Пути оздоровления организма человеческого общества

В самом ли деле на данном этапе исторического развития заканчивается наш исторический срок как самостоятельного, самобытного государства с великой ролью в истории? Время покажет. Пока об этом знает только Бог.

Что касается людей, то в отношении их Богом установлено: многое в человеческой судьбе зависит от самого человека. Значит, имеются у нас и возможности для противодействия непреодолимой враждебной силе исторических обстоятельств.

Необходимо прежде всего попытаться увидеть и оценить эти возможности. С духовной, христианской точки зрения эта задача проста и картина ясна. Корнем и источником всякого блага, всякого доброго дела, всякого изменения к лучшему является молитва. Имеется в виду суть молитвы – возвышение ума и сердца к Богу, прошения, которые Он слышит и исполняет. Это возможно только при условии правой и живой христианской веры, которая проявляет себя в добродетелях (добрых качествах человека) и в добрых делах. И даже одни добрые дела без веры могут, по мысли святого Серафима Саровского, которую он выразил в известной беседе о цели христианской жизни, подвести человека к вере и к молитве. Наличие добрых качеств в людях обязательно проявляет себя как взаимопонимание, взаимопомощь, взаимодействие, укрепление единства. Только на этой основе возможно объединение всех созидательных сил, всех людей доброй воли, рост объединения, развитие его структуры.

Не следует скептически относиться к этой возможности: она перспективна и плодотворна. Она всегда, при любых обстоятельствах, в той или иной мере – имеется. Перспективность и плодотворность были свойственны очень маленьким первохристианским общинам, осуществлявшим евангельское служение во враждебной стихии языческого мира, и этот мир не смог поглотить их, не смог воспрепятствовать их росту и последующему торжеству христианства.

Что касается всех остальных мер духовно-освободительной борьбы, то их обсуждение и осуществление будет иметь смысл лишь постольку, поскольку будет реализовываться возможность объединения в Боге всех подлинно патриотических сил. Любые меры борьбы, не проистекающие из до-стигнутого единения, даже при самых благонамеренных и возвышенных побуждениях их инициаторов, будут восприниматься либо как провокация, либо как «выпускание пара», либо как слепая и самоубийственная авантюра. Потому что истинно слово Господа: «…Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них» (Мф. XVIII, 20), – и: «…Без Меня не можете делать ничего» (Иоанна XV, 5).

Объединение должно стать осознанной целью. Тогда оно непременно будет осуществляться. Аналогом осознанного стремления к объединению является духовная жизнь христианина, которой свойственна целеустремлённость, точнее говоря, устремлённость всех душевных и телесных сил к единственной истинной Цели – Богу. По своему духовному опыту христиане знают, что как только Цель – Бог – теряется из вида, христианская вера теряет свою силу и вырождается в фарисейство.

Стремление к объединению в Боге, осознаваемому в качестве единственной главной Цели, – вот ключ к успеху в борьбе за Россию, за её народ, за жизнь на Земле.

Размежевание между «красными» и «белыми» в патриотической среде на данный момент многим представляется совершенно непреодолимым. Формированию такого представления активно способствуют властные структуры, средства массовой информации в России и за рубежом. Ввиду вышеприведённых откровенных высказываний авторитетных лиц (например, Билла Клинтона, Збигнева Бжезинского) это обстоятельство кажется неслучайным. «Великие обязанности имперской геостратегии заключаются в предотвращении сговора между вассалами, … сохранении покорности подчинённых … и недопущении объединения варваров» (из книги З. Бжезинского «Великая шахматная доска»). Именно поэтому мы должны обратить внимание на принципиальную возможность уврачевания расколов, происходящих в обществе по идейным и политическим мотивам.

