Искра в Академии. Соблазн для двоих

Тот, что был слева, оказался смуглым, с коротко стриженными черными как смоль волосами и резкими, хищными чертами лица. Его противник был рыжим, с такой же короткой, почти армейской стрижкой, и веснушками, которые, впрочем, не делали его лицо мягче. Оба были невероятно красивы, и оба двигались с такой нечеловеческой скоростью и грацией, что мой мозг отказывался это воспринимать. Они не использовали магию — они дрались в рукопашную, и каждый их удар сопровождался звуком рассекаемого воздуха.

Я сделала невольный шаг назад, чтобы скрыться, и мое присутствие так и осталось бы тайной, но нога предательски скользнула по парящей росе. Я споткнулась о выступающий корень и со всего маху рухнула на землю. Ладонь правой руки автоматически выставилась вперед и с размаху ударилась о тонкий, острый как бритва край светящегося кристалла, торчащего из земли.

— Ай! — вырвалось у меня.

Я сжала руку, но было поздно. Сквозь пальцы тут же проступила алая, теплая кровь.

И в ту же секунду бой прекратился.

Наступила такая звенящая, мертвая тишина, что мне показалось, будто я оглохла. Рычание оборвалось на полуслове.

Медленно, словно хищники, почуявшие добычу, оба парня повернули головы в мою сторону. Я подняла глаза, и холодный ужас сковал мои легкие.

Их лица были прекрасны, но глаза... У обоих зрачки были не круглыми. Они были узкими, продолговатыми, вертикальными, как у ящериц или змей. В полумраке рощи они светились недобрым, золотисто-янтарным светом.

Смуглый медленно втянул в себя воздух. Рыжий сделал то же самое, чуть наклонив голову набок. Они принюхивались. Их ноздри раздувались, а взгляды, тяжелые и липкие, приковались к моей окровавленной руке. В их глазах вспыхнуло что-то первобытное, темное и пугающе голодное.

— Кровь, — хрипло произнес рыжий, и его голос показался мне совсем не человеческим.

— Моя, — глухо отозвался смуглый, делая шаг в мою сторону.

Страх наконец разорвал паралич. Я вскочила на ноги, прижимая раненую руку к груди, и пустилась наутек. Я бежала, не разбирая дороги, задыхаясь, спотыкаясь о корни, чувствуя спиной их тяжелые взгляды.

Но я не пробежала и ста метров.

Справа мелькнула тень. Чья-то сильная рука с железной хваткой перехватила меня за талию, легко, словно я весила не больше перышка, и рывком развернула к себе. Я врезалась грудью в твердую, как стена, грудь. Вторая рука, перехватила мое запястье с окровавленной ладонью.

Я подняла глаза. Смуглый парень смотрел на меня сверху вниз, его ящерные зрачки расширились, а губы тронула хищная, торжествующая улыбка. Рыжий возник за моей спиной, его горячее дыхание обожгло шею, а руки легли мне на плечи, не давая даже пошевелиться.

— Куда же ты собралась, маленькая? — прошептал рыжий прямо мне в ухо, и по моему телу пробежала волна электрического, пугающего тока. — Я только начал чувствовать твой запах.

— Я никому не скажу! — затараторила я, чувствуя, как зубы выбивают дробь от страха. — Честно! Я ничего не видела, клянусь! Мне не нужны проблемы, я просто... просто гуляла и заблудилась!

Смуглый лишь усмехнулся, и его пальцы медленно, почти лениво, провели по моей щеке, отодвигая прядь волос. От его прикосновения по коже побежали мурашки, горячие и предательские.

— Кто ты такая? — спросил он, и его голос был низким, вибрирующим, от которого у меня подкосились колени. Его нос почти коснулся моей кожи у виска, и он снова глубоко вдохнул, словно пытаясь запомнить мой запах.

— Новенькая, — прошептала я, стараясь не смотреть в его янтарные глаза. — Я... я сегодня только поступила. Меня зовут Искра. Пожалуйста, отпустите. Мне не нужны неприятности.

Рыжий, стоящий за спиной, тихо хмыкнул, и его губы коснулись мочки моего уха. Меня всю передернуло, то ли от страха, но ли от непонятного тянущего ощущения внизу живота, причину которого я не понимала.

— Искра... — протянул он, и в его голосе прозвучало что-то вроде узнавания. — Значит, ты новенькая. И не знаешь кто мы?

