Сыскное дело леди Честер

— Алисия, ты никуда не поедешь! – матушка преградила мне путь, — я запрещаю! Пора прекратить это вольнодумство!

Матушка, матушка…знала бы ты, что на самом деле скрывает твоя дочь. Жалость, смешанная с густой виной и детской любовью, захлестнула моё сердце. Я протянула руки и крепко сжала изящные ладони матушки.

— Матушка, не стоит устраивать сцен. Мы должны подчиниться слову закона. Наверное, стоило раньше тебе всё рассказать. Я не должна была это скрывать от тебя, от семьи, но я боялась. Боялась причинить тебе боль.

— Ты боялась за меня?! В чём дело, Алисия? — встревожилась матушка, — что происходит?

Крепкая скорлупа выдержки дала трещину. Леди Честер интуитивно почувствовала, что происходит что-то страшное. Из-под жёсткой оболочки потомственной аристократки выглянула любящая мать, волнующаяся за своё дитя.

У меня ком стал в горле. Я потупила взор, несколько раз вздохнула, набираясь отваги, и посмотрела в глаза матушки.

— Я…

— Вчера вечером приказом министра внутренних дел, ваша дочь, леди Честер, назначена моим личным помощником.

Равнодушный баритон Бекендорфа набатом прозвучал в тишине столовой. Реальность дрогнула и рассыпалась звонкими осколками. Я ошарашено посмотрела на сыщика.

Что всё это значит?! Не мог же он утаить мой секрет? Дело не в благородстве, а в долге королевского служащего! Бекендорф связан клятвой, а, значит, обязан был сообщить обо мне!

Или ему позволено гораздо больше, чем простым смертным? Не значит ли это, что статус Кристиана Бекендорфа гораздо выше, чем я думала?

Кто он вообще такой?!

— Что?! – нервный возглас матушки вернул меня в реальность, — как это понимать?

Скорлупа леди Честер вновь захлопнулась, спрятав все её чувства. Матушка выдернула руки и пронзила меня гневным взглядом.

— Прошу, — Бекендорф невозмутимо протянул бумаги, — ознакомьтесь.

Матушка не двинулась с места, только брезгливо смотрела на серые листы с официальными печатями. Доктор, здраво оценив обстановку, решил вмешаться.

— Позвольте мне, леди Честер, — он поклонился матушке и повернулся к Бекендорфу, — леди немного взволнована, думаю, стоит ей помочь.

— Разумеется.

Доктор взял бумаги, вчитался, нахмурился и ответил.

— Здесь стоит подпись самого Роберта Пиля, леди Честер. Вы же понимаете уровень приказа.

— Делайте, что хотите! – сдалась матушка, возвращаясь на своё место за столом. На меня она даже не посмотрела, — у меня от таких новостей мигрень разыгралась.

— Мисс Честер, прошу вас, поторопитесь, нас ждут неотложные дела, — поторопил меня Бекендорф.

— Да, конечно, — ко мне ввернулся дар речи, — я недолго.

— Я подожду вас у мобиля, мисс Честер, — ответил мне Бекендорф, — ещё раз приношу извинения, леди Честер. За вторжение и причинённые неудобства. Доброго вам дня. Леди Честер, доктор…

Бекендорф галантно откланялся и покинул столовую. За ним вышли и констебли.

— Матушка…

— Иди. Вечером поговорим, — скупо ответила матушка, беря бокал с водой.

— Доброго дня матушка, — присела я в реверансе, — доктор…

Я послала доктору тревожный взгляд и получила ответный – полный непонимания. Доктор кивнул мне, обещая разговор, но позже, и я покинула столовую, пребывая в полной прострации.

Несколько минут назад я ступила одной ногой на эшафот и даже смирилась с этим, но теперь приговор отменён или отсрочен. А я вынуждена балансировать на лезвии ножа, что совсем не внушает спокойствия.

Переодеваясь, я думала только об одном – что задумал Бекендорф? Почему он покрывает мою тайну?

