Провинциалка для Аметистового дракона

— Пришлите в дом владыки Аметистовых драконов все наборы и жемчужное платье с витрины, — процедил он сквозь зубы, не сводя с меня пронзительного взгляда.

Что он им хотел до меня донести, я хоть убей не понимала. Может, ждал, что закричу: «Ну что ты, Аркхейн, не надо! Это же очень дорого!»? Но нет, я не такая дура. Улыбнулась ему благодарно, пожала плечами и поднялась с дивана.

Только подойдя к прекрасной белой кобыле, я обернулась на дракона.

— Спасибо. И не надо на меня так смотреть. Наш конюх Семен не уставал повторять: дают — бери, а бьют — беги. Память у меня отличная, я это с первого раза запомнила, — сказала и легко взлетела в седло.

Аркхейн отвязал лошадей и запрыгнул на своего вороного.

— Ты счастлива? — спросил спокойно.

А я покосилась на его руку с кольцом моей бабули на безымянном пальце. Про отличную память я не соврала. Если что-то когда-то услышала — сохраню навсегда. Пусть до поры это знание и хранится где-то на задворках, но в нужный момент обязательно всплывёт. Так вот, не знаю откуда, но я знала, что в момент, когда долг сочтется полностью погашенным, кольцо просто исчезнет. Сейчас оно было на месте. Но что будет, если я скажу в ответ на вопрос дракона, что счастлива?

Да что вообще такое это счастье в понимании данной отцом Аркхейна клятвы? Ведь можно быть счастливой пять минут, а можно целый год. Вдруг мое счастье закончится? Что будет тогда?

И так мне вдруг любопытно стало это проверить!

— Очень счастлива, — ответила, косясь на кольцо. — И стану самой счастливой на свете, когда смогу все свои жемчужины на себя надеть.

Но кольцо никуда не девалось. Зато дракон проследил мой взгляд.

— Я рад, что смог тебя осчастливить, Иванна. Однако, боюсь, придется подпортить твое настроение тем, что начну урок этикета прямо сейчас, по дороге домой.

— Не переживай, — отмахнулась я беспечно, — я уже пришла к выводу, что учеба мне и правда не помешает. Не стишки с пением, конечно, а история, законы, этикет и все эти ваши всякие условности.

— И что же тебя натолкнуло на этот вывод, позволь узнать? — выгнул бровь Аркхейн.

Мы на этот раз поехали другой дорогой, не такой ровной и ухоженной, зато пустой, и говорить можно было совершенно свободно. Однако я не забыла того, что сам дракон откровенничать со мной не спешил, поэтому тоже соврала.

— Мне очень понравился тот сероглазый дракон, и я ему обещала, что в следующую нашу встречу буду готова лучше. Так что...

— Владыка Стальных — наш премьер-министр! — рявкнул Аметистовый. — Чтобы ему соответствовать, ты будешь вынуждена учиться, не поднимая головы!

А чего он так злится-то? Разве не этого он от меня добивался?

— Ну что поделать, придется, — притворно вздохнула я. — Давай начинай преподавать свой этикет.

А дома к истории перейдём. Может, из нее я что-то интересное узнаю.

— Иной раз мне кажется, что ты издеваешься, — процедил дракон себе под нос, но, вздохнув, продолжил спокойно: — То, что ты сейчас провернула в магазине, называется манипуляция. Леди так себя не ведут, потому что мужчины очень быстро понимают, что их держат как безмозглый кошелек на ножках, и никогда на таких не женятся.

Я даже рот раскрыла от удивления и чуть мошку не проглотила.

— Тьфу! — выплюнула ее возмущенно.

— И вот так тоже нельзя реагировать на критику. Плюются только торговки на базаре, — сделал замечание дракон. — Если леди не нравятся сказанные в ее адрес слова, то она должна сделать оскорбленное лицо и удалиться.

— И куда мне, по-твоему, надо ускакать? — угрюмо уточнила я.

— Или просто всем своим видом показать, что она обижена и больше с этим человеком не желает разговаривать.

— Ну уж нет! Как же тогда я узнаю, почему меня обвиняют в том, чего я не делала? — высказала я категорическое несогласие с такой совершенно бесполезной реакцией на оскорбление.