Его рука скользнула с моего плеча вниз, по предплечью, и остановилась на запястье с окровавленной ладонью. Он не сжимал его, просто держал, и его пальцы были обжигающе горячими.

— Как ты сказала тебя зовут? — снова спросил смуглый, и его нос прошелся по моей скуле, вдыхая. Его дыхание было горячим на моей коже.

— Я же сказала — Искра, — пролепетала я, чувствуя, как по щекам начинают течь слезы. Страх смешивался с чем-то еще, чем-то, чего я не понимала и не хотела понимать. — Мне правда не нужны проблемы. Я никому не скажу про драку. Клянусь!

Рыжий вдруг поднес мою раненую руку к своему лицу. Я замерла, не в силах пошевелиться. Он медленно, почти ритуально, провел языком по порезу на моей ладони, слизывая кровь.

Я ахнула от неожиданности, но тут же смуглый парень забрал у него мою руку и сделал то же самое — его горячий, шершавый язык прошелся по тому же месту, где только что был язык рыжего.

И оба одновременно вздрогнули.

Это было странно и пугающе. Они отшатнулись, словно их ударило током. Их лица исказились — не от отвращения, а от чего-то другого. От боли? От шока? Они переглянулись, и в их янтарных глазах мелькнуло нечто, что я не могла расшифровать.

— Отпустите, — всхлипнула я, и слезы потекли по щекам ручьем. — Пожалуйста... я ничего не скажу... я уйду и забуду... пожалуйста...

Смуглый медленно разжал пальцы на моей талии. Рыжий отпустил мое запястье. Они сделали шаг назад, оба одновременно, и снова переглянулись. В этом безмолвном обмене взглядами было что-то, что говорило о большем, чем я могла понять.

— Уходи, — тихо сказал рыжий, и его голос звучал хрипло, словно ему было трудно говорить. — И помни свое обещание.

Я не стала ждать повторного приглашения. Развернувшись, я рванула обратно к тропинке, спотыкаясь, задыхаясь, не оглядываясь. Только когда светящиеся деревья остались далеко позади, я замедлила шаг, вытирая слезы и кровь о подол мантии.

“Они отпустили меня, потому что я пообещала молчать,” — убеждала я себя, стараясь успокоить дрожь в руках. “Они нарушили дисциплину. Драка запрещена. Если бы я рассказала, им бы здорово влетело. Вот и всё. Они просто испугались последствий.”

Я хотела верить в эту простую логику. Хотела думать, что всё объяснимо правилами академии и страхом наказания. Но почему тогда они вздрогнули, когда попробовали мою кровь? Почему в их глазах был не страх разоблачения, а что-то совсем иное? И почему, когда они касались меня, мое тело реагировало не только страхом, но и чем-то еще... чем-то, о чем я не хотела даже думать?

Вот небольшая фантазия на тему того как выглядит комната героини.

Уважаемые читатели, приглашаю вас в наш литмоб "Чужая в Академии магии"

остальные книги литмоба можно найти здесь

https://litnet.com/shrt/yCdd

не забывайте добавлять книгу в библиотеку и ставить звездочки.

Глава 3.

Утро в Аркануме началось не с будильника, а с мягкого, пульсирующего света, который исходил от стен моей комнаты. Я вскочила с кровати, едва успев открыть глаза. Сегодня был мой первый настоящий учебный день.

Я наскоро ополоснулась в медной ванне, где вода сама подстраивалась под нужную температуру, натянула темно-синюю робу с серебряной окантовкой и выбежала в коридор. Но стоило мне сделать первый шаг, как воспоминания о вчерашнем вечере нахлынули с такой силой, что я споткнулась.

“Горячее дыхание на шее. Железная хватка на талии. Шершавый, обжигающий язык, слизывающий кровь с моей ладони.

Я невольно вздрогнула, обхватив себя руками. Кожа до сих пор помнила эти прикосновения — властные, чужие и пугающе притягательные. Я тряхнула головой, пытаясь выбросить из головы образы их янтарных, вертикальных зрачков. “Это просто студенты. Просто хулиганы, которые боятся вылета,” — твердила я себе, ускоряя шаг.

В общей гостиной башни первокурсников меня уже ждал Элиас. Староста выглядел таким же безупречным и спокойным, как и вчера.

— Доброе утро, Искра, — кивнул он, когда я подошла. — Пойдем, я познакомлю тебя с твоей учебной группой. Вы все вместе пойдете на первую лекцию по теории магии.

