Манас

После этого Жакып вышел в путь. Проехав некоторое время, он встретил табун жеребца Жоргобоза. Среди лошадей старик заметил беременную саврасую кобылицу с черной гривой. Она крутилась туда-сюда, явно намереваясь родить.

- О-о, Боже мой! - удивился Жакып. – Как будто не было других дней, что саврасая собралась ожеребиться именнно сегодня?!

Спешившись с коня, он осмотрел кобылу и убедился в правдивости своего предположения.

- Если кобыла родит жеребенка мужского пола, я отдам его сыну! – решил Жакып. – С этого времени я сменю кличку жеребца с Жоргобоза на «Камбарбоз».

В это время весь табун, растянувшись, вошел в ущелье. Остановившись у зарослей подорожника, лошади разбрелись пастись в разные стороны

... На следующий день после отъезда Жакыпа схватки Чыйырды снова возобновились. Они длились уже восемь дней, так что помогающие ей двенадцать женщин были уже на пределе своих сил. Но ребенок никак не хотел рождаться. Однако, посмотрев на роженицу, много повидавшие на своем веку повитухи почувствовали, что роды приближаются.

- А ну-ка, бабы! – твердо сказала изрядно вспотевшая Бакдоолот. – Кажется, время родов наступает. Пусть Бог даст сил Чыйырды! Когда начнутся схватки, крепче тяните!

Не успела она закончить свою речь, как Чыйырды, у которой снова начались схватки, громко, во весь голос крикнула:

- Ой, бабоньки! Будьте готовы! Кажется, ребенок рождается! А-а-а!!!

В этот момент раздался крик младенца. Он вывалился на землю, стал извиваться и плакать. Когда вместе с ним заплакала и Чыйырды, женщины все загомонили и собрались вокруг ребенка.

- Мальчик или девочка? Когда мне скажете? – сказала Чыйырды, не переставая плакать.

Женщине, посмотревшей на ребенка, бросилась в глаза писька младенца.

- Мальчик! Мальчик! – громко и восторженно крикнула она.

От радостной вести Чыйырды чуть не потеряла сознание.

- Что случилось с матушкой? – испугались все женщины. – Видимо, на нее нечистая сила напала!

Однако Чыйырды пришла в себя, подняла снова голову и обратилась к высокой, смуглой, полноватой Канымжан.

- Бабы! – задыхаясь, бессильно сказала она. – Не суетитесь много и поднимите ребенка с земли. Жена Акбалты, перережь пуповину ребенка сама!

Канымжан подошла к младенцу и заметила, что он родился с зажатой в обоих кулачках кровью. Радуясь благополучному разрешению Чыйырды от бремени, она перерезала пуповину. Когда Канымжан заворачивала его в шаль, младенец с силой пятнадцилетнего подростка вырвал свою правую руку.

- Ой, страх-то какой, вырвал руку и одернул ногу, как сорокалетний мужчина! – поразилась Канымжан. – Не стойте, как истуканы и помогите подержать младенца, бабы!

- Что ты мелешь всякую ерунду, Канымжан! – недовольно пробурчала Бакдоолот. – Если не хочешь возится с ним, отойди подальше!

Когда Бакдоолот подняла с земли орущего младенца, то отметила, что он весит, как девятилетний мальчик. Она не стала обращать внимания на это. Вдохнув запах ребенка в себя, Бакдоолот поцеловала его. Затем, открыв ладошки младенца, женщина увидела надпись «Манас».

- Всевышний действительно дал нам его! – несказанно обрадовалась Бакдоолот. – Дождались давно ожидаемого Манаса!

Когда Бакдоолот сунула свою грудь, ребенок так соснул ее, что у нее чуть душа не выскочила. Тогда она взяла из сундука и положила ему в рот топленого масла. Младенец проглотил все за короткое время. Затем Бакдоолот передала ребенка Чыйырды для кормления. Она сунула младенцу наполнившуюся молоком правую грудь. Когда ребенок начал сосать, сначала вышло молоко, потом вода, а затем кровь.

Не выдержав боли, Чыйырды вырвала грудь изо рта малыша.

- Ох, каков ребенок! – с удовольствием глядя на мальчика, произнесла она. – Благодарение Всевышнему, что дал мне такого сильного ребенка, настоящего богатыря! Вам, бабоньки, я безмерно благодарна! В честь рождения малыша я велю зарезать восемь кобылиц. А пока берите то, что я для вас подготовила и будьте довольны. Приходите без опоздания на пирушку и будьте уважаемыми гостьями!

ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ

В это время все в аиле взволнованно искали по горам и холмам Жакыпа, чтобы получить подарок за радостную весть. Канымжан думала, что ее муж вместе со всеми ищет молодого папашу. Получив причитающиеся ей подарки от Чыйырды, она со спокойной душой вернулась домой. Но, увидев беззаботно сидевшего в постели Акбалту, женщина вздрогнула от неожиданности.

