Черная метка для графини

ПРОЛОГ

Море горело.

Алисия "Черная Метка" Вэнс стояла на коленях в луже собственной крови и смотрела, как пламя пожирает ее корабль.

"Месть" умирала.

Алисия видела, как огонь лижет такелаж и грот-мачта с ее флагом кренится все сильнее. Палуба под коленями дрожала в предсмертной агонии, и дрожь эта отдавалась в сломанных ребрах такой болью, что темнело в глазах. Воздух был пропитан едким дымом тлеющего дерева и пороховой гарью, а во рту застыл солоноватый привкус собственной крови.

Она не кричала.

- Нравится?

Голос за спиной звучал почти ласково.

Джейкоб. Ее первый помощник. Человек, которому она доверяла больше всего на свете.

Алисия зажмурилась на мгновение. Кинжал в спине мешал дышать.

- Ты всегда умел выбирать момент, Джейкоб, - ее голос сорвался в хриплый кашель. Кровь брызнула на палубу, темная, почти черная в свете пожара.

Он обошел ее медленно, с расчетливой грацией хищника, который знает, что добыча никуда не денется. Высокий, светловолосый, с глазами цвета зимнего моря. Семь лет назад она увидела эти глаза сквозь прутья клетки на невольничьем рынке и поняла: этот будет стоить любых денег.

Она не ошиблась.

Он стоил всего.

- Помнишь, как ты купила меня? - спросил он, останавливаясь в двух шагах. Огонь плясал в его зрачках, делая их похожими на расплавленное серебро. - Семьдесят золотых. Ты дала мне свободу на следующее утро. А потом всю оставшуюся жизнь доказывала, что я - всего лишь твоя вещь.

- Я любила тебя. - выдохнула Алисия.

Джейкоб замер.

На одно мгновение - всего лишь на одно - в его глазах мелькнуло что-то живое. А потом исчезло, смытое годами обиды, которую он так тщательно растил в себе.

- Любила, - повторил он. - Да. Я знаю. И это было хуже всего.

Он присел на корточки перед ней, и теперь их глаза были на одном уровне. Алисия смотрела в это красивое лицо - точеные скулы, четкая линия губ, шрам над левой бровью, полученный в драке в портовом кабаке. Она помнила, как обрабатывала эту рану. Помнила, как он смотрел на нее тогда…

Она думала, это любовь.

Оказалось - зависимость.

- Каждую ночь, лежа с тобой в постели, - тихо сказал Джейкоб, - я слышал, как матросы за стенкой смеются. "Капитанский мальчик", - вот как они меня называли. А ты не слышала. Или слышала, но тебе было все равно. Ты же хозяйка. Ты можешь все.

- Я убила бы любого, кто...

- Убила бы, - перебил он. - И что? Они бы перестали так думать? Нет. Просто научились бы молчать. А я бы остался тем, кем был - твоей вещью. Купленной за семьдесят золотых.

Алисия закрыла глаза.

Семь лет она думала, что спасла его. Вытащила из грязи, из клетки, из рабства. Думала, он счастлив и любит. А сейчас умирала от его руки.

- Я просто хотел выжить, - сказал Джейкоб, будто прочитав ее мысли. - Я даже был благодарен. Сначала. Пока не понял, что для тебя я - просто трофей. Еще одна диковинка, которую можно выставить напоказ. Ты гордилась мной, Алисия. Но ты никогда не видела во мне человека.

- Я сделала тебя своим первым помощником! - она открыла глаза, и в них полыхнула ярость - та самая, что заставляла трепетать команды целых флотилий. - Я доверяла тебе жизнь. Свою жизнь!

- Свою жизнь - да. - он покачал головой. -А сердце ты оставила себе. И разбила мое вдребезги… Я ждал семь лет, когда ты хоть раз посмотришь на меня не как на собственность. Когда спросишь, что я чувствую. Когда заметишь, что я не сплю ночами, потому что рядом с тобой - это сладкая пытка, а не счастье. Но ты не замечала. Ты вообще ничего не замечала, кроме своего чертового моря и своей чертовой мести.