Человек не может не иметь своей позиции, но в любом случае христианская вера требует, чтобы эта позиция была корректной и целесообразной. Корректность определяется соответствием заповеди: «Не судите никак прежде времени» (1 Кор. IV, 5), – а целесообразность – соответствием целям созидания и спасения в личном и общественном плане. Судить и выносить приговор живым и умершим, cтрого говоря, есть дело, превышающее человеческие силы. Это дело Божие. Потому и дана нам заповедь «не судите, не осуждайте». Лишь в некоторых случаях, при определённых условиях, Господь помогает нам выносить своё суждение. Не является исключением и суждение о роли Ленина и о личности Ленина. Он уже предстал на суд Божий. А наше дело – своими словами и действиями способствовать упразднению последствий его ошибок и грехов.

Необходимо сказать о главной ошибке Ленина как теоретика социализма.

Развитие и совершенствование любой научной теории происходит благодаря появлению новых опытных данных. По ним проверяется теория, и если она им не соответствует или оказывается не способной их объяснить, то возникает необходимость в её пересмотре, уточнении, дополнении или замене новой теорией. Слепой догматизм, когда какое-нибудь теоретическое положение объявляется или подразумевается не подлежащим критическому осмыслению, в науке, как и в богословии, не допустим, так как является тормозом научного развития и на практике может привести к катастрофическим последствиям.

Сказанное о богословии не противоречит тому, что в христианстве есть святые догматы, которых христиане неизменно придерживаются и будут придерживаться до скончания века. Попрекать этим христиан всё равно, что попрекать физиков за неизменность их учения о трёхмерности пространства физического мира. Так и в христианском православном богословии есть специальные правила, соблюдая которые, мы можем и должны познавать Бога критическим умом и верующим сердцем. Поэтому в существе своём христианство совершенно не причастно слепому догматизму.

После смерти Ленина подлинно свободное, творческое развитие его теории, исправление её ошибок оказалось не осуществимым на практике. Преемники Ленина интуитивно поняли, что без веры, без догмата управлять народом и строить государство невозможно. (Без веры, вообще, невозможна жизнь и, в частности, научное познание: мы доверяем учебникам, мнениям учёных, не имея возможности всё проверять самостоятельно.) И они пошли по самому лёгкому пути: на место гонимой ими евангельской веры4* поставили веру в непогрешимость ленинского учения. Ненаучное указание о непримиримости к религии было воспринято в качестве научной истины, а по сути – догмата, не подлежащего критике. Зародился слепой догматизм (несмотря на то, что Ленин постоянно высказывался против него и предупреждал о его смертельной опасности), который, постепенно развиваясь, привёл советское общество к катастрофе.

При изучении революции и советского периода нашей истории для правильной, объективной оценки исторических событий и роли отдельных лиц необходимо глубочайшее смиренномудрие и величайшая корректность в соблюдении евангельских заповедей. Те, кто видит в революции только плохое, за деревьями не видят леса. И жертва императорской семьи приобретает новый смысл, когда мы мысленно связываем её с этим лесом: это был вклад в общие усилия и жертвы для достижения относительно счастливого будущего людей, который дом Романовых должен был внести и не внёс в силу естественной человеческой немощи (если бы не было этой немощи, то императорская власть смогла бы предотвратить трагическое развитие событий).

Заметим в скобках, что далеко не все сейчас согласны с тем, что, как считает Александр Зиновьев, послевоенный расцвет Советского Союза был относительно счастливым временем и зенитом славы нашего Отечества. В современной околоцерковной литературе, как правило, весь советский период представляется мрачным временем безбожия, невиданных в истории гонений на Церковь.

Когда говорят о безбожии того времени, автору этих строк вспоминается пример его первой школьной учительницы, которая четыре года вела свой класс, не пропустив ни одного урока даже по болезни. Она не говорила (или почти не говорила) нам о Боге, но она свидетельствовала о Нём своим примером лучше многих нынешних проповедников, очень часто употребляющих слово «Бог» и другие благочестивые слова. Это был человек исключительной ответственности, честности, благородства, бескорыстия и других высоких христианских качеств. В ту пору такие люди составляли реальную основу государственной и общественной жизни («кадры решают всё»). Закономерным является то, что многие из них пришли к вере и стали посещать церковь, к своему христианскому долгу относясь с такой же ответственностью, как к своей работе. А употреблять всуе Имя Божие было невыгодно. Нет худа без добра.

