Балтовая почта

- Даже сейчас, - все молвила я, смотря за мистером Гостленом, - такое ощущение, что оно за окном следит за нами и… ух!

Я почувствовала, как моя левая рука вновь запульсировала, и увидела почерневшие вздувшиеся вены. Прикрыв ее другой рукой, я на секунду зажмурилась, пытаясь унять боль и… разглядеть во мраке глаз, как будто точно следящий за нами из–за угла окна. Такой ядреный, яркий, сумасшедший…

- Что? - взволновался на миг детектив.

- И рьяно моргает, пристально разглядывая,- прокряхтела я. Присцилла и Ливси удивленно взглянули на мою руку, но я, сделав некоторые движения, дала понять, что расскажу им об этом странном явлении позже. Кое–как, правда, потому что сама не понимала, что со мной происходило. Я надеялась разобраться с этим вместе с кураторами. Может, они что–то знали… И Лорд Накомисс с директорами тоже бы помог, они же увидели точно мою руку! Хотя им сейчас не до меня…

Мистер Гостлен сделал последние записи в блокноте и, всунув ручку между петель, закрыл. Затем он встал и убрал книжечку в карман плаща, поправил его и взял ключи от кабинета.

- Спасибо за сведения, - поблагодарил детектив и улыбнулся, - они мне пригодятся. Вы можете быть свободны. Берегите себя. Если взгляд станет слишком отчетливым - звоните «Балтокейр».

- Хорошо, спасибо, - совершенно опустошенные допросом, мы так же поблагодарили мистера Гостлена и вышли из кабинета. Вскоре он пошел вслед за нами допрашивать других.

На улице обстановка все сгущалась и приобретала темные скорбные краски. Гул и паника стихли, даже шепота не было слышно. Гости потихоньку разбрелись кто куда: в ближайшие мелкие гостиницы, дома отдыха, безмолвные кафе и рестораны. Кто–то даже уже убирался прочь на подоспевших колесницах. Природа поникла в страхе и ужасе, напоминая теперь красоты заброшенного поселения с трагической историей. Последней каплей стали мертвенно–бледные директоры, провожающие закрытую черную колесницу в морг.

***

Сегодня была первая ночь на Острове комет, когда не было видно ни одного огонька. Мрачные облака закрыли месяц и звезды, в зданиях не горел свет, фонари, гирлянды и баннеры погасли, а сама Балтовая почта погрузилась во тьму. Были слышны лишь отдаленные звуки падающих по трубам посылок. Начался траур, распространившийся по всему острову, задевший каждое существо, уничтоживший праздник в один миг. Послезавтра состоится уже другая церемония – церемония прощания с бравыми балтовеями, несправедливо и жестоко убитыми.

Мое ослепительное платье валялось где–то в глубине шкафа вместе с ватными дисками с остатком макияжа. Гирлянды и ароматические свечи не горели в знак всеобщей скорби. Шторы я прочно задвинула, не желая никого видеть. Мою комнату освещал лишь экран телефона. Немного поплакавшая от страха и отчаяния, я набирала папу. Но смартфон будто назло глючил и то набирал номер, то сам же его сбрасывал. Папа перезвонил быстрей, чем я его смогла набрать.

-…Мне очень жаль, - спустя несколько секунд тишины раздался глубокий, но охрипший голос отца.

- Ты уже знаешь? - спросила я, подпирая под себя подушку.

- На телефон пришла рассылка от Балтовой почты, - пояснил он, - приглашение на прощальную церемонию. Я не могу поверить…

- Я тоже, - мой голос подрагивал, а новые слезы уже катились по щекам.

- Вечная им память… - прошептал еле слышно в трубку папа, - это ужасно… Ужасно, что такое произошло. Я никогда бы не подумал, что Вселенная может это допустить.

- Да, - коротко ответила я, шмыгая носом.

Папа вздохнул, чем–то зашуршал на фоне. Судя по звуку, упаковками от таблеток.

