Чернильные пятна

— Здесь подписи, не могу понять. Брэд, режим «сканирование», — свет хронометра уловил сигнал пера-когтя и осветил вспышкой кусочек текста. — Вы сказали, что видения с вами всегда. Раньше видели этих людей?

— Да, иногда просто слышал, — Каин подошёл к столу и просмотрел записи, которые отложила Вера. — До этого момента они были более размыты. Сегодня, я словно был там, чувствовал их эмоции…

— Вы документировали? При каких условиях появляются видения? — Вера следовала интуиции и не хотела слушать про эмпатию алгоритма. Она предполагала, что у Каина должны быть какие-то записи, но теперь была в этом уверена. Слишком явные сбои, такое консультант вряд ли бы проигнорировал.

— Что-то записывал, что-то запоминал, чему-то не придавал значения… Они неподвластны мне, — нехотя ответил Каин. — Я вижу их время от времени.

— В них есть подсказки? Они помогали вам ранее вести расследование?

— Нет. Ничего такого. Я часто сталкиваюсь с необычными случаями, это просто один из.

— Когда был последний раз? — Вера проштурмовала пару ящиков стола, но ничего кроме паутины не нашла.

— Уточните, — Каин расхаживал по этажу и явно тянул время. Только зачем?

— Необычные случаи ваша постоянная работа. Как давно были потусторонние дела? — Каин молчал достаточно долго для того, чтобы Вера забеспокоилась не завис ли он снова.

— Вы собираетесь допрашивать меня о каждом случае моей профессиональной деятельности, Агент?

— Если посчитаю это необходимым, я даже вскрою вам череп, — хищно улыбнулась она.

— Успехов вам с пилой Джильи2[2], — невозмутимо парировал Каин. — Интересно, что поддастся первым, мой череп или ваша самоуверенность?

— Нельзя недооценивать противника, даже если он тупой, как пробка, — Вера ожидала, что Каин снова продолжит словесное фехтование, ставшее неотъемлемой частью их диалога, но он согласился. А затем ответил на вопрос.

— Это странно, пару месяцев я не встречал никакой инородной активности и всё моё внимание было поглощено поисками лавандового маньяка. Но за неделю до вашего появления я начал видеть разное. — Остановившись рядом с лестницей, Каин выглядел задумчивым и отстранённым.

— Это было что-то новое? Непривычное? — Вера вспомнила слова Данте про аномалии. Примерно в это время начались убийства в реальном мире.

— За неделю до вашего появления аномалии участились, — отрезал Каин, не глядя на неё, проводя пальцем по пыльным перилам. — Исчезающие прохожие. Улики в двух местах одновременно. Я списал это на проделки маньяка. Теперь понимаю — ошибался.

Собрав все записи со стола, она услышала тонкий визг хронометра, экран засветился алым и проступила надпись Б.Р.Э. После этого в голове прозвучал холодный и безжизненный, механический голос:

«Обнаружено вторжение в защищённый сектор. Запуск протокола «Чистильщик»».

— Вниз! — крикнула Вера Каину, подбегая и стягивая его за ткань сюртука на ступени. Каин сопротивлялся:

— Агент, что…

— Чистильщики! — Выдохнула она, снова применив силу. Безрезультатно. Каин стоял, как скала, вопреки надвигающемуся шторму. — Защита Бюро от взлома или утечки. Они сотрут любую угрозу. Я была уверена, что их отключили… уходим, ну же…!

Её взгляд скользнул мимо плеча консультанта туда, где стена у камина будто отклеившиеся обои сползла вниз, превратившись в мерцающую пустоту, испещрённую неоновыми нитями кода.

— Я сделала копии тех клочков записей, — махнула она рукой в сторону стола.

Две фигуры шагнули прямо в типографию. Их формы плыли, не удерживая постоянных очертаний, но оказавшись внутри комнаты, они приняли мужской облик — чёрные комбинезоны, грубые ботинки и маски с прорезью для глаз, которые были лишь бегущей строкой предупреждения «ИЗОЛЯЦИЯ». Она встречала их во время практических занятий в академии, но впервые в книге. Их голоса звучали как имитация живой речи через TTS3[3]:

«Цель идентифицирована.

Неавторизованный пользователь.

Нарушение: присвоение конфиденциальных данных.

Запуск процедуры изоляции.»