Да, жили бедно, впроголодь, не имели элементарных удобств, работали без отпусков, без выходных, но говорят о том времени (те, кто дожил до наших дней), что оно было лучше нынешнего. И дело не в старческом брюзжании, свойственном человеческой природе во все времена. Речь идёт о сравнении по абсолютным параметрам, не зависимым от времени. Достаточно поговорить с простыми тружениками, помнящими то время, чтобы убедиться в этом. Об этом же свидетельствуют и фильмы, и песни тех лет, в которых пела душа народа («песня – душа народа» – А. Н. Островский). Пропаганда? Да, была и пропаганда, но не на пустом месте.

Развивая (в избранном ключе) мысль о жертве дома Романовых, мы приходим к выводу, что она была принесена на тот же алтарь спасения и славы нашего Отечества, что и жертвы коллективизации, и жертвы Великой Отечественной войны. В этой связи открывается возможность до конца осознать историческую роль церковной проповеди таких светильников веры конца XIX – начала XX столетия, как праведный Иоанн Кронштадтский. На первый взгляд эта проповедь в конечном её итоге (в социальном плане) представляется совершенно безуспешной. Несмотря на то, что она многих обратила к вере, исправлению жизни и спасению, всё же она не смогла преодолеть преобладающую тенденцию всеобщего отступления от веры и предотвратить наступление трагических событий, о которых она пророчески возвещала как о неизбежном следствии нераскаянности людей. Но это только внешняя сторона явления. А глубинная его суть в том, что пламенное слово и молитвы праведников принесли свои невидимые плоды. Это, во-первых, спасение многих душ для вечности, а во-вторых, это христианский нравственный облик не далёких от подлинного воцерковления советских людей. То есть служение праведного Иоанна Кронштадтского – это жертва, принесённая на тот же алтарь спасения и славы нашего народа, вечного торжества Истины Христовой. Подтверждением духовного единства России царской и советской служат и вышеприведённые высказывания врагов.

В настоящей работе сделана попытка найти идеал общественного и государственного устройства и пути приближения к нему. Этот идеал включает в себя многие элементы социализма. Стремление к идеалу, к высокой цели было характерным и для царской России, и для России реального социализма (правда, надо оговориться, что всегда играли определённую роль иные, гибельные тенденции). Это бескорыстное (в своей глубинной и не всем видимой основе) стремление осуществлялось на деле сильной централизованной властью, которая, в соответствии со своими представлениями о благе, подчиняла свою деятельность целям народного блага и славы Отечества. (Конечно, то же самое, за исключением двух характеристик: бескорыстия и высокой цели, – можно сказать и о власти Гитлера, но какова цель, таковы и средства.) Такого рода власть была идейно связывающим звеном России царской и России, «названной Советским Союзом» (по выражению З. Бжезинского). И эту преемственность народного по сути характера власти не смог нарушить даже грех узурпации власти в 1917 году5*.