Глава 11

Глава 11

Мобиль констеблей неотрывно следовал за нами. Бекендорф молчал, глядя только на дорогу. Я читала отчёты за вчерашний день. Сыщик славно потрудился, пока я валялась в забытьи. Он успел опросить утопающих в скорби мужей, прислугу, и даже приходящих работников. Лишь с отцом Агаты встреча не состоялась по причине временного отсутствия полковника Говарда. Хм, уже полковник.

Да, Агата тоже была замужем. Совсем недолго, чуть меньше года. Её избранником стал представитель древнего аристократического клана – Коллин де Андрезия. Некогда великие воины, а теперь род, близко стоящий к Короне, славный прошлыми заслугами, неимоверным богатством, накопленным поколениями, и влиянием. Пожалуй, они были вторыми в Англии по древности и могуществу, уступая только правящей семье.

В словах всех опрошенных сквозила чётко ощутимая растерянность и непонимание. Но мужья явно чего-то недоговаривали. Они либо и вправду плохо знали своих жён, либо тщательно скрывали информацию, договорившись об этом заранее.

В таком случае, снимать с них подозрение ни в коем случае нельзя. Видимо, Перкенсон, оперируя своим опытом, дал правильный намёк, который вполне способен привести нас к преступнику. Возможно, вся троица замешана. Преступный сговор? Но с какой целью? В чём их выгода и каковы мотивы?

Ведь сейчас проще развестись, чем физически устранять неугодных спутниц жизни.

— Что-то нашли? – холодно поинтересовался Бекендорф, мрачно молчавший всё это время.

После того как я вышла к мобилю, готовая к аресту и казни, а оттого наполненная мрачной решимостью, Бекендорф произнёс всего две фразы. «Прошу», распахивая передо мной дверь мобиля, и «ознакомьтесь», передавая мне стопку исписанных бумаг.

— Считаю, что мужей пока рано исключать из списка подозреваемых, — чётко ответила я.

Бекендорф кивнул и вновь замолчал.

В мобиле ощутимо повысился градус напряжения. Мне никак не удавалось понять, что задумал сыщик. Он не задавал вопросов, не угрожал и не требовал немедленного признания. Но я прекрасно понимала, что Бекендорфу известен мой секрет. Если доктор с первого взгляда определил, что произошло со мной, то про королевского сыщика и говорить не надо.

Меня смущал его статус. Я ни разу не слышала, чтобы члены рода Бекендорф были связаны с полицией. В самом начале, когда магия только краешком задела наш мир, Бекендорфы оказывали помощь пострадавшим. Они выделяли огромные суммы на покупку продовольствия для голодающего населения, оставшегося без средств из-за эпидемии серой гнили. Занимались организацией лазаретов, когда людей начала косить шаманская болезнь. Создавали новые рабочие места, когда магия прочно внедрилась в наш мир, и пришёл прогресс, изменивший Англию навсегда.

Но ни разу я не встречала, чтобы кто-то из рода вышел за рамки. По-моему, у них и магов не было. В принципе, как и у многих аристократов.

Шаманская болезнь действовала избирательно, как карманник, который точно знает, у кого можно подрезать полный кошелёк, а кого надо обходить стороной, чтобы не остаться без руки.

Но Перкенсон и сержант Шенс говорили о Бекендорфе, как о человеке, который чем-то прославился. Так чего я не знаю? Что я пропустила, пока два года моталась по заграницам?

На это у меня пока не было ответа. Как и на то, что я буду делать, если Бекендорф повезёт меня в казематы Тайной Канцелярии. На худой конец вызову коккури, а там будь, что будет. Говорят, демон-лис способен не только дать ответы на заданные вопросы, но и наделить вызывателя силой.

Я всегда воспринимала своего лиса, как милую игрушку. Питомец, который как в сказках приходит и развлекает, не причиняя вреда. Но в газетах писали, что ответы коккури не всегда правдивы, потому что демон-лис хитрец, преследующий собственные цели. А потом и вовсе прошла череда странных метаморфоз вызывателей, приведшая их к страшному концу.

