Двойной развод

— Ничего, — Андрей понимающе усмехается. — Можете не сдерживаться. Поверьте, я и не такое слышал. Да и ситуация такая, что как будто нет смысла выбирать выражения.

Я немного расслабляюсь.

— Да, наверно…

Мы замолкаем. Я нервничаю и поэтому смотрю в телефон, чтоб скрыть свою нервозность.

Нам приносят чай и пару пирожных тирамису. Пока официант расставляет чашки, я исподтишка разглядываю Андрея.

А он ничего такой. Когда успокоился, даже стал поприятнее как-то выглядеть.

Наверно, я все-таки тоже остро отреагировала. Хоть и сказала, что не обиделась, а все равно его слова задели меня и я… Обиделась. Просто не так сильно, как на Влада.

Да и можно ли назвать мои чувства, что сейчас варятся во мне, простой обидой?

Это скорее негодование, неверие, обида, злость, ярость и чувство огромной несправедливости… Плюс разочарование, как во Владе, так и в себе.

И вся эта горюче-смазочная смесь приправлена сверху сожалением по потерянным годам и для аромата украшена капелькой тоски по так и не состоявшейся свадьбе. Будь она неладна…

И глядя, как Андрей пустым взглядом наблюдает за движениями официанта, я вижу тот же самый эмоциональный коктейль.

Мне жаль нас обоих.

Когда официант ушел, Андрей поднял на меня взгляд и произнес неожиданно:

— Я не представляю, что делать. Вы хотя бы знаете, что будете делать с этими фотографиями. Я же понятия не имею, что мне с ними делать.

— Но вы же для чего-то же у меня их попросили? — я хмурюсь, хотя отчасти понимаю его отчаяние.

Он жмет плечами, глядя на телефон.

— Наверно, пригодятся при разводе.

— Точно пригодятся. А вы уже решились на развод?

— Да. А что тут еще можно сделать? Мне ничего другого в голову не приходит. Хоть я и не знаю, за что схватиться. Я не представлял, что Ира на такое способна… Что она реально может провернуть такое за моей спиной… Точнее, проворачивать в течение двенадцати лет.

Я киваю.

— Понимаю. Я тоже сначала не поверила. Думала, мне кажется… У нас ведь дочь. Да еще свадьба эта… Я до сих пор не понимаю, зачем это все было…

— У вас хотя бы есть дочь.

— Хотя бы? — я хмыкаю. — У вас хотя бы ее нет. Это проще. Легче развестись. Мне же нужно как-то объяснить маленькому ребенку на пороге пубертата, почему мама и папа больше не будут жить вместе. Она, конечно, у меня прогрессивная, но… Это все равно не для ее возраста проблема. Простите, вы не подумайте, я люблю Алису. Очень! И если б мне предложили что-то поменять в прошлом, я бы ни за что не стала ничего менять. Ну... Разве что не стала бы жить так долго с Владом, — нервно хихикаю, хоть мне вообще не до смеха. — Но я люблю свою дочь... Люблю...

Андрей не сразу отвечает, крутит пустую чашку задумчиво, спохватывается, наливает чай. Сначала мне, потом себе.

— Не стоит оправдываться. Я понимаю, — Андрей кивает. — Просто... У вас есть дочь. И она наверняка останется с вами, — хмыкает Андрей. — Это как утешительный приз. Вы будете заботиться о ней, а она о вас. А у меня нет никого кроме Иры. Родители умерли уже. И вот… теперь и ее не будет. Мы же пытались завести ребенка. Ну как… — он горько усмехается. — Я выпрашивал у нее ребенка. Мы планировали переезд в большой дом, новую жизнь… Нахрена это все теперь? Еще и половину имущества придется отдать той, кто меня предал. Ради чего все это было? Все двенадцать лет.

Я смотрю на него, и мне даже сказать нечего…

Я понимаю, что Ирина его тупо использовала.

— Мне жаль.