Чтобы способствовать уврачеванию разделений и искоренению вражды между детьми России, чтобы не грешить против истины, необходимо признать, что в обществе реального социализма во многих отношениях и в большой мере было достигнуто осуществление народных чаяний общественной справедливости и лучшей жизни на земле. Развитие исторической ситуации, взаимоотношений власти и народа, начиная с царского периода, можно наглядно представить в образе супружеских отношений, где муж является аналогом власти, а жена – народа. В неверности жены, отдающей предпочтение другому мужу (который впоследствии становится убийцей её первого мужа), может быть заключена и вина первого мужа, состоящая в невыполнении супружеских обязанностей по слову Апостола: «Во избежание блуда каждый имей свою жену и каждая имей своего мужа» (1 Кор. VII, 2). Такого рода вине мужа в рассматриваемой аналогии соответствует невыполнение властью своего предназначения в полной мере удовлетворять глубинным чаяниям народа, утолять его жажду справедливости, достойного образа жизни. Сопоставление периода православной монархии с советским периодом нашей истории позволяет увидеть в первом из них огромные неиспользованные возможности для раннего выявления патологических тенденций в общественном организме, для разработки теории общественного развития и, на её основе, осознанного применения адекватных терапевтических мер. Понятно, что в XIX веке научная теория и практический опыт к этому ещё не подошли, и всё же несомненно: многое из того, что могло быть сделано в умственном, духовном и практическом плане во имя правильно понимаемой общественной пользы, не было сделано в силу греховной немощи человеческого естества. По этому поводу вспоминается неплодная смоковница, которую Христос проклял за бесплодие несмотря на то, что к моменту её посещения судом Божиим время плодоношения для неё ещё не наступило (Мк. XI, 12-14). С этой евангельской позиции в жертве дома Романовых виден двоякий смысл: с одной стороны, она была принесена во искупление его собственной греховной человеческой немощи и, в то же время, это была невинная жертва мученической крови, семя, брошенное в землю и не оставшееся бесплодным.

В рассматриваемой аналогии мы имеем дело с изменой жены первому мужу при некоторых смягчающих обстоятельствах (невыполнение мужем в полной мере своих супружеских обязанностей). Грех прелюбодеяния состоит в том, что жертвы соблазна идут к желаемому запретным путём, без Бога. В грехе измены присяге, законной власти видны те же характерные черты: запретный путь, путь без Бога. Но очень часто в человеческих взаимоотношениях бывает так, что характер сожительств, вначале совершенно порочный, Промыслом Божиим, по безмерной благости Владыки постепенно исправляется. Ошибки и преступления во многих случаях не приводят к соответствующим их характеру последствиям, ибо если бы это было так, грехи, страдания и бедствия сокрушали бы людей как цунами на океанском берегу. По милости Божией, из тех, кого следовало бы назвать плодами прелюбодеяния, вырастают не бесы в человеческом обличье, а нередко вполне нормальные люди, ничуть не хуже тех, кто рождён в законном браке. И блудное сожительство может изменить своё качество, став законным браком, хотя, по учению Церкви, сам по себе «блуд не есть брак и даже не начало брака» (Книга Правил). Так же и в развитии исторической ситуации в России просматриваются определённые качественные изменения в общественных силах, так или иначе причастных к революционному процессу.

Если чудовищный грех цареубийства первых революционеров-террористов в какой-то мере смягчался только их благими намерениями (благими, разумеется, с их точки зрения), то продолжатели их дела направили свою деятельность в несколько иное русло, в котором она приобрела не столь отталкивающий, а для многих даже и привлекательный вид. Известны слова молодого Владимира Ульянова, сказанные им матери по поводу судьбы брата Александра, казнённого за участие в покушении на Александра III: «Нет, мы пойдём не таким путём. Не таким путём надо идти». Под революционную деятельность была подведена теоретическая база, которая оправдывала её благими целями.

Цель действительно обладает способностью в определённых пределах оправдывать средства, но это можно сказать только о цели, которая поистине является благой. Если же мнимо благая цель увязывается с отрицанием единого Истинного Блага и Источника благости – Бога, то она либо оказывается иллюзорной, либо в испытаниях теряет свою противоестественную связь с этим отрицанием. И как в отдельном человеке живое борется за жизнь, сопротивляясь при любых обстоятельствах силе греха и смерти, так и в российском обществе после революции здоровое созидательное начало не напрасно противостояло силам разрушения. И многие духовно рождённые революционной бурей, как рождённые вне законного брака, но хорошие дети, внесли огромный вклад в общее дело созидательных сил и приумножили всемирную, вечную славу нашей Родины.

