Смертельный переезд

– Но не переживайте. Я люблю поиграть, так что поезд не взорвется сразу, – поспешил успокоить всех выступающий. У моих друзей есть около трёх часов, чтобы вскрыть код. Но когда он доедет до Питера, извиняйте! Будет большой бабах!

Сказав об этом, Ильдар тут же повернулся в ту сторону, где все еще стоял, не в силах пошевелиться Валерий. Он уже не различал его лица, ведь изображение перед глазами плыло и мутнело с каждой секундой все больше, но по силуэту предполагал, что не ошибся.

– Товарищ Виноградов, я не зря сказал, что ханские сокровища – ключ к моему коду. Найдёте их, вскроете и его, – продолжил Нуруллин, заставив Валерия испуганно обернуться. – Времени у Вас, правда, немного, но можете в помощь себе взять Носова. Он же так хотел разгадать мой шифр!

– Погодите! – выкрикнул охотник за сокровищами, не понимая, что сейчас происходит. – Что значит найдете их?

– Я уже дал Вам подсказку, не буду повторять дважды, – возразил ему выступающий, демонстративно постучав по крышке своего ноутбука. – Прошу меня простить, но времени, действительно не осталось.

Действительно, судя по звукам сирены на улице и гулкому стуку шагов в коридоре, по лестнице поднималась охрана, возможно, с полицией. Не успел Виноградов ничего ему ответить, как, едва что–то видя, Ильдар фактически наощупь нашел лежащий на трибуне пистолет и, схватив его, приставил к своему виску.

– Счастливо оставаться! – заявил тот, после чего раздался оглушительный выстрел, и яркая вспышка озарила зал.

Глава 12. Тверь

Вдалеке гудел, проезжая по соседним грузовым путям, старинный тепловоз, испустив в воздух небольшое облако плотного сероватого дыма. Даже через высокий бетонный забор были видны проезжающие мимо слегка заржавевшие старые вагоны, которые устремлялись куда–то в сторону областных районов на обрабатывающие предприятия.

Однако Сергея это мало интересовало. Он шел уверенной походкой по вокзальной площади, расходясь с десятками подъезжающих к остановке такси, высаживающих пассажиров и ожидающих новых клиентов прямо у пригородных касс. Вокруг, как и всегда в это время года была неприятная склизкая снежная жижа вперемешку с песком и солью, в которой то и дело вязла подошва ботинок.

Почувствовав, как одна из его неудавшихся ног завязла в этой грязи, мужчина недовольно прорычал и, не сгибая колена, выдернул ее из этой пучины, после чего продолжил двигаться в сторону туннеля. Для Петрова такая проблема стала уже обыденностью и тот старался не обращать на нее внимания, научившись жить со своим недугом уже большую половину жизни.

Будучи когда–то писанным красавцем, еще молодой высокий и широкоплечий блондин с ярко–голубыми глазами Сергей вместе с другими призывниками отправился на службу в Афганистан. Поначалу все шло хорошо, и они даже не понимали, где оказались, но в один ужасный момент все перевернулось. Их БМП попала в засаду в ущелье и подорвалась на зарытой в песок мине. Мужчина прекрасно помнил, как ощутил где–то под брюхом взрыв, а затем транспортер просто взлетел на воздух, вспыхнув, как спичка. В нос тут же ударил аромат горелого мяса и пороха, вокруг начался пожар. Кабина быстро заполнялась едким дымом, и молодой человек хотел позвать на помощь товарищей, но сразу обнаружил, что все они были либо без сознания, либо мертвы. Разорванные, изуродованные, горящие тела сослуживцев, с которыми он еще вчера вместе проводил вечера за играми в карты в казарме, сейчас лежали рядом с ним.

Дышать становилось совсем тяжело, воздуха критически не хватало, а вокруг распространялась пелена от дыма. Едва что–то видя и закрыв рот и нос тканью от своей формы, Сергей, не чувствуя почти ног, пополз к расположенному рядом люку. Он со всей силы на него навалился, но тот не поддавался. Времени оставалось все меньше. Тогда молодой человек собрал всю волю в кулак и надавил снова, сумев сдвинуть дело с мертвой точки.

