул и медленно выдохнул, не облегчённо, а так, будто сдерживал то, что не мог показать.

— Знаю, у меня холодные пальцы, — вместо извинений сказала агент. Консультант промолчал.

Она ткнула в интерфейс, запустив глубокое сканирование и поднесла хронометр поочередно к левой и правой лопатке. Совершенная пустота. Ковер под ногами вдруг стал неестественно мягким и зыбким, будто готов был поглотить её.

Сканирование завершено.

Вера поднесла руку поближе к глазам и читала отчет в маленьком окошке. Горло сжалось. Ее догадка не нашла подтверждения. Сознание, чье бы оно ни было, не могло погрузиться в пустой аватар, это как прыжок без парашюта. Но это и не Каин. Не настоящий персонаж. Описание подходило ему, но самого главного, что есть во всех персонажах и без чего они не могут находиться в сюжете, не было. Она перепроверила ещё раз. Чип не обнаружен.

Каин ждал. Не торопил. Только смотрел на неё и в его взгляде не было привычной насмешки.

— Полагаю, сейчас самое время поведать, что вы обнаружили, — голос Каина заставил вздрогнуть.

— Ничего. — Прозвучал честный ответ, голос стал хриплым, в ушах застучало. — Пустота, — повторила она шёпотом, больше для себя.

Её теория рассыпалась в прах. Пустая оболочка, которая смотрит, думает, задаёт вопросы. Хуже призрака. Призрак — это хотя бы след былого. Каин же — настоящее ничто, притворяющееся чем-то. И самое страшное: она вступила в союз с этой пустотой. Инстинкт выживания сработал на мышечном уровне, пальцы потянулись к кулону.

— Хм… — Каин выпрямился, и отошёл, поправляя рубашку. — А что вы ожидали увидеть?

Она понимала, что по ее лицу можно прочесть нахлынувшую панику. На миг в его глазах, таких чужих, мелькнула не злоба, а что-то похожее на... растерянность? Боль? И тут же погасло, вытесненное ледяной сталью.

— Мне нужно уйти и проверить данные снаружи, — Вера не готова была отвечать на вопросы Каина, это не важно. Всё не имеет смысла, пока она на чужой территории. Нужно понять, кто он. Нет, что он такое? В нем нет чипа, сознание не могло погрузиться в пустой аватар. Каин ненастоящий. Фальшивка, которая видит аномалии. Вера медлила и не решалась надавить пальцем на кулон. Эти секунды и стали её выбором. Сквозь собственные доводы в голове, она услышала угрожающее предупреждение Каина:

— Не смейте убегать... — его голос стал тише, но звучал холодно. Он не двинулся с места, только пальцы медленно сомкнулись на краю стола, белые от напряжения.

Он поверил мне и ждёт ответа. Уйду сейчас и снова придётся искать к нему подход. Если он пустая оболочка, то может быть тем самым главным ключом к разгадке. Бежать сейчас, значит навсегда потерять доступ к этой улике. Агент медленно поместила кулон за ворот рубашки.

Кивнув на его рабочее место, Вера достала дневник из сумки и раскрыла на первой странице, положив на стол. Ей показалось, что консультант понимает, чего ей стоило сейчас не поддаться импульсу и задержаться в книге. Он не ёрничал, не устраивал допрос, он наблюдал. Молча сев в кресло, Каин поднял хмурый взгляд на Веру.

— Я нашла это в вашем кабинете, — сказала она. — Прочтите.

— Если я спрошу, что вы делали в моём кабинете, хотя я оставил вас в библиотеке, вы мне ответите или снова будете юлить? — Каин поднял на неё взгляд.

— Мой хронометр дал подсказку, и я проверила её.

Секунду консультант не двигался. Потом открыл тетрадь. Она смотрела, как меняется его лицо. Любопытство сменилось узнаванием.

— Нажим пера совпадает, — тихо сказал он, не отрываясь от страниц. — Двадцать три градуса. Я всегда так пишу. Этому не учат.

— А теперь объясните это с точки зрения вашего... криминалистического анализа, — попросила агент.

Каин, не проронив ни слова, погрузился в чтение. Казалось, они оба задержали дыхание. В наступившей тишине она слышала лишь шуршание страниц и стук своего сердца. Она стояла так ровно, что в какой-то момент коленка дрогнула в суставе и подкосила её острую позу. Постепенно она начала сопоставлять все слова-анахронизмы, которые слышала от консультанта. Это была не умная программа и не опечатки автора. Это был живой человек, тот, кто остался замурован в этом мире. Как давно? Она смутно помнила свой переход к личности персонажа, но все реальные воспоминания запечатались и отложились, как сны о прошлой жизни. Она думала, что это фантазия… И точно также, как и сознание этого незнакомого мужчины, она не помнила своё детство, книжное разумеется. Но как всякий мыслящий человек, она нашла ответ и на этот вопрос — тяжелое время для семьи, мозг прятался от переживаний.

