То, что я забыла

Завтра будет передышка.

А потом потом я начну вспоминать.

Глава 9. Чужое сердце.

Наше время.

Я пришла к старому дубу заранее и какое-то время просто стояла рядом, наблюдая за тем, как медленно меняется свет, пробивающийся сквозь кроны деревьев. Осенний парк казался спокойным и почти убаюкивающим, воздух был прохладным, но не холодным, с лёгким запахом влажной земли и опавших листьев, которые тихо шуршали под ногами случайных прохожих. Мне хотелось остаться в этом ощущении подольше, будто тишина могла помочь собрать мысли и успокоить внутреннее напряжение, которое не отпускало с самого утра.

Я не помнила, как именно проводила время здесь раньше, но место казалось странно знакомым. В этом ощущении не было конкретных воспоминаний, только неясное чувство, будто я уже стояла под этим деревом, уже слушала этот ветер и уже чувствовала то же самое, что и сейчас.

Когда я услышала шаги, я обернулась и увидела Кайраса. Он шёл спокойно, с рюкзаком на плече, и на его лице появилась лёгкая улыбка, когда он заметил меня. В этом взгляде было что-то тёплое и уверенное, словно он действительно рад меня видеть, словно моё присутствие для него не было случайным или новым.

— Ты пришла раньше, — сказал он, подходя ближе.

Я кивнула, стараясь выглядеть спокойно.

— Просто не хотелось опаздывать.

Он ничего не ответил, только слегка улыбнулся, будто это было чем-то привычным для меня, и начал доставать из рюкзака плед и контейнеры с едой. Его движения были уверенными и спокойными, в них не было ни спешки, ни сомнений, и от этого создавалось ощущение, что он делает это не впервые.

Он расстелил плед под деревом и жестом пригласил меня присесть рядом. Я опустилась на мягкую ткань, чувствуя, как земля под ней слегка пружинит, а ветер касается кожи, принося с собой лёгкий холод.

— Горячий шоколад, — сказал он, протягивая мне термос.

Я взяла его, слегка коснувшись его пальцев, и это короткое прикосновение отозвалось внутри неожиданным теплом, которое сразу же сменилось странным смятением.

— Ты всегда его любила, — добавил он спокойно.

Эта фраза задержалась в голове дольше, чем следовало.

Я не помнила этого.

Но кивнула, принимая слова так, будто они были частью меня.

Я сделала глоток и на мгновение закрыла глаза, позволяя тёплому вкусу разлиться внутри. Это ощущение было простым и приятным, и в нём было что-то знакомое, но я не могла понять, действительно ли я это помнила или просто пыталась поверить, что помнила.

Мы сидели рядом в тишине, которая не казалась неловкой. Напротив, в ней было спокойствие, мягкое и устойчивое, словно между нами уже существовало что-то, что не требовало объяснений.

Кайрас время от времени смотрел на меня, но не слишком долго, будто давал пространство, и в этих взглядах не было давления, только внимательность и осторожность.

— Это место тебе нравится, да? — спросил он спустя некоторое время.

Я задумалась, прежде чем ответить.

— Да нравится.

Он кивнул, словно ожидал именно такого ответа.

— Ты говорила об этом раньше.

Я почувствовала лёгкое напряжение.

— Правда?

— Да, — спокойно ответил он.

Я опустила взгляд на свои руки.

Это слово прозвучало странно близко, но я не могла вспомнить, говорила ли я его когда-то на самом деле. Возможно, это действительно была часть моей жизни, которая просто исчезла вместе с памятью, а возможно, я сейчас просто пыталась принять чужие воспоминания как свои.

Мы поднялись и медленно пошли по тропинке, окружённой деревьями. Листья мягко ложились под ноги, иногда шурша, когда мы наступали на них. Кайрас шёл рядом, иногда немного замедляясь, чтобы идти в одном ритме со мной, и в какой-то момент наши плечи почти соприкоснулись.

Это прикосновение было случайным, но от него внутри возникло странное ощущение тепла, которое одновременно притягивало и пугало.

Он говорил о школе, о людях, о каких-то мелочах, которые для него казались обычными, но для меня звучали как часть жизни, которую я не до конца помнила. Я слушала его, иногда отвечала, иногда просто кивала, стараясь не выдать того, что внутри меня всё ещё оставалось разделённым на «до» и «после».