Андрей морщится, отмахивается.

— В задницу жалость. Жалко у пчелки. Просто знайте, что вы не остаетесь ни с чем. У вас есть дочь, есть ради чего жить и бороться. Не думайте, что эти годы прошли зря, ведь это не так. И кстати, если что, я даю добро на эту вашу авантюру с рассылкой.

— Ну… если быть честной до конца, я еще не уверена, что сделаю это… И вообще, это не весь мой план. Я пока… — я тяжело вздыхаю, потерявшись в собственных мыслях. — Не знаю…

Слишком их много.

— Тогда не понял, — Андрей вновь хмурится. — Вы уже передумали рассылку делать? Быстро же вы меняете свои планы.

Я горько усмехаюсь.

— Если б было все так легко… Я б могла на эмоциях давно уже все слить. Сразу, как только нашла. Но… У меня же как раз дочь, и я не знаю, как это повлияет на нее. Была б я одна, как вы... Тогда бы вообще ноль сомнений. А так... Я даже ей еще ничего не рассказала! Боже, я даже с Владом еще не поговорила! — я накрываю лицо руками, ощущая, как горят щеки, и к горлу подкатывает боль и горечь. Хочется плакать и блевать одновременно. — Я только к родителям съездила и…

— И?

— Это было ужасно… Они мне предлагали простить и забыть представляете?! — я взрываюсь тут же, взмахиваю руками. — Мол, свадьба на носу. И столько денег было потрачено на нее. Да еще и пытались намекнуть на шантаж! Мол, если отменю свадьбу, они мне хату не помогут взять! Какой ужас… А вы говорите, что у вас некому рассказать. Да лучше б у меня тоже некому было рассказывать… — я тут же спохватываюсь, затыкаю себе рот. — О господи, простите. Это ужасно! Я не хотела… у вас же вообще, а у меня… А я тут… — снова накрываю лицо, пытаясь спрятаться от этого мира, как маленькая девочка. От стыда, что жжет лицо.

Как такое можно было ляпнуть?!

Как же я задолбалась вывозить. Боже мой...

Я слышу звук отодвигаемого стула, а следом теплые руки заставляют меня подняться.

Я замираю, когда Андрей обхватывает меня и крепко сжимает в объятиях.

— Ну, все, все. Выдыхайте.

— Я ужасный человек...

— Тогда и я тоже ужасный человек. Чего попусту воздух сотрясать. Все мы ужасные в той или иной степени. Так давайте уж будем ужасными не просто так? Что вы хотели еще сделать?

—А? Вы о чем? — я поднимаю напряженное и наверняка красное лицо. Андрей меня почему-то не отпускает, продолжает держать и при этом заглядывает в глаза. Если б я уже не была как помидор краснучая, залилась бы краской.

— Ну, вы упомянули, что слить переписку это не весь ваш план... А что еще?

Глава 15: План.

— Ну, вы упомянули, что слить переписку — это не весь ваш план... А что еще?

Я сглатываю и быстро копаюсь в своих мыслях. О чем я там… Ах да!

— Хм… — опускаю лицо и тяжело вздыхаю.

Замираю ненадолго, обдумывая то, что я придумала, и заодно тот факт, что я стою в объятиях совершенно чужого мужчины. Андрей не торопит.

Странно это… Оттолкнуть и сказать, чтоб не трогал? По-хорошему — да. По-хорошему, еще несколько дней назад я бы так и поступила. Потому что была с Владом. Почти замужняя…

Почти.

Но теперь все изменилось. Ситуация перевернулась. И теперь мне эти крепкие мужские объятия приходятся очень кстати.

Простое человеческое тепло, утешение и понимание пришли ко мне оттуда, откуда не должны были. Я же ожидала их от родителей, а в итоге меня стоит и утешает тот, кто меня впервые в жизни встретил.

Я пережидаю в его руках долгую минуту, давая себе просто минуту передышки, а потом отстраняюсь.