Алисия молчала.

Что она могла сказать? Он был прав. Она не замечала. Слишком долго училась выживать, быть сильной и не доверять никому - и разучилась чувствовать.

- А знаешь, что самое страшное? - Джейкоб усмехнулся, и в усмешке этой было столько горечи, что Алисии показалось - еще немного, и она захлебнется ею. - Я ведь правда ждал. До самого конца. До сегодняшнего утра я надеялся, что ты заметишь. Что ты обернешься и увидишь меня.

- Джейкоб...

- Поздно, - отрезал он. - Все поздно. Но я хочу, чтобы ты кое-что знала перед смертью.

Он наклонился.

Ближе. Еще ближе. Его губы коснулись ее уха, и от этого прикосновения - такого знакомого, такого родного - у Алисии перехватило дыхание.

- Твоя сестра, - прошептал он. - Лилиан.

Алисия вздрогнула, будто от удара хлыстом.

Лилиан.

Ее близняшка. Ее вторая половина. Та, с кем они двадцать пять лет назад появились на свет в один день, с кем делили одну колыбель, одни игрушки, одни тайны. Та, что была ее полной противоположностью - мягкая, кроткая, тихая, с глазами цвета летнего неба и улыбкой, от которой у самых суровых мужчин таяло сердце.

Лили, которая всегда верила в нее.

Лили, которую она бросила.

- Что с ней? - голос Алисии сорвался в хрип. - Джейкоб, что с ней?

Он медлил. Смаковал каждое мгновение, каждую каплю ее ужаса. И когда заговорил, слова его падали, как удары молота по наковальне.

- Ты ведь думала, она в безопасности? Что живет тихо в каком-то поместье на севере, вышивает приданное и ждет принца?

- Я посылала деньги... я...

- Деньги не доходили. Ты же мне доверила переправлять их? Иногда ты такая наивная, Алисия. Ничего не дошло до нее. Ничего.

Алисия замерла.

- Ты... Где она?! - Алисия рванулась вперед, забыв о ране, о боли, о смерти, заглядывающей в глаза. - Джейкоб, скажи мне, где она?!

Он легко отстранился, и она рухнула лицом в палубу, не в силах даже подняться.

- Она жила в Бельтайне, - сказал он. -Ее выследили люди герцога Монфортского. Того самого, кто ищет тебя. А ведь вы так похожи…

- Нет...

- Они ворвались в дом ночью. Она была одна. Муж... - он запнулся. - У нее был муж, Алисия. Ты даже не знала. И дочка. Два года.

Алисия закричала.

Это был не крик - это был вой раненого зверя. Он вырвался из самой глубины, раздирая горло, заглушая треск пожара, заглушая все на свете.

- ОНА ЖИВА?! - закричала она, вскидывая голову. - СКАЖИ МНЕ, ЧТО ОНА ЖИВА!

Джейкоб смотрел на нее сверху вниз.

И молчал.

Секунда. Две. Три.

- Она погибла, защищая дочь, - сказал он наконец. - Успела заслонить ее собой. Муж попытался вмешаться, и ему перерезали горло.

Мир рухнул.

Алисия слышала эти слова, но она не улавливала смысл. Потому что если это правда - значит, все, что она делала все эти годы, было не просто ошибкой. Это было самоубийством.

- Из-за тебя, - тихо сказал Джейкоб. - Все из-за тебя. Ты не проверила. Ты даже не попыталась узнать, как она живет. Ты просто... вычеркнула ее. Чтобы не чувствовать боль. Чтобы не чувствовать ничего.

- Я думала, что так защищаю ее…

Он развернулся и пошел прочь.

И только тогда, глядя в его удаляющуюся спину, Алисия поняла то, что должно было понять семь лет назад.