В какой-то момент он остановился, и я остановилась вместе с ним.

Мы стояли слишком близко, и я чувствовала его присутствие так ясно, будто оно заполняло всё пространство вокруг.

Он посмотрел на меня иначе, чем раньше, чуть внимательнее, чуть серьёзнее, и в этом взгляде появилось что-то, что заставило меня задержать дыхание.

Он медленно протянул руку и коснулся моей ладони.

Это прикосновение было тёплым и спокойным, и от него внутри всё сжалось.

Я не отдёрнула руку, но и не ответила на это движение.

Просто позволила ему быть.

И в этот момент мысль, неожиданная и болезненная, появилась в голове и не отпускала.

Я не имела права на это чувство.

Не потому что оно было неправильным, а потому что оно принадлежало не мне. Оно принадлежало той Айле, которую он знал раньше, той, с которой у него уже была история, воспоминания, моменты, которые я не могла восстановить.

Я смотрела на наши руки и чувствовала, как внутри поднимается тревога, смешанная с теплом, которое было почти чужим.

— Айла, — тихо сказал он.

Я подняла взгляд.

— Ты изменилась, — добавил он спокойно.

Эти слова не звучали как упрёк, но от них стало тяжело.

— В каком смысле? — спросила я.

Он чуть улыбнулся, но в этой улыбке было больше задумчивости, чем радости.

— Ты стала другой. Но это всё ещё ты.

Я отвела взгляд, потому что не знала, как ответить.

Мне хотелось верить ему.

Но внутри оставалось сомнение.

Я не знала, кто я сейчас.

И не знала, кем была раньше.

Мы провели ещё какое-то время вместе, разговаривая о простых вещах, и постепенно напряжение стало слабее. Рядом с ним было спокойно, и это спокойствие казалось настоящим, даже если часть меня продолжала сомневаться в нём и в себе.

Когда пришло время расходиться, солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в мягкие тёплые оттенки.

— До завтра, — сказал он.

Я кивнула.

— До завтра.

Он ушёл, а я осталась стоять под деревом, наблюдая за его удаляющейся фигурой.

И в этот момент внутри снова появилось знакомое чувство.

Как будто где-то далеко, на границе сознания, что-то шевельнулось.

Очень тихо. Почти незаметно.

И всё же достаточно, чтобы я на секунду замерла, пытаясь понять, было ли это воспоминанием или просто ощущением.

Я так и не поняла.

Но знала одно.

Эта тишина вокруг меня не была пустой.

Утро на следующий день началось с мягкого света, который пробивался сквозь занавески, и тихого ощущения спокойствия, непривычного для меня в последнее время. Я проснулась раньше будильника и некоторое время просто лежала, глядя в потолок, пытаясь удержать в памяти вчерашний вечер. Старый дуб, тёплый воздух, горячий шоколад в руках и Кайрас рядом, спокойный и живой, будто в этом моменте не существовало ничего лишнего. Но вместе с этим воспоминанием приходило странное ощущение, будто всё это происходило не совсем со мной. Словно я наблюдала со стороны за кем-то, кто выглядит как я, но чувствует иначе. Я закрыла глаза, пытаясь поймать это чувство глубже, но оно ускользало, оставляя после себя только размытое тепло и лёгкую тревогу, которая появлялась на границе сознания и исчезала, стоило сосредоточиться на ней.

В какой-то момент в голове снова мелькнуло знакомое ощущение присутствия, будто за пределами моего внимания кто-то есть и наблюдает, не вмешиваясь, просто фиксируя. Это чувство длилось всего секунду и растворилось, но оставило после себя напряжение, от которого стало немного не по себе. Я резко открыла глаза и села, стараясь не зацикливаться на этом. Обычные действия помогали удержаться в реальности, поэтому я собралась, привела себя в порядок и вышла из дома, цепляясь за привычный ритм шагов и шум улицы.

Школа встретила меня тем же движением людей, теми же голосами и знакомым гулом, который создавал иллюзию стабильности. Я шла по коридору, всё ещё ощущая внутри остаточное тепло от вчерашнего дня, как будто оно стало частью меня, пусть и временной. И именно в этот момент я почувствовала взгляд, который выделялся на фоне остальных, тяжёлый и настойчивый, словно он принадлежал кому-то, кто уже ждал моего появления.

