Истинная слабость ректора

Теперь это походило на раздевание, а не на осмотр. Я густо покраснела и шлепнула ректора по руке. Почему-то по той, что мягко сжимала мою шею. Темный провел большим пальцем по нежной коже, задевая мочку уха.

А я поблагодарила светлейшую богиню Зеру за то, что он остановился. А то ведь платье застегивалось спереди, пуговиц осталось еще много, а юбку я сама оторвала. Какая-то легкодоступная форма получалась.

— Вы что творите? — шепотом возмутилась я.

Ну не орать же на дракона? Я всего лишь светлая. А он мало того, что темный, так еще и ректор, очень сильный и могущественный.

Нет, пару ему надо! А то вся Академия страдает. Я — так точно.

— Где метка рабы? — спокойно спросил ректор. — Где тебя укусил вампир?

— Не кусал, — призналась я. — Мы просто так договорились. Я его раба, а он — мой лабораторный раб.

Ректор убрал руку с моей шеи. Почему-то я все еще не могла пошевелиться, будто его темный взгляд был сильнее любой хватки. Что-то подсказывало, что ректор ждет объяснений.

— У меня мало магии, — добавила я. — Ян может творить заклинания, а я буду все записывать и учить теорию. Все честно. Мне очень нужен напарник для парных проектов.

Пальцы господина Дойла коснулись моих ключиц. Он провел по чистой коже, после чего начал застегивать пуговицы. Первая, вторая, третья.

Я затаила дыхание. Слишком близко к шее.

— Мне это не нравится, — сообщил ректор. — Но это умно. Я сообщу Разараксу, чтобы он не мешал вашей сделке.

— Зачем вы это делаете? — тихо спросила я.

— Темные уважают сделки. Мы никогда их не нарушаем. Какими бы не были условия.

Наши взгляды встретились. Его, темный и серьезный, изучал меня. Ректор думал, что еще он может сообщить.

— Хорошо, — кивнула я. — Значит, Ян свое слово сдержит. А Камилла…

— О, светлая… — вздохнул ректор. — Умеешь ты находить неприятности.

Эта беседа с каждой минутой становилась все страннее и страннее. А есть вообще такое слово? Я задумалась и вообще перестала обращать внимание на дракона.

Правильный ректор непременно объявил бы мне выговор. Запретил бы подходить к Камилле и Яну, наверное. А еще долго и нудно читал нотации о недопустимости моего поведения.

А этот говорил, как с другом, не ругался почти. Злился, конечно, но последствий моего поступка я не почувствовала.

— Знаешь, как работает магия крови? — спросил господин Дойл.

— С помощью ритуалов эти маги могут влиять на людей, — сказала я. — И даже подчинять их своей воле!

— Не совсем. Нужен не просто ритуал, а капелька твоей крови. Поэтому такие маги часто носят при себе мечи или кинжалы. Сначала им надо ранить соперника, хотя бы поцарапать. А потом они получают над ним силу и быстро заканчивают бой.

Я кивала, будто разбиралась в темной магии. Хотя ректор и так довольно понятно все объяснял.

Он убедился, что все это улеглось в моей голове. Ректор одобрительно кивнул и продолжил:

— Полную власть над тобой они получают только после того, как их кровь попадет в твою.

— То есть их надо просто смешать? — удивилась я.

— Нет, — усмехнулся ректор. — Камилла будет вынуждена залить ее тебе в рану. Или, что гораздо вероятнее, подмешать в еду или питье.

— Погодите, так ведь она просила Яна укусить ее…

— Хотела сделать своим рабом, — подтвердил мою догадку ректор. — Но Камилла еще новичок. Она не знает, что у вампиров природное сопротивление подобной магии. Она думала, что перехитрит его. И вместо того, чтобы сделаться его рабой, станет госпожой. Она ошиблась, Лирия.

— И что теперь делать?..

Дракон обошел меня, слегка задев плечом он сел в кресло, откинулся на спинку и закинул ногу на другую. Теперь ректор смотрел на меня снизу вверх, но это не убавляло его власть. А еще мои панталоны оказались прямо перед его глазами.

— Не знаю, — улыбнулся он. — Позволить Камилле совершить ошибку?

Глава 18

Ян Валек был хорошим магом. Он долго выделывался титулами своей семьи, и, как оказалось, не зря. Ректор подтвердил, что моя сделка была очень удачной. Для меня, конечно. Не для Яна.