Петрову удалось выползти из горящего БМП на ледяную усыпанную песком скалистую местность. Он уже ничего не понимал, не знал, сколько прошло времени, выбрался ли еще кто–нибудь. Жаркие дни сменялись ледяными морозными ночами. Молодой человек замерзал и терял сознание, стараясь ухватиться за свою жизнь, однако в какой–то момент сдался.

Очнулся тот уже в госпитале, едва осознавая и помня, что с ним произошло. Только потом врачи рассказали ему, что весь экипаж погиб, а ему из–за сильных травм и начавшегося заражения крови пришлось ампутировать ногу. Но на этом несчастья не закончились, ведь вся его кожа, в том числе и на лице обуглилась, покрывшись страшными ожогами. От былой красоты не осталось и следа.

Вернулся из больницы Петров уже в новую страну. Советский союз распался, как и все его перспективы на будущее, а сам он в такой ситуации оказался никому не нужен. В условиях, когда нигде не было денег мало кому был нужен вернувшийся с войны с психическими травмами инвалид. Однако это открыло для него и новые перспективы, ведь тогда и произошел расцвет бандитских формирований, которые оказались не прочь приобрести к себе в команду человека с боевым опытом. Так он смог накопить себе на качественный импортный протез, с которым и продолжать ходить до сих пор, а, когда турбулентность в стране закончилась, думал заняться другим делом, начать новую жизнь.

Но водоворот убийств и жажды крови его не отпускал. Мужчина понимал, что не может жить без этого. Обыденность затягивала его в болото, в котором он не хотел оказаться. Мирная жизнь возвращала того в тот момент, когда он только узнал о ранении, к той безысходности, в которой он не хотел очутиться. Именно тогда старый знакомый и связал его с заказчиком, которому нужен был человек, не чурающийся «грязной» работы: убийство, разбой — все это стало для него своеобразной отдушиной. Постепенно Сергей стал профессиональным киллером, поняв, что так может неплохо заработать на жизнь. Конечно, с каждым годом заказов становилось все меньше, но они позволяли ему продолжать быть в тонусе.

Вот и сейчас Ильдар вместе со своим помощником подкинули ему работенку. Задание было простым — никто не должен помешать доехать поезду до Санкт–Петербурга. У Петрова был полный карт–бланш: он мог делать все, что его душе будет угодно, лишь бы выполнить задание. Любая помеха на пути представлялась его законной целью.

Спустившись в подземный тоннель, где чувствовалась сильная влажность и запах застарелой сырости, мужчина уверенно двинулся вперед под железнодорожными путями. Через пять минут на станцию должен подъехать скоростной поезд, так что нужно было поторопиться. Поправив перекошенный на шее теплый шарф и шапку–ушанку, Сергей слегка оголил шею и лицо, на которых все еще была видна обожженная кожа, после чего ускорился. В какой–то момент он стал задумываться о том, чтобы сделать себе пластическую операцию, но быстро передумал, решив, что это служит ему прекрасным напоминанием о судьбе и о том, что он все еще жив. Единственным, что Петров хотел бы вернуть — это утраченную ногу, ведь протез мешал ему по работе в некоторых ситуациях, но то, к сожалению, было просто невозможно.

Вновь подумав об этом, поднимаясь по крутой лестнице на поверхность, мужчина тяжело вздохнул, после чего отринул эти мысли, встав в общую очередь к металлоискателям. У него был прекрасный план, как их обойти, и он всегда хорошо работал, нужно было лишь не привлекать лишнего внимания.

Выложив мобильный телефон на стойку рядом, Сергей прошел через рамку, как та вдруг резко завизжала, заставив стоящего неподалеку охранника обратить на него внимание и подойти ближе.

– Пройдите еще раз, пожалуйста, – заявил тот, прося жестом вернуться назад.

– Да, конечно, – согласился с ним Петров, сделав приказанное, после чего вновь прошел через рамку.

Металлодетектор запищал уже дважды, так что, вооружившись сканером, охранник решил подойти ближе. Только сейчас, обратив внимание на ожог на лице посетителя, тот ужаснулся и отвел взгляд в сторону, став осторожно водить по пуховику своим прибором. Сергей же широко улыбался, будучи уверенным, что ничего не найдут. Проведя так несколько раз искателем, охранник спустился ниже к ногам, как вдруг чуть ниже колена устройство истерически заорало.