- Ой, мой старичок, почему ты дома? – с раздражением спросила Канымжан. - Или тебе не нужно богатства? Почему не стараешься, как другие, получить обещанные Жакыпом сорок лошадей, а сиднем сидишь дома?!

Акбалта с упреком уставился на свою жену.

- Эй, несчастная Канымжан, у тебя мозги есть? – зло спросил он. - Как я смогу обогнать тех, кто уже давно поскакал получать подарок? И разве мне что-нибудь достанется от них?

- А разве от тебя убыло, если бы сразу стал искать Жакыпа? – еще больше разьярилась Канымжан.

- Жена! – увидев потемневшие глаза жены, стал юлить Акбалта. – Сколько людей живет в аиле, сколько есть ближайших соседей у Жакыпа. Пока я собирался, их уже и след простыл. К тому же, сейчас у меня нет сил сесть на лошадь.

- Ты посмотри на него! – еще больше рассердилась Канымжан. – Сколько отговорок у этого лентяя, а-а?!

- Хватит, замолчи! – огрызнулся Акбалта, задетый за живое. – А сама-то, как будто весь мир держится на тебе, столько дней провела у Чыйырды. Ну и что ты получила за свои труды?!

- Вот, мне дали в подарок два тюрбана и один халат! – сказав это, Канымжан разложила все подарки перед мужем, заставив его закрыть рот.

- А теперь, мой старичок, пойдешь искать Жакыпа? – с нажимом спросила она.

- Как я смогу поехать на моем коне Кокчолоке? – с мольбой посмотрел на жену Акбалта. – Если никто до сих пор не нашел Жакыпа, как я найду его?

- Ничего страшного! – невозмутимо произнесла Канымжан. – Какая-либо вещь достанется не тому, кто нашел, а тому, кто позаботиться о нем. Не тому, кто успел, а тому, кому это предназначено судьбой. Даже если кто-то помчится на облаке, добычу получить тот, кому суждено ею завладеть. Возможно, именно ты найдешь Жакыпа на Кокчолоке?!

Прижатый к стенке, Акбалта вынужден был согласиться с женой.

- Ладно, я поеду – сказал он. - К тому же мне изрядно надоело лежать дома!

Выйдя на улицу, Акбалта оседлал коня и пустился на поиски Жакыпа.

… В это время Жакып ожидал вестей о ребенке в потайном месте, неподалеку от аила, на берегу черной речки. Как он и предполагал, саврасая кобыла родила белого жеребенка. Жакып поправил его ножки, обмел его, обжал морду, помог встать на ноги и повел к кобылице.

«Если Бог даст мне сына, подарю ему этого жеребенка!» - сладостные мысли радостного Жакыпа перебил Акбалта на Кокчолоке.

- Радуйся, брат! – издали крикнул Акбалта, увидев Жакыпа.

- Чему? - растерянно спросил старик.

- Мой лев! На старости лет жена подарила тебе леопарда, тигра, товарища! – когда Акбалта стал кричать, у Жакыпа от радости хлынули из глаз слезы.

- О-о, Боже! – взмолился он. – Неужели я и в самом деле дождался ребенка? А я уже думал, что уйду с этого мира без детей. Не радуясь рождению сына, я молю о долгой жизни для него, о-о, Всевышний!

Чересчур взволнованный радостной вестью, Жакып грохнулся на землю и потерял сознание.

Акбалта поспешно подбежал и стал тормошить его, однако старик даже не шелохнулся.

- Похоже, принеся ему радостную весть, я лишился своего младшего брата?! – испугался встревоженный Акбалта и, сняв с головы калпак, побежал к текущему недалеко ручью.

Принеся воды, он побрызгал на грудь и лицо Жакыпа. Тот, придя в себя, поднял голову.

- Дядюшка Акбалта! – бессильно сказал он. – От радости, оказывается, я упал в обморок. Повтори, пожалуйста, свои слова?!

- Я ведь уже сказал тебе?! Твоя жена родила мальчика. Что ты мне дашь за это?

- Ты говоришь правду? – все еще не верил Жакып. – Мой ребенок действительно мальчик? Ты видел это своими глазами, или услышал от женщин?

- Твоя жена родила отличного мальчика! Его громкий крик при рождении услышал даже я, хотя сидел дома. Как сказали ухаживавшие женщины, твой сын вышел из утробы, держа в руках печень Чыйырды, как грязь. Когда его пеленали, он сопротивлялся с силой тридцатилетнего мужика. Все говорят, что это прекрасный мальчик!