Она посмотрела на Каина, который с жадным интересом рассматривал вновь прибывших. Ну конечно, аномалия по спец заказу, его алгоритмы не встречались с ними. И точно пришли не за ним… Наверное, решит, что это призраки или нежить. С кем он там обычно имеет дело?

Каин грубо оттолкнул её за спину, его взгляд, обращённый на мерцающие фигуры, был холоден и осторожен.

— Что за материя? — Его голос, обычно уверенный, дрогнул. — Она не поддается классификации и систематизации… но я бы взял образец. Если выживем.

Вера не смогла подавить смех и её почмыхивание на грани истерики навлекло новую беду — теперь бегущая строка превратилась в прожектор и была направлена прямо на неё.

— Цель обнаружена. Извлечение. — перебивая друг друга заскрежетали Чистильщики, едва касаясь подошвой пола.

— Уйдите, вы для них как красная тряпка для быка, —прошипел он сквозь зубы.

— Также как и для вас? Альтруизм паршиво на вас сидит, — хмыкнула Вера, не понимая его мотив.

— Я нахожу вас занимательной. И к тому же вы разозлили Спаркса. Я готов ради этого оказать небольшую услугу. — Он сделал шаг назад, отталкивая Веру. — Если на то уж пошло, то это моя реальность, а вы в ней чужеродный элемент. Им нужны вы.

Он... защищает? Абсурд. Вряд ли это защита меня, я для него уникальный источник информации.

— Связь установлена. Режим угнетения, — Чистильщики почти достигли лестницы. Они не пытались стереть пространство, значит, им нужна только она.

Спустя секунду Веру затошнило, голова закружилась, а пол под ногами стал мягким и засасывающим, вот она стояла на деревянном покрытии, а теперь на матрасе в номере люкс. Воздух завибрировал, заставляя зубы ныть. Чистильщики запустили оглушающую волну. Стены поплыли, точно изображение на сломанном экране. Вера почувствовала, как её сознание насильственно вытягивают из тела, пытаясь стереть. Именно так её извлекли из «Безмолвного свидетеля», но тогда это была хирургическая процедура. А сейчас её безвозвратно высасывали через трубочку, как ошибку в памяти книги. Она покачнулась и не найдя опоры скатилась вниз по лестнице. Рухнув на грудь, она закашлялась пылью, левая рука болела от ушиба. Тело в коконе. Не верит мозг, не чувствует тело. Дыши. Внутренности свело судорогой, а из груди вырвался стон. Комната кружилась всё сильнее, ощущения были знакомыми — так же её однажды стошнило на "чашечках" в парке, когда сокурсник включил гипер-скорость. Только тогда рядом была Злата. А сейчас — никого.

— Держитесь. Ваша смерть от рук непонятных существ не входила в мои сегодняшние планы, — глухой и далёкий голос Каина вырвал её из воспоминаний. Консультант крепко сжал её плечи и помог встать, уводя под лестницу. Вера попыталась объяснить, но вышло что-то нечленораздельное.

— Молчите и не двигайтесь, — голос был низким и не терпящим возражений. — Я подозревал, что вы не умеете выбирать себе друзей, но, чтобы выписывать их из Чистилища…?

— Это всё многолетняя выдержка, — на губах появилось кривое подобие улыбки.

Руки потянулись к верхним пуговицам рубашки, но пальцы не слушались. Каин залихватски расстегнул две пуговицы, и Вера уцелевшей рукой нащупала цепочку кулона-деактиватора. Одно нажатие и она сможет… «Вернуться» — едва удерживая ускользающее сознание, вслух подумала она.

— Я отвлеку их, а вы обязаны рассказать всю правду, — безапелляционно приказал Каин. — Библиотека. Вечер. Не опаздывайте или я натравлю на вас весь Лондон и тогда ваша тайная миссия усложнится, а эти гости покажутся цветочками, — его шёпот обжёг кожу.

В следующее мгновение он вышел из укрытия и швырнул что-то тяжёлое в зал подальше от лестницы. Грохот отвлёк Чистильщиков. Этого времени хватило, чтобы Вера нажала на углубление в кулоне, активируя аварийный выброс. Лестница, скрывавшая её, поплыла и рассыпалась, а мозг погружался в холодную пустоту, минуя Сонный Коридор. Хотелось спать и согреться.

