Измена. Не по статусу

Она наконец поднимает на меня взгляд. В ее глазах нет обиды – только какая-то отстраненная грусть.

– Конечно, – говорит она спокойно. – Я понимаю.

И это «я понимаю» ранит больше любых упреков.

Юля работает быстро и эффективно. Уже через две недели у меня запланированы три интервью и фотосессия для «Гастрономического журнала». Она постоянно на связи, звонит, пишет, присылает варианты вопросов для интервью и концепции съемок.

– Сергей Андреевич, – говорит она, ворвавшись в мой кабинет в ресторане, – у меня отличные новости! «Первый канал» приглашает вас на передачу «Доброе утро». Это огромная аудитория!

Она выглядит потрясающе – в строгом сером костюме, с безупречной укладкой, в дорогих туфлях. Рядом с ней я чувствую прилив энергии и уверенности.

Глава 17

– Это замечательно, – говорю я, и она улыбается.

– Вы видите? – Юля садится напротив, закидывает ногу на ногу. – Уже сейчас интерес к вашей персоне растет. А ведь мы только начали!

Она открывает планшет, показывает статистику.

– Посмотрите: упоминания в СМИ выросли на тридцать процентов. Причем негативные комментарии почти исчезли. Люди говорят о вашем таланте, а не о... других вещах.

«Других вещах» – это о Лизе. О том позоре, который она, по мнению интернета, мне устроила.

– А вот это особенно интересно, – Юля наклоняется ближе, и я чувствую ее парфюм. – Количество женщин-подписчиц в ваших соцсетях увеличилось на двадцать процентов. Знаете, что это означает?

– Что?

– Вы стали секс-символом! – смеется она. – Таинственный гений кулинарии, которого мало кто видел в неформальной обстановке. Женщины фантазируют!

Мне льстят ее слова. Дома Лиза почти не замечает меня, а здесь красивая умная женщина говорит, что я секс-символ.

– Не преувеличиваете ли вы? – говорю я, но улыбаюсь.

– Нисколько! – Юля смотрит на меня так, словно я действительно самый привлекательный мужчина на свете. – Сергей Андреевич, вы просто не осознаете своего потенциала. Вы талантливы, красивы, успешны. Женщины сходят с ума от таких мужчин.

Это приятно слышать. Очень приятно. Когда последний раз Лиза говорила мне что-то подобное?

– Кстати, – продолжает Юля, – у нас съемки для журнала в Санкт-Петербурге. Один день, но очень важный материал. Поедете?

– Конечно.

– Отлично! Я забронировала нам номера в «Гранд Отель Европа». Вылетаем утренним рейсом, съемки днем, вечером свободны.

«Нам». Она сказала «нам». И почему-то от этого слова мне становится теплее.

Домой я прихожу поздно. Лиза уже спит, и я не бужу ее. Лежу рядом с ней в темноте и думаю о Юле. О ее энергии, о том, как она смотрит на меня, о том, что рядом с ней я чувствую себя успешным и желанным.

А рядом с Лизой... рядом с Лизой я все чаще чувствую себя виноватым. Виноватым в том, что достиг успеха, которого она не понимает. Виноватым в том, что мой мир стал слишком большим для нашей маленькой любви.

Утром Лиза уже ушла на работу. Оставила записку на кухне: «Доброе утро! Буду поздно, ночная смена. Ужин в холодильнике. Целую».

Даже записки у нее какие-то... серые. Обыденные. А вчера Юля писала мне сообщения: «Сергей Андреевич, вы вчера были просто потрясающи на презентации! Такая харизма, такая уверенность! Приятных снов!»

И это не флирт – это просто профессионализм. Она умеет найти правильные слова, чтобы клиент чувствовал себя на высоте.

День в Питере начинается с фотосессии в одном из ресторанов на Невском. Юля руководит процессом, дает советы фотографу, поправляет мне галстук, следит за каждой деталью.

– Сергей Андреевич, чуть поверните голову влево, – говорит она. – Теперь посмотрите в камеру. Представьте, что рассказываете о своем любимом блюде.

Я смотрю в объектив и действительно представляю.

– Отлично! – кричит фотограф. – Еще несколько кадров!

