– Я практик, – пожал я плечами. – Романтика – это хорошо, но планета вертится не на романтике.
– На чем же?
– На людях, которые каждый день делают свое дело. Иногда скучное, иногда грязное, но нужное.
Тася откинулась на спинку стула и посмотрела на меня долгим взглядом. Так смотрят на загадку, которую пытаются разгадать.
– Ты странный, Сереж, – сказала она. – И это не комплимент и не оскорбление. Просто констатация факта. В твоем возрасте люди обычно хотят быть героями или миллионерами, спасать мир или сорить деньгами. А ты говоришь про хлеб и про людей, которые делают скучную работу.
– Есть такое, – я продолжил, чувствуя, как вино расслабляет язык. – Год отучился и понял, что это вообще не мое. Животные – они хорошие, но я не могу с ними целыми днями. Мне нужно общение, движение, перемены.
– А что твое?
– Я понял, что я дилетант и не смогу заниматься наукой или зоотехникой в принципе.
– В смысле? Не очень понятно.
– Чтобы заниматься какой-то профессией или наукой, нужно быть слегка упертым или смириться со своим выбором. Мне не нравятся долгие процессы или занятия. – Я закинул в рот кусочек сыра и прожевал. – Сегодня я хочу заниматься финансами, а завтра наукой, послезавтра – подбором персонала, а вчера – организацией лаборатории. И я это делаю. Не жду, не готовлюсь, не учусь годами. Просто беру и делаю.
– И как, получается? Чем ты в итоге занимаешься?
– Да, все получается. Сейчас у меня небольшая компания, которая вырастет в большой холдинг. У меня куча знакомых и товарищей по всему миру, которые хотят работать со мной и добиваться вместе каких-то целей. Часть из них переедет в Нижний, и мы будем вместе заниматься нашим делом.
– Интересная у тебя мечта, – задумчиво сказала Тася.
Я помолчал, закинул в рот курицу и прожевал. Мясо было сочным, с легким ароматом чеснока и кинзы.
– Это не мечта, это цель, – сказал я. Хоть я и начал с мяса, вино все равно растормозило, и последние фразы я говорил повышенным тоном.
– Хорошая у тебя цель, – примиряюще сказала Тася. – А вот я мечтаю на Байконуре побывать на пилотируемом запуске. Посмотреть, как космонавты готовятся к запуску, как садятся в ракету, как взлетают... Посмотреть вживую на этих героев вблизи... – она мечтательно прищурилась и отхлебнула из бокала. – Я все детство смотрела фильмы про Гагарина, читала книги о космонавтах. У меня даже карта звездного неба висела над кроватью.
Я смотрел на нее и любовался. Красотка же.
Она рассказывала, что много про Байконур читала, рассказывала, какие там музеи, какие экскурсии, как можно посмотреть на стартовые столы и на знаменитую «Гагаринскую стартовую площадку». Голос у нее становился тише и быстрее, будто она боялась, что я перебью.
– А сколько стоит экскурсия на запуск? – спросил я.
Тася хмыкнула и полезла в телефон. Пока она там искала информацию, я доел курицу и вытер губы салфеткой. Официантка подошла и убрала пустые тарелки, я заказал еще чай с чабрецом.
– Старт следующим летом в июле, экскурсия стоит примерно двести тысяч на человека, – сказала Тася, поднимая глаза от телефона.
– Ну вот, – я поставил бокал. – Заложим еще на билеты туда-обратно и на сувениры сотку. Итого триста тысяч. Сейчас сентябрь, старт в июле – это десять месяцев. Итого надо откладывать по тридцать тысяч каждый месяц, и ты следующим летом на Байконуре. Я лечу с тобой, если не успеешь накопить, я добавлю.
Тася ошеломленно смотрела на меня. В ее глазах читалось недоверие, потом удивление, потом какой-то теплый, почти детский восторг.
– Байконур – это же в Казахстане? – продолжил я. – Не знаешь, загранпаспорт нужен?
– Не знаю, – сказала она тихо.
– Узнай, пожалуйста, сможешь? Может, еще по салатику? – я подозвал официантку и сделал заказ на два салата – с рукколой и пармезаном, помидорами черри и кедровыми орешками. И долил наши бокалы. Вино было терпкое, с ягодными нотками.
– Хорошо, узнаю, – сказала Тася задумчиво. Она смотрела куда-то мимо меня, в сторону окна. – Я, пожалуй, понимаю, почему люди к тебе едут и хотят с тобой работать.
– И почему?