Реальность встретила её ритмичными напевами джаз-исполнительницы. Она лежала в капсуле, слушая, как бешено стучит её сердце. Она пошевелила руками и ногами, тело ныло. Её сознание успело послать сигнал мозгу о падении, и тот поверил. На лбу выступил пот, телу было жарко, но внутри она дрожала от стресса. Мысленно она ещё была под лестницей в викторианском Лондоне, а зубы скрежетали от пыли. Проведя языком вдоль верхнего ряда, Вера ощутила гладкую эмаль. Успокойся. Ты в реальности. А в ушах стояло призрачное эхо: «библиотека... вечер». Надо отдать ему должное, он быстро сообразил, что светиться ей ни к чему. Что ж, похоже в этом альянсе намечается борьба за власть.

Дверь капсулы поднялась и Вера вывались из неё, едва удержавшись на ногах. Её взгляд упал на мужские ботинки в паре метров от неё. Данте неподвижно стоял и лишь глаза изучали её с ног до головы. Мятая рубашка, отсутствие пиджака, лицо напряженное — он пришел ради нее. Или ради информации?

— Они напали на меня, — выдохнула Вера, не в силах ждать.

— Я знаю, — тихо ответил Данте. Его голос был ровным, профессиональным. Именно так он говорил с ней, когда она вышла из комы, и нужно было докладывать, а не плакать. — Система зафиксировала несанкционированную активацию протокола «Цербер» в твоем сеансе. Вопрос в другом, Вера. Что ты такого сделала в книге, чтобы система сочла тебя угрозой, которую нужно стереть?

Глава 15

Протокол Цербер

В кабинете все еще ненавязчиво звучал джаз, но теперь музыка стала тише, спокойнее. Словно само пространство затаило дыхание, ожидая, чем закончится этот разговор. Вопрос Данте повис в воздухе.

Вера попыталась вдохнуть полной грудью, но воздух упёрся в комок в горле. Он спрашивал, будто она была виновата.

— Я ничего не нарушала, — начала она, и голос прозвучал хрипло. — Мы с Каином… консультантом… были в типографии. Я сканировала обрывки записей. На бумаге было «В-17». Хронометр подал сигнал, и я не прочитала полностью предупреждение, смахнула… спустя время появились исполнители.

Данте не перебивал. Он слушал, не сводя с неё глаз, его взгляд был тяжёлым и аналитическим. Следящим за малейшей деталью.

— «В-17», — повторил он без интонации. — Это не из оперсводки по книге. Ни в одном отчёте Брэда и других агентов такого кода нет.

— Но он был. То, что его не обнаружили другие, еще не говорит о том, что его не существовало.

Данте кивнул, принимая гипотезу за возможную правду.

— «Цербер» не просто стёр бы тебя. Кто был исполнителем?

— Чистильщики…

— Значит, не просто пугали… Выброс был экстренным, протокол не завершён… Либо его вручную прервали. — Он поднял на Веру взгляд. — Ты говорила «мы». Консультант. Что он делал?

Вера почувствовала, как по спине пробежал холодок. Рассказывать про видения Каина? Про двоящееся отражение трупа?

— Он… отвлёк их. Пока я выбиралась.

— Персонаж… — прожевал Данте. — Отвлёк алгоритмы высшего приоритета ликвидации. «Цербер» пришёл только за тобой?

Вера молча кивнула. Мысль о том, что Чистильщики могли прийти за Каином, она отбросила ещё в типографии. Нет, это было бы слишком очевидным сбоем. Система чётко била по ней. Только по ней. Он не был под их влиянием — он был частью фона, который они игнорировали.

— Ладно, — Данте вздохнул, и впервые за весь разговор его плечи слегка опустились. Маска начальника дала микроскопическую трещину. — Ситуация ясна. Ты столкнулась с целевой атакой под прикрытием системного протокола. Кто-то внутри знает книгу и систему лучше нас. И использует «Цербер» как способ убрать агента, который узнал что-то лишнее.

— Я думала в Бюро нет доступа к этой программе, — вырвалось у Веры.

— Ты права, этот доступ высшего уровня, мой седьмой может отслеживать лишь активацию, но не управлять. — Данте прошёлся по небольшому помещению.

— Что делать? — спросила Вера. В её голосе прозвучала усталая готовность к приказу. К ясности.

— Первое. Вшить в твой аватар маскировочный код, цифровой след протокола «Цербер». Система будет читать тебя не как цель, а как исполнителя. Грубо говоря, превратит тебя для датчиков из красной мишени в синий квадратик союзника. Это против правил и займет Ларри на всю ночь, поэтому пока не суйся в книгу. Возьми паузу, — Данте посмотрел на неё прямо.