– У вас все идеально получается, – шепчет мне Юля, подходя поправить воротник рубашки. Ее пальцы слегка касаются моей шеи, и я чувствую легкое возбуждение.

Съемки заканчиваются к вечеру. Мы идем ужинать в ресторан при отеле, обсуждаем прошедший день, планируем дальнейшую работу. Юля рассказывает о своих предыдущих клиентах, о том, как строила их карьеры, и я восхищаюсь ее профессионализмом.

– А как вы попали в эту сферу? – спрашиваю я.

– Случайно, – улыбается она. – Училась на журналиста, работала в редакции глянцевого журнала. А потом поняла, что мне больше нравится не писать о звездах, а делать их.

Она говорит о своей работе с такой страстью, что мне хочется слушать ее часами. Когда последний раз Лиза так горячо рассказывала о чем-то?

– Сергей Андреевич, – говорит Юля, когда мы уже допиваем вино, – можно личный вопрос?

– Конечно.

– Вы счастливы?

Вопрос застает меня врасплох. Я молчу, обдумывая ответ.

– Извините, – быстро говорит она. – Не стоило спрашивать.

– Нет, все в порядке, – говорю я. – Просто... сложный вопрос. Я успешен. У меня есть все, о чем мечтал. Но счастлив ли я... не знаю.

Юля кивает понимающе.

– Знаете, что я поняла, работая с публичными людьми? Успех – это не гарантия счастья. Иногда он, наоборот, показывает, чего тебе не хватает.

– А чего мне не хватает? – спрашиваю я, хотя уже догадываюсь о ее ответе.

– Понимания, – говорит она мягко. – Человека, который разделяет ваши амбиции. Который восхищается не только вами, но и вашими достижениями.

Ее слова попадают точно в цель. Лиза любит меня, но она не понимает мой мир. Она не разделяет мои амбиции. Ей все равно, получу ли я еще одну звезду Мишлен или открою ресторан в Нью-Йорке.

– Простите, – говорю я, вставая из-за стола. – Мне нужно позвонить жене.

В номере набираю Лизин телефон.

– Привет, – отвечает она после нескольких гудков. Голос усталый.

– Привет, дорогая. Как дела?

– Нормально. Работаю. А у тебя как съемки?

– Хорошо прошли. Завтра утром вылетаю домой.

– Это замечательно.

Пауза. Нам нечего сказать друг другу.

– Лиз, я скучаю, – говорю я.

– И я тебя скучаю, – отвечает она, но в голосе нет тепла.

После того, как кладу трубку, стою у окна и смотрю на ночной Петербург. На Неву, на мосты, на огни города. И думаю о том, что мы с Лизой живем теперь в разных мирах. Она – в своем мире больницы, ночных смен, чужих детей. А я – в мире успеха, славы, признания.

И не знаю, можно ли эти миры соединить.

В дверь стучат. Открываю – на пороге стоит Юля с бутылкой шампанского.

– Сергей Андреевич, – говорит она, – я тут подумала... Мы ведь так и не отпраздновали сегодняшнюю удачную съемку.

Глава 18

Я колеблюсь секунду. Потом отступаю, пропуская ее в номер.

– Почему бы и нет, – говорю я.

И понимаю, что делаю выбор. Может быть, пока еще не окончательный, но уже очень серьезный.

Юля проходит в номер, и я закрываю за ней дверь. Звук щелчка замка кажется мне оглушительным в тишине.

– У вас здесь красиво, – говорит она, оглядывая интерьер. – А у меня номер гораздо скромнее.

Она ставит шампанское на столик у окна, и я не могу не заметить, как изящно она двигается. Даже после долгого дня съемок выглядит безупречно.

– Давайте открою, – предлагаю я, беря бутылку.

Пробка вылетает с громким хлопком, и Юля смеется – звонко, радостно. Когда последний раз я слышал такой смех дома?

– За успешную съемку, – говорит она, поднимая бокал.

– За профессионализм, – отвечаю я, чокаясь с ней.

Шампанское щекочет горло, и от алкоголя становится легче. Юля садится в кресло у окна, поджимает под себя ноги, и этот жест кажется мне удивительно домашним, непосред