- Как ты, дочь? - поинтересовался он. - Хотя что я спрашиваю…

- Грустно, очень, - промолвила я сипло и в очередной раз высморкалась. Потом продолжила: - тревожно и страшно. Страшно подумать, что будет дальше. Какая угроза над нами нависла? Какой у нее масштаб? Что будет делать Балтовая почта? И упокоился ли убийца? Так много вопросов, и так мало ответов… По крайней мере покамест директоры и ОСПНД не добудут хоть какие сведения.

- Это да, - согласился удрученно папа.

Я посмотрела на руку, покрывшуюся тоненькими нитями черных вен. Она немного ныла, но на эту ноющую хворь можно было не обращать особенного внимания. Пока. Пальцы лишь испускали черные искорки, растворяющиеся во мраке комнаты. Они будто хотели что–то показать, но не успевали. За этим новым явлением было даже интересно наблюдать.

- А ещё у меня руки разные, - истерично усмехнулась я в трубку.

Папа перестал шуршать упаковками.

- Что?

- В одной руке бьет ключом яркая балтовая сила, а в другой проявляется какая–то другая.

- Какая?..

- Сама не знаю, - пожала я плечами, все рассматривая смоляную руку. - Левая культя почернела, покрылась странными блестками, и пальцы извергают пока ещё слабые потоки этой инородной магии. Ты не знаешь, что это?

Тишина. Долгая, звенящая и… напряженная.

- Пап? - папа молчал уже минуты с две, и я подумала, что связь оборвалась. - Ты тут?

- А? - раздался его голос вновь. - А, да… я тут. Нет, Ариш, я не знаю, что это может быть. Может, сходишь к врачу? Ты заставляешь меня переживать.

- Наверное, схожу, - я прикусила губу. А потом прозвучал дверной звонок, и я тут же быстро выпалила: - Ладно, пап, тут ко мне кураторы пришли с валерьянкой. Я их попросила. Жду тебя послезавтра, получается?

- Да, я приеду послезавтра, - ответил он. - Люблю тебя, Ариш.

- И я тебя, пап, - сказала я, уже подходя к входной двери.

Папа сбросил трубку, когда я открыла дверь. На пороге и вправду стояли Ливси и Присцилла. На этот раз от Черрисена сильно разило табаком, запах вишни уже не мог его перекрыть. Мешки под глазами стали темнее, губы сложились в узкую трубочку. В руках он держал пакетик со всякими успокоительными. А Прис оказалась вся опухшая, ещё с не высохшими щеками, в потертой домашней одежде и лохматой шевелюрой. Хех, сестра по маленькому несчастью. У нее же в руках были всякие запрещенные вкусности по типу крекеров и пиццы.

- Привееет… - поздоровалась натянуто я, махая желтой рукой.

- Выглядишь как гнилая черешня, - присвистнул Ливси немного пьяным тоном.

Присцилла цокнула, поворачиваясь к нему.

- Некорректно такое девушке говорить.

- А я и не договорил, - фыркнул Черрисен и посмотрел на меня, произнося: - Выглядишь как гнилая черешня. Прямо как мы.

- Да уж, - вздохнула я печально, принимая пакетики и неся на кухню, - денек выдался убийственный. Проходите сюда.

Кураторы разулись, повесили свои ветровки на вешалку и, кое–как ковыляя, зашли на мою маленькую, но уютную кухню. Я за два месяца не успела толком и привыкнуть к новой квартире, да и весь мой интерьер тоже. Рисунки все ещё впитывались в стены, книжки устраивались на полках, росли застенчиво цветы в горшках… Но что удивительно, сейчас эта разукрашенная квартирка казалась мне самым безопасным куполом от всех бед, происходящих снаружи. Она защищала от всепоглощающего ужаса и опасности. И это не могло хоть немного не радовать.