Вера кивнула, прикрыв глаза. Вживить чужой код в аватар... это как подменить ДНК в паспорте на границе. Одна ошибка Ларри — и её сознание система будет отторгать при каждом входе. Или вообще сотрёт как вирус. Но альтернативы не было.

— Второе. Книга. Расследование маньяка теперь — второстепенно. Оно фон. Твой приоритет — найти источник аномалий. Не того, кто убивает врачей в сюжете, у него нет таких возможностей. Ищи того, кто ломает код книги. Я уверен, что несоответствия в структуре, а сюжет для отвода глаз. Обращай внимание на разрывы, пустоты, лишние данные. Вспомни, как искал Брэд и повтори его манеру.

— А что с Советом?

— Я встречусь с ними лично и постараюсь выяснить, вряд ли это что-то даст, но я обязан действовать по протоколу и не вызывать подозрений. Там кто-то решил палить по моему агенту и это не должно сойти ему с рук, кем бы он ни был.

Обнадеживающе, подумала Вера. Рискованно и страшно, но это был план. Четкий, отчаянный и единственный.

— Понятно, — сказала Вера.

— Тогда иди отдохни перед новым погружением. Помни, Ларри нужно пять-шесть часов, не суйся в книгу до этого времени. А я… — Данте потёр переносицу. — Я буду убеждать нужных людей, что наша книга ещё стоит спасения. И что гибель ещё одного агента в ней — последнее, чего они хотят.

Он повернулся к выходу, но задержался на секунду, не глядя на неё.

— И, Вера?

— Да?

— Будь осторожнее с призраками. Даже если они носят форму друзей. Некоторые тени цепляются к живым сильнее, чем мы думаем.

Дверь за ним закрылась. Данте только что дал ей шанс и озвучил цену. Теперь нужно было не оступиться. Оставшись одна, Вера принялась собирать сумку. Сегодня она точно вернется домой. К черту офис. К черту Бюро и Совет. Она взяла свой хронометр и надела на запястье. Холодный металл браслета щёлкнул, заняв родное место по соседству с хронометром Брэда. На секунду экран вспыхнул жёлтым — цвет его старой квартиры — и погас.

— Злата, звонок подруге. — У Веры была привычка давать ИИ имена погибших друзей.

Она достала из шкафа черные джинсы и посмотрела на последний подарок Брэда — зеленый свитер в мандаринах. Конец ноября, самое время надеть что-то новогоднее и побыть беззаботной, обычной девушкой. Удобные ботинки на толстой подошве, сумка через плечо и косуха в руках. Вера снова дала задачу Злате, на этот раз вызвать такси. Нет, в зеркало смотреться не станет, это чучело и так смотрит на нее каждое утро, пока она чистит зубы. Заперев дверь кабинета на оба ключа, она направилась к лифту. На первом этаже было многолюдно, и Вера скользнула взглядом по постеру у выхода. Реклама свечи «Ностальгия», которая призывала испытать первый поцелуй с любимым героем книги. Вера фыркнула и заскочила в вертушку. Кретинизм. Настоящие эмоции не продаются в банке.

Спустя десять минут, она сидела в кофейне «Примула», смесь книжного, библиотеки и закусочной. Кофе здесь был горьким, посетители громкими, а свет слишком ярким. Она словно наказывала себя визитом сюда. Но это был единственный способ стать частью города. Вернуть себе на шестьдесят минут жизнь до комы. В динамиках играла какая-то современная песня, но Вере, слушавшей старые пластинки, она была незнакомой. Ее мысли прервала «подруга на час», симпатичная девушка, подходившая под внешность Златы.

— Вера, ты уже здесь? Опять пришла на час раньше! — Весело поприветствовала ее незнакомка и тут же присела напротив, заказав себе латте со сливками. Как Злата. — Отлично выглядишь! Классный свитер, это новый? — Задавая вопрос, она уже открыто кокетничала с каким-то парнем у витрины с десертами.

— Подарок, — коротко ответила Вера неЗлате.

— Тогда передари, — хихикнула она, невинная фраза в рамках шаблона «Бесцеремонная подруга». — Знаешь, этот оранжевый… какой-то уродский. У тебя была коллега, такая грудастая, вот ей тоже не шли свитера… — она трещала почти так же, как Злата, сарказм точно попадал в запрос Веры.

Но фраза уже впилась под кожу, достигнув цели. Она высмеяла подарок Брэда. Иди к черту, — мысль Веры была направлена не на девушку, а на систему. И в конечном итоге едкая стрела прилетела в неё саму — в зачинщицу этого балагана.