Он подвел меня к группе ребят, которые оживленно переговаривались. Как только Элиас произнес мое имя, ко мне тут же повернулась девушка с пышными каштановыми кудрями и веселыми зелеными глазами.

— Привет! Я Лира, — она тут же схватила меня за руку, и затрясла в рукопожатии. — Я так рада, что у нас будет новенькая! А то тут все такие серьезные. Не бойся, я покажу, куда идти и как не заблудиться в этих коридорах.

Я слабо улыбнулась, чувствуя, как напряжение чуть спадает. Лира оказалась именно тем, что мне было нужно — болтливой, открытой и совершенно не пугающей.

Мы вышли из башни и направились в сторону Главного зала, где должна была пройти лекция. Коридоры уже кишели студентами в мантиях разных цветов. Лира увлеченно рассказывала мне о том, какой строгий преподаватель у нас будет, и я уже почти успокоилась, почти поверила, что вчерашний кошмар остался позади.

И тут я их увидела.

Они стояли у высокого витражного окна, словно отсекая себя от остального потока студентов. Смуглый с черными волосами и рыжий с короткой стрижкой. Они просто стояли, ничего не делали, смотрели на студентов, но в их позах было столько хищной, подавляющей силы, что воздух вокруг них казался разреженным.

По моей коже мгновенно пробежал ледяной озноб. Ноги словно вросли в каменный пол. Я застыла, не в силах оторвать взгляд. Мое сердце начало биться где-то в горле, отбивая тот самый панический, но странно ритмичный стук. Я смотрела на то, как смуглый что-то тихо говорит рыжему, и как тот в ответ усмехается, и внутри у меня всё сжалось в тугой узел.

— Искра? — Лира дернула меня за рукав, но я не двигалась. — Искра, ты чего застыла?

— Это они... — прошептала я, не отрывая взгляда от их фигур.

Лира проследила за моим взглядом, и ее лицо мгновенно изменилось. Веселье исчезло, уступив место напряжению. Она вцепилась в мою руку и резко дернула меня в сторону, заставляя свернуть в боковой проход.

— Не смотри на них, — зашипела она, почти таща меня за собой. — Искра, умоляю, опусти глаза. Если они заметят, что ты на них уставилась, будут проблемы.

— Но кто они? — выдохнула я, пытаясь высвободить руку, но Лира держала мертвой хваткой.

— Просто не смотри! — отрезала она.

Но было уже поздно.

Я почувствовала это раньше, чем увидела. Тяжелый, физически ощутимый взгляд, словно кто-то провел раскаленным железом по моей спине. Я невольно обернулась.

Оба парня смотрели прямо на меня.

Даже с этого расстояния я видела, как сузились их зрачки. Смуглый медленно выпрямился, оттолкнувшись от стены. Рыжий перестал усмехаться, его взгляд стал тяжелым и липким, приковывая меня к месту. Они переглянулись — тот самый безмолвный обмен, который я уже видела вчера, — и сделали шаг в мою сторону. Потом еще один. Они шли прямо ко мне, легко раздвигая толпу студентов, которые почему-то сами шарахались от них в стороны.

— Они идут, — прошептала я, и голос предательски дрогнул. Страх снова сдавил горло, но под ним, к моему ужасу, поднималась волна жара. Мое тело реагировало на их приближение не только бегством, но и каким-то безумным, тянущим импульсом навстречу.

— Бежим! — Лира не стала ждать. Она буквально волоком потащила меня в массивные дубовые двери аудитории по теории магии, захлопнув их у нас за спиной.

Мы оказались в полутемном амфитеатре. Лира тяжело дышала, опираясь на спинку кресла.

— Ты в порядке? — выдохнула она, глядя на меня с тревогой.

Я кивнула, но мои руки дрожали так сильно, что мне пришлось спрятать их в складках мантии. Я опустилась на ближайшее кресло, чувствуя, как по спине все еще стекает холодный пот.

Что со мной происходит? Почему, когда они шли ко мне, мне хотелось не только бежать, но и сделать шаг навстречу? Почему от одного воспоминания об их прикосновениях у меня перехватывает дыхание и кружится голова? Я была напугана до смерти, но где-то в самой глубине, под слоем страха, моя кровь пела, узнавая их. И это пугало меня гораздо больше, чем их продолговатые зрачки.

Тяжелые дубовые двери распахнулись, и в амфитеатр хлынул поток студентов. Шум голосов, шорох мантий, звонкий смех и приглушенные споры наполнили огромное помещение.