— Во-первых, ты делала. Ты поставила меня в такое положение, что я просто не мог не купить все эти украшения.

— Да ничего подобного! — завопила я, выходя из себя. — Я попросила всего одну жемчужинку! Кто же виноват, что ты решил показать продавцам толщину своего кошелька?!

— Во-вторых, люди, которые правы, никогда не оправдываются, — проигнорировав мой эмоциональный выплеск, продолжил ровным тоном дракон. — А те, кто возвел на них напраслину, через какое-то время, не дождавшись реакции, понимают, что обвинения их были беспочвенными, и сами идут на все, чтобы продолжить разговор, объяснить, почему они так подумали. Но чем дольше в ответ на все это их оппонент молчит, тем сильнее они чувствуют себя виноватыми.

Я остановила лошадь и уставилась на Аметистового подозрительно. Он тоже притормозил и обернулся.

— А это, по-твоему, не манипуляция? — спросила я, сощурившись. — По мне так самая что ни на есть. И где же тогда грань между правильной манипуляцией и неправильной?

Дракон сжал челюсти и попытался убить меня взглядом, но я и не подумала падать замертво. Я не двигалась с места, всем своим видом показывая, что без его честного ответа домой не поеду.

Глава 12

Аркхейн Аметистовый

Впервые в жизни я боялся. За свою нервную систему. Она у драконов в целом крепкая, но только если дело не касается личных сокровищ или чести и достоинства. А сейчас вот еще выяснилось, что одна мелкая Жемчужинка рискует вывести меня из себя своими проделками.

Мне уже всерьез казалось, что Ива надо мной издевается, и я бы в этом окончательно уверился, если бы ни одно «но»: она говорила и делала все от чистого сердца, без тени игры или кокетства. Ива, как и утверждала ее бабка, просто такой уродилась! И если бы она росла с родителями, то сейчас бы мы все столкнулись с убийственной мощью женского очарования. Вывезли бы ее Жемчужные на сезон — и не устоял бы никто!

А так передо мной стояла сложно выполнимая задача переделать уже сформировавшуюся личность, но так, чтобы не испортить. Только вот как мне объяснить Иве разницу между «правильной» и «неправильной», как она выразилась, манипуляцией? Я и сам раньше никогда не задумывался, почему какие-то обществом одобряются, а какие-то осуждаются. Сказать, что дело в деньгах, что нельзя так грубо ставить мужчину в положение, когда он просто не может не опустошить свой кошелек, у меня не поворачивался язык, потому что мне совершенно не было жаль потратить деньги на украшения для Ивы. Я и так собирался скупить ей весь магазин.

А она все не двигалась с места и ждала моего объяснения.

Я тяжко вздохнул.

— По сути, вся наша жизнь состоит из манипуляций, Ива. Но какие-то — совсем тонкие, мимолетные и незаметные. А есть грубые, топорные — они ставят в безвыходное положение, — сказал прямо, без всяких политесов. — Человек прекрасно понимает, что им манипулируют, но сделать ничего не может. Он чувствует себя использованным.

Ива моргнула и нахмурилась. Тронула лошадь и, подъехав ко мне, протянула руку и погладила по плечу:

— Прости. Я, честное слово, не специально это сделала. Я просто поняла, что страшно хочу все наборы и выбрать какой-то один не могу. Но наглеть и просить купить мне все я бы ни за что не стала, поэтому и решила не жадничать и обойтись одной большой жемчужиной. А потом, когда ты уже сделаешь меня самой счастливой, а этого без богатства достичь невозможно, как все знают, тогда уже прийти в этот магазин снова. Ты можешь вернуть им украшения? Хочешь, я сама верну? Мне, конечно, будет сложно с ними расставаться, но я справлюсь! — сказала она печально и виновато.

У меня прямо душа перевернулась, и стало не по себе.

— Я знаю, Ива, что ты не специально. И не собираюсь возвращать твои украшения. Мне не жалко на них денег.

— Правда? Как здорово! Спасибо! — просияла Ива. А потом чуть наклонилась ко мне и доверительно сообщила: — Знаешь, мне кажется, что моя мать была драконицей. Из клана Жемчужных. Может, какая-то четвертая или пятая ветвь.

Я чуть воздухом не подавился.

— С чего ты это взяла? Думаешь, если тебе нравится жемчуг, то ты имеешь отношение к Жемчужным драконам? — спросил сдавленно.

