В поисках тепла

На классном часу, во время самого последнего урока в этой четверти, я открыла дневник и замерла: внутри лежал какой-то клочок бумаги. Испуганно зыркнула по сторонам. К счастью, все сейчас смотрели только на классную, которая зачитывала итоговые оценки. От кого это? Я осторожно, с замиранием сердца снова приоткрыла дневник. Нет, сейчас разворачивать и читать записку нельзя. Вот закончатся уроки, останусь одна — тогда и посмотрю. А в голове уже вовсю шел штурм: от кого она может быть? Айбулат? Вряд ли. С тех пор как его прибрала к рукам Алия, мы почти не общаемся, ограничиваемся дежурными фразами. Может… от Ильгизара?.. Да нет, бред какой-то. Мы уже столько времени даже не здороваемся. Мои жестокие слова тогда наверное сильно его задели. Теперь мы враги, прямо как Диля и мечтала. После каникул надо будет кровь из носу попросить пересадить меня на другое место. Кстати, хоть я ему больше и не помогала, мой сосед по парте вдруг взялся за ум и начал упорно заниматься, молодец какой. Классная даже похвалила меня перед всеми: «Вон как на него положительно Миляуша повлияла!». Знала бы она, какая черная кошка между нами на самом деле пробежала. Впрочем, мне плевать. Как там учится Ильгизар — это его личное дело. У меня своих проблем выше крыши. Вот только что мне делать с тем, что творится в собственном сердце? Как вытравить из себя эти чувства? Задачки по алгебре я могу щелкать как семечки, одну за другой, а вот разгадать эту проклятую головоломку внутри себя мне никак не под силу…

А впереди — Новый год. И следом за ним каникулы. Все вокруг наперебой обсуждают подготовку к празднику. Сегодня мне волей-неволей пришлось весь день слушать, кто где и с кем собирается тусоваться. Эх, для кого-то эта дата — веселое событие, а для меня — одно из самых тоскливых дней в году. У нас даже телевизора дома нет, а если бы и был, разве посидишь перед ним спокойно? Если отец устроит очередную пьянку, тут уж точно не до праздников будет. Про подарки я вообще молчу. Их нет. Никогда не было и не будет.

Едва прозвенел звонок с последнего урока, я пулей помчалась в школьный туалет, заперлась в кабинке и трясущимися руками достала из дневника сложенный вчетверо листок. От кого же он? Я разворачивала записку и всем сердцем, до дрожи умоляла судьбу, чтобы это было от Ильгизара. До чего же мне невыносимо без общения с ним… И зачем только я тогда не смогла прикусить свой паршивый язык? Если подумать, в чем вообще его вина? Был ли в моей жизни хоть один человек, кроме него, кому я была по-настоящему интересна?..

Мои надежды рухнули. Записка в дневнике была вовсе не от Ильгизара и даже не от Айбулата. И чёрт меня дёрнул тогда ляпнуть Диле про её зависть! Поскольку после подвала они меня больше не трогали, я наивно полагала, будто они окончательно отвязались. Но нет. Именно сегодня, в самый последний день четверти, они назначили мне новую встречу. Написали: если не приду, они на всю школу пустят слух, будто я сплю с парнями за деньги. Эту грязную сплетню они пообещали пустить завтра, прямо на новогоднем вечере.

Меня затрясло крупной дрожью. Что же они со мной сделают на этот раз? К тому, что меня клеймят дочерью алкаша, я уже как-то привыкла — успела нарастить броню. Но как вынести позор, если меня объявят подстилкой?!

Глава 7

— Да как я должна доказать, что между мной и Ильгизаром ничего нет?! Скажи, Диля!

— Я смотрю, ты вообще страх потеряла и в себя поверить успела, — Диля процедила это сквозь зубы. — Мало тебя в прошлый раз поколотили, видать.

Неужели этот проклятый подвал станет моей могилой? Холод пробирал до самых костей.

— Знаешь, Миляуша, это уже вообще не важно, — Диля сделала шаг вперед. — Но вот что мне реально не нравится, так это твоя наглость… С какой стати ты вообще смеешь мне тут огрызаться? Я тебе еще в прошлый раз сказала: за свои гнилые слова придется ответить. Сегодня ты получишь заслуженное наказание за свою гордыню.