Он ненавидел ее не за то, что она купила его, или сделала своей вещью. Он ненавидел ее за то, что она заставила его полюбить себя. За то, что он зависел от каждого ее взгляда и прикосновения. За то, что она была его единственным смыслом, а для нее он был всего лишь одним из...

- Прости, - прошептала она в пустоту. - Прости меня, Лили. Простите меня все...

Пламя подбиралось ближе.

Алисия закрыла глаза, проваливаясь в темноту…

…Тишина дрогнула и рассыпалась на осколки от властного, неземного зова. Этот голос не мог принадлежать ни одному живому существу. Казалось, он рождался в самом сердце мироздания, эхом отдаваясь в груди: древний, словно воды океана и бездонный, как вечность.

- Ты шагнула за край, дитя.

Алисия попыталась открыть глаза, но веки не слушались.

- Вернись, Алисия Вэнс. Исправь то, что сломала. Искупи то, что погубила.

- Я не могу... там все кончено... Лили мертва...

- Время - не стрела, дитя. Это океан. В нем есть течения, которые уносят вперед, и те, что возвращают назад. Держись крепче.

Тьма взорвалась светом…

…Она открыла глаза.

Над головой покачивался знакомый дубовый потолок. Каюта мерно покачивалась в такт волнам. За иллюминатором синело вечернее небо, тронутое первыми звездами, и чайки кричали где-то совсем рядом - значит, берег близко.

Тело не болело. Ни сломанных ребер, ни кинжала между лопатками, ни запаха горелой плоти.

Алисия вскочила, хватая ртом воздух.

Метнулась к зеркалу, вделанному в дверцу платяного шкафа.

Из зеркала на нее смотрела женщина лет двадцати пяти. Но...

Моложе.

Свежее.

Без глубоких морщин у губ, без той затравленной тени во взгляде, которая поселилась там после стольких месяцев постоянной охоты. И главное - без шрама над левой бровью, который она получила в прошлом году.

- Этого не может быть, - прошептала она.

- Может.

Алисия резко обернулась.

На столе, среди разбросанных карт и недопитой бутылки рома, лежала книга.

Она была старой. Очень старой. Кожаный переплет потрескался от времени, медные застежки позеленели, но стоило Алисии посмотреть на нее, как по корешку пробежала золотая искра.

Алисия сделала шаг вперед, потом второй. Протянула руку, коснулась переплета - и отдернула, будто обожглась.

- Я знаю этот день, - выдохнула она, глядя на карту, разложенную на столе. - Я помню эту карту. Это...

- Бельтайн, - закончила Книга. - Порт Бельтайн. Ты пришвартуешься там через час. На берегу тебя ждут люди, которые предложат ограбить королевский обоз. Ты согласишься. А через три дня корона назначит цену за твою голову.

- Пятьсот золотых, - машинально сказала Алисия.

- Тысячу, после того, как ты сожжешь патрульный фрегат. - поправила Книга. - Ты умеешь поднять ставки. Но суть не в этом.

- А в чем?

Книга помолчала, будто собираясь с мыслями.

- Твоя сестра сейчас в этом городе, Алисия.

Сердце пропустило удар.

- Лили?

- Она приехала на ярмарку три дня назад. С мужем и дочерью.

Алисия вцепилась в край стола, потому что ноги перестали держать.

- Она жива? - прошептала она. - Она правда...

- Жива, - подтвердила Книга. - Пока жива. Люди герцога Монфортского выйдут на ее след через две недели. Если ты ничего не изменишь, ровно через месяц ее убьют. Ты знаешь, как это будет.

Алисия почувствовала, как по спине побежали мурашки. Второй шанс. У нее есть второй шанс…

Она рванула дверцу шкафа. Вытащила чистую рубашку, штаны, сапоги.

- Я не та, кем была, - сказала она, застегивая пояс с кинжалом.

- Посмотрим.

- Я спасу ее.

- Посмотрим.

- Я докажу.

- Кому?