— Извините, — утираю нос, стесняюсь взглянуть ему в глаза. Возвращаюсь за столик, хватаюсь за чашку чая и ложку одновременно.

— Нормально все, — Андрей отмахивается и тоже берет чашку, но смотрит на меня. Я чувствую его взгляд на себе…

Он ждет моего ответа.

— Вы же собирались с Ириной за границу. Еще не передумали?

Андрей подбирается в кресле. Я вижу, как он стискивает челюсти, как сдвигаются его брови, напрягаются плечи.

— В переписке прочли? Ира это обсуждала?

— Да, а вы не видели?

— Я не во все вчитывался…

— Да, — я киваю, понимая его. — Они обсуждали наш предстоящий медовый месяц… Боже, даже произносить вслух теперь это кажется бредом, — я усмехаюсь, но продолжаю, — они планировали сделать так, чтобы вы с Ирой поехали в то же место, что и мы с Владом. Чтобы там увидеться и проводить время вместе.

Андрей выгибает брови, никак больше не меняясь в лице. Только по взгляду я понимаю, насколько эта информация его потрясла.

— Ваша супруга полагала, что ей удастся убедить вас поехать туда, куда она попросит, и не вызвать в вас подозрений. И, насколько я поняла, они бы там разыграли бы карту, мол, вот это случайная встреча! — я взмахиваю руками.

Андрей поджимает губы.

— Извините, у меня пока нет цензурной реакции, — отрешенно реагирует Андрей, глядя куда-то в стол.

— Понимаю, — киваю и даю ему время.

Я реально понимаю, что в данный момент он переживает эмоциональный шторм. И по его лицу-кирпичу как раз все ясно становится… Внутри сейчас у него полный кавардак.

Наверно ему даже хочется что-нибудь разбить или сломать… Мне, по крайней мере, так хотелось сделать.

Я допила чай и продолжила все же:

— Так вот, я не знаю, как вы поступите… Но я собираюсь поехать туда.

— В смысле? — Андрей подается вперед, явно не понимая моей логики.

Для меня все было просто.

Я хотела сделать Владу так же больно, как и он мне.

— Поездке за границу быть…

…И нашей свадьбе тоже. Я слишком много вложила средств, нервов и сил в подготовку свадьбы и в наши отношения, чтобы просто так уйти. У меня есть знакомые, которые помогут мне устроить небольшое шоу в ЗАГСе без официального заключения брака.

А потом мы поедем с Владом в наш «чудесный» медовый месяц. Я все равно покупала билеты сама. Влад даже не знает, на какие даты. Он забыл о нем…

И я сделаю так, чтобы Влад вынужден был вернуться уже через два дня обратно, где его будут ждать пустая квартира и ненастоящие документы на брак. И, конечно, разошлю фотографии с его телефона его коллегам.

Я хочу выпалить все это как на духу, но сдерживаюсь. Я не знаю Андрея. Лучше держать язык за зубами, но я все же заканчиваю мысль, раз уж начала:

— …Я устрою Владу небольшой розыгрыш, чтобы он прочувствовал хотя бы часть тех эмоций, что пережила я. Он вернется в Россию уже через два дня, а я отдохну от него в нашем отпуске. Когда он вернется, моих вещей уже не будет дома.

— Как вы хотите это провернуть вообще? — Андрей недоумевает, взмахивая рукой. По его лицу я вижу, что он не одобряет. Пусть. Это не его дело. Это мое дело.

Я жму плечом.

— У меня свои методы и связи.

Он морщится, откидываясь на спинку стула.

— Вы извините, конечно, но это как-то…

— Что?

— Это бред какой-то.

— Бред — изменять мне с одной и той же женщиной на протяжении двенадцати лет. Бред жить со мной без брака, а трахать на стороне другую замужнюю женщину. Вот это бред. Можете думать что хотите. Вы спросили, я ответила, хотя могла вообще этого не делать.