Увидев, как Гузель и Индира медленно двинулись на меня, я просто закрыла глаза. Почувствовала себя мышью, забившейся в самый угол. Будь что будет. Ну как я одна смогу отмахаться от троих? Но в этот раз Всевышний, кажется, услышал мои безмолвные молитвы. Дверь подвала с грохотом отлетела в сторону, и внутрь шумно ввалилось несколько человек.

— Батюшки, а вы чего тут забыли?! Курите тут, что ли? А ну-ка марш отсюда, живо! — зычно прикрикнул самая первая.

Диля со своими девками, судорожно пряча лица в воротники курток, пулей вылетели наружу. Я же не двинулась с места. Прекрасно понимала: если выйду сейчас вслед за ними, они меня прямо во дворе и зажмут.

— А ты чего стоишь, не выходишь? — окликнула меня та же с зычным голосом

— Я боюсь… — тихо выдохнула я.

— Кого?

— Тех девчонок.

До этого дня я еще никогда и никого не закладывала. Но в этот раз мне почему-то отчаянно захотелось излить душу кому-нибудь. Я в двух словах обрисовала ей ситуацию. Женщина посмотрела на меня с искренней жалостью и, костеря на чем свет стоит мастера, который погнал их проверять трубы прямо перед самыми праздниками, крикнула сантехникам:

— Вы тут осматривайтесь пока, а я девчонку провожу!

Правильно ли я поступила, рассказав ей все — не знаю, но получать очередные побои мне хотелось меньше всего… Ладно хоть жила я совсем рядом, а то мне уже стало дико неудобно, что я нагрузила своими проблемами эту незнакомую, посланную мне самим небом женщину.

У своего подъезда я тепло попрощалась с тетей Магрифой ( так ее звали) — от нее так и веяло душевным теплом, — и даже не забыла поздравить ее с наступающим Новым годом. Все-таки здорово, что на свете есть такие добрые, святые люди.

Теперь главное — чтобы дома не ждал очередной кошмар… Я резко толкнула входную дверь подъезда, и в эту же секунду оттуда пулей вылетел Ильгизар. От неожиданности я шарахнулась назад, но он на всем ходу врезался в меня, и мы вместе полетели на заснеженную землю прямо перед крыльцом. Он оказался сверху, а я снизу. Тяжелый, оказывается, какой. Он смотрит на меня, я — на него. Лицом к лицу. Я прямо кожей чувствовала его частое, прерывистое дыхание.

— Эй, ну-ка слезь с меня, пока нас кто-нибудь не застал… — я не выдержала и прыснула со смеху.

— Ой, Миляуша, прости! Кто ж знал, что ты прямо за дверью стоишь… — Ильгизар смущенно улыбнулся, быстро вскочил на ноги и тут же протянул мне руку: — Ты как, ничего себе не отбила?

Я ухватилась за его ладонь и, оперевшись о спинку стоявшей рядом скамейки, поднялась на ноги. Пятая точка, конечно, ныла от удара, но решила об этом промолчать.

— Куда это ты так летел?

Радость от того что мы наконец разрушили наше ледяное молчание с ним буквально переполняла меня. Еще бы: во-первых, я спаслась от Дили, а во-вторых — прямо передо мной стоял Ильгизар.

— Да отец хлеб купить забыл, вот я и выскочил, бегу в магазин… А ты чего так поздно? Снова в библиотеке засиделась?

— Ну да…

Правду ведь ему ни за что не расскажешь.

Я собрала в кулак всю свою смелость. Поняла, что именно сейчас — самый подходящий момент, чтобы извиниться перед ним.

— Слушай… Ты это… прости меня за те слова, что я тебе тогда наговорила…

Взгляд Ильгизара мгновенно стал серьезным.

— А знаешь, ты меня тогда и правда сильно задела. Но ладно, я готов тебя простить. Может, расскажешь наконец, что в тот день стряслось?

— Это уже не важно. Мне пора, извини, а то замерзла совсем. Если еще дольше тут простоим, мама может в окно выглянуть.

Меня всегда поражало его поведение. В школе он превращался в совершенно другого Ильгизара — ходил сам по себе, ни с кем толком не общался. Несколько парней пытались к нему набиться в друзья, но из этого ничего не вышло. Зато девчонки вечно вились вокруг него толпами, особенно Диля, которая таскалась за ним буквально как хвост. Я понимала, что из-за того, что у нее не получалось пробить его броню и найти путь к его сердцу, она и вымещала всю свою злость на мне.