Лира тут же схватила меня за руку и потащила в самый конец зала, усадив на заднюю скамью за массивной каменной колонной, которая надежно скрывала нас от взглядов с кафедры.

— Так, выкладывай, — начала она, как только мы плюхнулись на места. Ее зеленые глаза блестели от любопытства, а голос был полон тревоги. — Что это там было? Ты выглядела так, будто увидела призрака. Или того хуже. Они тебе что-то сделали? Неужели вы уже знакомы?

Я замялась, нервно теребя край рукава. Рассказать ей правду? О том, как они слизывали мою кровь, о их продолговатых зрачках и о том странном, пугающем притяжении, которое я к ним испытывала? Нет, она решит, что я сошла с ума.

— Нет, ничего они мне не сделали, — тихо ответила я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Просто... они какие-то не такие. От них веет чем-то... подавляющим. Я просто растерялась. Скажи мне, кто они такие?

Подруга тяжело вздохнула, огляделась по сторонам и наклонилась ко мне, понизив голос до шепота.

— Это Дариан и Кайрен. Самые популярные и одновременно самые опасные парни на старших курсах. Слушай меня внимательно, Искра. Первокурсницам лучше держаться от них подальше. Очень подальше.

Она сделала паузу, чтобы убедиться, что я ее слышу.

— Они с девушками только играют. Для них это просто развлечение, игра в кошки-мышки. Девочки потом за ними табунами ходят, теряют голову, сами не понимают почему, а им всё равно. Они просто берут то, что хотят, и выбрасывают, когда надоедает. Тебе точно не нужны с ними проблемы.

Я кивнула, но внутри всё сжалось. “Играют?” Но вчера они смотрели на меня не как на игрушку. В их глазах было что-то первобытное, почти отчаянное.

— Дариан, — продолжила Лира, кивнув в сторону прохода, — тот, что с черными волосами. Наследник дома Теней. Холодный, расчетливый, вообще без эмоций. Говорят, он обладает магией тьмы и разума. Может залезть в голову и даже не заметишь. Но самое страшное — он связан каким-то древним проклятием. Оно требует от него абсолютного, тотального контроля над собой. Если он хоть на секунду его потеряет... никто не знает, что будет, но все боятся даже думать об этом.

Она перевела взгляд на рыжего, который как раз вошел в аудиторию, лениво оглядывая зал.

— А это Кайрен. Полная противоположность. Он изгой из клана Огненных оборотней. Страстный, импульсивный, дерзкий до наглости. Его магия стихий абсолютно хаотична, но невероятно мощна. Он может сжечь всё дотла просто потому, что у него настроение такое.

Лира снова посмотрела на меня, и в ее взгляде читалось искреннее беспокойство.

— Они неразлучны, эти двое. И поверь мне, Искра, если они обратили на тебя внимание в коридоре, это неспроста. Просто старайся не попадаться им на глаза, хорошо?

Я медленно кивнула, но мои мысли уже были далеко. “Древнее проклятие. Хаотичная магия. Абсолютный контроль и полное его отсутствие.”

Внезапно кусочки пазла начали складываться в моей голове. То, как они вздрогнули, когда попробовали мою кровь. То, как их зрачки расширились от моего запаха. Это было не просто любопытство хулиганов. Их проклятия, их природа, их магия — всё это резонировало с той самой «искрой», о которой говорила директриса.

Я сглотнула, чувствуя, как по спине снова пробежал холодок. Лира была права — мне нужно было держаться от них подальше. Но глядя на то, как Дариан медленно, с хищной грацией занял место на скамье в центре зала, а Кайрен развалился рядом, лениво подперев щеку рукой, я понимала одну ужасную вещь.

Держаться от них подальше будет гораздо сложнее, чем я думала. Моя кровь уже знала их. И, судя по всему, она не собиралась меня слушать.

Лекция по теории магии тянулась бесконечно. Профессор Вальтер — сухой, как пергамент, старик с пронзительными голубыми глазами и бородой, которая, казалось, была соткана из самого тумана — монотонно рассказывал о пяти первоосновах бытия. Его голос был ровным, усыпляющим, но каждое слово падало в мою голову тяжелым, значимым камнем.

— Магия — это не просто инструмент, — говорил он, обводя аудиторию взглядом, от которого становилось не по себе. — Это язык, на котором говорит сама вселенная. Пять стихий — Огонь, Вода, Земля, Воздух и Эфир — это не просто силы. Это грани одного кристалла, и истинный маг понимает, что они неразделимы.