Андрей поднимает руки ладонями вверх, тем не менее отворачиваясь. Не одобряет и лезть не хочет. Спасибо ему за это.

— Да, вы правы. Это ваше дело…

Телефон мигает, сообщив тихо о том, что фотографии пересланы.

— Готово, — я поднимаю взгляд на Андрея и поджимаю губы в попытке улыбнуться… Вряд ли получилось хорошо. — Я поеду. Спасибо за чай. Да и за разговор тоже. Надеюсь, вы… — я торможу, — у вас все будет хорошо. И у меня тоже. До свидания, Андрей.

— До свидания, Женя, — кивает и встает, когда я поднимаюсь. — Я провожу вас.

— Не стоит, — выдавливаю более радушную улыбку. Все же он приятный мужчина и отнесся ко мне с пониманием. Пусть и не сразу.

Я накидываю свою куртку и двигаюсь на выход. Андрей не слушает моего отказа и все равно идет со мной к выходу.

Мыслями я в заботах о том, что нужно позвонить кое-каким людям, чтобы кардинально поменять план действий в нашей свадьбе…

А еще поговорить с Алисой.

И я даже не знаю, что труднее — изменить вообще все мероприятие или рассказать дочери правду.

Я думаю обо всем этом, когда Андрей окликает меня у самого выхода, придержав дверь передо мной.

— Предлагаю обменяться номерами.

Он произносит это без вопросительной интонации, но все равно делает паузу, глядя мне в глаза прямо и спокойно. У меня сердце неожиданно даже для само́й себя екает, и я торможу во всех смыслах.

Дать или не дать ему свой номер?

Глава 16: Таити.

Андрей

Я подхожу к двери квартиры и замираю на секунду, прижав ладонь к холодной поверхности крепкой двери. Металл шершавый, крепкий…

Странное чувство.

Не могу утверждать, что я все двенадцать лет стабильно каждый день стремился домой с мыслью «хочу скорее оказаться дома». Бывали дни, когда я не желал этого.

Наверно, у каждого такие дни бывали.

Но в основном все двенадцать лет, я пересекал этот порог с мыслью «я дома» и чувствовал какое-то успокоение. Это был мой дневной финиш. Моя остановка. Я мог прийти домой и начать перезагрузку. Весь остальной мир оставался за этой крепкой дверью и переставал меня волновать.

Потому что я возвращался к себе домой, к своей женщине. Она была моим миром…

А сейчас… Ничего такого нет. Я больше не чувствую, что вернулся в безопасный тыл, где меня ждут и любят любым.

И любили ли вообще?

Эта мысль причиняет боль.

Поэтому я и предложил обменяться номерами с этой Женей. Глубоко внутри меня сидит мысль, что если Ира узнает, то приревнует. Что она все еще любит меня и, если узнает, то ей будет так же больно, как мне.

Глупая надежда. Глупая мечта.

Я взрослый мужик, а надеюсь, как маленький мальчик на что-то наивное. На любовь.

Хотя на самом деле все говорит об обратном. Любви нет. Иначе Ира вела бы себя по-другому. Факты говорят сами за себя, а я просто еще не смирился.

Я стою долго, но когда где-то внизу хлопает подъездная дверь, отмираю. Этот звук возвращает меня в реальность.

Надо идти вперед.

В прихожей горит свет. Из кухни доносится звон посуды и ее голос — напевный, довольный. Мурлычет себе что-то под нос.

Как же я радовался этому раньше… буквально пару недель назад еще все было хорошо.

Но не теперь.

Интересно, а с этим мужиком она тоже так себя ведет? Или нет? Какая она с ним? Наверняка ведь другая, да?

Что ей не хватало здесь — в этом доме, со мной?

Я разуваюсь, вешаю пальто. Смотрю на свои руки. Не дрожат. Внутри тоже спокойно как-то. Даже странно как-то.

Кажется, что это перед бурей.

— Привет, Андрей! — напевает Ира знакомую всем песню. Это была наша с ней шутка. Она всегда меня так звала.