Когда мы в следующий раз встретились, Ян был не один. Рядом с ним расположился мрачный Рамон. Заметив меня, оборотень вздернул бровь. А когда я села рядом с ними, вверх поползла и вторая.

— Столик на четверых, — сказала я. — Так что вы не против, что я присяду.

— Ага, — иронично ответил блондин. — Вот бы нас еще кто-то спрашивал.

— Где твоя соседка? — спросил Рамон.

Я с интересом посмотрела на него. У многих девушек в Кариде были экстремально короткие волосы. А парни наоборот отращивали себе длинные локоны. Интересно, почему?

Пока я гадала, связан ли длинный хвост Рамона с обычаями коренных народов Карида, его терпение иссякло. Он шарахнул кулаком по столу так, что подлетели тарелки.

Ответ на его вопрос шарахнул ему по подбородку так, что за столом осталось двое: я и Ян.

Потом Фиа все же присела рядом со мной. На ее подносе лежал ворох колбасок, котлеток, стейков, мясного фарша. Сбоку скромно стояло блюдо с рисом.

— Чтобы мышцы росли, — пояснила Фиа и плюхнула в мою порцию щедрую порцию мяса.

Я не стала возражать. Подумаешь, овсянка с бананом, карамелью и рубленой говядиной… Очень вкусно, если вспомнить, что рядом сидит полуорк и пристально следит, чтобы ты все доела.

Ян смерил меня сочувствующим взглядом. Он залез рукой под стол и вытащил осоловевшего Рамона.

— Как дела? — спросил он.

— Пигалица справилась с Камиллой, — с набитым ртом ответила Фиа и ударила кулаком в грудь. — Уважаю.

— Ага, — подтвердил Ян, бросив на меня ехидный взгляд. — Я, конечно, знал, что юбка — самое страшное оружие женщины, но не представлял, чтобы кто-то использовал ее именно так.

— Дарог примет пигалицу в свою стаю, — закивала Фиа. — Находчивый воин — хороший воин.

— Знаешь, “светлая” мне нравилась больше, — поморщилась я. — Кстати, Ян, а укуси Камиллу.

Вампир посмотрел на меня с ужасом во взгляде. Раньше он испытывал к красотке с магией крови хоть какую-то симпатию. Увидев ее рябое лицо и паклю вместо волос, Ян резко расхотел не то что кусать, но вообще разговаривать с алой ведьмой.

— Зачем ему кусать ее? — флегматично спросила Фиа. — Все знают, что маги крови невкусные.

— Зато красивые.

— Внешность не главное, — сообщила полуорк, посмотрев на Рамона в упор. — Главное сила. А Камиллу знают все в Академии. И тебя, пигалица. Горжусь!

— Меня родители столько не хвалили, — пробормотала я. — Фиа, а можно ты будешь моей сестрой? Я ради тебя еще одну девицу побежу. Победю… Одолею, в общем.

Полуорк одобрительно кивнула и взъерошила мне волосы. Я перевела дыхание. Учитывая количество колец на ее пальцах, я лишь чудом сохранила шевелюру. Не знаю, как Фиа смогла со всеми этими перстнями не зацепить ни единого волоса.

— А ты все равно укуси Камиллу, Ян, — попросила я. — Увидишь, что будет.

— Ни за что, — отказался вампир. — Я чувствую, что хочу стать этичным представителем своего рода и отказаться от крови насовсем. Видишь, перешел на человеческую еду.

В качестве доказательства он протянул ко мне миску с едой. Это была каша с молоком и медом. Фиа без раздумий засыпала туда мяса с грибами, тушеными в сливках.

— Тебе тоже надо мышцы растить, — пояснила она. — Ешь побольше и станешь сильным.

Ян Валек был из известного в Кариде клана повелителей Ночи. Он был господином тьмы, владельцем Мрака. Но титул усмирителя женщин Ян пока не получил, поэтому благоразумно заткнулся и принялся жевать сладкую кашу с мясом, страдальчески поглядывая на меня.

Удовольствие от завтрака получила только Фиа, попробовавшая все виды гуляша в один день, и Рамон, который от кулаков этой самый Фии вообще мало обращал внимание на происходящее.

Мы с Яном отправились на пару. Я-то была готова, а вот вампира ждал сюрприз. Едва открыв дверь аудитории, он закрыл ее обратно.

— Лирия, — хрипло произнес он. — Кажется, там умертвие!

— Вот еще! Не оскорбляй нашего профессора, сравнивая его с низшей нежитью. У нас преподает настоящий лич.