Я остановилась и подняла взгляд.

Дрейк стоял в стороне, опираясь плечом о шкафчики, и наблюдал за мной так, будто заранее знал, где и когда я окажусь. Его поза выглядела расслабленной, но внимание в его глазах было сосредоточенным и цепким. Он оттолкнулся от шкафчиков и направился ко мне, не торопясь, но уверенно, сокращая расстояние между нами.

Он остановился в шаге и посмотрел на меня внимательно, задержав взгляд дольше, чем это было необходимо. В этом взгляде не было прежней резкости, но появилось что-то более личное и собранное, словно он пытался понять меня заново.

— Значит, вот как теперь, — произнёс он, остановившись на расстоянии шага.

Я напряглась.

— Что тебе нужно?

Он не ответил сразу. Его взгляд скользнул по мне, задержался на лице, затем чуть сместился в сторону, будто он сравнивал что-то в голове.

— Интересно, — тихо сказал он, — ты правда считаешь, что это нормально?

— Что именно? — я старалась говорить спокойно, хотя внутри снова поднималось раздражение.

Он чуть наклонил голову.

— Делать вид, что ничего не было, — ответил он. — Как будто можно просто выбрать новую жизнь и забыть всё остальное.

Его голос стал ниже, в нём появилось давление, но уже не открытое, а скорее личное, почти навязчивое.

— И выбрать его, — добавил он, слегка кивнув в сторону.

Я проследила за его взглядом и в тот же момент заметила Кайраса, который быстро шёл по коридору в нашу сторону.

Он выглядел иначе, чем обычно.

Его дыхание было чуть сбитым, грудь поднималась чаще, чем обычно, а на лбу и у висков тёмные слегка кудрявые волосы прилипли от лёгкой влажности, будто он спешил и не успел привести себя в порядок. Эта деталь неожиданно сделала его образ более живым, менее собранным и более настоящим.

Когда он увидел нас вместе, его взгляд сразу изменился.

Он ускорил шаг и остановился рядом.

— Айла, всё в порядке? — спросил он, не отводя от меня взгляда.

Я кивнула, но не успела ничего сказать.

Кайрас перевёл взгляд на Дрейка.

И в этот момент атмосфера резко изменилась.

— Опять ты, — холодно произнёс он.

Дрейк усмехнулся, но его взгляд стал внимательнее.

— А ты, как всегда, вовремя, — ответил он спокойно.

Между ними повисло напряжение, почти ощутимое физически. Кайрас стоял ближе ко мне, немного закрывая собой, и его поза стала более собранной, плечи напряглись.

— Я же сказал тебе держаться подальше, — тихо произнёс Кайрас.

— Ты много чего говоришь, — лениво отозвался Дрейк. — Но это не значит, что кто-то обязан слушать.

Он сделал шаг вперёд.

И в следующий момент всё произошло резко.

Кайрас схватил его за ворот одежды и одним движением прижал к ближайшим шкафчикам. Удар был глухим, металлическим, от которого рядом стоящие ученики на секунду замолчали и обернулись.

— Ещё раз приблизишься к ней, — тихо, но жёстко сказал Кайрас, не отпуская его, — и мы поговорим по-другому.

Дрейк на мгновение перестал улыбаться.

Но почти сразу его губы снова тронула усмешка, хоть и более напряжённая.

— Так вот оно что, — произнёс он негромко. — Теперь понятно.

Он посмотрел на Кайраса, а затем перевёл взгляд в мою сторону.

— Уже защищаешь, — добавил он. — Быстро же ты занял место.

Кайрас сжал его ворот сильнее.

— Не испытывай меня.

Дрейк не отводил взгляда.

— Спокойнее, — сказал он, всё ещё удерживая эту странную, почти равнодушную уверенность. — Я просто наблюдаю.

Кайрас несколько секунд держал его прижатым, затем резко отпустил, отступив на шаг, но не расслабляясь.

Дрейк выпрямился, поправил ворот и медленно провёл рукой по ткани, словно ничего серьёзного не произошло.

Перед тем как уйти, он снова посмотрел на меня.

Но теперь в его взгляде было что-то другое. Не только раздражение.

И не просто интерес. Скорее личное.