– Была у меня недостижимая мечта, – сказала она задумчиво. – О Байконуре. Я уже столько лет о ней думала, но всегда казалось, что это слишком дорого, слишком сложно, слишком далеко. А ты взял и превратил ее в план. В тридцать тысяч в месяц.
– Ага.
– А теперь у меня нет мечты, а есть цель. Откладывать каждый месяц по тридцатке, – сказала она грустно, но в голосе чувствовалась улыбка.
– Ну, это же здорово – можно мечтать о чем-то другом, – сказал я.
– О чем, например? – спросила Тася, и ее глаза стали серьезными.
– Мечтай о том, чтобы походить по Луне. Прям по реголиту, в скафандре. Гравитация в одну шестую от земной. Звезды и Земля над головой, и мы идем куда-то вдвоем за руку. Точнее, прыгаем, – поправился я. – Представь: серая пустыня, черное небо, и ты подпрыгиваешь, как на батуте. И смеешься, потому что весишь в шесть раз меньше, потому что свобода.
– Мечтатель, – улыбнулась Тася. – Давай. Давай мечтать о прогулке на Луне.
Мы помолчали. Я смотрел на ее руки – длинные пальцы, без колец, с аккуратным маникюром.
– А как твои родители пережили то, что ты бросил учиться? – спросила Таисья осторожно.
Я помолчал. В памяти всплыли лица – отец, мать, сестра младшая. Все они – из прошлой жизни Сергея Соколова. Совершенно чужие люди, с которыми мне не о чем говорить. Но периодически приходилось.
– Я с ними... не очень близок последнее время. Уехал учиться, потом работа, теперь вот бизнес. Редко звоню.
– Почему?
– Не знаю, – а что еще сказать? – Может, стесняюсь. Может, боюсь, что они поймут, что я стал другим.
– А ты стал другим?
– Очень, – сказал я. – Иногда мне кажется, что я вообще не тот человек, которым они меня знали. Иногда я просыпаюсь и не понимаю, где я и кто я. Как будто проживаю чужую жизнь. И только когда я с людьми, которые меня понимают, – с Марией, с Олегом, теперь с тобой, – я чувствую себя настоящим.
Тася посмотрела на меня с сочувствием.
– Это бывает - взросление. Ты просто вырос, Сережа. Стал самостоятельным. Это не страшно. Родители должны понять.
– Ты думаешь? – спросил я.
– Я в этом уверена, – сказала она.
Я не стал спорить. Она не знала про меня ничего, а рассказывать я пока не был готов.
***
Мы сидели еще час. Говорили о пустяках – о фильмах (она любила старые советские комедии, я – фильмы с черным уюмором), о книгах (она перечитывала Брэдбери, я – Стругацких), о том, как она в детстве боялась грозы и пряталась под одеяло с фонариком. Я рассказывал о планах – о людях, которых сегодня нанимал, о тех, кто уже приехал или еще едет, о том, что мы будем строить. Офис, лаборатория, может быть, небольшой завод.
– Ты опасный фантазер, – сказала она, когда мы вышли из ресторана. – С тобой можно потерять связь с реальностью.
– Иногда полезно, – ответил я. – Реальность слишком скучная штука.
Мы стояли у крыльца. Смеркалось. Зажглись фонари, и Тася в их свете казалась еще красивее – таинственной, почти нереальной. Я заметил, как ветер играет с ее волосами, как тени ложатся на скулы.
– Спасибо за вечер, – сказала она. – Даже за то, что убил мою мечту. Я буду копить на Байконур. А мечтать буду про Луну.
Я проводил ее до дома – старой хрущевки неподалеку от лицея. Мы шли медленно, почти не разговаривая. Я смотрел на ее профиль, на то, как она кутается в легкую шаль, и думал, что готов идти так вечно. Дворы, подъезды, мусорные баки – все это казалось неважным. Важна была только она.
У подъезда она замялась. Посмотрела на меня долгим взглядом- не ожидающим, а каким-то изучающим. Я шагнул ближе.
Губы у нее были мягкими и теплыми. Пахли вином и специями. И еще чем-то сладким, может быть, клубникой. Я забыл, каково это – целовать женщину, которая тебе не просто нравится, а которая... которая может стать всем. Она отстранилась первой.
– Спокойной ночи, Сергей Александрович, мечтатель.
– Спокойной ночи, Таисия Николаевна, учительница.