– Что у Вас там? – задумчиво спросил у него сотрудник.

– Нога, – равнодушно ответил ему Петров, пожав плечами.

– Да, конечно. Заверните штанину наверх, – не поверил ему охранник и, почуяв неладное, потянул вторую руку к поясу, аккуратно став нащупывать кобуру пистолета.

Сергей же вновь ухмыльнулся, после чего задрал ее до колена, заставив собеседника ахнуть от неожиданности, ведь именно там и скрывалось его главное оружие. Киллер всегда, когда ему нужно пройти досмотр, прятал складной нож в скрытую полость в своей вставной ноге, чтобы попасть в которую нужно было снять ее целиком с креплений. Обнаружить хранилище мог лишь рентген, но обычно на вокзалах он всегда отсутствовал, по крайней мере тот, который мог просветить людей, как в аэропорту.

– Просто металлический протез, – заявил наемный убийца, видя, как охранник мучается от стыда.

– Извините, – прошептал тот, отводя взгляд.

– Ничего, это Ваша работа, – ответил Сергей, после чего, взяв со стойки телефон и прислонив билет, вышел через турникет на улицу.

В лицо тут же задул приятный прохладный воздух с легкой примесью жженной резины, а перед глазами предстало удивительное здание старого вокзала, построенного еще в сороковых годах XIX века помощником К.А. Тона. Оно было выполнено в русско–византийском стиле с элементами флорентийской архитектуры и представляло из себя самобытный скруглённый торцовый фасад, обведенный галереей на чугунных колоннах для выхода пассажиров на перрон, в розоватых оттенках. Несмотря на то, что оно, как и многие другие вокзалы в то время ввиду острой необходимости в одновременном строительстве при проектировании Николаевской железной дороги было сделано по типовому проекту, в здании чувствовались свои шарм и эстетика, которые невозможно было перебить построенному в советское время рядом новоделу в духе советского модернизма.

Повернув от него чуть в сторону, мужчина шагнул на платформу, куда в ближайшие мгновения должен был прийти поезд, и, обернувшись, увидел его приближение. Состав уже сильно замедлял ход, готовясь остановиться. Сергей тут же двинулся к тому месту, где должен был быть его вагон, после чего, найдя нужную цифру, заметил, как изнутри вылезла симпатичная девушка–проводница.

– Добрый день, какие обаятельные сотрудницы у нас на железной дороге, – поздоровался с ней Петров, вспомнив свои навыки из молодости.

Однако, бросив на него лишь короткий взгляд и увидев обезображенное лицо, та ужаснулась, широко раскрыв глаза, после чего отвела свой взор в сторону.

– Добрый. Извините, – попросила она прощения, поняв, что тот это заметил.

– Ничего, я уже привык, – протянул киллер, вручив ей паспорт.

Проводница тут же быстро сверила данные со своими записями, после чего вернула документ пассажиру, отойдя в сторону, позволяя ему зайти внутрь.

– Спасибо, – поблагодарил ее, улыбнувшись, Сергей. – Вы же в этом вагоне будете? Не возражаете, если я попрошу у Вас чашечку кофе?

В ответ на это девушка напряглась еще сильнее, отстраняясь от такого ловеласа, который, казалось, не замечает, что он уже далеко не тот прекрасный юноша, каким был раньше.

– Да, конечно, – процедила она сквозь зубы, стараясь на него не смотреть.

– Чудно, – поблагодарил ее Петров, заходя внутрь состава. – Буду ждать встречи. Ведь самое веселье только начинается!

Глава 13. Последствия

По всей аудитории прокатился немой ужас. Никто не мог поверить в то, что только что произошло. Валерий со страхом в глазах смотрел на лежащее бездыханное тело. Только что это был Ильдар Нуруллин – знаменитый бизнесмен и миллионер, а сейчас лишь растекающаяся по полу лужа крови без памяти о нем. На трибуне же чуть поодаль валялся упавший и испачканный пистолет, выпустивший злополучную пулю. Жизнь течёт и меняется очень быстро, и никогда не знаешь, что ждёт тебя за поворотом. Кто бы мог подумать, что сегодняшняя презентация этим обернется?