В школе Ильгизар со мной почти не разговаривал, но стоило нам вот так, случайно, столкнуться один на один, он никогда не пропускал возможности заговорить. Я до сих пор не могла разгадать его характер. То ли он просто по-соседски выделял меня из всех, потому что мы живем в одном подъезде, то ли ему было меня элементарно жалко. Он ведь прекрасно видел и слышал, в каких условиях я живу. С нашей первой встречи он то и дело возникал у меня на пути. Если бы он просто молчал, мне было бы гораздо легче. По крайней мере, я бы не растрачивала душу на пустые иллюзии. А так — я волей-неволей продолжала на что-то надеяться.

Как бы мне ни хотелось побыть рядом с ним еще хоть минутку, я понимала, что задерживать парня, которого послали по делу, просто неприлично. Поэтому я быстро повернулась и юркнула в теплую темноту подъезда.

На новогодний вечер в школу я так и не пошла. Из-за этого на душе было как-то паршиво. Пользуясь моментом, я переделала все дела по дому, а потом просто валялась с книжкой. Дома никого не было — сплошное блаженство. Интересно, Ильгизар ходил? Впрочем, какое мне дело. Диля, небось, вырядилась в самый лучший наряд. Наверняка их с Ильгизаром выбрали королем и королевой бала. Представляю, как Диля сейчас на седьмом небе от счастья сияет. От этих мыслей мне чуть ли не плакать хотелось. Но я ведь прекрасно понимаю: в этой жизни мало что зависит от меня. На данный момент я даже собственной жизнью не распоряжаюсь. Остается только терпеть и ждать.

Тридцать первого числа мне окончательно надоело торчать в четырех стенах, и я решила прогуляться до центральной площади, посмотреть на городскую елку. Мой братишка Булат оттуда вообще не вылезает, целыми днями на горках пропадает. Отец уже вовсю начал праздновать. Мама ушла в гости к подружкам по работе.

На площади было не протолкнуться: куча детворы, подростки, уже немного подвыпившие взрослые. Я примостилась на самом краю площади и стала просто наблюдать, как народ веселится. Эх, вот бы прокатиться вон с той, самой высокой ледяной горы! Весело же, наверное! Я присмотрелась к толпе на вершине и заметила Булата. Они с пацанами как раз собирались скатиться веселым паровозиком. Щеки у всех раскраснелись — и как только за весь день не замерзли?

В эту самую секунду кто-то резко схватил меня за руку и буквально поволок за собой в сторону горок. Я мгновенно узнала эту дубленку и шапку: Ильгизар! Господи, а если нас кто-нибудь увидит?! Здесь ведь наверняка полно наших одноклассников! Но я все равно послушно бежала за ним следом. Вот мы добежали до ступенек. Он легонько подтолкнул меня вперед, и мы начали карабкаться наверх. Мимо нас, пихаясь и толкаясь, шумно проносилась детвора. И вот мы на самом верху.

— Ну, чего ты ждешь?! Давай вниз! — крикнул Ильгизар и сам с ветерком улетел по ледяному желобу.

Меня уже начали подталкивать сзади. Я присела и аккуратно тронулась с места. Горка была такой высокой, что у меня аж дух перехватило. Морозный воздух больно щипал щеки, скорость была бешеной, а сердце внутри испуганно и радостно заходилось от мысли, что внизу меня ждет Ильгизар… Пока долетела до самого конца, успела врезаться, кажется, во всех, кто стоял на пути.

— Ну как тебе? — подбежал он.

Я отошла подальше от льда и поправила сползающую на глаза шапку. Ильгизар смотрел на меня и открыто улыбался.

— Уф, я уже сто лет с таких горок не каталась. Если бы ты меня насильно не утащил, так бы и стояла в углу площади

Я посмотрела на него и тоже улыбнулась. Пожалуй, это был вообще первый Новый год в моей жизни, когда у меня вдруг появилось по-настоящему праздничное настроение.

— Пошли, у меня бенгальские огни есть!

Он снова взял меня за руку и повел к краю площади. Что вообще происходит? Эта новогодняя ночь была полна каких-то невероятных чудес. Я не стала сопротивляться и послушно пошла за ним. Человек искренне хочет подарить мне радость — ну как тут устоять? Мы отошли туда, где было потише. Ильгизар достал из кармана шуршащий пакетик, а из него — бенгальские огни.

— На, держи!