Глава 19

Я открыла дверь и коротко взвизгнула. Разаракс стоял прямо на пороге и сверкал на нас своими потусторонними огоньками вместо глаз. Ректор же сказал ему носить личину!

— Ой, какие все нынче слабонервные, — издевательски протянул лич, разглядывая моего напарника. — Адептка Келлен, идите сюда. Будете мне сегодня ассистировать.

— А можно я просто в уголочке постою? — скромно предложила я.

В памяти еще были свежи воспоминания о попытке Разаракса меня убить, просто чтобы проверить реакцию ректора. Вдруг он сегодня собирается поставить новый рекорд?

— Нельзя, — ответил мне ухмыляющийся череп.

Ян отважно загородил мной себя. За спину мне спрятался, подлец! Я успела наградить его осуждающим взглядом, прежде чем профессор затянул меня в аудиторию. А вот Яну он оставил выбор: прогулять или посмотреть на экзекуцию.

Надо отдать вампиру должное. Он решил остаться и удостовериться в моей смерти, чтобы потом вернуть Фие прах и забрать часть моих пожитков за подобную услугу.

Лич без малейших усилий притащил меня к алтарю, который являлся кафедрой в этом кабинете. Он вручил мне в руки большой кристальный шар.

— Сегодня, мои дорогие адепты, — сказал он, наслаждаясь звуком собственного голоса, — мы изучим ваши души!

Кто-то заорал “Не трогайте меня!” и сиганул в окно. Светлые наверняка пожалели бы несчастного, но жизнь в Кариде меня очерствила. Я считала, что адепт сам дурак, раз не догадался использовать заявление на отчисление, чтобы сбежать. Это менее травмоопасно и более эффективно.

От размышлений меня отвлек монотонный голос Разаракс. Скелет наконец воспользовался иллюзией, чтобы предать себе нормальный вид.

Ну как нормальный… Ректора не было, а адепты постеснялись возразить. Поэтому Разаракс ходил по аудитории с короткими ядовито-зелеными волосами и полностью черными глазами, еще и татуировки на лице наколдовал.

От его вида у всех начинался нервный тик. Я и сама не знала, что профессор выкинет в следующее мгновение, но хрустальный шар на всякий случай держала подальше от себя.

— Лирия, — неожиданно произнес лич. — Как думаешь, какие души ненавидят темных?

— Светлые, — быстро ответила я.

Пришлось поторопиться, пока профессор не узнал, что думать — не моя сильная сторона. Я больше про “делать” и “творить”. И еще немножко “влипать”, конечно же.

— Неправильно, — улыбнулся Разаракс. — Светлые видят только светлых. Темная энергия воспринимает только темных. Получается, души после утери материальной оболочки способны контактировать лишь с себе подобными.

— О!

Я едва удержалась, чтобы не озвучить свою гениальную мысль. Лич очень мило мне кивнул. Подбадривал, видимо.

Получается, Академия сильно выиграла, пустив меня в свои стены. Ведь ни один темный не допросит светлого духа, правильно? А я могу! Точнее, пока не могу, но сейчас научусь.

От моего энтузиазма Ян, сидящей на последнем ряду, побледнел и едва заметно покачал головой, будто предупреждая. Как будто от меня здесь что-то зависело! Разаракс сказал, что сегодня я стану его подопытной мышью. Не спрятаться, не сбежать…

В окно я не прыгну. Я светлая, а не крылатый вестник богини Зеры. Хотя в красоте ему явно не уступаю. Говорят, такого ночью увидишь, поседеешь. Я производила похожее впечатление на некоторых темных.

Интересно, у господина Дойла появились седые волосы, когда он увидел меня в одних панталонах? Если да, то в каком месте? Надо выдернуть просто. А то ректор придет на свидание, а девушка увидит седину и сбежит. Вдруг его истинная любит помладше?

— Все правильно, госпожа Лирия, — дружелюбно произнес Разаракс. — Поэтому истинная у темного какая?

— Чего? — резко вернулась к реальности я. — Какая истинная?

Лич меня сильно разочаровал. Я думала, что попаду в детективный роман, а не в сопливый и розовый с драконом в главной роли. Я предвкушала допросы светлых душ, призыв блондинистых умертвий…

А он мне — про истинных…

Разаракс приподнял зеленую бровь. Кажется, мой надутый вид его не впечатлил.

— Родство душ. Светлый не может быть с темным. И наоборот. Понимаете?