Алисия остановилась у двери. Обернулась.

На Книгу она смотреть не стала - посмотрела на свое отражение в темном стекле иллюминатора. На женщину с хищными глазами и стиснутыми зубами. На ту, кого боялись от Сапфирового моря до Проклятых островов.

Но теперь в этих глазах горело что-то новое. То, чего не было раньше.

Надежда.

- Себе, - ответила она, поправила кинжал на поясе и шагнула за дверь.

И тут же раздался выстрел.

ГЛАВА 1

Джейкоб рванул к Алисии, сбил с ног и прижал к палубе, накрыв своим телом. Пули просвистели над их головами и впились в мачту, выбив сноп горячих щепок.

- Засада! - крикнул он.

Алисия приподняла голову, выглядывая из-за фальшборта.

На причале, среди рыбацких сетей и бочек с соленой треской, выстроились королевские стражники с мушкетами наперевес. Двадцать человек. Может, больше.

Ее флаг на мачте развевался на ветру как насмешка. Они знали, кто идет. Знали, где и когда.

- Откуда они узнали? - прохрипел Джейкоб, выхватывая пистолет.

Алисия молчала.

Она знала ответ. Знала, потому что уже пережила это однажды. В той жизни, которая еще не наступила. Там тоже были выстрелы, пожар и предательство. Там она умерла.

- Кто-то из наших продал нас, - сказал он.

- Неважно, - оборвала Алисия. - Юнга! За мной!

Рыжий Томми бросился к ним без колебаний.

Алисия вскочила и прыгнула за борт.

Холодная вода сомкнулась над головой. Пули ушли в глубину, не задев ни ее, ни Томми.

На мгновение Алисия зажмурилась - и сквозь толщу воды увидела пожар, кинжал, холодные глаза Джейкоба.

«Это было в другой жизни, - напомнила она себе. - Здесь он еще не предатель…»

Она бесшумно вынырнула у самого причала, за ящиками с треской, осторожно выбралась на берег и скрылась в переулке. Томми - за ней.

Алисия остановилась и повернулась к юнге.

- Слушай меня внимательно, - сказала она. - Иди в порт. Найди писаря, который записывает приходящие суда. Скажешь, что от купца с юга - хочешь узнать, когда сменится стража, чтобы безопасно выгрузить товар. Дашь ему вот это.

Она сунула руку за пазуху, достала маленький кожаный мешочек - там звенело серебро.

- Он клюнет, - сказала она. - Как узнаешь - сразу возвращайся. Я буду у старой Гретты.

- Понял, капитан! - Томми кивнул и метнулся прочь, растворяясь в утреннем тумане.

Мокрый и злой Джейкоб догнал ее через десять шагов.

- Ты с ума сошла! - прошипел он, хватая ее за локоть. - Что ты делаешь?

- Спасаю свою сестру.

Он замер.

- Какую сестру? У тебя нет сестры. Ты никогда...

- Я никогда о ней не говорила, - перебила Алисия. - Потому что если бы враги узнали, что у меня есть близкий человек, они бы использовали его против меня.

Она вырвала руку и пошла дальше.

- И ты не доверяла мне, - сказал Джейкоб, догоняя.

Она остановилась и повернулась к нему.

- Я никому не доверяла, - сказала она тихо. - Никому. Даже себе.

Алисия помолчала, собираясь с мыслями.

В ее глазах вспыхнуло что-то, чего он никогда там не видел. Страх.

- Ее зовут Лили, - сказала Алисия. - Она моя близняшка. Мы не виделись много лет, и сейчас ей грозит опасность, если я ничего не изменю.

- Откуда ты знаешь?

- Я не могу тебе пока этого объяснить, честно…

Джейкоб смотрел на нее, и в его глазах она увидела гнев, боль и что-то еще, чему она не решалась дать имя.

- Хорошо, - сказал он наконец. - Веди. Но потом ты мне все расскажешь. Все. Без утайки.