Она забежала в подъезд, и я услышал, как хлопнула дверь. Я остался стоять на улице. Зажегся свет в окне на третьем этаже. Фигура мелькнула за занавеской. Я смотрел на это окно и думал о том, что влип по-крупному. По самые уши. И что, кажется, мне это нравится.
***
Я достал телефон. Там было сообщение от Аманды: «Ну как? Уже женился? Или просто облапал?»
«Облапал», – ответил я. – «Женюсь чуть позже».
«Аврора уже в Москве, ждет пересадки, – написала Аманда. – Завтра утром мы у тебя. Планы мы с ней набросали. Есть проблемы, и есть мысли».
«Хорошо, завтра и обсудим. Иди, спи».
Я сунул телефон в карман и пошел домой. По дороге я смотрел на звезды. Тут они далеко, и из-за света фонарей их почти не видно. Но я знал, что они есть. Там, за облаками, за световым загрязнением, горит миллиард солнц. И где-то среди них – Авалон и Тигарден, который еще не открыли, но на которых мы будем уже в этом веке.
За окном горел Нижний Новгород. Огни мостов, огни набережной, огни машин. И где-то там, среди этих огней, была Тася, которая смеялась над моими шутками и говорила про звезды и мечты.
«Две встречи, – подумал я. – Одно свидание, и я чувствую себя мальчишкой».
Я достал телефон и написал ей: «До завтра».
Ответ пришел через минуту: «Спокойной ночи».
Я улыбнулся. Представил, как она сейчас стоит у окна, смотрит вниз, на пустую улицу. Потом отходит, наливает чай, садится в кресло. Может быть, достает свой телефон и перечитывает наши сообщения. Так же, как я.
Я убрал телефон и завалился в кровать. Потолок был белым, и я придумал на нем созвездия. Вот Большая Медведица, вот Орион. А вот там, в углу, я нарисую Луну. Настоящую, с кратерами и морями.
Завтра меня ждали новые дела, новые деньги, новые проблемы. Приезд Авроры, встреча с Амандой. Но сейчас, в эту минуту, я позволил себе просто быть счастливым. Лежать в темноте, чувствовать на губах вкус Тасиного поцелуя и ни о чем не жалеть.
«Мечтай, Тася, – подумал я. – Мечтай. А я сделаю так, чтобы твои мечты сбылись».
За окном пролетел самолет, мигая огнями. Я закрыл глаза и провалился в сон. И мне снилось, что мы идем по Луне. Прыгаем, держась за руки, и смеемся. А Земля висит над нами – голубая, живая, вся наша.
Глава 14
14
Утро началось с суеты, и я уже почти пожалел, что не перенёс совещание на после обеда. Аврора прилетела из Италии, и откладывать встречу не хотелось. Аврора и сама не любила, когда что-то откладывают. В будущем, если кто-то опаздывал на её доклады, она начинала читать лекцию на итальянском, и это звучало как проклятие.
Я стоял у окна своего кабинета и смотрел на парковку. Чёрная «Тойота» Олега въехала ровно в девять утра. Олег вышел первым, поправил пиджак, который сидел на его огромных плечах броня, и открыл заднюю дверь. Из машины выбралась невысокая женщина с очень яркой внешностью. Аврора была похожа на тех итальянских актрис из старых фильмов, которые моя мама смотрела по телевизору, когда я был маленьким. Тёмные кудрявые волосы падали на плечи, огромные солнцезащитные очки скрывали половину лица, а ярко-красное пальто делало её заметной даже из космоса.
- Мамма мия, какой холод! - воскликнула Аврора, выходя из машины. - Ваш Нижний Новгород холоднее, чем моя родная Болонья зимой. И это сентябрь!
Она говорила по-русски с небольшим акцентом, но все было понятно. В будущем у нас в корпорации основное общение велось на русском языке и старые сотрудники поневоле его учили. Олег взял её чемодан и пошёл к входу, а Аврора, увидев меня в окне, помахала рукой. Я спустился вниз, чтобы встретить гостью.
- Серджио! - она протянула руки и обняла меня, мы не виделись много лет и в этом времени вообще не были знакомы. - Какой ты молодой! Я знала, что ты будешь молодым, но чтобы настолько. Ты похож на моего племянника. Только он ленивый и играет в компьютерные игры.
- Здравствуй, Аврора, - я улыбнулся. - Рад тебя видеть. Как прошёл полёт?
- Долго, скучно, кормили ужасно, - она взмахнула рукой, и её ярко-красное пальто взметнулось, как флаг. - В Москве я чуть не опоздала на пересадку, потому что пошла не в тот выход. А тут чуть не заблудилась на выходе, но ваш Олег нашёл меня по описанию. Я сказала ему: «Я в красном пальто», а он сказал: «Таких здесь три». И я была самая красивая.