Мне и в голову не могло прийти, что она сделает такой вывод. Совершенно не обязательно принадлежать Жемчужному клану, чтобы любить жемчуг. Тысячи женщин без капли драконьей крови безумно любят драгоценности.

— Нет, не поэтому, — мотнула головой Ива. — Я вчера ночью видела на своей ноге чешуйку, как у того продавца на щеке. Только у меня она где-то внутри и прячется, а у него, как и положено, у всех на виду. Видимо, в нем драконья кровь сильнее.

Ну все, приплыли… Пробуждение ее дракона — дело нескольких недель или даже дней. Понимаю теперь, почему бабка перед смертью отправила Иву к моему отцу — Клюквенный уезд содрогнулся бы, обернись Ива там спонтанно.

Но чем думал мой отец, когда прятал наследницу Жемчужных?! Он в себе был вообще?!

И что я должен ей на это сказать?! Что ей померещилось, и она — обычный человек? А потом выяснится, что я обманщик, и Ива перестанет меня уважать...

— Покажешь? Место, где видела эту чешуйку, — спросил я.

Ива возмущенно округлила глаза:

— Ну уж нет! Размечтался!

Умел бы краснеть, точно бы покраснел. Додумался же… Чешуя любит нежную кожу — наверняка проявилась где-то на внутренней стороне бедра.

Представил себе, как сижу у Ивы между ног и медленно поднимаю платье, и произошло ужасное… Острое возбуждение со мной произошло!

— А мэтру Николе покажешь? — спросил, изо всех сил сохраняя деловой тон.

Сжал бока вороного. Страшно хотелось поскорее добраться до дома.

— И ему не покажу, — пробурчала Ива. — Нечего там показывать. Спряталась она. Ты мне лучше на уроке истории расскажи про клан Жемчужных драконов, и где они такую красоту добывают.

Я в этот момент был готов пообещать все, что угодно!

— Встретимся в классе через тридцать минут, — сказал и ускорил коня.

Мне требовался холодный душ, потому что непристойные картинки так и продолжали меня преследовать.

Глава 13

Аметистовый влетел в дом и помчался по ступенькам в свои покои, будто за ним злые духи гнались. Живот, что ли, у него прихватило?

Я же пошла в свою комнату медленно, никуда не спеша — тренировалась быть леди, а заодно обдумывала, что буду делать, когда узнаю, где добывают жемчуг. Может быть, если я этим займусь, то точно стану счастливой? Тогда мне и не надо будет заунывные песни с глупыми стихами разучивать.

Переоделась в домашнее платье и отправилась в класс ровно через тридцать минут — как мы с драконом и договаривались. Хорошо, что он мне и часики маленькие выдал. Я их теперь всегда в кармане держать буду.

Аркхейн сидел за отдельным столом, стоящем у доски.

— Устраивайся, где тебе нравится, Иванна, — сказал, прикидываясь самой добротой.

Выглядел он как-то иначе — будто вкусного чего-то в своей комнате наелся и еще голову помыл. Странный.

Я уселась за стол напротив него и решила сразу напомнить о теме, которая меня интересует. А то начнет сейчас свою историю с самого сотворения мира, не дай Заступница, рассказывать!

— Я вот думаю, что мачеха наверняка знала, кто моя мать, поэтому жемчуг я никогда раньше не видела и ничего не слышала о Жемчужных драконах, — поделилась я своей догадкой, чтобы зайти издалека. — Это она из вредности скрывала, чтобы я нос не задирала. Но раз у нас есть посол Жемчужных, значит, этот клан не местный? Расскажи мне о них, пожалуйста.

Аметистовый посмотрел на меня задумчиво.

— А если ты права, то что сделаешь? Будешь искать мать?

Клюнул! Я встрепенулась.

— И не подумаю! Зачем она мне? Я ей оказалась не нужна, значит, и она мне тоже не нужна. Но за драконью кровь ей, конечно, спасибо. Если эта чешуйка опять покажется, значит, во мне и магии немножко есть. Вдруг, если я прикоснусь к их источнику силы, она во мне совсем очнётся? Тогда я вообще не пропаду! Учиться, конечно, придется, но ничего! Маги долго живут. Так и быть, потрачу несколько лет, — выложила все, что в голове крутилось, но я даже для себя самой до этого так четко не проговаривала.