В другом кармане у него отыскался коробок спичек. Он принялся поджигать их один за другим. палочки зашипели, рассыпая вокруг яркие искры. Я вытянула руки подальше от себя и, затаив дыхание, завороженно смотрела, как они горят. Но догорели они слишком быстро. Видимо, на моем лице отразилось разочарование.

— Ладно, не кисни! У меня есть штука получше, — Ильгизар с хитрой улыбкой полез в карман дубленки и вытащил оттуда массивную коробку.

Фейерверк! Настоящий салют!

— Отец для продажи закупал, ну я одну коробку и прихватил по-тихому.

— И где мы его запускать будем? В центре города точно нельзя…

— Пошли на окраину.

— Так далеко же!

— Ну ты фейерверк увидеть хочешь?

— Еще спрашиваешь! Я же никогда в жизни салют так близко не видела!

— Раз хочешь — тогда пошли. Минут за тридцать обернемся.

— Ну ладно, давай!

И вот мы оказались в глухом переулке на самом выезде из города. После грохочущей, пьяной площади здесь стояла оглушительная, сказочная тишина — ни единой души вокруг. Ильгизар спустился к обочине дороги и надежно закрепил коробку фейерверка в сугробе. Чиркнул спичкой и поднес огонь к фитилю. Сам тут же взлетел обратно на дорогу, и мы отбежали еще на пару метров в сторону. Вдруг первый залп со свистом взмыл высоко в черное небо и… с оглушительным грохотом рассыпался на тысячи сверкающих звезд, озарив все вокруг ярким светом. От неожиданности я даже громко вкрикнула.

— Ну ты чего кричишь, маленькая что ли… — Ильгизар расплылся в улыбке.

А в это время в небо взмыл второй залп, третий, четвертый… Небо озарялось невероятными, сменяющими друг друга красками, и как тут было не восхищаться, не кричать от восторга? Я чувствовала себя Золушкой, которая чудом попала на бал. Вот только салют сейчас догорит, волшебство этой ночи растает, мы вернемся в свои квартиры, и меня снова с головой затянет моя беспросветная реальность…

Сама не понимая, что творю, я порывисто обняла Ильгизара:

— Ильгизар, я так тебе благодарна! Ты даже представить себе не можешь… насколько.

И снова наши взгляды встретились. Он наклонил голову ко мне, а я смотрела на него снизу вверх, не в силах отвести глаз… Наши лица были так близко… Господи, что я делаю? Зачем я его обняла?! Осознав всю неловкость своего поступка, я резко оттолкнула его от себя. Парень от неожиданности даже едва не полетел в сугроб.

— Ой, Ильгизар, я случайно… Прости меня, пожалуйста.

Мне было дико стыдно даже просто посмотреть на него.

— Да ладно тебе, бывает… — Он отряхнулся. Похоже, мой спутник даже не придал этому особого значения.

— Ладно, пошли обратно, уже поздно.

Я развернулась и зашагала в сторону города. Праздник кончился. Карета превратилась в тыкву. Я мысленно проклинала себя за эту минутную слабость: что теперь Ильгизар обо мне подумает? Испортила такой вечер…

— Миляуша, постой, ну подожди же! — Ильгизар быстро догнал меня.

А во мне в эту секунду вдруг вспыхнула какая-то глухая злость на него. Ну вот зачем, зачем он постоянно возникает на моем пути?! Почему разговаривает со мной, устраивает такие фейерверки? Ради чего все это?! Да, моя жизнь тяжела, но все привычно, своим чередом, я ко всему уже притерпелась. А он ворвался в мое существование и перевернул весь мой мир, все мое сердце вверх дном. И как мне теперь с этим жить? Человек — существо ненасытное, и я, как оказалось, не исключение. Мне уже казалось мало этих случайных встреч и пустой болтовни ни о чем. Мне хотелось гораздо большего.

Хотелось… чтобы он стал моим.

Поближе к дому, мы остановились. Со всех сторон слышны были голоса празднующих, город не спал. Илгизар обернулся ко мне. Наши взгляды встретились. И вдруг он произнес с придыханием:

— С Новым годом, Миляуша! Пусть все твои желания исполнятся!

Я опешила. И горько усмехнулась, отвечая:

— Спасибо… Хотя разве у таких, как я, желания вообще сбываются?..

— А ты верь. В этом мире нет ничего сильнее веры.