- Это хорошо! – кисло ответил Жакып. – Однако, у меня, кажется, появился решительный, отважный сын, который может поджечь любую землю и взбаламутить свой народ?! Возможно, он, когда подрастет, с таким характером направо-налево раздаст весь мой скот и разорит меня дотла?! Кстати, я не очень тебя понял. Что, мой сын забрал печень у своей матери? Вообще, жена жива-здорова?

- Что ты за человек?! – не на шутку разозлился Акбалта. – Ты все время плакался, что у тебя нет детей. Теперь же, едва дождавшись ребенка, уже переживаешь за свой скот больше, чем о сыне. Ты, оказывается, тот еще жмот?! Стараясь сохранить богатство, как бы тебе не умереть неприкаянным?! Ну, все, хватит! Если для меня у тебя есть подарок, дай его. Если не можешь его дать или не хочешь, говори прямо, чтобы я зря не надеялся и ушел восвояси домой!

- Все, все, Акбалта! – рассмеялся Жакып. – За радостную новость возьми с табуна Камбарбоза девять голов коней, четыре верблюда и остального скота четыре девятки. А остальное забери у женщин обманом, у девушек и молодух – украдкой! Тебе этого достаточно, старик Балта? – с хохотом спросил он у родственника.

- Да! – довольно ответил Акбалта и Жакып заарканил для него девять голов лошадей из своего табуна.

- Что нам делать в чистом поле? Пойдем домой и проведаем ребенка! – сказав это, Акбалта и Жакып вместе, развевая свои бороды, пришпоривая иноходцев, вернулись обратно в аил.

Когда они приблизились к дому Чыйырды, их окружили, выкрикивая радостную весть, сорок человек, вышедших на поиски Жакыпа.

- Будет вам, будет вам! - рассмеялся бай. – Кого из вас мне отблагодарить за хорошую новость? Все вы мне близки, чужих среди вас нет. Поэтому в подарок возьмите коней, которых вы оседлали. А кому не досталось коня, сетуйте на Бога!

Услышав голос Жакыпа, раздающего подарки, к нему навстречу вышли женщины.

- Пусть ремни колыбели твоей будут крепкими, а ремень твоего приклада будет к добру! – приветствовали они старика.

Поблагодарив их, Жакып радостно вошел в юрту. Внутри, укрывшись яхонтовой шубой, красная, как пламя в очаге, сидела Чыйырды с ребенком на руках. Рядом с нею были две-три женщины во главе с Бакдоолот.

- Жена! – обратился к ней Жакып. – Принеси мне ребенка!

Пока Бакдоолот собиралась взять его, Чыйырды сама, опередив ее, передала крошку Жакыпу.

- Вот, оказывается, каково иметь ребенка! – сказал бай и заплакал навзрыд, напугав младенца, отчего тот также начал плакать.

Жакып, уставившись на сына, начал про себя оценивать его.

«У него лоб широкий, голова узкая! – подумал он. - Губы толстые, глаза глубокие. Он должен вырасти настоящим богатырем. Тигриные шея и грудь, кисть мощная, уши волчьи – мой сын отличается от других своей статью. Если Бог послал мне такого ребенка, то он отомстит всем за мои обиды!»

Обрадованный своим выводам, Жакып нежно поцеловал сына в щечки и отдал его обратно Чыйырды.

ХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХХ

Посмотреть на новорожденного в гости пришли Акбалта и Адылбек. Акбалта взял у лежавшей в постели Чыйырды Манаса и пристально посмотрел на него.

- Пусть жизнь его будет долгой! – поцеловав младенца, с удовлетворением сказал Акбалта. – Пусть он отомстит всем нашим врагам!

Взяв с рук Акбалты сына, радостный Жакып также поцеловал его в лицо.

- Дайте и мне Манаса! – нетерпеливо попросил среднего роста, худощавый, смуглолицый Адылбек.

Когда Жакып бережно передал сына, он некоторое время внимательно вглядывался в него. Затем, осторожно поцеловав его в нос, он неожиданно вздрогнул, как бы испугавшись чего-то.

- Что теперь будем делать с монахом калмаков? – спросил Адылбек у Жакыпа. – Как скроем от него рождение Манаса?

Все растерялись, не зная, что ответить и в юрте воцарилась гнетущая тишина. Через некоторое время Акбалта, задумчиво поглаживавщий бороду, весело посмотрел на окружающих:

- Я, кажется, нашел выход из данной ситуации!

- Какой выход ты нашел? – спросил у него с надеждой Жакып. – Говори! Если мысль твоя хороша, исполним ее беспрекословно.

- На другом конце двора скулят новорожденные щенки! Не говоря никому, пусть Жакып принесет одного из них. Адылбек, приведи монаха сюда. А Бакдоолот пусть спрячет Манаса в соседней юрте!