Олег хмыкнул, но промолчал. Он вообще не разговорчив по утрам.
Мы поднялись в офис. Алина уже стояла на ресепшене с заученной улыбкой. Когда она увидела Аврору, её брови поползли вверх. Красное пальто производило впечатление.
- Аврора, это Алина, наш операционный директор, - представил я. - Она заботится о том, чтобы у всех были ноутбуки, квартиры и горячий кофе.
- О, какая красивая женщина! - Аврора подошла и взяла Алину за обе руки. - Вы похожи на мою подругу Софию. Тоже блондинка, тоже строгая. Но София была строгая снаружи, а внутри добрая. Вы такая же?
- Я... спасибо, - Алина растерялась. - Может, кофе?
- Да, кофе! - Аврора закивала. - Эспрессо. Очень горячий и маленькую чашку. Не ту большую кружку, которую я видела вон там, - она показала на кружку Олега, которая стояла на его столе. - Это ведро, а не чашка.
Олег сделал обиженное лицо, но кружку не убрал.
Мы прошли в кабинет. Я налил себе чай, Аврора получила свой эспресо из рук трясущейся Лены и выпила его залпом, как водку.
- Нормально, - сказала она и поставила чашку. - Теперь можно работать.
В большом кабинете, который мы отвели под расширенные заседания уже сидели две женщины. Одна из них была Наталья Михайловна Лихачева, наш финансовый директор. Она обычно работала удалённо, но сегодня я попросил её приехать. Она пришла раньше всех и, подключив ноутбук к корпоративной сетке работала, поправляя очки на кончике носа. Рядом с ней сидела Александра Государева, директор по персоналу, которая что-то быстро печатала в своем ноутбуке.
- Доброе утро, Сергей Александрович, - сказала Наталья Михайловна. - Гостья из Италии, я полагаю?
- Наталья Михайловна, это Аврора Ричи, наш новый руководитель медицинского направления, - представил я. - Аврора, это наш финансовый директор. Она распоряжается всеми нашими деньгами.
- «Распоряжается», - хмыкнула саркастически Наталья.
- Очень приятно, - Аврора протянула руку. - Я люблю финансовых директоров. Они говорят «нет», а потом мы делаем вид, что торгуемся, и в итоге я получаю то, что хотела.
Наталья Михайловна улыбнулась уголками губ, но ничего не ответила. Она была женщиной опытной и знала, кто все разрешает и запрещает в компании.
- А это Александра Государева, наш директор по персоналу, - продолжил я. - Она будет искать людей для лаборатории.
- Здравствуйте, - Александра поднялась и пожала руку Авроры. - Готова подобрать кого угодно, мне нужны ваши требования по специализациям.
- Специализации мы с Машей обсудили, - кивнула Аврора. - Сегодня же пришлю.
В этот момент в переговорку ворвалась Маша, а за ней зашел Олег и прикрыл дверь. Олег крутил в руках свою огромную кружку с надписью «Самый главный». Кружка была такой большой, что в неё входило три стандартных эспрессо.
- Аврора! - Маша подбежала и обняла итальянку. - Ты приехала!
- Дорогая! - Аврора обняла её так, будто они не виделись сто лет. - Как ты выросла. То есть ты стала меньше. То есть, как это у вас говорят? Ты повзрослела душой, а телом уменьшилась.
- Гормоны, - серьёзно сказала Маша. - В этом возрасте вообще много странного.
Александра посмотрела на меня с выражением, которое я уже научился читать. Она хотела спросить, почему взрослая итальянка обнимается с одиннадцатилетней девочкой как с лучшей подругой. Но она сдержалась. Наталья Михайловна тоже посмотрела, но её взгляд был скорее заинтересованным, чем удивлённым.
- Давайте работать, - сказал я, занимая место во главе стола. - Аврора, Маша, вы обещали мне план лаборатории. Наталья Михайловна, вам это особенно интересно, потому что следующие полчаса мы будем тратить наши деньги. Александра, вам тоже, потому что вам потом искать персонал под это оборудование.
- Моя любимая часть работы, - сухо сказала Наталья Михайловна и достала блокнот.
Аврора засмеялась, и даже Александра позволила себе улыбнуться.