Зная газетчиков, я и тогда, а тем более, сейчас, не доверяла информации, которая вгоняла население в панику. Люди читали сводки, щекотали себе нервы и начинали ненавидеть коккури. Ситуация ухудшилась, когда один из вызывателей, в которого вселился демон-лис, попытался проникнуть во дворец. Его задержали. Слухи гласили, что тогда пострадало по меньшей мере десять гвардейцев и пятнадцать полицейских, но вскоре даже слухи стихли, потому что болтунам пригрозили наказанием.

Так в чём правда? Кто его знает теперь, но от этой правды зависит моя жизнь.

Пытаясь унять беспокойство, я снова погрузилась в отчёты, сознательно остановившись на деле Агаты. Опросы молочника, садовника, горничных, кухарок и даже старика, доставляющего в поместье уголь и дрова. Ничего существенного. Я отложила очередной лист и вчиталась в следующий.

Отчёт о неизвестном торговце, которого временно нарекли «шаманом».

— Позвольте вам кое-что показать, — произнёс Бекендорф, останавливая мобиль.

— Что? – сохраняя хладнокровие, обернулась я.

— Для этого нужно выйти на улицу.

Бекендорф первый покинул мобиль, распахнул дверь с моей стороны и галантно предложил руку. Я вылезла и огляделась. Пейзаж вокруг был мне абсолютно незнаком.

Посреди зелёного поля, возле которого оканчивалась дорога, высился двухэтажный амбар.

— Что это значит? – нахмурилась я, мысленно готовясь призвать коккури.

— Нас ждёт разгадка, мисс Честер, — блеснул глазами Бекендорф, — и вы мне в этом поможете.

Констебли, стоявшие возле мобиля, перещёлкнули затворы карабинов, по укороченному стволу которых шла изящная вязь магического усиления.

Противомагическое оружие, направленное против шаманов, вышедших из повиновения.

Опасных, как вызыватели коккуури или метаморфы.

На едином вздохе я переместила вес на одну ногу, готовясь к любому исходу, развернулась к Бекендорфу и замерла в ожидании.

Справиться с огнестрельным оружием с противошаманским эффектом я не сумею. Стоит только начать действовать, как из карабинов последует залп. И не известно, кто успеет первым. Пока оружие направлено в землю, у меня ещё есть шанс на спасение. Иллюзорный, но есть.

Бекендорф прекрасно разыграл партию.

— Где мы? – задала я вопрос, глядя в упор на сыщика.

— В Уилшире, неподалёку от деревни Касл Комб, — невозмутимо ответил Бекендорф, разглядывая амбар.

Касл Комб?! Но ведь это больше сотни миль от Лондона! Невозможно! Мы не могли так быстро добраться до этого места.

— Как это возможно?

Бекендорф оторвался от амбара и перевёл хмурый взгляд на меня.

— Нам открыли проход, мисс Честер.

Столько усилий, чтобы выявить одного заклинателя?! Выбрали отдалённое и малонаселённое место, привлекли высшего мага.

Не проще ли было просто сдать меня на руки Тайной канцелярии?

Нарастающая тревога мешала мне думать, лишая привычного хладнокровия. Внутри поднималась буря сопротивления. Неужели вызыватели коккури настолько опасны?

— Вы знали, мисс Честер, что маги оставляют следы? – пристально глядя на меня, равнодушно заговорил Бекендорф.

Не в силах открыть рот, я просто покачала головой. Откуда мне знать такие подробности? В сводках и газетах это не пишут. Правонарушениями магов всегда занимается Тайная Канцелярия, дело полиции обычные преступления.

Озарение обрушилось ведром ледяной воды, возвращая свойственное мне хладнокровие.

Дело о пропавших женщинах связано с магами! Поэтому к нам направили Бекендорфа!