Присцилла разложила свежую и вкусно пахнущую еду по тарелкам, а Ливси разлил по рюмкам в виде сапожков валерьянку, смешав с водой. Затем он сел рядом с Прис, достал упаковку сигарет и зажигалку и спросил:

- Можно я немножко? Они слабенькие совсем.

Я молча кивнула и выпила валерьяну, задрав голову и зажмурившись. В это время послышался треск зажигалки и в унисон с ним пшик освежителя воздуха с ароматом фруктов.

- Умный освежитель, - хихикнул без особого энтузиазма Ливси, выдыхая дым в сторону.

- Ага, - сглотнув успокоительное, ответила я. А потом, как только Присцилла до конца накрыла стол и прошла неловкая пауза, я осмелилась подать голос вновь: - Как думаете, что будет дальше?

Косбири взяла кусок пиццы, глубоко вздыхая.

- Ну, «Балтокейр» проведут все экспертизы, мы попрощаемся с балтовеями и…

- И дальше пока неизвестно, - закончил Ливси. Он сдул прядь с лица, стряхивая пепел на свою самодельную керамическую пепельницу. - Это уже зависит от детективов. Смотря что они найдут, что это будет, и как они накажут поступать всем и самим себе дальше. И что на это ответят директоры и начальник. Так что… Пока мы ничего не можем дельного сказать.

- Среди трупов я увидела какую–то записку… - прикусила губу я, вспоминая опять ту кровавую картину. - Интересно, что бы там могло быть?.. Не терпится узнать результаты расследования.

Ливси пожал плечами, активно выкуривая раковую палочку. А Присцилла покачала головой и, указывая на мою оголенную почерневшую руку, задала уже другой, но очевидный вопрос:

- Лучше скажи, что с твоей рукой?

- Я надеялась спросить у вас, - озадаченно взглянув на руку, проговорила я.

Косбири прерывисто выдохнула, заместо пиццы кусая щеку.

- Прости, Арина, но… Я лично не знаю, что это может быть. Я вижу такое явление впервые.

- Я тоже, так что у меня бесполезно спрашивать, - будто бы с виной промолвил Черрисен, кидая окурок на пепельницу и тотчас беря рюмку с валерьяной. Он добавил: - Тут нужен начальник. Он знает все на свете, ибо это и придумал. Думаю, он уж точно ответит на твой вопрос. И, что уж греха таить, на наш. Меня напрягает эта твоя почерневшая рука. Как будто по ней какая зараза распространяется!..

- Что ты сейчас ощущаешь? - Прис аккуратно дотронулась до руки и провела по венам кончиками пальцев. - Она болит? Или что вообще с ней делается?

- Немного тянет, - ответила я спокойно, свободно шевеля рукой и налитыми смолой пальцами, - и иногда чуть–чуть жжет в области фаланг. Но только и всего. Двигаю нормально, чувствую, что кости крепкие и здоровые, даже слишком. Ну, как у накаченного спортсмена. Запах вроде как не гниения. Вообще никакого запаха нет.

- Угу… - отрешенно угукала Присцилла, осматривая руку, - странное дело… Просто черная рука…

- У меня есть предположение, что, возможно, балтовая сила как–то не так распределилась, - выдвинул теорию Ливси, уже вовсю поедая немного остывшую пиццу, - или же с твоей кровью что–то не так. Может, гормоны повлияли. Надеюсь, что это ничего серьезного…

Я протерла глаза и затем закрыла рукавом толстовки руку от беды подальше. Потом взяла кусочек пиццы и сырный крекер. Впихнув все без разбору, пробурчала:

- Разберемся. По крайней мере я на это очень и очень надеюсь…

***

Четвёртого августа в Скорбном зале острова состоялась церемония прощания с убитыми балтовеями. Вместе с ними будто погасли и десятки тысяч других почтальонов, что оделись во все черное с ног до головы. На церемонии присутствовали все – от Лорда Накомисса до балтовеев–пенсионеров, среди которых и был мой папа. Его присутствие совсем немного, но успокаивало меня. Я крепко обнимала его, боясь отпустить, и постоянно шмыгала носом. Вид мертвых тел в деревянных прочных гробах больно резал по глазам, пробуждая горестные воспоминания о смерти мамы и о тяжких днях в детской печали…

Но не только я лила слезы и содрогалась от душевной боли - все присутствующие плакали, долго стояли у гробов, целуя и с горестью обнимая мертвые тела. И лишь директоры и Лорд Накомисс, удивительно, держались более менее спокойно. Только Соль Фона часто смаргивала слезы и Лорд Накомисс мрачно кусал губы и хрустел пальцами.