Маша вывела на экран проектора презу, которую рисовала всю прошлую неделю. Аврора разложила перед собой свои записи на итальянском, и даже Олег, который обычно делал скучающее лицо на совещаниях, пододвинулся ближе.
- Начну я, - сказала Аврора. - Маша может меня поправить, если я что-то забуду.
- Хорошо, - кивнула Маша.
Аврора встала и начала говорить, жестикулируя так активно, что чуть не сбила чашку с кофе.
- Для создания витакапсул нам нужно два помещения. Первое - чистая комната класса ISO 7. Это значит, что воздух в ней проходит через специальные фильтры, а люди работают в стерильных костюмах. Второе - лаборатория для синтеза нанороботов. Там требования чуть ниже, ISO 8. Общая площадь - двести пятьдесят квадратных метров.
- Двести пятьдесят, - Наталья Михайловна записала цифру. - Это не мало.
- Это минимум, - отрезала Аврора. - Меньше нельзя, потому что нужно разместить реакторы, центрифуги, холодильники для реагентов и зону контроля качества.
- И туалет, - добавила Маша. - Не забудьте про туалет. В прошлой лаборатории мы бегали через три коридора, и это было ужасно.
Олег снова фыркнул в свою кружку.
- Теперь оборудование, - продолжила Аврора. - На первоначальном этапе мы не планируем запускать промышленное производство, поэтому ограничимся небольшими лабораторными образцами. Обкатаем технологию и тогда уже можно выходить в производство. Весь перечень оборудования перечислен на слайде 3, - Маша перещелкнула туда и мы увидели список на всю страницу. Аврора продолжила: - Кратенько нам нужны биореакторы и ферментеры, системы хроматографии и оборудование для сушки, а также синтезаторы, геномные принтеры и аналитическое оборудование. Ну и изоляторы, конечно, - Добавила она. - При переходе на массовое производство нужны полноценные реакторные системы полного цикла. Но к ним, я думаю, мы перейдем не раньше, чем через шесть месяцев после запуска лаборатории.
- Всё это можно купить в России? - спросил я.
- Да, - вступила Маша, ее звонкий голосок разносился по всему кабинету и Наталья Михайловна с Александрой с удивлением повернулись к ней, - я промониторила поставщиков и мы купим, либо у местных производителей, либо у дилеров. Основной затык есть с оборудование по генной терапии, но его можно завести как серый импорт через Казахстан или Турцию. Я кинула клич в одном из чатов импортеров и трое ребят уже выразили желание привезти нам все, что мы хотим. Список поставщиков на следующем листе, - Маша перещелкнула презу. - Коммерческие предложения я складирую в общей папке на серваке.
Наталья Михайловна подняла голову от блокнота.
- А мы уже представляем, во сколько нам это обойдется? - осторожно спросила она.
- Закупка оборудования обойдется примерно в 200 миллионов рублей разово, стоимость его монтажа мы не оценивали. Помещения необходимого качества, если удастся арендовать, тоже добавит немного - до одного миллиона в месяц. И порядка двух миллионов в месяц мы планируем фонд оплаты труда.
- Это с налогами? - уточнила Лихачева. Маша кивнула. Наталья Михайловна добавила: - Монтаж по моему опыту - это процентов 30-50 от стоимости самого оборудования.
Александра и Наталья Михайловна переглянулись.
- А программный комплекс? - спросил я.
- Здесь сложнее, - Аврора вздохнула. - В России нет готовых решений для моделирования нанороботов. Их, в общем-то, нигде нет. Инсайты, - она покосилась на Александру и Наталью Михайловну, - есть у Макса Сероффа из Германии. Его переезд Алиной уже запланирован, и нам удалось купить и передать ему в Германии ноутбук. Так что он уже второй день код переносит в онлайн. Приехать он должен через две недели, если все пойдет по плану. - Аврора вздохнула.
Я старался отслеживать появление всех новеньких попаданцев и держать руку на пульсе об их переезде в Россию. Но про Макса Сероффа информация от меня ускользнула. Ничего про него не знал. Но, конечно обсуждать проблемы его переезда при Лихачевой и Государевой мы не будем.
- Ну, то есть он к старту лаборатории должен успеть? - уточнил я.
- Должен, - кивнула Аврора.
Я посмотрел на Лихачеву, она сидела с каменным лицом, но глаза у неё были живые и заинтересованные. Явно о чем-то думала.