— Я вижу смену почерка, оговорки, психологический надлом, — голос, хрипловатый и взволнованный прервал её размышления. Он дочитал.

— Здесь, — он перевернул страницу. — «Я попытался вспомнить своё детство. Вместо этого вспомнил, что вчера шёл дождь. И позавчера тоже. Вообще, кажется, дождь здесь идёт каждую пятницу. Откуда я это знаю? Я ни разу не проверял». — Каин поднял взгляд. — Я правда ни разу не проверял. Потому что для меня это никогда не было вопросом. Просто факт. Как цвет неба. Как то, что завтра будет среда.

Пауза.

— Я не знал, что это странно, — тихо сказал он. — Пока не прочитал, как кто-то другой написал. Но я узнал.

Вера молчала.

— Кто этот человек? Можете составить его портрет? — Спросила Вера, откладывая на потом то самое открытие, которое меняло обе реальности и вскрывало новые вопросы.

— Он человек науки. Закрыт, предан системе и близким людям. Он пережил предательство, вероятно, его долгое время обманывали или держали в неведенье. Умён, грамотен, скорее всего из хорошей семьи. Он боится. Его страх потерять себя, раствориться в другом подобен смерти.

— Сколько ему лет?

— Думаю, это взрослый мужчина, зрелый. Лет сорока или около того.

— Что ещё видно по записям?

— Он одинок. Жил работой. У него не было финансовых проблем. — проведя рукой по волосам, Каин замолчал. Затем задал вопрос, на который у Веры пока не было ответа: — Что всё это значит? Его почерк менялся, пока не стал точной копией моего…

— Я надеюсь это выяснить. — Вера прошла к стеллажу, провела пальцами по поверхности, будто ища поддержки у вымышленной полки. — Когда я наткнулась на дневник…

— Кстати, где вы его обнаружили? Я не помню, чтобы писал это, — перебил её Каин, откинувшись на спинку кресла.

— Я нашла его по запаху. — Она не хотела говорит про подсказку хронометра. — Прошла к полкам и уловила аромат лаванды. Мне стало интересно, и я просто… принюхалась.

— Допустим. — Каин выглядел подозрительным. — Что вы искали у меня на спине?

— Метку. По которой смогу увидеть второго, — уклончиво ответила она.

— И? Продолжайте, агент, обычно вас не нужно приглашать к диалогу. Что вы нашли? — более напористо повторил он.

— Я не уверена. Это лишь гипотеза. Вне зависимости от того верите вы в то, что я говорю или нет, для меня вы книжный персонаж. Такие носят метку Бюро, чип-метку под лопаткой. Там хранятся все данные, вся информация, которая делает вас живым. — Переведя дух, она закончила: — У вас её нет. Вы пустой. Не персонаж, но аватар. Кто-то поместил вас сюда незаконно.

— Тогда как объяснить эти записи? Подделка?

— Такое сложно подделать. Я могу узнать больше только вернувшись к себе. Мне нужно проверить даты, совпадения со сбоями, технические термины…

— Но как вы проверите меня?

— У меня есть свои способы. А ваша задача искать здесь. Найдите всё, что выглядит странно. Опросите Стивенсонов, поговорите со Спарксом, проверьте все доступные места…

Почти не глядя друг на друга, увлечённые решением задачи, они замерли, будто единый механизм. Вера допускала мысль, что сознание могло находится внутри консультанта, но также понимала тот факт, что это сознание могли извлечь. Возможно, именно поэтому аватар Каина оказался без метки.

Решив действовать снаружи, Вера сосредоточилась на выходе. Достала свечу для погружения, зажгла от зажигалки, которую держала при себе.

Каин вышел из оцепенения и проговорил вслух:

— Вывод: это протокол деградации. Кто-то вёл записи, пока его личность замещалась другой. Возможно, это расстройство, а не ваша магия.

Он посмотрел прямо на Веру.

— Вы так и не поняли, — горько усмехнулась она. — Там откуда я, в магию не верят.

— А в религию?

— Наука – вот наша религия.

— И кому же вы читаете молитвы? Великому Искусственному Интеллекту?

— Вы снова, — сказала Вера.

— Что — снова?

— Говорите вещи, которых не может знать ваш персонаж.

Она была почти уверена, что сознание живое и спящее где-то внутри этого всезнайки консультанта. Даже если он сам это отрицает.

— Я знаю, что его сознание здесь в ловушке. Но чтобы его вытащить, мне нужен ваш ум. Ваша способность видеть то, чего не вижу я. Вы готовы стать детективом в деле о самом себе?

В воздухе появился дымчатый сгусток энергии, свеча активировала портал. Вера оставила Каина и вошла в Сонный Коридор.

— Агент, держите меня в курсе, — вдогонку прокричал Каин. Портал сомкнулся, а Вера внутри прошагала по книжному коридору к следующей двери. Она намеревалась узнать правду и точно знала куда пойдёт.