После окончания церемонии гробы в закрытых колесницах увезли в родные страны для похорон и проводов к Леди Айде. А после прощания с родными действующих балтовеев экстренно собрали на площади Жизни для важных объявлений. Свою руку я папе так и не показала.

Я стояла в первых рядах с Ливси и Присциллой. Напряженно сжимая кулаки и щурясь, мы наблюдали за становившимися ведущими детективами, директорами и Лордом Накомиссом. Он стоял в центре, аккуратно сложив руки и слегка ерзая на месте. По бокам от него стояли Соль Фона и Карлайл Найтвуд со странными артефактами, а рядом с ними мистер Гостлен и ещё один детектив.

Обстановка была такая себе: раздражающий шум балтовеев, с опаской шелестящие деревья и кучевые облака на блекло–голубом небе. Самое страшное было то, что природа здесь зависела от настроения Жизни. И он явно не был спокоен, хоть и старался казаться таковым. Раз даже сам Лорд Накомисс утонул в тревоге, то что же сейчас нам расскажут и покажут?.. Комок страха застрял у меня в горле. По ощущениям в левой черной руке яростно забурлила кровь.

А потом гулко заговорил Карлайл Найтвуд:

- Дорогие балтовеи и работники Балтовой почты! Сегодня в четыре утра детективы «Балтокейр» огласили промежуточные результаты расследования дела о погасших кометах! Балтовеи Ксавье Моро, Бриджет Синглтон, Сузуя Ойчимасу, Диего Костилья и Ибен Уолш были тактично убиты некими существами древней расы духов вампирического типа питания. Предположительно, это были слуги некого верховного существа из их «касты». Он подстроил убийства и будущую технику доставки заказа.

- Техника доставки заказа? - повторил кто–то из толпы.

Честно, тоже не поняла этой фразы. И, кажется, никто не понял, судя по вопросительным переглядкам.

- Среди трупов был обнаружен свиток с заказом, - продолжила нервно Соль Фона, разворачивая тот самый пергамент, увиденный мной. - Именно в нем содержится большое количество информации от заказчика.

Подлетевшие компьютерные сверчки просканировали содержимое свитка и вывели его на большую голограмму, видную всем присутствующим. Балтовеи обеспокоено подняли глаза на голограмму и вскоре принялись тревожно ахать. Мисс Фона потихоньку зачитывала пробирающий до костей и пропитанный леденящим ужасом текст свитка:

- «Дорогая Балтовая почта! Уважаемые балтовеи! Премного уважаемые Соль Фона и Карлайл Найтвуд! Великий, вездесущий Лорд Накомисс! Как жаль, что ваш праздник испорчен. Но другие меры я уж и не мог предпринять. Хоть я и из очень очень далеких краев, я не понимаю вашего игнорирования меня. Столько лет хочу сделать заказ, посылаю знаки, а вы все закрываете глаза, хотя в вашем регламенте, на минуточку, указано, что Балтовая почта сможет доставить посылки в любые уголки Вселенной, даже самые потаенные. Что ж, думаю, сейчас мне удалось до вас достучаться и наконец поколебать ваше чистое начало.