Она вылетает в коридор, сияющая, в своем привычном шелковом халатике, которое очерчивает ее хорошую фигуру и наливную грудь. На которую, впрочем, я потратил немалую сумму для подтяжки.

— Я тебя заждалась! Давай, давай, быстрее, у меня для тебя сюрприз. Есть хочешь?

Она целует меня в щеку. Быстро, привычно, даже не глядя в глаза. Шурх! И она тут же улетает обратно на кухню.

— А ты приготовила ужин?

— Ну ерунды-то не спрашивай, — хохочет она. — Заказала роллы. Ты же любишь жареные.

Медленно вздыхаю. Именно сегодня я их не хочу. Надоели как-то за столько лет. Я захожу на кухню, а там ужин при свечах, бутылка каберне уже открыта, на круглых тарелках роллы разложены, палочка ароматная чадит в углу на подоконнике. Ее аромат просачивается мне в нос и вызывает лишь одно… Раздражение.

— Ого, — типа удивляюсь. Ставлю свой рабочий портфель на стул, вместо того, чтобы сесть на него. Упираюсь руками в спинку стула. — Что за повод?

— Садись, садись! — Ира поправляет свои светлые локоны, победно улыбаясь. — Я кое-что придумала. Мы же хотели отдохнуть, верно? У тебя же скоро отпуск? — полувопрос-полуутверждение.

Она прекрасно знает, что у меня отпуск может быть почти в любое время, стоит только попросить. Я выкручусь, договорюсь с Глебом, но устрою отпуск нам тогда, когда захочет Ира.

Всегда так было.

Поэтому я лишь киваю, подтверждая в очередной раз привычную схему. Она смотрит на меня и не видит, что что-то не так. Я же веду себя, как обычно. Уставший с работы задолбанный пес.

Зато для меня картина изменилась. Я смотрю на Иру и вижу впервые за много лет не ту женщину, которую любил, а чужую, расчетливую актрису. И играет она замечательно.

Если б я уже не знал правды, я б и не догадался. Потому что она проворачивала такой спектакль каждый раз. И я велся на эту игру. Давал ей то, что она хотела. Подстраивал график, брал билеты, тратил деньги…

Радовал свою женщину!

— Отлично! — она сияет, делает глоток вина, глаза горят. — Я все продумала. Мы летим на Таити! Я уже и билеты посмотрела, и отель. Представляешь, бунгало над водой, невероятные закаты и мы с тобой вдвоем… Красотища! — она прикрывает глаза, томно улыбается, продолжает говорить.

Тараторит даже, перечисляя все прелести острова, а я слышу только одно: Таити.

То самое место, где тот самый Влад будет трахать мою жену, пока я буду платить за всю эту «красотищу» вокруг.

—… я знаю, ты хотел куда-то в Европу, но поверь, Таити — это нынче тренд! Сказка в реальности. Там даже звезды по-другому светят, я читала. И мы так давно никуда не выбирались вдвоем, правда?

Она смотрит на меня с надеждой. Искренней ли? Ну, хотя, почему нет? Она же очень хочет там оказаться. Просто не в моих объятиях… Она лишь воплощает план в жизнь… Моими руками. Вот и все, для чего они годятся теперь.

Я молчу. Внутри вся моя любовь, которая еще оставалась на донышке моей души, леденеет. Ее убили ее лживые слова, закинули в яму и залили бетоном.

— Андрей? Ты чего? — Ира чуть хмурится. Замечает, наконец, мою «никакую» реакцию. — Не хочешь?

Я моргаю, чуть хмурюсь, выпрямляюсь, беру бутылку. Наливаю себе вина. Играю бокалом в руке, пуская вино скользить по его пузатым бокам.

Красному вину требуется подышать.

Мне тоже.