— Ты правда изменилась, Айла, — тихо сказал он, после чего развернулся и пошёл по коридору, растворяясь в потоке учеников.

Я осталась стоять между ними, чувствуя, как напряжение медленно отпускает, но не исчезает полностью.

Кайрас сделал шаг ко мне.

— Он тебя не трогал? — спросил он уже мягче.

Я покачала головой.

— Нет.

Он выдохнул, и его плечи немного расслабились.

Но в его взгляде всё ещё оставалось напряжение, будто он не до конца поверил.

Я посмотрела на него.

Тёмные волосы, слегка растрёпанные, всё ещё чуть влажные. Быстрое дыхание, выдающее, что он действительно спешил. И этот взгляд, в котором было больше, чем просто дружба.

И от этого внутри снова возникло то самое чувство.

Слишком много.

Слишком близко.

И одновременно — слишком чужое, чтобы я могла быть уверена, что имею на это право.

Глава 10. То, что осталось недосказанным.

4 месяца назад.

Море было спокойным, и эта спокойность казалась почти нарочитой на фоне того, что происходило внутри меня. Волны мягко накатывали на берег, оставляя влажные следы на песке, которые быстро исчезали, будто их никогда и не было. Воздух был тёплым, насыщенным запахом соли и ветра, и этот запах всегда странно успокаивал, даже если мысли внутри не собирались замолкать.

Я сидела на песке, подтянув колени к груди, и смотрела на горизонт, где небо и вода сливались в одну линию. Рядом лежала моя сумка, чуть приоткрытая, из которой выглядывало полотенце. Я почти не двигалась, позволяя тишине вокруг заполнять пространство, в котором обычно было слишком много мыслей.

Шаги за спиной я услышала раньше, чем увидела его.

Кайрас.

Я не обернулась сразу, потому что уже знала, кто это. Он остановился рядом, затем сел на песок чуть позади и сбоку от меня. Его присутствие ощущалось мягко, но в этот раз в нём было что-то напряжённое, словно он пришёл не просто так.

— Ты опять здесь, — сказал он спокойно, но в голосе не было привычной лёгкости.

Я слегка улыбнулась.

— А ты опять меня находишь.

Он не ответил сразу. Несколько секунд мы просто сидели рядом, слушая море. Но это молчание не было таким же, как раньше. В нём чувствовалось ожидание.

— Ты встречаешься с ним, да? — спросил он вдруг.

Я медленно повернула голову и посмотрела на него.

— Да, — ответила я спокойно.

Кайрас кивнул, но его взгляд стал более собранным.

— Я не понимаю, — сказал он тише. — Как ты можешь быть с ним.

Я нахмурилась.

— С кем именно «с ним»?

Он посмотрел прямо на меня.

— С Дрейком.

Имя прозвучало ровно, но в нём чувствовалась сталь, которое сразу изменило атмосферу.

— И что в этом такого? — спросила я.

Кайрас резко выдохнул, словно сдерживал раздражение.

— Ты правда этого не видишь? — сказал он. — Он не тот человек, рядом с которым тебе должно быть спокойно.

Я почувствовала, как внутри поднимается ответное раздражение.

— А ты теперь решаешь, с кем мне должно быть спокойно? — резко ответила я. — Серьёзно, Кайрас?

Он напрягся.

— Я просто говорю, что знаю его лучше, чем ты думаешь.

— И поэтому считаешь, что можешь мне указывать? — я уже не скрывала эмоции.

Он провёл рукой по волосам, отвёл взгляд к морю, затем снова посмотрел на меня.

— Я не указываю, — сказал он тише. — Я просто не понимаю, почему ты выбрала именно его.

Я усмехнулась, но в этой усмешке не было веселья.

— А кого мне выбирать? — спросила я с лёгкой насмешкой. — Тебя, что ли?

Секунда.

И всё изменилось.

Его взгляд стал жёстче, глубже, напряжённее, чем раньше. Как будто мои слова попали туда, куда не должны были.

— Не говори так, — тихо, но резко сказал он.

Я замерла.

— Почему? — спросила я уже тише.

Он не отвёл взгляда.

— Потому что это не шутка.

Между нами повисло тяжёлое молчание.

Я чувствовала, как сердце начинает биться быстрее, хотя сама не понимала, почему именно сейчас.