Ну так вот, мой индивидуальный заказ таков: механический лук из черной стали, изготовленный в Механисмусе; для него стрела из стекла ёдуриеда из Эйзосекая; отрывок молитв дьявольского Культа Хаоса из Вилл де Латерна, Живой кошмар из Прагматикоты и, наконец, душа из Мастерской душ Лорда Накомисса. Да, заказ трудный, но, уверен, ваши балтовеи смогут добыть все необходимое и доставить на адрес Messier 87. Полный путь вам укажут священные сосуды вырванных сердец почивших балтовеев. Идите лишь по ним, и тогда не запутаетесь. Мертвые балтовеи и я позаботились о вас. Поблагодарите потом.

И не пытайтесь поднять бунт. Не пытайтесь вычислить меня или поймать моих слуг. Не пытайтесь оборвать нити или подменить заказ. Если же вы это сделаете… Что ж, тогда ваша Балтовая почта падет. Вы и так меня разозлили. Поверьте, у меня давно есть все средства к уничтожению источника вселенского баланса. Они уже перешли в активную фазу действия. Какую? Сами все увидите и ощутите. Я не Бог, но и не слабый дух. Я нечто, изменяющее мир уже много веков. Впечатляет? Тогда жду вас с нужными артефактами по указанному адресу. Деньги уже на счету.

- С уважением, ***»

Соль Фона закончила читать, и тотчас балтовеи зашумели и рвано задвигались, подняв громкую панику…

- Что?! Балтовая почта может разрушиться?!

- И баланс… падет! Как же так?! Что же делать?!

- Дьявол, точно Дьявол… О Господи, спаси!

- Что же делать, как же нам быть??? Как реагировать??? А может, это шутка… Хотя нет, уже непохоже!

- Тихо! - крикнул Карлайл Найтвуд, вновь заглушая всех разом. - Лорд Накомисс хочет дать слово!

Лорд спокойно подождал, пока все окончательно затихнут и наступит полная тишина. Потом распахнул руки в разные стороны и заговорил, смотря каждому в душу:

- Дорогие балтовеи! Я понимаю ваш страх. К сожалению, все написанное – не шутка. Существо, почти равносильное мне, посмело пойти против великого эволюционного баланса, а значит, против Вселенной и Бога. Над Балтовой почтой возникла угроза. И в этом случае стоит отклонить панику, революционные настроения и злость. Существо только этого и ждёт, это его стезя, оно этим питается. Поэтому мы должны оказать смирение и пойти на его условия. Балтовая почта будет работать в штатном режиме, но иностранная охрана укрепится в несколько раз для вашей же безопасности. Но именно для этого задания мне нужно отобрать всего лишь троих храбрецов - мерифри, ланши и чилдао. Итак, поднимите руку те, кто готов отправиться в путешествие.

Ливси поднял руку первым. За ним подняла Присцилла и ещё несколько сотен балтовеев. Некоторые остались в тени, боязно дрожа. Но я была не из них. Рука, кипящая балтовой силой, парила в воздухе вместе с остальными.

Лорд Накомисс прошелся взглядом по рядам, кивая своим мыслям. Казалось, его выбор длился вечность. Даже детективы напряженно сглотнули, наблюдая за Жизнью.

И вдруг его взор остановился на нас троих.

- Ланши Ливси Черрисен, чилдао Присцилла Косбири и… мерифри Арина Востокова, - он выдохнул, произнеся наши имена. И подождите, мерифри??? - Я выбираю вас. Даже несмотря на то что Арина ещё только начинающая мерифри, только сейчас узнавшая об этом. Вы трое определенно сильны духовно и физически. Я доверяю миссию по спасению Балтовой почты вам.

И тут толпа разразилась мотивирующими громкими аплодисментами, одобрительными шепотками и кивками. Балтовеи одобрили выбор Накомисса, хоть Ливси был тем ещё раздолбаем, а я только что очухавшейся мерифри, криво сошедшей с пьедестала. Кажется, все они оценили нашу храбрость и все–таки вспомнили качество доставки Ливси и мои пируэты на тренировках. И о Боже, я мерифри! И меня избрал Лорд Накомисс для важной миссии по спасению Балтовой почты! Поверил! Вот это честь!