— Я сегодня была на выставке Борзописцев! — Актриса, не замечая ледяной стужи во взгляде Веры, погрузилась в следующий пункт «Энтузиазм». — Ты не поверишь, я там встретила того популярного блогера и… — Вера перестала слушать. То самое мероприятие, после которого Злата попала в аварию. Четыре года она платила за то, чтобы разные незнакомки разыгрывали карикатуру на её мёртвую подругу. Фактически, она платила за то, чтобы ей каждый раз напоминали, что Злата мертва.

Платила за иллюзию дружбы так же, как читатели платят за иллюзию жизни в книгах. В обоих случаях покупается не реальность, а её отражение: бледное, предсказуемое, управляемое скриптом. В книгах через страницы, в жизни через актёров. И там, и там — отсутствие подлинных эмоций. Настоящие чувства и настоящие связи не создаются по шаблону. Её передернуло от отвращения к самой себе. Настал день покончить с этим. Вера одним глотком допила остывший кофе и активировала хронометр. В приложении агентства «Подруга на вечер» она деактивировала автоматическое продление абонемента. Подтвердив завершение текущей сессии, она оплатила встречу. Затем перешла в настройки приложения и удалила свой профиль. Впервые за все время.

Вставая из-за стола, она увидела, как улыбка на лице актрисы дрогнула, сменившись на секунду пустым профессиональным разочарованием. Потеря клиента. Вера улыбнулась ей в ответ:

— Спасибо. На сегодня — всё.

На улице холодный воздух обжёг лёгкие. На пешеходном свернуть направо, мимо двух переулков, затем слева под аркой прямо до парадного лифта. Пахло бензином, реальностью и хрупкой, новой свободой. Поворачивая ключ, она почувствовала, как хронометр Брэда на запястье издал тихий, успокаивающий щелчок — будто одобрение.

Вера не могла больше врать самой себе.

Златы нет. Брэда нет. Есть только память.

Самое живое, что от них осталось.

И работа, которую необходимо закончить.

Глава 16

Ответы

Библиотека Каина

Сонный коридор изрыгнул агента в пустую библиотеку. Погружения кусались, она слишком часто использовала деактиватор, вместо концентрации на пламени. С трудом дождавшись утра следующего дня, она вернулась во вчерашний вечер Каина. Он даже не заметил бы этого. Поправив джинсовую рубашку, Вера замерла. Дверь открылась резко и в комнату стремительно вошёл Каин. По его сверкающим глазам, было ясно, что он готов устроить допрос.

Даже камин потрескивал как-то приглушённо, будто кто-то присыпал угли пеплом. Воздух в библиотеке был неподвижным и густым, пахло не только воском и старым переплётом, но и лёгким, едва уловимым запахом озона — послевкусием системного вмешательства. Мир будто затаился, замер в неестественной стерильности после недавнего насилия.

— Признаюсь, я делал ставку на то, что вы уже не вернётесь, — сухо заметил он. Затем прищурившись, продолжил: — Вы выглядите... менее чужеродно для фона. Странно.

Менее чужеродно? А Ларри хорошо поработал. Значит, и Чистильщики не почувствуют подвоха. Хорошо бы это было так.

— Уговор есть уговор, — Вера прошлась вдоль окон, выглядывая на улицу. Казалось, всё в пределах нормы.

— Будь вы мужчиной, с вами быстро прекратили бы иметь дело другие уважающие себя джентльмены, ибо столь размытые временные рамки сочли бы откровенным пренебрежением своими обещаниями, — поучительно заметил консультант. — Иными словами, почему вы не явились вчера, агент?

— Погодите. Вчера? — Вера напряглась, почему он это заметил? И один ли он?

— Да, вчера, — чуть медленнее повторил он, глаза внимательно следили за её лицом. — Чистильщики успели стереть вам память? Помните, кто вы? — в голове сквозила насмешка.

— Почему вы решили, что они стирают память? Встречали их раньше?

— Значит, они работают иначе?

Он выуживает информацию.

— Я отвечу на ваши прямые вопросы.

— Почему вы вчера не пришли?

— В целях безопасности. — Вера засунула руки в карманы просторных брюк. — Вы один заметили, что это не тот вечер? Или Альберт тоже?

— Только я, — он подошел к тому же окну, где недавно стояла Вера. — Похоже на день сурка, — тише добавил он.