— Конечно, — кивнула я. — Это же очевидно. Дело даже не в душах, а в этике. Какая светлая захочет быть с темным?

Половина аудитории тут же оскорбилась. До второй пока что не дошло. Ян спрятал лицо в ладонях, не в силах терпеть мой позор.

Слабак! Я почти двадцать лет с этим справлялась.

— Мы сейчас посмотрим связь вашей души, Лирия, — предложил Разаракс. — Будет интересно.

— Это как? — нахмурилась я. — Я же не дракон, какие истинные?

— У всех есть человек, предназначенный им судьбой, — сказал лич. — Просто у драконов эта связь видна и всегда связана с любовью. У других Предназначение может стать объектом мести или ненависти…

Он подошел ко мне и коснулся длинными пальцами поверхности шара. Внутри заклубился серый туман. Никто из адептов не понимал, что происходит.

— Стойте, — возмутилась я. — А зачем мы это вообще изучаем?!

Шар лопнул. Из него на пол полилась темная жидкость.

Глава 20

— Лирия!

Ян подскочил на месте, готовый прийти на помощь. Видимо, понял, что моей смерти Фиа ему не простит, а месть от полуорка обещала быть долгой и мучительной. Вампира остановил жест Разаракса.

— Любопытно, — задумчиво произнес лич. — Что вы видите, адептка?

— Я вижу будущее, — замогильным голосом ответила я. — Меня ждет долгая уборка в аудитории. И проблемы с госпожой Айдын, которой придется менять мне уже второй комплект формы…

Разаракс улыбнулся. Его лицо почти не изменилось, только губы приняли другое положение. От физиономии лича мне стало не по себе. Лучше уж, когда он череп. Там сразу понятно, с кем и с чем ты имеешь дело.

А эти личины — кривая обманка, которая только мешает. И почему ректор решил, что с иллюзией лучше и менее страшно?

— У вас нет будущего, адептка, — дружелюбно пояснил Разаракс. — Иначе шар что-то да показал бы. Или вы прокляты, поэтому он не нашел ни единой связи.

Я мрачно кивнула. Проклята? Да, похоже на то. Иначе меня в Кариде не было, и ректора я бы в тюрьме не встретила, а еще…

— Скажите, а способ с шаром на всех работает?

Разаракс моргнул. Видимо, ждал девичьей истерики на тему того, что я не хочу умирать в одиночестве.

— На всех, — подтвердил лич.

— И на драконов?

— Да, именно так находят истинных, — осторожно добавил Разаракс. — Если вы о нашем любимом ректоре, то его шар уже много лет ничего не показывает…

Я посмотрела в окно. Да, не так уж глуп был тот адепт. Я бы тоже сбежала из Академии, да только некуда. Вторая пара некромантии, а нас заставляют гадать по драконьим шарам!

— Это вы просто еще нужного не нашли, — ответила я.

— Дракона?

— Специалиста! И вообще. Ян, иди-ка сюда.

Вампир поседел. А, нет, ошиблась, у него и до этого была белоснежная шевелюра. Но для драматического эффекта я решила, что все же поседел. Просто замаскировал это блондинистостью.

— Ну ты чего, — поторопила я. — Мы же напарники! Ректор одобрил.

Последнее предназначалось для Разаракса, но тот вообще не переживал. Какая ему разница, как именно адепты сдают предмет? Даже если кто-то помрет, он его с того света достанет и заставит пересдавать.

Я вручила Яну шар, который лежал на алтаре среди десятка таких же. Теперь было самое сложное, повторить заклинание. Я несколько раз произнесла его мысленно, пока не удостоверилась, что могу все сделать без запинки.

Кажется, все удивились, когда я смогла его произнести. Сначала ничего не происходило, а потом внутри заклубился серый дым, быстро принявший форму лица Камиллы. Того, истинного лица.

— Карга! — воскликнул Ян и швырнул шар на пол.

Я невозмутимо сделала запись в блокнотике. Понятно теперь, зачем личу понадобилось столько шаров. Не всем нравилась их судьба.

— Может, это месть, — попробовала ободрить напарника я.

Вампир посмотрел на меня несчастными алыми глазами. Казалось, он вот-вот расплачется.

— Почему из всех красивых девушек мира судьба связала меня со старухой? — обреченно спросил он.

— Судьба жестока, — улыбнулся Разаракс. — И непредсказуема.

— Но задание-то засчитано? — потребовала я.

— Разумеется, адептка. Разумеется.