Кайрас слегка наклонился вперёд, сокращая расстояние между нами. Его взгляд опустился на мои губы, затем снова вернулся к глазам.

Я поняла, что он сейчас сделает.

И не остановила его.

Его поцелуй начался осторожно, почти сдержанно, но в нём сразу чувствовались чувства, которое он долго удерживал внутри. Это было не спонтанное движение, а скорее момент, к которому он шёл слишком долго.

Я замерла.

Несколько секунд всё вокруг исчезло, оставив только ощущение его близости и тепла, которое было слишком знакомым и одновременно чужим.

Но почти сразу что-то внутри меня сломало это состояние.

Я резко отстранилась и оттолкнула его рукой в грудь, чуть сильнее, чем собиралась.

— Нет, — сказала я жёстко, глядя на него. — Ты что делаешь?

Он не сразу ответил. Его взгляд оставался на мне, и в нём больше не было прежней сдержанности.

— То, что должен был сделать давно, — тихо произнёс он.

Я покачала головой.

— Мы друзья, Кайрас.

Слова прозвучали твёрдо, почти как граница, которую я только что провела.

Он усмехнулся, но в этой усмешке не было радости.

— Друзья? — переспросил он тихо. — Мы никогда ими не были.

Я замерла.

— О чём ты?

Он посмотрел на меня прямо, и в его взгляде больше не осталось попыток скрыться за привычной мягкостью.

— Ты знаешь, о чём, — сказал он.

И я знала.

Слова, которые он собирался произнести, уже были в воздухе между нами. Я чувствовала их ещё до того, как он начал говорить.

Я резко подняла руку.

— Не продолжай, — перебила я его жёстко.

Он замолчал.

Я смотрела на него, и в моём голосе появилась та граница, которую нельзя было пересечь.

— Не смей продолжать, — сказала я тише, но твёрдо. — Иначе нашей дружбе придёт конец.

Секунда тишины повисла между нами.

Кайрас смотрел на меня долго, внимательно, словно пытался понять, действительно ли я это говорю всерьёз.

Потом медленно отвёл взгляд.

И в этом движении было больше, чем просто согласие.

Больше, чем отказ.

И больше, чем то, что осталось недосказанным между нами.

Первые дни после того вечера прошли слишком тихо, и со временем эта тишина стала почти осязаемой частью моей повседневности, в которой я всё чаще ловила себя на попытках убедить себя, что ничего не изменилось и что поцелуй на берегу моря был всего лишь случайной вспышкой эмоций, не имеющей продолжения и не требующей объяснений, поэтому я снова и снова возвращалась к привычному ритму общения с Дрейком, к его сообщениям, к его голосу рядом и к тому спокойствию, которое он создавал своим присутствием, словно именно так и должна была выглядеть моя жизнь, выстроенная и понятная.

Однако внутри всё равно оставалось ощущение смещения, будто что-то важное вышло из равновесия и больше не вернулось на прежнее место, и это чувство не исчезало, даже когда день был заполнен делами и разговоры вокруг казались достаточно громкими, чтобы заглушить любые мысли.

Кайрас больше не писал.

Сначала это можно было списать на случайность, на занятость или на что-то незначительное, но с каждым днём его отсутствие становилось всё более отчётливым и приобрело форму молчания, которое я начала замечать не только сознательно, но и на уровне привычки, потому что он не появлялся там, где обычно находился, не искал повода заговорить и не давал ни одного сигнала, будто сам решил выйти из моего поля зрения и оставить за собой дистанцию, которую я не могла игнорировать.

Я пыталась не возвращаться к мыслям о нём, но они возникали снова и снова, особенно в те моменты, когда вокруг становилось тихо и ничто не отвлекало, и именно тогда память возвращала мне его взгляд на берегу моря, слишком живой и слишком ясный, чтобы его можно было стереть или заменить чем-то другим.

И от этого становилось сложнее делать вид, что всё осталось прежним.

Однажды вечером Дрейк написал и предложил встретиться, и я согласилась почти автоматически, не задавая вопросов и не пытаясь анализировать причину, потому что это казалось привычным и простым решением, которое не требовало внутреннего сопротивления.

Дом, в который мы пришли, был наполнен людьми, голосами и музыкой, которая звучала на фоне постоянного движения, создавая ощущение общего шума, в котором отдельные разговоры теряли чёткость и сливались в единое пространство.