- Мы можем получить финансовую поддержку от правительства области или страны, если озвучим им, что занимаемся разработкой инновационных продуктов, - сказала Наталья Михайловна спокойно. - У меня есть знакомые в Нижегородском министерстве. Я уточню и расскажу. Но, в любом случае эти деньги не сразу придут. - Она помолчала. - Мы же все понимаем, что этих денег у нас нет? - спросила она глядя на меня поверх очков. - Или они где-то есть, просто я об этом не знаю?
- Есть-есть, успокоил я ее. - После этого совещания мы с Вами и Авериным обсудим процесс легализации денег. Может, двухсот сразу у нас и нет, но в течение месяца они будут - думаю поставщики смогут подождать пару недель, тем более оборудование не сразу сеть, его собирать надо? Какой срок его изготовления? - спросил я у Маши.
- От готового на складе до трех месяцев, - бодро отрапортовала она.
-Вот, - сказал я. Лихачева кивнула:
- А можно еще и лизинг подключить, - добавила она. - У меня остались знакомые в двух лизинговых компаниях, может вообще за треть цены все купим.
- Такую женщину нельзя терять, - сказала Аврора, обращаясь ко мне. - Ты должен платить ей в два раза больше.
- Я и так плачу ей в два раза больше рыночного, - усмехнулся я.
Наталья Михайловна поправила очки.
- Я просто люблю свою работу. И не люблю переплачивать. Если позволите, я проведу аудит поставщиков, может, удастся еще что-то с них выбить.
Олег посмотрел на неё с уважением.
- Какая серьезная женщина! Наталья Михайловна, а вы замужем?
- Конечно, - Наталья Михайловна даже не подняла головы, - четверо детей, две кошки и собака. Так что я ценю каждую минуту в офисе как личный отпуск.
Олег хмыкнул и отхлебнул кофе из своей огромной кружки.
- Тогда понятно, почему вы так быстро приехали. Я бы тоже сбежал от четверых.
- У вас есть дети? - спросила Наталья Михайловна, взглянув на него поверх очков.
- Нет, - Олег покачал головой. - И после этого разговора, кажется, не будет.
- Эх, Олег, ничего вы не понимаете, - протянула с мечтательной грустью Наталья Михайловна, - Когда они рядом иногда хочется их прибить, но когда ты от них далеко - скучаешь по ним и волнуешься.
Маша и Аврора переглянулись.
- Наш человек, - сказала Маша.
- Сработаемся! - добавила Аврора.
Лихачева посмотрела них с удивлением.
Аврора посмотрела на часы и сказала:
- Уже почти одиннадцать. А я еще не знаю, где я буду жить.
- Алина сняла квартиру, - ответил Олег. - Трехкомнатную, в том же микрорайоне, где живем мы все. Там уже живет Маша.
- Мы будем жить вместе? - Маша радостно округлила глаза. - Как сёстры?
- Я буду старшей сестрой, - сказала Аврора. - Я буду готовить пасту, а ты будешь учить уроки.
- Как в Лило и Стич? - спросила Маша.
- Точно, - Аврора засмеялась. - Только лучше.
Наталья Михайловна собрала бумаги и встала.
- Сергей Александрович, там Аверин приехал, где мы трансфер денег обсудим?
- Идите в мой кабинет, там нам никто не помешает. Я сейчас тоже подойду.
Маша взяла планшет и направилась к двери.
– Сергей, ты обещал мне, что мы сходим на обед в то грузинское кафе. Я никогда не ела местного хинкали.
Я оглянулся на них.
- Аврору наверно нужно в квартиру увезти, а то она сразу с корабля на бал попала. У меня есть предложение. Олег, может, ты отвезёшь девушек до квартиры, а потом и на обед в то грузинское кафе, про которое я тебе рассказал? Пусть Аврора попробует хинкали и познакомится с городом. Маша тоже хочет.
Аврора захлопала в ладоши.
- Отлично! Я люблю грузинскую кухню. В Болонье есть ресторан «Тбилиси», я туда ходила каждую пятницу.
- Тогда поехали, - Олег встал и взял ключи от машины. - Девочки, за мной.
Подошла и встала рядом с нами Алина.
– Сергей Александрович, я нашла помещение в технопарке. Есть несколько вариантов с разной площадью под медицинское производство с уже готовыми стандартами. Можно завтра съездить и посмотреть.
– Отлично, запланируй завтра на первую половину дня, – я улыбнулся. – Видишь, как быстро движется дело, - Аврора кивнула.
- У тебя отличная команда, Сержио, - сказала она и тепло посмотрела на Алину.
Они ушли, а я двинул в свой кабинет. Лихачева и Аверин о чем-то тихо беседовали