Аметистовый помрачнел. Наверное, загрустил от того, что если я права, то сбыть меня с рук замуж в ближайшее время не получится. Вон какие у меня грандиозные планы!

— Ты права, Жемчужные драконы не входят в коалицию наших кланов. У нас с ними, так сказать, конфликт интересов. Сейчас между нами мир, но бывали и столкновения. Это большой и сильный клан, который может за себя постоять.

Вон оно что! А я думала, что наше государство самое сильное, и остальные перед нами трепещут.

— А как же получается, что один клан противостоит целой коалиции? — спросила я.

— И тут мы с тобой от истории перепрыгиваем к геополитике, — пробурчал Аркхейн. — Так вышло, что Жемчужные — единственные водные драконы…

— Как же единственные? А Коралловые? Они тоже владеют магией воды, — перебила я, блеснув своими знаниями.

— Всего лишь владеют магией воды. Но они не водные драконы. Жемчужные — единственные именно водные. Они не умеют летать, зато умеют отлично плавать и оставаться под водой сколько захочется.

У меня сердце в ушах застучало. Ну точно! Все сходится! Я ведь тоже могу очень долго сидеть под водой!

— И это дает им такое могущество? — прошептала я онемевшими губами.

Как же мне хотелось и правда иметь отношение к этим удивительным драконам!

— Конечно. Благодаря этому Жемчужные контролируют все океаны, моря и реки. Ты же знаешь, что все реки впадают в моря?

Я не знала, но уверенно кивнула.

— Прямо все-все контролируют?

— Да. У нас, конечно, есть порты и прибрежные воды. По действующему договору Жемчужные их не трогают. Но если с ними враждовать, то можно забыть о морской торговле.

— А живут они тоже в воде? — уточнила.

Воду я очень любила, но, пожалуй, прямо совсем только в воде жить не хотела бы.

Аметистовый рассмеялся.

— Нет, они живут на островах, расположенных в теплых водах. Большинство Жемчужных относятся к дальним ветвям и оборачиваться не могут, поэтому они строят такие же города, как и мы. В целом они ничем от нас не отличаются.

— Но, выходит, жемчуг они добывают под водой?

— Вернее, из ракушек, которые живут в воде. В соленой и в пресной.

— Как интересно, — пробормотала я, пытаясь представить эти самые ракушки.

Что это такое — я не знала, но почему-то они мне виделись миниатюрными сундучками с замочками.

В дверь постучали.

— Войдите, — разрешил дракон, и на пороге возник управляющий Савелий.

— Владыка, привезли коробки из ювелирного магазина Жемчужных, ждут оплаты. И, боюсь, у меня плохая новость. Госпожа Власта явилась одновременно с ними и сейчас ходит по гостиной кругами вокруг ваших покупок.

Что?! На мои жемчужинки облизывается? Я вскочила и не жалея ног помчалась защищать свои сокровища!

Ишь чего удумала! Костьми на коробки лягу, но не отдам! И плевать, что она драконица и сильнее меня! Я неожиданно нападу и все ее розовые чешуйки пообдеру!

— Ива! Стой! Успокойся! — оборвал мой стремительный бег по лестнице Аркхейн.

Он обхватил меня и прижал к себе, не позволяя пошевелиться. Сначала я хотела его укусить, но в последний момент решила все же попробовать достучаться словами.

— Она сейчас точно на мои украшения лапы свои наложит! Ты ведь не сможешь ей отказать и подаришь! — выпалила.

— Нет. Ничего она не получит, — твердо пообещал дракон.

— Честно? И даже если она применит неправильную манипуляцию и поставит тебя в безвыходное положение? — усомнилась, подозрительно прищурившись.

— Клянусь. Хозяйка этих украшений только ты, а это значит, что я не имею никакого права ими распоряжаться.

Я моментально успокоилась и даже улыбнулась.

— Тогда отпускай. Я не буду Власте в волосы вцепляться, — сообщила, выпутываясь из его больших сильных рук.