Под стихающие овации мы подошли к Лорду Накомиссу и директорам, чтобы отдать балтовую честь, приложив руки к сердцам. Все–таки дело было важным и ответственным, а потому такой жест был как никогда уместен.

- Будьте осторожней, крошечки… - охала жалобно Соль Фона, подставив ладошку к влажной щеке, - смотрите по сторонам, будьте внимательны!..

- Удачи, - коротко произнёс Карлайл Найтвуд. Но я все же услышала мелькнувшую дрожь в его голосе.

- Спасибо, - поблагодарила Присцилла, совсем чуть–чуть улыбаясь, дабы дать директорам надежду, что все точно будет хорошо.

Лорд Накомисс подошел к нам вплотную. Он что–то держал в руке и осматривал нас с легким волнением и глубокой надеждой. Этот взгляд вновь давал второе дыхание, приятный трепет и бабочек в животе. А ещё придавал большей смелости и уверенности.

- Я надеюсь на вас, ребята, - почти прошептал Лорд Накомисс, невесомо крестя. - Знаю, путь будет трудным, но вы не должны бояться или унывать. Хотя вы и не будете. Но все равно помните, что Бог с вами.

- Мы вас не подведем, начальник, - отчеканил серьезно Ливси.

- Я знаю, - Накомисс улыбнулся, трепля Черрисена по голове. - Завтра в десять выходите в космос. И кстати, Арина.

Он распрямил свою ладонь, и в ней лежал… значок. Тот самый, с логотипом Балтовой почты. Мой.

- Поздравляю, - с особой теплотой и нежностью промолвил Лорд Накомисс, - теперь ты балтовейка–мерифри. Уж прости, что так вышло, я сам не ожидал, что наступят столь страшные перемены, но…

- Спасибо, - ответила я спокойно. С достоинством, так сказать! - Все равно вы успели благословить и мне лично вручили значок. А миссия… для меня это честь, Лорд Накомисс. Но есть один вопрос…

Я на секунду прервалась, закатывая рукав черного пиджака. Там была такая же черная рука.

- Что это? Оно проявилось, когда я увидела трупы.

Тогда Накомисс внимательно оглядел мою руку, потрогал, пощупал. Свет нимба и краски его тела сосредоточились на мне. Пока он смотрел, я мямлила:

- Главное, что правая–то рука светится балтовой силой мерифри… А эта… ну… я правда не знаю…

- Меня тоже терзают смутные сомнения, - сказал Лорд Накомисс, - но, возможно, тут играет смешение кровей.

- Смешение кровей? - переспросила я.

Он закивал задумчиво.

- Да, и очень аномальное, противоречивое. Эта рука вкупе с балтовой может наделать дел… Так что постарайся хоть капельку держать эту инородную силу. Грядет Хаос, и он постарается подпитаться этим… - Накомисс немного помолчал, а затем произнёс: - Уверен, ты найдешь ответы на свои вопросы в путешествии по мирам.

Глава 5. «Среди машин и механизмов»

Механисмус - мир, состоящий из различных механизмов и конструкций, населенный роботами и машинами.

- Арина Алексеевна Востокова, верно? - и снова скрипучий голос мисс де Флер. За эти дни она знатно побледнела и будто бы постарела. Черты грешницы Лимба потихоньку проявляли себя. Должно быть, от стресса за все пережитое короткое время.

- Угу, - сосредоточенная на своих мыслях, промычала я.

Все во мне сейчас было сконцентрировано на предстоящем путешествии, очень важном и ответственном. Начинающей мерифри с непонятной силой в левой руке предстояло столкнуться с неизведанным и спасти абсолютно всю Вселенную, считай. А ведь в подростковом возрасте такой исход событий был моим любимым клише! Как иронично, что теперь моя очередь быть участницей данного сюжета. И карьера балтовейки начата нехило. Слишком много всего на меня навалилось, но я ещё с детства знала, на что пойду. Так что сие путешествие я воспринимала за обычный служебный долг. Раз попросило это нечто товар, то доставлю! Раз выбрал на это дело Лорд Накомисс, значит, так тому и быть! Деваться уже некуда!