- Договорились, - кивнула Алисия.

Они петляли по узким улочкам, пока наконец не вышли к старому каменному дому с коваными ставнями. Алисия трижды стукнула в дверь - два коротких, один длинный.

- Кого там черти принесли? - раздался скрипучий голос из-за двери.

- Свои, Грета, открывай.

Звякнула щеколда. Дверь приоткрылась, и на пороге показалась маленькая сухонькая старуха с острым носом и цепкими глазами. Жена их бельтайнского скупщика, который помогал сбывать контрабанду.

- Алисия? - она прищурилась, вглядываясь в мокрое лицо гостьи. - Жива еще, чертовка? А мы слыхали, тебя утопили.

- Бессовестно врут, - усмехнулась Алисия, переступая порог. - Пускают слухи, чтобы страху нагнать. Грета, мне нужно переодеться и привести себя в порядок. И срочно.

- Вижу, - старуха окинула ее взглядом. - Вода, поди, холодная?

- Терпимая… Слушай, мне нужно провернуть одно дельце. - Алисия прошла в комнату, где горел камин, и начала вытирать волосы сухим полотенцем. - Мне нужны компаньонка, прическа, дорожное платье, экипаж и несколько чемоданов… Грета, найди что-нибудь для Томми - он будет моим пажом. Джейкоб, а ты - охранником. Все понятно?

- Так точно, капитан! То есть... мадам?

- Баронесса, - поправила Алисия. - Баронесса Вэнс. Я вернулась в Бельтайн после долгого отсутствия. Никакого пиратства. Никакой Черной Метки. Я - знатная дама.

- А я? - спросила Грета, доставая из сундука чистое полотенце для Джейкоба.

- А ты - моя престарелая дуэнья... Если кто спросит - ты приехала со мной из Селеции.

- Из Селеции? - Грета хмыкнула. - Я там сроду не была.

- Это ненадолго, - усмехнулась Алисия. - Просто кивай и молчи.

Она прошла за ширму, скинула мокрую одежду, вытерлась жестким полотенцем и села к зеркалу.

Грета, оказалось, умела не только проворачивать темные делишки, но и волосы укладывать. Сухие, цепкие пальцы быстро заплели сложную прическу.

- Откуда у тебя такие таланты? - спросила Алисия, глядя в зеркало.

- Жизнь научит, если надо, - буркнула старуха. - Я в молодости в богатом доме служила. Знаю, как знатных дам причесывать.

Очень скоро Алисия была готова...

…Карета остановилась у главного входа гостиницы «Тихая пристань» ровно в два часа пополудни.

Из экипажа, опираясь на руку своего пажа, вышла прекрасная дама.

Позже хозяин гостиницы, месье Дюбуа, будет рассказывать своей супруге, что в первую секунду принял ее за принцессу крови. Ибо такого благородства, такой породы он не видел даже у герцога Монфортского, который останавливался в его заведении прошлой осенью.

Лицо было скрыто короткой вуалью, тем не менее, она была великолепна.

- Любезный, - голос посетительницы был низким, с легкой хрипотцой, которая делала его удивительно чувственным, - Мне нужны комнаты для меня и моих людей. Я надеюсь, в вашей гостинице есть горячая вода? Дороги в Альдоне, убивают не хуже, чем шпаги разбойников. Я вся в пыли.

- О да, ваша милость! - воскликнул хозяин гостиницы, приходя в себя. - Флобер Дюбуа, к вашим услугам! Лучшие апартаменты, с видом на набережную, две спальни, гостиная, камин, ванная комната с медной купелью, я сейчас провожу вас...

Она направилась к лестнице, не дослушав, а юный паж уже нес за ними багаж.

У самого подножия лестницы дама остановилась и обернулась.

- Месье Дюбуа, - позвала она, лениво растягивая слова. - Я устала в дороге и поужинаю на верху. Сделайте так, чтобы меня никто не беспокоил…

- Как скажете, ваша милость! - залепетал Дюбуа, отвешивая поклон. - Как вас записать?