Нет необходимости рассматривать здесь подробно борьбу разрушительных и созидательных тенденций в послереволюционном развитии советского общества. Но нельзя не обратить внимание на то, что разрушительные тенденции активно поддерживались определёнными силами внутри страны и за рубежом, причём началось это задолго до социалистической революции. В конце советского периода враждебные нашему народу силы проявили себя конкретным образом в деятельности агентуры влияния, в задачу которой входило, в частности, закрепление, углубление и расширение всех пороков социалистической системы. В ряду этих мер было и сохранение в неприкосновенности «святыни» атеизма, на что теперь указывают непримиримые противники советского строя как на оправдание своей непримиримости, не сознавая, что тем самым они льют воду на мельницу разъединителей и ликвидаторов нашего народа.

Причина образования и углубления любых расколов и вражды в человеческом обществе с научно-богословской точки зрения вполне объяснима. Суть в том, что человеческое свойство ошибаться (humanum est errare) у разных людей проявляется по-разному. Этим пользуется диавол. Используя естественную греховную слабость, те или иные нравственные недостатки, которые есть у каждого человека, он указывает одному на ошибки или недостатки другого, возбуждая неприязнь, чувство отчуждённости и уверенность в невозможности примирения. Дальше – больше. Остановить этот процесс, обратить его вспять может только действительное (не на словах, а на деле) стремление к истине, к евангельской Истине. Отсекать то, что ей не соответствует, не держаться за собственные предвзятые мнения и предубеждения, если они не выдерживают проверки на истинность, – вот то условие, которое мы должны обеспечить в первую очередь для того, чтобы процесс объединения в Боге всех людей доброй воли стал реальностью.

Ввиду неравного соотношения сил добра и зла в современном мире, а также крайней степени моральной деградации и замкнутости на своих проблемах многих членов современного общества, задача объединения, о которой говорим, представляется неразрешимой. Она действительно не разрешима без вмешательства Высшей Силы. Поэтому всё наше упование мы должны возложить на это вмешательство (разумеется, не забывая поговорку «На Бога надейся и сам не плошай»). Силе Творца и Владыки мира подчиняется и князь века сего диавол, и неисчислимое множество его видимых и невидимых слуг.

Важно убедиться в реальности действия этой Силы в мире, в её превосходстве над силой диавола. С этой целью ниже приводится отрывок из книги русского исследователя М. А. Орлова, вышедшей в свет в 1904 году, под названием «История сношений человека с диаволом». Цитируемый отрывок представляет собой описание существующего в США храма сатаны, а также, со слов очевидцев, рассказ автора о явлениях в «святилище» этого храма самого люцифера.

«Храм представляет собой громадный квадрат, вся средина которого занята круглым лабиринтом. Вокруг этого лабиринта идут опять-таки квадратом широкие коридоры, а в них открываются двери, ведущие в разные помещения. Правая сторона здания занята помещениями обыкновенного, простого масонства, так называемого шотландского толка. Левая же половина здания принадлежит демонопоклонникам палладистам.

Самая главная "святыня" храма находится в его задней части, противоположной главному входу. Здесь выстроен очень просторный зал правильной треугольной формы с необычайно толстыми стенами. В "святилище" это, которое называется "святое царство", ведёт только одна дверь, вся железная и чрезвычайно массивная и прочная. Вот здесь-то, в заднем восточном углу этого треугольника, и поставлена главная "святыня" демонопоклонников – та самая статуя бафомета, которую, по преданию, вручил тамплиерам сам сатана. Доступ в это "святилище" постоянно охраняется особыми стражами, и входить туда могут лишь самые высшие чины верховного совета…

Статуя бафомета сделана чрезвычайно грубо и, вообще, носит следы несомненной глубокой древности, хотя трудно утверждать или оспаривать, что она явилась на сцену ещё во времена тамплиеров, то есть в XI или XII столетиях. Особенно поражает козлиная голова статуи, которая сделана очень уродливо и "блистает" своим зверским выражением…

Стены "святого царства" оставлены без всяких особых украшений и выкрашены сплошь в зелёную краску, до такой степени яркую, что посетитель, сразу вступая в "святилище" из полутёмного преддверия, на несколько мгновений бывает ослеплён этим ярким светом».