На самом деле обниматься с кем-то, кроме бабули, мне раньше не доводилось, а это оказалось делом приятным. Мне понравилось. И пахло от Аметистового очень вкусно — как будто бабушка на костре варила настой из горных трав, но я стояла не рядом, а вдалеке, поэтому аромат был тонким, едва уловимым. Надо будет потом, когда опасность, нависшая над моими жемчужинами, минует, повторить обнимашки и распробовать их получше.

— Умница. Я буду очень тобой гордиться, если покажешь Власте, что ты прекрасно воспитанная молодая леди.

— Ой нет, я не смогу. Я же не воспитанная и не леди, — сразу же отказалась, зная, что могу ляпнуть что-то не то.

— Ива, твоя бабушка была права — ты очень умная. И, я уверен, твой ум и чутье подскажут, как вести себя правильно, если ты не станешь поддаваться порывам, а будешь все обдумывать холодной головой.

Ой, ну какой же он все-таки прекрасный дракон! Так приятно! Захотелось повторить обнимания прямо сейчас, но все же обезопасить свои сокровища хотелось сильнее.

— Я очень постараюсь тебя не подвести, — пообещала, приложив руку к сердцу.

Расправила плечи и, задрав подбородок, взялась пальцами за юбку, чтобы ее приподнять и спуститься чинно. Видела, что учитель танцев Лизаветы гонял ее по лестнице туда-сюда именно в таком виде.

Вошли в гостиную, а там два крепких блондина с мелкими жемчужными чешуйками на лицах держали каждый по высокой стопке черных бархатных коробок, не решаясь выпустить их из рук. Конечно! Ведь хищная драконица глаз с них не сводила! Я блондинов прекрасно понимала.

— Можете сложить коробки на комод, — распорядился Аметистовый, доставая из кармана банковскую книжку, и только после этого обратил внимание на Власту. — Вы нас прямо балуете, госпожа Морганитовая. Что привело вас к нам на этот раз?

Хм-м-м, а это он с ней вежливо обращается? Почему мне кажется, что не очень? Но если это вежливо, то, пожалуй, и мне стоит добавить немного холодности в выражение лица. А то стою тут сияю, как будто сама готова ей все свои украшения отдать.

— Я долго думала после нашей сегодняшней встречи и решила, что Иванне нужна подруга. Поэтому я согласна ею стать! — торжественно объявила драконица.

А у меня аж дыханье сперло от ужаса. Не надо мне таких подруг! Я совершенно точно знаю, что нет у нее ко мне никаких теплых чувств. Как пить дать, это она про таракана догадалась и собирается мне мстить!

Аркхейн расплатился за жемчуг и посмотрел на меня, насмешливо выгнув бровь. Типа Доигралась? Сейчас придется за все ответить.

— Простите, госпожа Власта, но мне совсем некогда дружить! — выпалила я. — Не только с вами. Ни с кем некогда! У меня очень много уроков, я еле-еле до кровати вчера доползла! Наставник свободной минуты мне не дает!

Аметистовый закашлялся.

Ну а какой у меня еще был выход? Только свалить все на него!

— Хейн, нельзя так, ты что?! — всплеснув руками, воскликнула Власта, всем своим видом показывая, что очень за меня переживает. — Девушкам обязательно нужен отдых и всякие приятные мелочи!

— А он мне делает приятное! И даже не мелочами, а крупностями! — поспешила вставить я, чтобы дракон не оказался в безвыходном положении, когда обязан будет нашу с этой противной девицей дружбу благословить. — Вон сколько прекрасных украшений купил!

Я подошла к комоду — быстро, но не бегом, — взяла из правой стопки верхнюю коробку и, сняв крышку, продемонстрировала драконице.

Это оказался гарнитур из черных жемчужин с добавлением ярко-красных камешков. Кра-а-асивый! Сил нет!

Власта охнула и приложила руку к вздымающейся груди.

— Заступница! Какое великолепие! Это же знаменитые «Слезы Владычицы»! Самый редкий и ценный жемчуг! Говорят, он появился около двадцати лет назад, когда Жемчужные потеряли ребенка!

Ой, как жалко бедных Жемчужных-то… Но набор все равно изумительный!

Только Аркхейн почему-то нахмурился и рыкнул:

— Спасибо за предложение, Власта, но Иванна действительно очень занята. Прости, но тебе пора.

Ещё и провожал бедолажку очень тяжелым взглядом, пока та обиженно топала к дверям.

Г