Я жадно впитывала каждое слово, старательно записывая руны, которые профессор выводил в воздухе кончиком пальца. Они вспыхивали золотом и повисали в воздухе, медленно вращаясь, пока мы переписывали их в свои тетради. Моя рука летала по пергаменту, и я с удивлением обнаружила, что некоторые символы мне кажутся... знакомыми. Будто я видела их во сне, хотя точно знала — в моем мире ничего подобного не существовало.

Но сосредоточиться было трудно. Я чувствовала их. Дариана и Кайрена. Они сидели в центре зала, и от них исходила такая плотная, почти осязаемая аура напряжения, что воздух вокруг них казался наэлектризованным. Я не смела смотреть на них, но каждой клеточкой кожи ощущала их взгляды, тяжелые и неотступные, словно два луча раскаленного металла, впившихся в мое тело.

Лира под столом сжала мою руку, и я благодарно пожала ее ладонь в ответ. Она была единственной соломинкой, за которую я могла ухватиться в этом море чужих, пугающих лиц.

Когда наконец прозвучал мелодичный звон серебряного колокола, возвещая об окончании пары, я буквально вздрогнула. Студенты вокруг зашевелились, захлопывая тяжелые фолианты, и в этот момент я приняла решение.

— Лира, — прошептала я, наклоняясь к ее уху. — Мне нужно в туалет. Я подожду тебя у выхода.

Подруга кивнула, не заподозрив неладного, и начала собирать свои вещи. Я же, дождавшись, пока она отвернется, чтобы убрать перо в специальный футляр, тихо скользнула вдоль стены, прижимаясь к холодному камню. Массивная колонна надежно укрывала меня от взглядов из центра зала.

Сердце колотилось так громко, что мне казалось — весь зал слышит его стук. Я двигалась медленно, стараясь не шуршать мантией, шаг за шагом приближаясь к боковой двери. Она вела напрямую в коридор, минуя главный выход, где, я была уверена, меня уже поджидали двое старшекурсников.

Моя рука нащупала холодную бронзовую ручку. Дверь поддалась с тихим скрипом, и я выскользнула в полутемный коридор, жадно вдыхая прохладный воздух, пахнущий старым камнем и пылью веков. За спиной захлопнулась дверь, отрезая меня от гула голосов и от... них.

Я прислонилась спиной к стене и закрыла глаза, позволяя себе несколько секунд передышки. Руки дрожали. Я прижала ладони к груди, пытаясь унять бешеный стук сердца.

«Ты в безопасности, — шептала я себе. — Ты просто новенькая. Ты имеешь право на то, чтобы спокойно учиться. Они не тронут тебя здесь, на глазах у всех.»

Но где-то в глубине души я знала — это самообман. То, как они смотрели на меня... Это был не взгляд охотников на добычу. Это был взгляд... голодных. Голодных на что-то, чего они не могли получить ни от кого другого. И эта мысль пугала меня больше всего.

Я оттолкнулась от стены и зашагала по коридору, стараясь запомнить путь. Каменные своды уходили вверх, теряясь в полумраке. Факелы на стенах горели ровным, немигающим пламенем, отбрасывая длинные, пляшущие тени. Я свернула направо, потом налево, поднимаясь по узкой винтовой лестнице, пока не вышла в знакомый коридор второго этажа, ведущий к аудитории истории магии.

До следующей пары оставалось еще двадцать минут. Я нашла укромную нишу в стене, где стояла древняя каменная ваза с увядшими, но все еще светящимися цветами, и прислонилась к ней, пытаясь привести мысли в порядок.

— Искра!

Я вздрогнула и обернулась. По коридору ко мне бежала Лира, ее каштановые кудри разлетались во все стороны, а на лице читалось такое выражение, будто она только что увидела привидение.

— Лира? — я выпрямилась, чувствуя, как сердце снова начинает колотиться. — Что случилось?

Она подбежала ко мне, схватила за руку и огляделась по сторонам, словно боясь, что нас кто-то подслушает.

— Они искали тебя, — зашептала она, и ее зеленые глаза блестели от волнения. — Дариан и Кайрен. Они ходили по коридорам и спрашивали у всех, где ты. А потом... потом они подошли ко мне.

— К тебе ? — я почувствовала, как холодок пробежал по спине. — Что они хотели?

Лира сглотнула и нервно поправила выбившуюся прядь волос.