— Вы видите не только сюжетные отклонения, но и временной разрыв. Это странно, но в рамках сломанной книги… может и допустимо. С кем-то встречались за это время? Спаркс?

Каин посмотрел на неё через плечо:

— Конечно, я почтил всех знакомых своим визитом и рассказал, что мы живём в мире книги и именно вчера был день Петли, — он прошёл к столу и наклонился над ящиком, собирая какие-то бумаги. — В вашем будущем время течёт иначе?

— Из своей реальности я могу прийти в любой отрезок книжного времени, — честно ответила агент.

— Удобно, однако, — его глаза, холодные и оценивающие, сузились. Он не просто констатировал факт. Он ставил мысленный эксперимент. — Значит, ваша «реальность» позволяет вам произвольно выбирать точку входа в мое настоящее. Удобная форма путешествий. Почти как вранье: всегда можно подкорректировать детали, если первая версия не сработала.

Он хотел о чём-то спросить и какую-то долю секунды словно решался.

— Я бы хотел побывать в будущем вместе с вами.

Вера подошла к столу, надеясь, что он собирает свои заметки для неё. Ещё вчера он не верил, что она говорит правду, а теперь просит устроить путешествие в реальный мир.

— Невозможно. Во-первых, это не будущее, а реальный мир. Во-вторых, вы не сможете выйти за границы.

— Опасаетесь, что я узнаю настоящую правду?

Ах, вот оно что! Очередная проверка под другим углом. Вера присела на край стола:

— Я не могу переносить то, что не имеет физического тела в моём мире.

Тишина. Каин молчал, обдумывал её слова. Смотрел на свои руки. Потом спрятал их в карманы брюк — жест, который Вера использовала сама. Он прятал не руки, он прятал желание.

— Значит, в будущем у вас иная форма? А кто может, ваше руководство?

Вера потёрла переносицу, которую жгло будто ледяным ветром надуло. Безусловно, это свойство психики, находить самые фантастические причины, игнорируя правду под носом. Она и сама попалась на этот крючок в предыдущем сюжете. Но, это допустимо для человека, которым Каин не являлся. Вероятно, техники наделили его этим скепсисом и фантазией, чтобы в рамках сюжета, он выглядел настоящим консультантом, который верит и в науку, и в потустороннее.

— Поверьте, других вариантов у нас нет, — проведя рукой в воздухе, Вера указала на своё тело.

— Агент, ваше умение отвечать размыто невероятно раздражает. Вы явились ко мне без предупреждения, заявив, что я набор букв, затем показали что-то сродни магии и просите помочь поймать маньяка, но даже не удосужились рассказать, как это всё устроено. Я выслушал за свою долгую жизнь много небылиц, но там собеседник по крайней мере пытался донести свою мысль. Вы же, агент Вера, делаете всё до наоборот.

— Чего вы от меня хотите? — агент тянула время, решая стоит ли отвечать на его вопросы.

— Я желаю знать, как работает мой мир, который вы смеете упрекать в книжности.

— Хорошо. Дайте подумать, — Вера нажала на хронометр, в поисковом окошке ввела запрос «Технологии в Англии 1901». Список был внушительным, она пролистала и выбрала то, что показалось максимально простым в объяснении.

Вера села в кресло у камина и заговорила:

— Представьте книгу не как набор страниц, а как живую картину. В ней есть не только слова, но и скрытый код, своего рода законы этого мира: почему деревья растут вверх, почему герои поступают так, а не иначе. Этот код подобен правилам шахматной игры — он задаёт возможности фигур.

— Продолжайте, — Каин расположился в кресле напротив.

— А теперь вообразите, что герои этой книги не марионетки, а разумные собеседники. У каждого своя память, характер, цели. Они могут отвечать на ваши вопросы, спорить, даже обижаться.

— Но как это возможно? Книга лишь бумага и чернила!

— В моём времени учёные научились оживлять код книги. Когда вы зажигаете свечу с особым ароматом, её дым несёт мельчайшие частицы — незримых проводников. Они соединяют ваш разум с миром книги: вы задаёте вопрос герою, он слышит и отвечает. Вы идёте по лесу в книге, чувствуете прохладу и запах хвои. Вы спорите с рыцарем — он может согласиться или вызвать вас на дуэль. Всё это происходит не здесь, а в ином пространстве, где код книги становится реальностью. Пока горит свеча, ваш разум живёт там.

— Получается, я как бы переношусь в книгу?