Но никто мне не даст этого. Ни на работе, ни здесь. В меня вцепились и не отпускают. И если с Глебом договориться удастся, то дома… Эта женщина вцепилась мне в глотку и намерена выцедить из меня все до последней капли. До донышка.

Это ж насколько должно быть плевать на человека родного, чтоб настолько его нагло использовать?

Щурюсь, делаю глоток.

Вино прекрасно.

Не для этого вечера оно… Ох, не для этого. И не для этой женщины.

— Так что скажешь?

А что я скажу?

Скажу, что я всю жизнь живу по принципу «как ко мне, так и я».

— Таити — отличный вариант. Погнали.

Она выдыхает с облегчением, тянется через стол, сжимает мою руку. Обжигает меня этим прикосновением.

Она продолжает щебетать, а я смотрю на ее пальцы, которые гладят мою ладонь, и думаю о том, сколько раз эти руки трогали другого. И не просто его руки, но… Все.

Этими руками она трогала член чужого мужика. И, скорее всего, не только руками.

Я делаю вид, что хочу унести портфель, и высвобождаюсь от этого прикосновения, ради которого раньше был готов перевернуть весь мир. А сейчас мне от него тошно. В едва заметный кислый привкус вина подсушивается кислота желчи.

— Андрюш, тебе правда нравится идея?

Наверно по моему лицу незаметно.

— Правда, — киваю. — Отличная идея. Давай съездим. Отдохнем.

Она сияет. Вскакивает, обнимает меня со спины, целует в макушку.

— Ты у меня лучший!

Я чувствую ее грудь, прижатую к моей спине, и во рту появляется привкус металла от прикусанной щеки. Он смешивается с терпкостью вина, портя его окончательно.

— Я сейчас подруге позвоню, похвастаюсь! — Ира выпархивает в соседнюю комнату с телефоном.

Остаюсь один за столом с остывающими роллами, будь они не ладны, и чадящими свечами.

Смотрю на бокал вина. Не хочется. Я вообще не любитель вина. Это Ира всегда его ценила. Красное каберне совиньон. А я больше по рому со специями или вискарю… Но ей плевать.

В голове раскладывается план. Четкий, холодный, как водка, только-только вытащенная из морозилки. Трогаешь ее — и пальцы обжигает.

Она хочет на Таити? Отлично. Поедем. Вместе с ее хахалем и его женой. Только вот обратно она вернется не со мной.

Уже представляю ее лицо. Жаль, не увижу. Может попросить кого-нибудь снять для меня на видео?

Хотя нет… Слишком уж палевно. Да и низко это. Но все равно интересно.

Интересно, она покраснеет? Или побледнеет? Устроит истерику или спокойно отреагирует?

Я думал, что знаю свою жену, но ошибся, и теперь в этой ситуации не могу представить, как она отреагирует.

Достаю телефон. Нахожу контакт, который добавил сегодня.

Отправляю короткое СМС и убираю телефон, глядя, как Ира возвращается через минуту, сияющая еще больше.

— Ленка в восторге! Говорит, мы сумасшедшие, но она нам завидует. Андрей, это будет лучший отпуск в нашей жизни!

— Обязательно, — киваю и впервые за вечер позволяю себе улыбнуться. — Лучший.

— Завтра с утра позвоню в турфирму, все оплачу, — щебечет Ира. — Ты только скинь мне денежку, ладно? Ты такой у меня молодец! Обожаю тебя!

— Я позвоню, — перебиваю ее. — Сам.

Она удивленно вскидывает брови.

— Ты? Но я же уже все узнала…

— Хочу сюрприз тебе сделать, — говорю спокойно. — Доверь мне выбор отеля.

Ира несколько теряется. Глаза бегают по кухне.

— Но я хотела определенный…

— Тогда скинь название, я сам все сделаю. Лишь бы ты была довольна, — я ей улыбаюсь, глядя, как она расслабляется. Снова лезет целоваться. Я позволяю, чувствуя себя змеей, которая сбрасывает старую кожу и обнажает новую.