— Тебе легко говорить… Но… раз уж ты так сказал, приму твое поздравление. Тебя тоже с праздником! Пока!

Я повернула во двор, собираясь поскорее дойти до своего подъезда. Из окон доносились веселые голоса, играла музыка... Все готовились проводить уходящий 1997 год. В эту ночь каждый пытался урвать хотя бы капельку счастья. Говорят же: как Новый год встретишь, так его и проведешь… Вот только внутри меня все кричало от противоречий. Всего час назад я чувствовала себя самой счастливой на свете, а прямо сейчас — ощущала себя самой несчастной.

— Миляуша, постой… Я тут подарок тебе приготовил.

Подарок?! Ильгизар сегодня прямо сыпал сюрпризами. Он подбежал и внезапно вложил в мою ладонь круглый, гладкий и прохладный предмет. Я раскрыла усыпанную снегом рукавицу: это оказался — стеклянный шар со снегом внутри! Вот уж от кого-кого, а от этого пижона я точно не ожидала ничего.

— Не понимаю… Подарок… Мне? От тебя?..

— Да, а чему ты удивляешься? Ты ведь помогла мне с учебой, вот, в знак благодарности…

«Помогла с учебой, надо же… Всего один раз ведь посидели. Издевается он, что ли?» — закрутилось у меня в голове.

— Будь счастлива, Миляуша! Несмотря ни на что, ТЫ имеешь полное право быть счастливой!

Он резко развернулся и зашагал прочь, оставив меня одну в заснеженном дворе.

Глава 8

За все каникулы я его так ни разу и не увидела. По крайней мере, мы нигде не пересеклись. Наверное, уехал куда-нибудь отдыхать, кто знает… Они ведь люди совсем другого круга, у них деньги водятся, наверное, и родня, возможно, у него дружная… Оказалось, я вообще почти ничего о нем не знаю, ведь я никогда ни о чем его не расспрашивала. Впрочем, наши встречи всегда происходили так внезапно и заканчивались так быстро, что на расспросы просто не оставалось времени.

Да и если подумать: спроси я его о чем-то, он мог бы просто уйти от ответа. Но если нам суждено столкнуться еще раз, я обязательно должна все разузнать. А главное — почему он так хорошо ко мне относится? Вот этого я никак не могла взять в толк. Внешность у меня самая заурядная, семья на самом дне социальной лестницы… С чего вдруг он проявляет такую заботу и пытается меня порадовать? Я обязана это выяснить! (Ведь в новогоднюю ночь он подарил мне настоящее праздничное чудо! И если об этом узнает Диля со своей компанией, или вообще хоть кто-нибудь разведает, мне точно жизни не дадут!)

За это время мама дважды меня побила. Первый раз — за то, что я слишком долго возвращалась с улицы после библиотеки (когда я вижу книги, я напрочь теряю счет времени и забываю обо всем на свете). Во второй раз я просто попалась ей под горячую руку, когда отец силой отобрал у нее последние деньги и ушел в запой. К этим побоям я уже начала относиться как к чему-то совершенно обыденному. В жизни бывают вещи, на которые ты никак не можешь повлиять.

Наверное, никто во всей школе не ждал первого учебного дня третьей четверти так сильно, как я. Я не просто шла — я буквально летела туда на крыльях. Если бы вы только знали, как я спешила в кабинет! Сердце яростно колотилось в груди, меня то бросало в жар, то обдавало холодом. Взбежав на третий этаж, я резко замерла у дверей класса. Нет, стоп, сначала нужно успокоиться! Щеки так и пылали, в таком взвинченном виде входить нельзя. Чтобы хоть немного перевести дух, я отошла к окну.

В эту самую секунду рядом со мной вырос Айбулат. Мы с ним последние месяц почти не разговаривали. Наверняка он на меня обижается, и имеет на это полное право. Что ни говори, во всем классе он всегда был на моей стороне, никогда не стыдился нашей дружбы. А я? Стоило мне потерять голову из-за Ильгизара, как я сразу стала к нему безразлична, разве нет? И какая я после этого подруга? Неужели это правильно — отвернуться от единственного верного друга только ради того, чтобы уступить место Алии?

— Привет, Миляуша! Ну, рассказывай, как каникулы провела? — спросил Айбулат.

— Привет, Айбулат! Да так, ничего особенного. Все как обычно, — улыбнулась я.