— Они спросили, где ты. Я сказала, что не знаю, что ты ушла в другую сторону. И тогда... — она запнулась, и ее голос стал тише. — Тогда Кайрен наклонился ко мне и сказал: «Передай своей подруге, что мы ее найдем. Куда бы она ни спряталась». А Дариан просто смотрел на меня... Искра, его глаза... Они были не человеческими. На секунду его зрачки стали вертикальными, как у змеи. Я думала, что упаду в обморок.

Я закрыла глаза, чувствуя, как внутри поднимается волна страха, смешанного с чем-то еще — чем-то темным и тягучим, от чего перехватывало дыхание.

— Они... они не тронули тебя? — тихо спросила я.

— Нет, — Лира покачала головой. — Они просто ушли. Но Искра... — она сжала мою руку так сильно, что стало больно. — Что между вами произошло? Почему они так одержимы тобой? Ты должна мне рассказать.

Я посмотрела на нее, и в ее глазах была такая искренняя тревога, что мне стало тошно от собственной лжи. Но я не могла сказать ей правду. Не сейчас. Не здесь.

— Позже, — выдавила я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — После пары. Я все расскажу. Просто... не сейчас, хорошо?

Лира посмотрела на меня долгим, тяжелым взглядом, но кивнула.

— Хорошо, — тихо произнесла она. — Но ты должна пообещать, что расскажешь. Я не могу так, Искра. Я боюсь за тебя.

— Я обещаю, — кивнула я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. — После пары. Все расскажу.

Звон колокола прервал наш разговор. Мы поспешили в аудиторию, и я всю дорогу думала о том, как же я буду объяснять Лире то, чего сама не понимаю. О том, что они не просто ищут меня — они чувствуют меня. Как звери чувствуют свою добычу. Или... как магниты чувствуют друг друга.

Мы заняли места в уголке, чтобы не привлекать излишнего. Но в голове крутились только слова Кайрена: «Мы ее найдем. Куда бы она ни спряталась».

История магии оказалась совсем не такой скучной, как я ожидала. Преподавательница, молодая женщина с волосами цвета воронова крыла и глазами, в которых плясали фиолетовые искры, вошла в класс без книг и свитков. Она просто встала перед нами, обвела аудиторию взглядом, и... мир вокруг нас изменился.

Стены аудитории растворились. Мы оказались посреди древнего леса, такого похожего на ту рощу, что я видела вчера вечером. Но этот лес был другим — темным, грозовым, полным шепчущих теней. Над нами бушевала магическая буря: в небе вспыхивали молнии разных цветов — зеленые, золотые, кроваво-красные, — а деревья гнулись под невидимыми порывами ветра.

— Три тысячи лет назад, — голос преподавательницы звучал отовсюду и ниоткуда, — магия была дикой. Неукротимой. Люди не управляли ею — они выживали в ней.

Она взмахнула рукой, и перед нами возникла фигура высокого мужчины в черных одеждах. Он стоял посреди бури, и молнии разбивались о невидимый щит вокруг него, не причиняя вреда.

— Первый маг, — продолжила она. — Тот, кто понял, что магия — это не враг. Это партнер. Он не боролся с бурей. Он танцевал с ней.

И мы увидели, как мужчина поднял руки, и буря... подчинилась. Молнии превратились в послушные потоки света, ветер стал мягким дуновением, а лес расцвел прямо на наших глазах.

Я смотрела на это чудо, затаив дыхание. Моя собственная «искра» внутри откликалась на каждую вспышку магии, резонировала с ней, словно струна, настроенная на одну частоту с этим древним лесом. Я чувствовала, как что-то во мне пробуждается, тянется навстречу этой силе, хочет слиться с ней.

— Магия — это память мира, — тихо произнесла преподавательница, и иллюзия растаяла, возвращая нас в стены аудитории. — И у некоторых... память эта особенно длинная.

Ее взгляд на долю секунды встретился с моим. Мне показалось, или она смотрела именно на меня? Но она уже отвернулась и продолжила лекцию.

Глава 4.

Иллюзия древнего леса растаяла, словно дым на ветру, возвращая нас в каменные стены аудитории. Преподавательница продолжала говорить о великих войнах магов, но я уже не слышала ни слова. В ушах звенело, а в горле пересохло.

Как только прозвучал спасительный звон колокола, я схватила Лиру за руку, едва сдерживаясь, чтобы не побежать.

— Пошли, — выдохнула я. — Быстро. Пока они не пришли, и не нашли меня.