Пока с воодушевлением прокручивала в голове свои геройские мыслишки, почтовая работница уже принесла мою форму мерифри. Это был комплект в розовых и оранжевых цветах (моих любимых, удачно!), состоящий из трикотажной кофты с длинными перчатками и карманами, гармонирующих штанов и узорчатых сапожек с маленькими крылышками. Также в форму входил мой значок балтовея, закрепляющийся на плече, пояс с эмблемой отделения и вместительная кожаная сумка под письма и прочие бумажные вещи. Ух, форма выглядела даже лучше, чем я представляла!

- Ваша форма, - объявила де Флер, вручая пакеты мне в руки. - Добро пожаловать в команду Балтовой почты.

- Спасибо, - поблагодарила я, - буду работать на благо Вселенной. Хорошего дня! - и, сжав форму в руках, побежала переодеваться вниз, в гардеробную. И только экраны с заказом нечто и нашими именами мелькали перед глазами.

***

На пороге меня ждали Ливси и Присцилла, уже одетые в свою форму, с рюкзаками и ящиками и с блестящими на свету значками. Черрисен непринужденно курил, пристально рассматривая здание Балтовой почты, а Присцилла ковыряла ногти, теребя маленькую коробочку.

Утро на острове было очень хорошим, несмотря на всеобщие тревожные настроения: светило ласковое солнышко, дул теплый ветер, спокойно шуршали деревья с темно–зелёной листвой и белоснежные облака отражались на высотках. Природная обстановка точно сулила нам удачу. Балтовеи, также идущие на работу, тоже без умолку желали нам ее. Все положились на нас: и балтовеи и природа. Это не могло не мотивировать и не заряжать смелостью и энергией. Она заметно искрилась в правой руке, придерживающей почтовую сумку.

Как только одетая я появилась на пороге, друзья тут же отвлеклись от своих занятий и синхронно улыбнулись, раскрыв глаза.

- Вот это мерифри, - восхитилась Прис, приложив руки к груди.

- Вай, - присвистнул Ливси и показал большой палец вверх, выдыхая дым, - ну вообще улет! Все инопланетяне попадают!

- Правда?! Благодарю! - я покружилась, успевая ещё немного себя разглядеть.

Форма сидела просто идеально. Она плотно облегала фигуру, но было и не жарко и не холодно - золотая середина. Личный значок так же, как у моих коллег, блистал на теплом августовском солнце, а на поясе красовался ремень с логотипом мерифри. Длинные перчатки прекрасно закрывали мои руки, лишь пальцы были видны. А сапожки уже точно готовы были сами нести меня по мирам.

- Очень красивая форма, тебе идет, - сказала Присцилла, подходя ко мне. Она раскрыла мои ладони и вложила в них ту самую коробочку. И с улыбкой сказала: - Это подарок от меня на праздник. Не успела тогда отдать… Надень прямо сейчас, это на удачу.

Я открыла коробочку и увидела там длинные золотые сережки в форме письма и звезды. Моя челюсть успешно отвисла. Взглянув на подругу, я восторженно воскликнула:

- Ох, Прис, - затем аккуратно вынула их из коробочки и принялась надевать. - Ты знаешь, что мне нравится! Спасибо большое! Они мне очень подойдут к форме…

- На то был и расчет, - усмехнулась Косбири. - Я рада, что тебе понравилось.

Пока я вставляла сережки в уши, Присцилла вновь подошла к Ливси. Он все ещё продолжал рассматривать здание Балтовой почты, практически не шевелись и не моргая. Только губы его чуть содрогались и изредка игрался с волосами ветерок. Сигарета давно потухла. Скривив непонятную физиономию, Прис тоже подняла голову и принялась смотреть на Балтовую почту.