Женщина помолчала. На секунду ее пальцы дрогнули, теребя край вуали.

- Баронесса Вэнс, - сказала она. - Алисия Вэнс. Я вернулась в Бельтайн после долгого отсутствия.

Дюбуа вытаращил глаза. Вэнсы? Те самые Вэнсы, чей род когда-то владел половиной побережья?

- Рад приветствовать вас, баронесса, - он отвесил низкий поклон.

Ее компаньонка взяла ключ с медной табличкой, и они поднялись на второй этаж.

В апартаментах, за тяжелой дубовой дверью, Джейкоб прислонился спиной к стене и перевел дух.

- Это было великолепно, - сказала Алисия, поправляя вуаль перед зеркалом.

- Надеюсь, оно того стоило, - фыркнул Джейкоб, стягивая перчатки.

- Стоило, - ответила она, не оборачиваясь. - Отдохни. Вечером нам понадобятся силы…

…Номер сестры она нашла быстро. Томми разузнал все заранее - скромные апартаменты в конце коридора.

Дверь под номером четырнадцать. Из-за нее доносился детский смех и нежный женский голос, напевающий колыбельную.

Сердце Алисии пропустило удар.

Столько лет, - подумала она. - Столько лет я не слышала этого голоса.

Она подняла руку, чтобы постучать - и замерла.

Что она скажет? «Здравствуй, Лили, я твоя сестра-разбойница, за голову которой назначена награда»? Или: «Прости, что подвергаю тебя смертельной опасности»?

Алисия закрыла лицо ладонями, пытаясь унять предательскую дрожь.

В ту же секунду тишину разорвал резкий звук, и дверь распахнулась.

Она вскинула голову и застыла, не в силах выдавить из себя ни звука, не веря тому, что видит перед собой.

На пороге стояла Лили.

ГЛАВА 2

Воздух в комнате стал вязким. Ни одна не могла вымолвить ни слова. Они смотрели друг на друга - две женщины, одинаковые и разные, как отражения в кривом зеркале. Одна - в светлом платье, с волосами, уложенными в мягкие локоны. Другая - в бархате с вуалью и глазами, которые видели слишком много смертей.

Секунда. Другая. Третья.

- Алли, - выдохнула Лили, и голос ее сорвался.

Этого было достаточно.

Алисия шагнула вперед - и они рухнули друг другу в объятия.

- Ты жива, - шептала Лили, уткнувшись лицом ей в шею. - Боги, ты жива. Я думала… я думала…

- Я здесь, - сказала Алисия, и голос ее был хриплым, сломанным. - Я здесь, Лили. Я вернулась.

- Столько лет, - Лили отстранилась, посмотрела ей в лицо. Глаза ее наполнились слезами. - Ни одного письма. Ни одной весточки. Ты же обещала, Алли…

Алисия опустила глаза.

- Я думала, что так защищаю тебя, - сказала она тихо. - Если бы враги узнали, что у меня есть сестра…

- А как же я? - Лили повысила голос. - Я думала, что тебя убили! Я оплакивала тебя! А ты…

Она не договорила. Всхлипнула и снова прижалась к сестре.

Алисия гладила ее по спине и молчала. Что она могла сказать? Что боялась принести смерть? Что думала, так будет лучше? Все это звучало бы жалко.

- Но почему сейчас? - спросила Лили, отстраняясь. - Почему не раньше?

Алисия помолчала, собираясь с мыслями.

- Тебе грозит опасность, - сказала она. - Человек, который охотится за мной, вышел на твой след. Его зовут герцог Монфортский.

Лили побледнела. Лицо ее, еще секунду назад теплое и живое, стало серым.

- Я слышала это имя, - сказала она. - От него приходило письмо на имя Ричарда. Он спрашивал о нашем отце…Знаешь, я вышла замуж за нашего соседа, помнишь его?