Сатанисты, посещающие храм, уверяют, что в этом «святилище» им является сам люцифер. Вот как они об этом рассказывают.

«Стены "святилища" вдруг начинают испускать яркий свет, из них начинается как бы "выпоть" света. В то же время в "святилище" распространяется сильный жар, который присутствующими весьма ощутительно чувствуется, но отнюдь для них не мучителен. После того из самой глубины земли семь раз раздаётся глухой громовой раскат. В этот момент присутствующие обыкновенно опускаются на колени и прикладываются устами к полу. В это время они ощущают на своих лицах страшно горячее дуновение, идущее снизу. И в то же время перед ними появляется сам сатана, обычно останавливающийся в трёх шагах впереди статуи бафомета.

Во время этих явлений он принимает вид прекрасного собою, свежего и здорового мужчины в цвете лет. Иногда он является крылатый, иногда без крыльев. На его физиономии замечается только одна особенность: сильно изогнутые, точно сведённые судорогою брови. Как только люцифер появляется, он сейчас же возлагает руки на присутствующих, которые в эту минуту чувствуют себя как бы охваченными каким-то таинственным огнём…

Появление его продолжается разное время, но редко дольше 33 минут. Он говорит с присутствующими, и речь его всегда состоит из коротких и обрывистых фраз… Почти все свои слова он произносит совершенно спокойным голосом, кроме, однако же, тех случаев, когда ему случается заговорить о Христианстве и его святынях. При этом он явно раздражается и даже сжимает кулаки, но обыкновенно быстро овладевает собою и немедленно начинает речь о чём-то другом.

Исчезает он всегда мгновенно и, как иногда казалось тем, кто много раз присутствовал при его явлениях, исчезает он как бы помимо своей воли, словно его внезапно кто-то одёргивает. Случалось даже, что он внезапно пропадал из глаз, не успев договорить фразу, и даже на полуслове»6*.

Конечно, можно сомневаться в достоверности этих описаний, но сама зависимость диавола от Высшей Божией Силы не подлежит сомнению, так как подтверждается евангельскими свидетельствами и многими фактами сверхъестественных явлений. Божия Сила оказывает реальное влияние на события в мире, и ей безусловно подчинена сила диавола.

Благословит ли наши поиски, наши усилия, наши начинания Вседержитель? Семя, бросаемое в землю, принесёт ли плод? Только Богу это ведомо. Но в любом случае, даже если все наши усилия окажутся бесплодными, будем Ему благодарны. Значит, прошло время, отведённое нашему Отечеству, подошёл конец его исторического бытия как великой самобытной державы, оказывающей благотворное влияние на весь мир. В таком случае, что будет с миром, лишившимся этого благотворного влияния?

Как бы ни торжествовала злая сила в этом мире, при любом варианте развития событий, торжество её будет временным. В этом нет никакого сомнения. К нашим «победителям» (как они сами себя величают) можно отнести слова одного из них, Збигнева Бжезинского: «Шансов у вас нет никаких». Можно напомнить им и слова Иосифа Сталина, сказанные в 1941-м: «Враг будет разбит. Победа будет за нами!» Слова эти исполнились, потому что в ту войну с нами был Бог.

Судьбы России и Православия сплетены воедино. Конец России как оплота Православия будет означать гонение на Церковь в той или иной форме (вспомним: «Православие – главный враг Америки»). Это приведёт к последним событиям Апокалипсиса и вплотную приблизит конец мировой истории. То есть конец России означает конец преходящего мира. Но если Господь и в теперешнем нашем положении мухи, попавшей в сети паука, благоволит продлить Свою милость к нам, маленькое горчичное зёрнышко – зародыш организации людей доброй воли – вырастет в большое дерево, и птицы небесные будут обитать в ветвях его.