Как там говорится? С волками жить по-волчьи выть?

— Какой ты у меня заботливый…

— Стараюсь, — отвечаю хмыкая.

Стараюсь. Чтобы ты сдохла от удивления, когда твой рай обернется адом.

В кармане жужжит телефон. Надеюсь, это Женя с ответом на мой вопрос. Интересно, что ответила?

Но я не могу посмотреть и ответить прямо сейчас. Ира рядом. Я просто беру ролл и запихиваю его в рот, ощущая тлетворный вкус вместо лосося, соуса терияки и панировки, что царапает мне небо.

Интересно, я теперь тоже сука, раз решил поступить так, как решил?..

Глава 17: Левая тетка.

Телефон вибрирует, когда я уже чищу зубы перед сном. Телефон у меня, обычно, всегда с собой. Работа у меня такая, что нужно быть всегда на связи, мало ли что.

Но все же раньше у меня были какие-то «границы», которых я не пересекала. Я не таскала его с собой прямо всегда! Уж точно не в ванну, когда надо просто умыться.

А теперь да…

Теперь все вот так. Потому что у меня тоже появился секрет.

Выплевываю пасту, хватаю трубку с полки и замираю, когда вижу там имя.

Андрей.

Я-то ожидала вопрос по работе. А тут…

«Здравствуйте, Женя. Вы еще не передумали ехать за границу?»

Стою в ванной в пижаме с мокрым лицом и пялюсь в экран.

Мы, конечно, обменялись номерами, но я не думала всерьез, что мы будем общаться. Мне казалось, что он это для приличия какого-то предложил. Ну или на крайняк какой-то. Мало ли.

Я думала, что он, если вообще и напишет, то через неделю. Или через месяц. Или никогда. Мужики обычно так и делают — переваривают все в себе и делают вид, что ничего не случилось. Берут номер и не перезванивают. Да и что нам с ним обсуждать? Уже все обсудили!

А тут…

Он написал мне уже вечером этого же дня!

Странно. Приятно странно.

Стою, вспоминаю прошедший день. Хотела бы я сказать, что не думала об Андрее, но… Ох уж это «но».

Я все же мысленно возвращалась к нему.

Нет, не специально. Я вообще планировала загрузить мозг делами, планами, Алисой, подготовкой к этому цирку под названием «свадьба». А он все равно пролез в мои мысли.

То его взгляд вспомню — тяжелый, но какой-то… честный, что ли. Без вранья. Влад так не смотрит. Влад вообще не смотрит больше на меня.

Точнее, смотрит, конечно. Как без этого. Видеть же меня надо. Но он смотрит как будто сквозь меня. Ну кинет взгляд и кинет. Без смысла. Не задерживаясь. Как будто я косяк дверной, а не его женщина.

Он мной не любуется. Я ему неприятна.

А тут… Андрей смотрел прямо в душу. Он видел меня в тот момент, в ресторане, хотя я ему никто…

Потом его голос всплывает в голове. Низкий, уставший, с хрипотцой, но без этой противной мужицкой брутальности, за которой — пустая бравада.

И руки… когда он обнял меня там у столика. Ведь встал, поднял меня, обнял. Настоял, получается. Хотя я не просила. И вообще, я ему никто.

Я зажмуриваюсь и мотаю головой, отгоняя воспоминания. Решительно сплевываю зубную пасту, которая уже начала жечь язык и десна. Уперто смотрю на себя в зеркало.

Так, стоп. Женя, твою мать.

Ты серьезно? Двенадцать лет с Владом, только-только узнала про измену, еще с ним даже не поговорила толком, вещи не собрала, свадьбу фальшивую не провернула — а уже залипаешь на чужого мужика?

Чужого. Женатого. Который только сегодня узнал, что его жена — такая же мразь, как мой Влад.

Как это вообще работает? Я же не такая. Я всегда была правильной. Верной. Преданной. Идиоткой, которая ждала, верила, терпела. А он тем временем…