Я была искренне рада, что он сам подошел и заговорил со мной. Сердце наконец-то перестало бешено скакать. Пока Алия нас не заметила, у нас есть шанс пообщаться.

— Ты меня вообще стороной обходить стала, с тех пор как нас с Алией вместе посадили… — в голосе Айбулата послышалась неподдельная обида.

— Прости меня, пожалуйста, Айбулат! — искренне выдохнула я.

Айбулат ведь не знает, что после того разговора с Алией я твердо решила держаться от него подальше. Вот и сейчас: я стою, разговариваю с ним, а сама краем глаза непрерывно оглядываю лестничную площадку — мне совсем не хочется лишний раз нарываться на конфликт с Алией. Да и Дили с ее вечными угрозами мне уже выше крыши хватает.

И тут на лестнице показался Ильгизар. Мое только-только успокоившееся сердце снова бешено начало стучать. Буквально на секунду наши взгляды пересеклись. Он бросил на стоявшего рядом со мной Айбулата тяжелый взгляд исподлобья и угрюмо зашел в кабинет. Ах, этот его вечный высокомерный вид!.. Душа у меня ушла в пятки. Дыхание мгновенно сбилось. Чтобы Айбулат, который все еще стоял рядом, вроде ни о чем не догадался, я резко отвернулась к окну. Оперлась руками о подоконник и сделала пару глубоких вдохов, пытаясь прийти в себя.

— Миляуша, что с тобой? Тебе плохо, что ли? Ты прямо на глазах побелела… — встревожился Айбулат.

Эх, Айбулат! Знал бы ты, какой ураган сейчас бушует в моей душе! Многие девчонки мечтают влюбиться, а мне это чувство приносит лишь боль. И как мне теперь жить со всем этим безумием внутри?!

Я сделала еще один глубокий вдох, нацепила на лицо фальшивую улыбку и повернулась к другу:

— Все в порядке, Айбулат! Честно, все хорошо, не переживай! Ладно, пошли в класс, скоро звонок…

Едва переступив порог кабинета, я снова взглянула в сторону Ильгизара. А он сидел и в упор, не отрывая глаз, смотрел на нас с Айбулатом. И взгляд его показался мне по-настоящему яростным. На кого он злится? Такая резкая перемена в его поведении меня окончательно запутала. Я тихонько подошла к парте и села на свое место. Он даже головы в мою сторону не повернул. Сказать, что у меня упало настроение — ничего не сказать. Было ощущение, что весь мой мир только что разлетелся в щепки. Перед глазами до сих пор стояла новогодняя ночь, ведь тогда Ильгизар был совершенно другим человеком. Что могло случиться за эти несчастные две недели каникул? Может, он уже сто раз пожалел, что пускал со мной салюты и дарил подарки? Эх, надежда — все-таки самая жестокая вещь на свете! За эти две недели я успела навоображать себе бог весть что. Похоже, пришло время реальности расставить все по своим местам. Ну и ладно. Мне не привыкать. Переживу.

Раз Ильгизар демонстративно меня не замечал, я тоже сделала вид, что его не существует. Более того, на переменах от меня ни на шаг не отходил Айбулат. Алии сегодня по какой-то причине в школе не было, поэтому я со спокойной совестью и от всей души общалась со своим старым другом — мы даже успели поболтать о прочитанных книгах. Но стоило нам время от времени столкнуться с Ильгизаром взглядами, как я отчетливо видела в его глаза самую настоящую ненависть. Да что с ним, черт возьми, происходит?! Что случилось? Нет, это уже переходит все границы. Внутри меня самой начала закипать глухая злость. С какой стати он так на меня смотрит?! Что плохого я ему сделала? Он сам ко мне полез, сам первый заговорил, вечно крутился у меня на пути! Я у него ничего не просила и ничего не требовала! Я из-за него, в конце концов, в подвале от шестёрок Дили побои вытерпела, а он теперь смотрит на меня так, будто я его злейший враг!

После уроков я заскочила в библиотеку, сдала несколько книг и сразу пошла домой. Ильгизар мне по пути не попался. Да и плевать, пусть катится на все четыре стороны! Проживу и без него. Моя главная цель — окончить школу, поступить в институт и начать наконец самостоятельную жизнь. Не до любви мне сейчас! И все равно на душе скребли кошки. Разум отчаянно воевал с сердцем. Пытаясь хоть как-то разложить мысли по полочкам, я и не заметила, как дошла до дома.