Алисия вздрогнула, но быстро взяла себя в руки.

- Поздравляю, дорогая, он чудесный человек, и всегда был влюблен в тебя по уши… Но о каком письме идет речь?

Лили подошла к комоду, достала из ящика сложенный лист бумаги и подала сестре.

Алисия развернула его. Изящный каллиграфический почерк, герцогская печать, вежливые, но цепкие формулировки. Она пробежала глазами строки:

«Уважаемый барон Эшворт, до меня дошли сведения, что ваша супруга, урожденная Вэнс, принадлежит к древнему роду, имевшему в прошлом определенные связи с короной…»

- Что ему нужно? - спросила Алисия, поднимая взгляд на сестру.

- Я не знаю, - ответила Лили. - Но перед смертью отец говорил о какой-то шкатулке. О наследии. О том, что мы должны что-то найти.

- Шкатулке? - переспросила Алисия.

Лили кивнула. Подошла к кровати, опустилась на колени и достала из-под кровати небольшую шкатулку из темного дерева, инкрустированную перламутром. Она была очень старой, с потускневшей от времени отделкой и медным замочком, покрытым зеленью.

- Он держал ее при себе до самой смерти, - сказала Лили. - И взял с меня клятву беречь ее как зеницу ока. Я пыталась ее открыть, но у меня ничего не получилось.

Алисия взяла шкатулку. Дерево было теплым - почти живым. Она провела пальцем по крышке, и по корешку пробежала золотая искра. Такая же, как на Книге.

Она вздрогнула.

- Что? - спросила Лили.

- Ничего, - ответила Алисия, ставя шкатулку на столик. - Думаю, я знаю, как решить эту проблему.

Лили опустилась на край кровати, сцепила пальцы.

- Алли, - сказала она тихо, не поднимая глаз. - Раз уж мы заговорили о семейных секретах… Я хочу тебя кое о чем спросить. Все эти годы один вопрос не давал мне покоя.

Она подняла глаза.

- Это ты заплатила наши долги? После смерти отца, когда поместье хотели забрать?

Алисия молчала.

- Кто-то анонимно внес огромную сумму, - продолжала Лили. - Поместье стало моим приданым. Без этого Ричард никогда не смог бы на мне жениться. Я много лет гадала…

Она замолчала. Ждала.

Алисия отвела взгляд.

- Я посылала деньги, - сказала она тихо. - И рада, что этого хватило, чтобы сохранить поместье.

Лили закрыла лицо руками. Плечи ее дрожали.

- Все эти годы, - растроганно прошептала она. - Я думала, ты забыла про меня. Что тебе все равно. А ты…

- Я не хотела, чтобы ты знала, - сказала Алисия.

- Ты боялась за меня, - закончила Лили. - Как всегда.

Они помолчали. Теплая тишина повисла в комнате, полная невысказанных слов.

- Лили, - сказала Алисия, первой нарушая молчание. - Ты должна уехать. Пока ты здесь, у меня связаны руки.

- Ричард тоже так считает, ему очень не понравилось это письмо… Мы уже начали собираться, - кивнула Лили. - Еще до того, как ты появилась.

Она встала и подошла к окну.

- У Ричарда есть родственники в горах. Маленькая деревня, куда даже почта приезжает раз в месяц. Мы будем там в безопасности. А ты… ты найди тетю Маргарет. Помнишь ее?

- Тетя Маргарет? - Алисия нахмурилась.

- Она живет на улице Роз. Мы все это время поддерживали с ней связь. У нее были какие-то старые бумаги отца. Я напишу ей, может, они помогут открыть шкатулку.

Алисия кивнула.

- Я найду ее.

Они обнялись - в последний раз. Крепко, молча, как в детстве.

- Возвращайся, - прошептала Лили. - Прошу тебя.

- Обязательно, - ответила Алисия. - Я за тобой вернусь. Как только все закончится.

Лили посмотрела на нее долго. Очень долго.