Лич не заметил, как я забрала один из шаров и сунула его к себе в карман. Мой план по поиску истинной для ректора приобрел новые черты. Благодаря Разараксу я знала, что делать.

Главное не найти еще одну девушку без Судьбы. Будет обидно.

Глава 21

— Фиа, а можешь подержать?

Соседка посмотрела на шар, потом на меня. Темные брови сошлись у переносицы.

— Судьбу мою хочешь проверить? — возмутилась она.

— А тебе разве не любопытно?

— Нет, — отрезала она.

— Но мне же надо потренироваться перед завтрашней парой с Разараксом, — попробовала переубедить ее я. — Закрепить заклинание. Можешь не смотреть на шар, правда-правда…

— А мне на боевой подготовке сегодня показали один прием, — ухмыльнулась Фиа. — Любопытный такой болевой захват… Мне тоже на тебе потренироваться?

Я убрала шар подальше. Я хотела спасти ректора, но не ценой своих конечностей. Хотя, конечно, отказ Фии привел меня в уныние. Я поняла, что другие первокурсницы тоже могут отказаться. Проверить таким способом всю Академию не получится, а о Кариде я вообще молчу.

Кто доверится ненормальной светлой?

Хотя я предпочитала называть себя “особенной”. Это делало мою шебутную натуру не проблемой, а талантом.

— Ты ищешь истинную? — догадалась Фиа. — Ректору?

— Кому ж еще. Он на меня так посмотрел вчера… Думала, сожрет. Хуже голодного вампира, — призналась я. — Ему нужно или покой, или упокой.

Фиа кивнула, признавая мою логику. Она задумчиво поскребла подбородок, после чего выдала самую умную мысль, которую я только слышала, ну и самую глупую одновременно.

— А ты пойди сразу к ректору. Проще узнать от него, чем перебирать всех девиц в Кариде.

— М-да, — вздохнула я. — Интересно, что он попросит взамен? Я отработаю на нем некромантию, а он на мне — заклинание испепеления на месте.

— Вообще-то есть другой способ, — равнодушно бросила Фиа.

Она быстро теряла интерес к разговорам о чем-то помимо боевой магии и оружия. Поэтому сейчас полуорк уже поглядывала в сторону своего топора и прикидывала, а не поменять ли ей оплетку на рукояти.

— Какой? — спросила я.

— По магии крови. Все драконы так делают. Им же истинных с рождения ищут. Проблема в том, что девица успеет трижды переродится, пока дракон до нее доберется.

— Почему?

— Мочканут еще, — пожала плечами Фиа. — Или просто жизнь короткая. Но когда они с драконами женятся, тогда-то у них и здоровье отменное, и жизнь удлиняется…

Фиа принялась искать у себя в шкафу нужный инструмент. Я поняла, что больше ничего вызнать не удастся.

Магия крови — это плохо. Я не хотела обращаться к ведьмам. С другой стороны, у меня как раз была одна такая знакомая, которой можно продать Яна с потрохами и получить истинную для ректора.

Я размышляла об этом недолго. Вспомнила, как вампир спрятался за моей спиной и решила, что он мне должен.

На сей раз я напялила штаны, которые нам выдавали для практики, и на всякий случай повязала себе кожаный некромантский фартук. А то мало ли?

Мой путь пролегал через все мужские комнаты. Я чувствовала на себе взгляды темных. Они могли понять, почему Фиа обитала на мужской половине. Она руками гвозди гнула и могла попасть камнем в пролетающую мимо птицу.

Жесткая она была, в общем. И сильная.

Ну а я-то куда со своими рюшами?

Это заставило меня немного понервничать. Сегодня внимание темных было каким-то особенно пристальным. Я вышла в общую комнату и перевела дух. Но здесь меня ждало еще большее внимание.

Разговоры умолкли, как только я вошла. Это не предвещало ничего хорошего.

— Так, и что на этот раз? — спросила я.

Девочка без судьбы? Обидчица Камиллы? Любимица ректора?

Что заставило темных на меня таращиться?

— Светлая? — спросила одна из девушек, стоящая у двери.

Она быстро переглянулась с подружками. Кажется, темные собирались мне о чем-то сообщить, но пока не понимали, как.

— Она самая, — кивнула я и постаралась мило улыбнуться.

Темная вздрогнула. У нее на поясе висел меч, у меня — сумочка с хрустальным шаром. Ее руки были покрыты мозолями от долгих тренировок, мои — царапинами от бумаги.

Чего она меня боялась-то?