Кто–то из зрителей начал вскрикивать, другие рыдали, застыв на месте от страха, не понимая, что им делать дальше. Мир только что перевернулся, а зрелище того, как твой кумир прямо на публике вышибает себе мозги, было, мягко говоря, не для слабонервных.

В этот момент шаги со стороны лестницы все больше усиливались. С криком: «Всем стоять, работает ОМОН», – дверь резко распахнулась, после чего в помещение влетели несколько человек в масках и бронежилетах с автоматами наперевес, став направлять их во все стороны, ища угрозу. Однако они не подозревали, что опасность уже миновала, поняв это, только посмотрев на валяющееся без признаков жизни тело на трибуне.

Сделав знак друг другу, два спецназовца разошлись по разным концам зала, описывая полукруг, а третий подошел к Нуруллину, оценивающе разглядывая запекшееся отверстие с характерным для самоубийц ожогом в области виска.

– Чисто! – закричали ему напарники, опустив оружие.

Главный омоновец тоже сделал это, поняв, что все кончено, после чего кивнул и повернулся к стоящему ближе всего к нему Виноградову.

– Это он? – заявил грозным голосом Михаил – широкоплечий мускулистый мужчина чуть за сорок – начальник отряда.

– Да, – дрожащим голосом ответил ему Валерий, все еще пытаясь прийти в себя.

Сердце колотилось, как сумасшедшее, а адреналин явно выработался в крови в неимоверных количествах. Конечно, это был не первый труп, которого он видел в своей жизни, но в этот раз все случилось куда неожиданнее, чем обычно. Тем более, без всякой на то причины.

Только сейчас молодой человек заметил, что в дальнем конце помещения под вторым компьютером из–под стола торчали ноги в колготках и темные туфли. Это явно была Лера, которая испуганно спряталась там, как только увидела, как ее идол сначала признался в серии преступлений, а потом застрелился. День у всех сегодня не задался.

– Опергруппа, все чисто, заходите, – достав рацию с пояса, сказал спецназовец, продолжая параллельно инстинктивно искать новые угрозы.

Поняв, что запахло жареным, одна из девушек, сидевших в первом ряду, резко вскочила, дернувшись к выходу, однако стоящий рядом омоновец резко ее перехватил, с силой вернув на место.

– Дамочка, а куда это мы собрались? – спросил тот, заставив своих напарников обратить на это внимание.

– Мне нужно идти. Здесь страшно…, – практически заикаясь и сильно плача, ответила ему она.

– Никто не выйдет отсюда, пока не будут установлены все обстоятельства, – вмешался Михаил, подойдя к ней вплотную. – Оцепите все входы и выходы. Никто не должен покинуть помещение до прихода следователей.

– Есть, шеф, – последовал его приказу коллега, скомандовав другому прошерстить весь периметр на предмет наличия других дверей.

В этот момент Виталий, продолжавший оставаться на месте, судорожно пытался связаться с женой, но ему почему–то этого не удавалось. По какой–то причине, как только связь устанавливалась, звонок тут же обрывался, словно кто–то на том конце провода пытался заглушить сигнал.

– Ну давай же! Пожалуйста! – шептал, практически плача, Носов.

Он уже отправил ей несколько десятков сообщений, но те также остались без ответа. Шифровальщик слышал то, о чем сообщил всем Ильдар, и прекрасно понимал, что этот психопат зачем–то решил заложить бомбу именно в тот поезд, на котором сейчас ехала в Санкт–Петербург Татьяна. Ставки были высоки как никогда. Прямо сейчас она должна была быть в Твери – единственной остановке между двумя столицами, так что это единственный шанс спасти ей жизнь, но чертова связь продолжала сбоить.

– Как в таком городе не может ловить сеть! Это же бессмыслица! – возмутился Виталий, как вдруг услышал заветные гудки.

Сердце его тут же ушло в пятки. Секунды ожидания были подобны вечности. Время тянулось мучительно медленно.

– Давай же! Возьми трубку! Давай! – полоумно по десять раз повторял одно и то же молодой человек, настойчиво стуча ботинком по полу.