- Что ты задумал? – удивился Жакып.

- Не тратьте время зря и делайте то, что я говорю! Потом сами все поймете.

- Хорошо!

Жакып, Адылбек и Бакдоолот вышли из дома, чтобы выполнить этот приказ. В доме остались только Акбалта и Чыйырды. Через некоторое время Жакып вернулся обратно. Вытащив из-под халата маленького черного щенка, он передал его Акбалте. Тот осторожно положил его в постель к Чыйырды.

- Вот, теперь все в порядке! – удовлетворенно произнес Акбалта.

Немного погодя, Адылбек привел домой еле стоящего на ногах, вдрызг пьяного Кочку. Монах был одет в синий халат и островерхий черный колпак.

- Заходи, уважаемый монах! – сказал, низко поклонившись гостю, Акбалта.

- Зачем вы меня вызвали, буруты? – раздраженно спросил долговязый, скуластый, рыжий монах. – Я в свое удовольствие лежал, пил водку, а вы меня потревожили!

- Извини нас, дорогой! – вежливо улыбнулся Акбалта. – Мы позвали тебя, чтобы исполнить приказ Алооке о том, что при рождении детей обязательно сообщать об этом его монахам. У нас жена Жакыпа родила ребенка.

- Жена Жакыпа родила? – с пьяной ухмылкой спросил монах.

- Да! – ответил Адылбек. – Ты, монах, здесь ходишь потому, что много чего знаешь и без лишних слов быстро вникаешь в любую ситуацию!

Монах, выпив чашу кумыса, протянутого Акбалтой, положил себе в рот кусок сочной баранины. Пошатываясь, он подошел к Чыйырды. Откинув одеяло, монах увидел лежавшего рядом с нею черного щенка.

- Проклятье, Акбалта, ты меня прикончил?! – задыхаясь, с трудом проговорил мгновенно протрезвевший монах. – Оказывается, жена Жакыпа родила не человека, а собаку?!

Не в силах произнести еще что-либо, он в ужасе, с дико вытаращенными глазами, стал отступать назад. Неожиданно Кочку упал и потерял сознание. К нему сразу на помощь поспешил Жакып.

- О-о, господи! – запаниковал он. – Спасайте монаха! Если он умрет, калмаки не оставят меня в покое и повесят вверх ногами!

Жакып торопливо набрал из ведра в ковшик воды и побрызгал в лицо монаху. Кочку пришел в себя и с трудом открыл глаза.

- Как ты, монах?! – с тревогой спросил Жакып.

- Хорошо! – бессильно ответил Кочку.

- Тогда вместе с моими джигитами пойди домой, где ты остановился. Отдохни там, поешь мяса и попей кумыса!

- Нет-нет, кыргызы! – решительно покачал головой Кочку. – Теперь, если дадите не то что кумыса, а даже золота с меня весом, я ни за что не останусь здесь. У народа, где женщина рождает не человека, а собаку, не будет ни счастья, ни благополучия, ни будущего! Я сегодня же уеду из вашего аила!

Как ни просили, ни умоляли кыргызы, монах никого не послушался. Еле поднявшись с места, покачиваясь, он вышел из юрты.

После того, как монах ушел, Бакдоолот принесла Манаса обратно домой и передала его Акбалте. Он, открыв правую ладошку младенца, увидел надпись «Манас».

- Его нам дал Бог! – радостно обратился ко всем Акбалта. – Родился наш Манас, которого мы так долго ждали. Пусть он станет богатырем, оправдает наши надежды и послужит нашему народу!

- Пусть исполнятся ваши слова! - загомонили все в доме.

В это время к Акбалте подошел Адылбек, чем-то расстроенный.

- Дядя! – сказал он. – Мы, радуясь рождению Манаса, хитростью прогнали монаха. Однако, если завтра другие калмаки прознают о рождении ребенка, нагрянут к нам с проверкой. Тогда мы можем огрести горя и лишиться ребенка?!

- Это правильно! – согласился Жакып. – Калмаки завтра же узнают о нем. Надо найти какой-нибудь выход.

Когда присутствующие в доме молча уставились друг на друга, всех опять выручил Акбалта.

- Братья! – сказал он. – Давайте назовем ребенка не Манасом, а «Большим идиотом». Тогда калмаки ничего не заподозрят и мы сохраним младенца живым-здоровым. Вы согласны на это?

Все загомонили:

- Согласны!

- Нет! – решительно покачал головой Адылбек. – Так не пойдет! Если прибывшие к нам калмаки осмотрят ребенка и прочтут метку на его ладони, сразу все поймут. И тогда мы лишимся Манаса. Да и нам самим придется туго за обман!