В воздухе запахло корицей. Кто-то выпустил свою тьму, но я, хоть убей, не могла понять, кому принадлежало колдовство. Подушечки пальцев покалывало от бурлящей внутри силы.

Странно, у меня же маленький резерв. Я никогда не чувствовала приливов, как другие маги. Родители говорили, что это из-за слабого дара.

— Так что там? — поторопила я.

— Твоя сестра приехала, — одними губами ответила темная. — Она поступает в Академию.

Глава 22

Я улыбнулась. Потому что это не могло быть правдой. Темная надо мной подшутить решила?

Но слишком уж у всех был траурный вид. Выходит, сестра действительно в Академии. Или кто-то, кто ей притворяется. Я сильно сомневалась, что родители выпустили Милаэль из Зерена.

— Уверена? — сухо спросила я.

— Да. Вообще-то меня послали как раз за тобой. Чтобы ты помогла родственнице заселиться.

Голос темной становился все тише и тише. Последние слова я и вовсе читала по губам.

Понятно, почему темные так странно на меня смотрели. Им и одной светлой в Академии хватало, куда вторую-то?

Вместо того, чтобы направиться прямиком в административное крыло, я заглянула к госпоже Айдын. Орчиха копалась в бумагах, сверяя цифры с тем, что видела на полках в кладовке. При виде меня она ухмыльнулась и поправила очки.

— Вот же бледная поганка, — проворчала госпожа Айдын. — Не отчислилась до сих пор?

Это прозвучало как упрек. Я молча развела руками.

— Мне твой светлый призрак в моих темных владениях не нужен, — вздохнула орчиха, — так что говори, зачем пожаловала и отчисляйся.

— Не буду. Я хотела у вас меч попросить.

— Меч? Тебе-то зачем?

— Очень надо. У меня сестра пришла поступать в Академию.

Госпожа Айдын положила бумаги на стол и придавила их увесистой гирькой. Чтобы они не только не улетели, но и не убежали при всем желании. Орчиха наморщила широкий зеленый нос, почесала мизинцем в уголке глаза. Потом она наклонилась и с кряхтением вытащила с нижней полки ржавое огромное нечто.

Меч был ростом с меня, а возрастом… тоже с меня. Если не старше. Я выразительно посмотрела на Айдын. Я ее хвалю тут, значит, благодарю каждый день за чистую общагу и новенькую форму в своем шкафу, а она мне какой-то мусор подсовывает?

— Раритет, — веско произнесла госпожа Айдын.

И взглянула на меня поверх очков так, что сразу стало ясно — лучше с ней не спорить.

Я аккуратно отколупала от меча кусок ржавчины. Он вообще не походил на оружие. В лучшем случае — на музейный экспонат.

— Редкая вещь, — добавила госпожа Айдын, выпячивая внушительную грудь. — Береги его.

— Через час верну, — пообещала я.

— Нет-нет! — замахала руками орчиха. — Забирай, поганочка моя! Вернешь, как диплом получишь.

Мне не понравилась эта формулировка. Диплом я могла и не получить. Что тогда? Меч забирать с собой?

Похоже, госпожа Айдын на это и рассчитывала. Она вытолкала меня из кладовки, презентовав еще и тряпочку для этого чуда оружейной мысли, и повесила на дверь табличку “Учет: не беспокоить”.

Пути назад не было.

Я перехватила меч поудобнее и потащила его к выходу. Пришлось идти через общую комнату, демонстрируя всем мою новую игрушку. Темные не задавали вопросов. Они вообще ко всему относились философски.

— Тебе бы его отполировать, — язвительно заметила одна из девушек.

Я обернулась. Улыбнулась. Помахала мечом.

Лезвие отвалилось и пропороло обшивку на диванчике, где сидела эта темная. Она побледнела. Я подошла и аккуратно выдернула из сидения кусок своего меча.

— Думаешь? — дружелюбно спросила я. — А по-моему, мой меч в отличной форме.

Я закинула его на плечо и пошла через весь учебный корпус к сестричке.

Глава 23

Темная не соврала. У ворот Академии стоял светлый экипаж с гербом Зерена, в сквере неподалеку я заметила целую гору чемоданов всех оттенков бежевого и золотого. Мне до последнего не хотелось думать, что они принадлежат моей сестре.

Я прошла до самого кабинета ректора, спрашивая у всех попадающихся на дороге темных, где сейчас находится светлая адептка. Кто-то отвечал с ехидством, кто-то недоумевал, кто-то искренне меня жалел.