Я шла рядом с Дрейком, чувствуя его руку на своей спине, и это прикосновение оставалось спокойным и уверенным, будто он точно знал, куда ведёт и что именно должно происходить дальше, и это ощущение предсказуемости одновременно успокаивало и заставляло держаться немного настороженно.

Он наклонился ко мне, когда мы вошли глубже в комнату, и его голос прозвучал рядом тихо и уверенно, с той интонацией, которая всегда казалась естественной.

— Ты сегодня слишком задумчивая.

Я посмотрела на него и ответила ровно, стараясь не выдать лишнего.

— Здесь слишком много людей.

Он слегка улыбнулся, будто не поверил до конца, но не стал настаивать, только задержал на мне взгляд на мгновение дольше обычного, после чего мы прошли дальше.

Я увидела Кайраса почти сразу.

Он стоял у стены, держа стакан в руке, и рядом с ним находились Хлоя и Эмили, которые что-то говорили ему, активно вовлекая в разговор, при этом Хлоя улыбалась и время от времени сокращала дистанцию, словно проверяя его реакцию, а он слушал их спокойно и отвечал с той же ровной интонацией, которая не выдавала ни раздражения, ни интереса, ни внутреннего напряжения.

Я остановилась на долю секунды, и в этот момент он почувствовал мой взгляд.

Наши взгляды пересеклись, и это было короткое, но чёткое столкновение, в котором его выражение лица на мгновение изменилось, словно внутри него что-то откликнулось на моё присутствие, однако почти сразу он сделал то, чего я не ожидала, он не отвёл взгляд резко и не попытался скрыться, он просто плавно переключился обратно на Хлою и продолжил разговор так, будто эта секунда ничего не значила.

И именно это ощущение оказалось самым странным, потому что в его поведении не было демонстративного игнорирования, в нём было осознанное удержание дистанции, которое выглядело как решение, принятое заранее.

Я почувствовала, как внутри что-то неприятно сжалось, но заставила себя отвернуться и сосредоточиться на происходящем рядом.

Дрейк заметил мою реакцию, хотя ничего не сказал сразу, только тихо спросил спустя несколько секунд.

— Всё в порядке?

Я ответила слишком быстро, стараясь не зацепиться за эту тему.

— Да, просто шумно.

Он кивнул, но в его взгляде появилась лёгкая внимательность, которую он не пытался скрыть.

Вскоре кто-то предложил игру, и атмосфера в комнате изменилась, стала более живой и свободной, потому что люди начали собираться в круг, смеяться и обсуждать правила, создавая ощущение общего участия, в котором каждый становился частью происходящего.

Бутылочка закрутилась, и внимание сместилось на участников, включая меня, когда игра постепенно втянула меня внутрь круга, не оставляя возможности остаться в стороне.

Когда бутылка остановилась на мне и Дрейке, вокруг раздались голоса и комментарии, сопровождаемые улыбками и шутками, и кто-то явно ожидал этого момента.

Дрейк посмотрел на меня спокойно и чуть наклонился вперёд.

— Пойдём.

Я кивнула, и он приблизился, после чего поцелуй начался уверенно и без сомнений, как часть привычной динамики между нами, а его рука легла на мою талию и слегка сжала, удерживая меня ближе, создавая ощущение контроля и устойчивости.

В этот момент я снова почувствовала взгляд, который невозможно было не заметить, даже не оборачиваясь, потому что он не был резким или навязчивым, он был ровным и сосредоточенным, словно кто-то наблюдает, не позволяя себе выдать ни одной лишней эмоции.

Кайрас смотрел.

Когда поцелуй закончился, вокруг снова раздались комментарии и смех, и Дрейк чуть усмехнулся рядом, будто всё происходящее было для него частью игры, в которой он чувствует себя уверенно.

Я же не могла полностью отвлечься, потому что ощущение взгляда не исчезало и продолжало оставаться где-то на границе внимания.

Я снова посмотрела в сторону Кайраса и увидела, что он стоит на том же месте, всё ещё рядом с Хлоей и Эмили, которые продолжали говорить с ним, при этом Хлоя двигалась ближе, чем это было необходимо для обычного разговора, и её поведение выглядело намеренно лёгким и уверенным.