В этот момент в помещение зашел следователь – приятный светловолосый молодой человек лет тридцати пяти в темной рубашке с кожаной папкой и двое сопровождавших его оперативников чуть постарше. К ним тут же подошел Михаил и, что–то обсудив, сразу двинулся по ступенькам, прося отключить прямую трансляцию с камер. Затем он перевел взгляд на Виталия и, явно недовольно нахмурившись, быстро зашагал в его сторону.

Носов молился, чтобы Татьяна ответила, как вдруг в трубке послышалось характерное шуршание, после чего раздался долгожданный ответ: «Да?»

– Танечка, выходи оттуда! Сейчас же! – практически закричал шифровальщик, понимая, что другой возможности, возможно, не будет.

– Что? Тебя очень плохо слышно! – ответила она ему, пробиваясь через чудовищное шипение.

– В поезде бомба! Беги оттуда немедленно! – заорал еще больше Виталий, не обращая никакого внимания на окружающих.

Глава 14. Неожиданное известие

Поезд уже около минуты стоял на станции в Твери, выпуская и запуская пассажиров, постепенно готовясь к отправлению. Далее на его пути остановок уже не планировалось, так что состав должен был развить свою максимально возможную скорость на прямой.

В это время Татьяна сидела в полной прострации. Она едва слышала мужа, догадываясь, о чем он, только по отдельным прерывающимся через букву звукам. Единственное, что ей удалось разобрать, было слово «бомба».

«Но что он имеет в виду? Неужели снова попал в передрягу с этим Нуруллиным?» – пронеслось в голове у Носовой, которая старалась сфокусироваться и понять остальной посыл супруга.

В это время вдалеке она заметила движущегося ей навстречу Азимова, который был по какой–то причине очень собранным, словно прокручивая в голове какие–то мысли. Однако девушке сейчас было совершенно не до этого. Главное – выяснить, что случилось с Виталием.

– Я тебя очень плохо слышу. Повтори, что ты сказал! – попыталась максимально четко и громко, проговорить каждый слог Татьяна.

– Беги оттуда! Выходи в Твери! Срочно! – неожиданно ясно послышался голос Носова, который тоже перешёл на крик.

Такое поведение было довольно–таки странным. Да и в целом ситуация выглядела подозрительной и напряженной. Девушка прекрасно осознавала, что что–то произошло, однако причина все равно выглядела туманной.

– Что случилось? Нуруллин? – скованно и с трудом формулируя мысль, спросила Носова.

– Да! Беги оттуда! Он заложил бомбу! – заорал со всей мочи Виталий, забыв окончательно обо всех своих соседях.

Прямо сейчас к нему очень быстро, практически перейдя на бег, двигался Михаил, твердо уверившись в том, что эту связь нужно немедленно прекратить. Следователь вместе с оперативниками тоже смериливали молодого человека недовольными взглядами, понимая, что от них утекает слишком много секретной информации. Сначала прямая трансляция, теперь этот звонок.

В этот момент, словно почуяв, что запахло жареным, в колонках поезда раздался хриплый голос с большим количеством помех: «Уважаемые пассажиры, двери закрываются. Следующая станция – Санкт–Петербург». Не прошло и секунды, как состав резко качнулся, став постепенно набирать ход, оставляя позади исторический вокзал Николаевской эпохи.

– Бомба? О чем ты? – спросила Татьяна, резко одернувшись, поняв, что это было сделано слишком громко, а пара пассажиров на нее испуганно обернулись.

– Да! В твоем поезде! Быстро уходи оттуда! – не унимался Носов, горланя в который раз одно и то же, не зная, как еще донести свою мысль.

– Виталь! Что это значит? Виталь! – сказала ему в ответ девушка, однако ответа уже не последовало.

Звонок резко прервался, а связь в телефоне моментально показала отсутствие сети. Татьяна попыталась переключиться на вай–фай, но тот по какой–то причине тоже пропал. Не успела она сказать и слова, как услышала, что то же самое произошло и у других пассажиров: те, кто только что звонили близким или по работе, сейчас ошарашено крутили телефон в руках, пытаясь поймать сигнал.

– Мама, мультик не работает! – недовольно пробурчал ребёнок, кинув зависший планшет на стойку перед собой, начав хныкать.

– Ничего, сейчас все включится. У меня тоже, – ответила ему сидящая рядом женщина, пытаясь в настройках включить и выключить интернет.