Не надо никуда меня везти. Я уже в руках Тайной Канцелярии.

Видимо, ход моих мыслей отразился на лице, потому что Кристиан Бекендорф криво улыбнулся. В его взгляде отразилось холодное высокомерие.

— У вас быстрый ум, мисс Честер, что неудивительно, учитывая ваш статус, — пространно проговорил он, — вы всё правильно поняли.

— Наши мысли могут отличаться, — с трудом удерживая себя от необдуманных поступков, ответила я.

Мне даже не сбежать. Поле, открытое для взглядов, не поможет мне укрыться от погони.

— Что ж, вы, как всегда правы, — наглая ухмылка стала шире, — вы успели ознакомиться с отчётом о торговце?

— Нет, едва открыла, как мы остановились.

— В таком случае, я кратко передам вам информацию. Подробнее ознакомитесь позже.

Что значит «позже ознакомлюсь»? Приговор не будет вынесен?

Бекендорф сделал шаг к полю и снова уставился на амбар.

— Подойдите, мисс Честер.

Я последовала за ним, краем глаза поглядывая на констеблей. Они стояли на месте и вид у них был довольно скучающим. Карабины по-прежнему смотрели вниз.

— Магия это энергия, а любая энергия не исчезает без следа, — заговорил Бекендорф, как только я остановилась рядом, — вчерашний торговец ароматами оказался незарегистрированным метаморфом. Об этом чётко говорит остаточная энергия, аналогов которой нет в реестрах. Когда он исчез в дыму, я отправился в погоню, но торговец уже сменил внешность и смешался с толпой. Пришлось отступить, тем более я не мог оставить вас без присмотра в таком состоянии. Вы могли пострадать.

— Вы гуманны, — холодно ответила я, уже понимая, что и в этот раз эшафот мне не грозит, — но не проще ли было сразу отследить торговца?

— Не проще. Следы так легко нельзя отследить. Требуется время и множество усилий. Поэтому мы всегда на шаг позади мага.

Бекендорф и в этот раз не стал развивать тему моего помешательства. Он наслаждался игрой со мной, как кот, который поймал мышку и теперь забавлялся, перед тем как её проглотить.

— Что мы делаем тут?

— Следы вывели нас в это место.

— И вы просто так стоите на виду? – вспылила я, — большей глупости и представить невозможно! Женщины, если они ещё живы, могут пострадать из-за вашей непредусмотрительности!

Бекендорф засмеялся тихим смехом, в котором сквозило превосходство, расставляющее всё на свои места. Тайная Канцелярия никогда не действует необдуманно, надеясь на удачу. Они тщательно просчитывают каждый свой шаг. В арсенале Канцелярии не только самые лучшие маги, но и новейшие разработки – артефакты.

Дальнейшие слова подтвердили мои догадки.

— Для всех без исключения здесь находитесь только вы и конная повозка, у которой слетело колесо. Молодая девушка, растерянная, оставшаяся в одиночестве в такой глуши, бродит в поисках помощи, — Бекендорф резко обернулся и я встретилась с его ледяным взглядом, — наилучшая приманка. Согласны со мной, мисс Честер?

Глава 12

Глава 12

Приподняв юбку, я шла к амбару, спиной чувствуя на себе напряжённый взгляд Бекендорфа. На груди, под плотным корсажем, я прятала защитный артефакт, выданный королевским сыщиком под расписку.

Моё задание было простым: необходимо проникнуть внутрь амбара и, по возможности, выманить скрывающихся там людей.

Ловля на живца – задание для маститого профи, а не для желторотой стажёрки.

Страха не было. В груди горел огонь ярости – промедление могло стоить жизни Агате! Бекендорф, вместо того, чтобы разыгрывать со мной партию жертва-охотник, мог давно запустить операцию по захвату преступников, но он тянул, дожидаясь моего согласия. Добровольно-принудительного, откровенно говоря.

Для чего, чёрт побери?!

— Эй! Кто-нибудь есть?