За секунду во всем вагоне резко пропала связь с внешним миром, и Татьяна прекрасно понимала, что все это было не простым совпадением. Отсутствие интернета в центре населенного города не могло быть случайностью. Виталий оказался прав: в поезде творилась какая–то чертовщина, с которой нужно разобраться.

– Я прошу прощения, Ваш муж сказал, что здесь бомба? – наклонился к ее уху подошедший Айдар, который явно все слышал, побледнев, как смерть от страха.

Носова хотела было возразить, но инстинктивно молча кивнула, тут же пожалев, что дала волю чувствам. Этот поступок был слишком опрометчивым с ее стороны, но теперь уже слишком поздно.

– Да, и, похоже, мы пропустили последнюю остановку, когда из этого поезда можно было бы выйти до взрыва, – прошептала она в ответ, только сейчас поняв, что имел в виду Виталий.

Глава 15. ОРМ

Виталий еще пытался сказать что–то жене, но все безуспешно: связь окончательно прервалась, как и надежды на то, что та успела покинуть вагон до отправления из Твери. Попытка оказалась тщетной. Поняв это и увидев, что звонок сбросился, молодой человек разочарованно закрыл глаза, оперевшись лбом об телефон, как вдруг к нему подошел недовольный Михаил.

– Гражданин, уберите пожалуйста гаджет на время розыскных мероприятий, – грозно заявил тот, впившись взглядом в собеседника.

– Моя жена. Она на том поезде, в который заложена бомба! – сильно заикаясь, ответил ему Носов, надеясь на понимание.

– Хорошо, мы во всем разберёмся, а пока сделайте, что велено, – абсолютно равнодушно заявил спецназовец, ожидая, когда же он выпустит телефон из рук.

– Вы не понимаете. Она в опасности! Все, кто на этом поезде, в опасности! Нужно предупредить их! – сказал шифровальщик, вслепую нажав кнопку вызова, но даже с расстояния нескольких десятков сантиметров услышал самую пугающую фразу: «Абонент временно недоступен или находится вне зоны действия сети».

Омоновец тоже заметил это, рассвирепев еще больше. Он оказался совершенно не готов, что гражданский станет ему в такой момент перечить.

– Я дважды повторять не буду, – прошипел тот, аккуратно и в то же время крепко схватив его за руку, – уберите телефон или мне придется применить силу.

Виталий хотел было попробовать позвонить снова, но, увидев красные налившиеся кровью, как у быка перед атакой, глаза собеседника, выглядывающие из–под маски, сразу охладел к такой идее и успокоился. Мужчина явно имел серьёзные намерения, так что злить его прямо сейчас было, мягко говоря, неправильно. Тогда Носов убрал гаджет в карман, стараясь успокоить накатывающие нервы.

– Сразу бы так, – облегченно выдохнул Михаил, после чего обвел весь зал взглядом, пытаясь обнаружить других нарушителей. – Повторяю! Без паники! Никто не использует средства связи до окончания данных мероприятий! Проявите, пожалуйста, терпение!

Сказав об этом, тот тут же двинулся в противоположный конец помещения, увидев, что кто–то еще не внял его просьбам.

В этот момент следователь вместе с двумя оперативниками осматривали лежащее на полу бездыханное тело. Нуруллин уже начал бледнеть и немного синеть, а кровь, разлившаяся по трибуне, успела высохнуть.

– Вызвали криминалиста? – спросил Семён, открыв свою папку, доставая оттуда планшет с прикрепленным к нему листком и ручкой для записей.

– Да, уже едет, – ответил ему Никита – один из оперативников постарше с легкой трехдневной щетиной и выбритой налысо головой. – Что делать пока будем?

– Нужно действовать аккуратно. Он же в трансляции сказал, что у него есть сообщник. Возможно тот до сих пор в зале, – сказал молодой человек, описывая комнату взглядом, словно пытаясь его случайный образом обнаружить.

– Можно начать пока опрашивать всех по очереди, только, учитывая, сколько здесь народу, черт его знает, сколько займёт это времени, – предложил второй оперативник Дмитрий – полноватый и слегка седеющий мужчина, сильно вспотевший, пока они неслись сюда из управления и поднимались по лестнице.